8. Майлок

— Что-то ещё понадобится, сэр? — Нет, Фейдон. Свободен. Забрак-сержант энергично вскинул руку к виску. — Есть, сэр. Буду на связи, сэр.       Оставшись один в комнате, Джейс с облегчением застонал. Извечная привычка показывать подчинённым пример бодрости и порядка преследовала его всю жизнь, но ядовитые испарения Тариса отзывались постоянной мигренью, которую не унимали ни таблетки, ни виски. Запивать одно другим тоже не помогало.       Впрочем, больше всего головной боли причиняла Звёздная Крепость, сияющая в закатных жёлтых облаках как бельмо на глазу.       Он сложил руки за спиной и ещё долго разглядывал её силуэт над обломками «Шпиля Эндара». Контраст новой станции и проржавевшего, некогда величественного корабля Республики вгонял в тоску. Через сотню лет нынешний флот так же будет лежать железными руинами на забытых планетах, опустевшие города станут прибежищем мародёров и ракгулов. В отличие от мирно настроенного Сената, Мальком был уверен, что добром владычество Закуула не кончится. Такие кровожадные подонки, как Арканн, как его сестрица, как ситхи, они ведь никогда не знают меры. Почувствуют вседозволенность — не отцепятся. Сначала соблюдают соглашение, потом раскачивают его границы. Один корабль. Одна планета. Две? Спустя несколько лет ты глотаешь пыль уничтоженных без причины систем, потому что стерпел слишком много, и уже некому остановить это безумие.       Никто так и не понял, почему Джейс Мальком вдруг подал в отставку с поста верховного главнокомандующего. Почему на броне, в которой он посещает далёкие регионы, официально «поднимая боевой дух солдат», нет ни единой царапины. Почему жадно выспрашивает любые слухи о джедаях, надеясь услышать одно знакомое имя.       Потому что она была права. Он сорвётся. Однажды вцепится зубами в глотку проклятому императору всей галактики и даст удобный повод превратить Корусант в очередной Тарис. Когда-то Мальком упорно отвергал все советы Сатель, но в последние чёрные месяцы отчаянно желал услышать от неё хоть слово о том, куда двигаться дальше.       Любое слово.       Вид полированного серого оплечья на стойке раздражал не меньше пейзажа за окном. Статус, защита… Случись что во Внешнем кольце — тебя не убережёт и полный боевой доспех. А оплечье являлось тем, чем являлось: атрибут ряженого генерала, который забрался слишком высоко, чтобы бросать его в настоящее сражение, но при этом всё ещё недостаточно далёк от солдат, чтобы разгуливать в чистенькой форме и прикрываться другими.       Мальком так и не успел расслабиться ни физически, ни морально. Он едва ослабил воротник и достал бутылку джина из бара, когда голокомм на рабочем столе вновь замигал. Джейс нехотя принял вызов. — Фейдон? — Генерал, сэр, — в голосе офицера было отчего-то больше волнения, чем обычно. — К вам посетитель. — Сегодня я никого не ждал. — Она говорит, у неё назначено на это время, сэр.       Мальком изо всех сил напряг память. Все важные встречи прошли утром, днём он посетил несколько аванпостов, потом…       Он выругался про себя. Вспомнил какую-то девчонку в космопорте, которая бежала за ним следом, расталкивая офицеров, и умоляла выслушать о её благотворительном фонде. Даже лица не запомнил. Чтобы отвязаться, он назвал случайный день и время, понадеявшись, что у неё не хватит упорства и полномочий, чтобы пробраться на военную базу.       Хватило. — Впусти её, — сдался Джейс.       «И всё не так, как выглядит», — едва не добавил он, догадавшись, что молодого сержанта смутил поздний визит женщины к офицеру его ранга. — Генерал, — на редкость пробивная дама с порога начала улыбаться. Улыбка — насквозь искусственная. — Меня зовут Азоми Морм. Я из независимого фонда перезаселения покинутых территорий «Свет Тариса». Вы меня, наверное, помните?       Джейс молча смерил её взглядом. Помнит? Он и сказать-то точно не мог, с ней ли вообще столкнулся в космопорте. Настоящий массифф в жемчужной юбке и синем корпоративном пиджаке. Хорошенькая, если любишь острое. Кончики рыжих волос как лезвия. Тронь — порежешься. В глазах видна безжалостность рендильского адвоката по разводам. Наверное, спонсоры выкладывают миллионы кредитов, лишь бы от неё отвязаться. — «Покинутых», — невольно передразнил Мальком. — Рассказать вам, почему Тарис «покинули», мисс Морм? — Очевидно, потому что жить на разрушенной планете затруднительно, — она без приглашения прошла мимо него в комнату. — Я читала о ситхах.       Мило. А он с ними сражался. — Хотите выпить? — Джейс указал на столик, где стояла непочатая бутылка джина. Он надеялся, что хотя бы этот вопрос выбьет корпоратку из колеи и сделает похожей на живого человека. — Не откажусь.       Не став отзывать предложение, Мальком налил джина и ей. Красивых бокалов не было, но девушку нисколько не смутили пласталевые кружки из армейского набора. Можно её было вообще чем-то вывести из себя?       Видимо, нет. Крепкий алкоголь также не вызывал у Морм ожидаемой реакции. Хладнокровности могли позавидовать и чиссы.       Он сел на свободный стул напротив. — Так что вам нужно от меня? — не став долго молчать, спросил Джейс. — Деньги? Это к сенаторам. С меня вы вытрясете только жалование, а это немного. — Может, хотела остаться наедине с красивым генералом? — Смешно.       После Альдераана у него не было никаких иллюзий на этот счёт. — Что? — улыбка тонких хищных губ стала естественнее. Злее. — Люблю мужчин со шрамами. Нахожу их довольно привлекательными.       Сгущающееся в воздухе недоверие мгновенно переросло в подозрения. Азоми неотрывно следила за Малькомом и будто видела проскользнувшую в его голове мысль, не снял ли он кобуру с оружием. — Кто ты такая?       Мальком был на сто процентов уверен, что видит перед собой не благотворительницу.       Она не ответила. Молча заправила волосы с правой стороны лица за ухо.       Мальком направил на неё бластер. Звонким щелчком переключил оружие в боевой режим.       На шее Азоми Морм была татуировка в виде птичьего пера. — Назови хоть одну причину, — процедил он, — почему я не должен выпустить заряд тебе в голову. — Потому что я безобидный и безоружный посланник, — девушка подняла руки в воздух. — А вы — честный республиканский солдат. Такие обычно не стреляют первыми. Хотя я бы поспорила. — Если хочешь жить — убирайся. — Сначала выслушайте. — Убирайся, или я, клянусь, отправлю этому ублюдку Дрозду твою голову!       Она и бровью не повела. Вернула руки на стол, никак не восприняв угрозу.       Джейс, помедлив, убрал бластер. Оружия у неё вроде бы не было. Не стрелять же, в самом деле? — Дрозд совершил ошибку, встретившись с вами лично, — признала «Морм».       Мальком почувствовал, как бесконтрольно разгорается гнев. Как в тот раз, когда согласился увидеться со знаменитым теперь криминальным лидером. Раньше он носил другое имя. Другие шевроны. Раньше у него была честь, а он променял её на деньги. — Я не желаю иметь с ним никаких дел, — отрезал Джейс. — Твой дружок — подонок и дезертир, если ты не знала. А он знает, что его ждёт, попробуй он ещё раз сунуться на территорию Республики. И никакой «Дрозд» не мелкий мошенник, мисс Морм, или как вас там. Трибунал и пожизненное — вот его будущее. — О, с мошенничеством пришлось постараться, — сказала она без удивления. — «Командир республиканского спецназа» плохо смотрится в резюме, когда имеешь дело с миром на дне. — Жаль, язык Брэдхаму не успели укоротить. — Поверьте, он довольно молчалив, когда дело касается прошлого. У меня свои источники информации.       Он щедро плеснул себе в кружку джина, чтобы успокоить нервы. Мальком надеялся, что больше никогда не услышит это имя. Джорай Брэдхам… До войны Джейс лично вешал ему очередную медаль на грудь. Из героя Республики в военного преступника за один день. Ещё одно чёрное пятно в истории «Опустошителей». — Где настоящая Морм? — В болоте. Их тут много. — Ты её убила? — Да. Меня вы можете называть Майлок.       Он был уверен, что у неё даже пульс не участился. Вместе с тем Майлок расслабила плечи и села удобнее, словно физически устала находиться в чужой шкуре. — Ну и что Дрозду нужно от простого генерала? — Во-первых, он будет очень признателен, если вы сохраните его личность в тайне. — Для меня Брэдхам давно мёртв, как и для остальной Республики. В задницу его признательность. — Во-вторых, — Майлок по-хозяйски разлила остатки джина, — что вам известно об Альянсе? — Какое отношение к этому имеет Альянс?       Не то чтобы он много знал об Альянсе. Не больше, чем директор СИС, с которым они обсуждали это повстанческое движение несколько недель назад. Очередные романтики, желающие изменить мир к лучшему. — За пределами Закуула про него пока больше слухов, — пояснила Майлок. — Якобы секта, собравшаяся вокруг бесчестной убийцы императора, Чужеземки… Анархисты, подрывающие благополучие Вечной Империи. Арканн очень старается в создании негативного образа. — И кто же они тогда, по-вашему? — Те, кто дают вам шанс. — Я не верю в шансы. — Примерно год назад шансов не было никаких, — спокойно отметила она. — Но потом несколько заинтересованных лиц вне всяких правительств, организовали коалицию. Дрозда это тоже привлекло. У него свои счёты с Закуулом. Спустя несколько месяцев им удалось освободить из закуульского плена Чужеземку. Вам, пожалуй, известно, что под грозным именем скрывается мастер-джедай Фаотранирмарис Тао. Некоторое время их основная ячейка оперировала в «Убежище» — теневом порте на границах Дикого пространства. — И после их деятельности стало на один теневой порт меньше. — Да, досадная неприятность. Кто-то сначала пытался задушить Альянс своими силами, а потом выдал Арканну. Дрозду сообщили о группе императорских фанатиков. Итог сражения вам известен: редкий беженец теперь будет искать убежища в «Убежище».       Кажется, жестокость иронии её забавляла. — И что стало с Альянсом теперь? Распался? — Отнюдь. Они удалились на скрытую ото всех планету. Пока её координаты держатся в тайне, но, судя по отчётам, которые нам предоставлены, дела идут хорошо. Они возводят базу и продолжают вербовать на свою сторону многих.       Джейс залпом осушил кружку, точно горький травянистый привкус был слаще речей Майлок. — До сих пор не понимаю, при чём тут я. — При том, что этого недостаточно, — на непроницаемом лице девушки, наконец, появилась первая настоящая эмоция — раздражение. — У вас есть влияние и связи. Убедите Республику помочь.       Он безжалостно рассмеялся. — Боюсь, вы вышли на неправильного человека. — Кто же, по-вашему, правильный? Канцлер? Сенаторы? Вы знаете, что они не будут рисковать. Не потому, что на согласование уйдёт куча времени, а потому, что ваш Сенат — сборище напыщенных болванов, боящихся брать на себя ответственность. Но вы, генерал Мальком, человек действия. Несмотря на разногласия, Джорай хорошо о вас отзывался. — Всё непросто. — Так не усложняйте.       Поднявшись, Майлок педантично поправила ворот пиджака и стёрла капельку с губ, перевоплощаясь обратно в Азоми Морм из фонда «Свет Тариса».       Ни в одном из обличий Мальком так и не смог разглядеть рядовую приспешницу Брэдхама. Преступницу. Что было не так — сразу бы и не сказал. В ней присутствовало нечто нечеловеческое, отчуждённое. Он поставил бы на воспитание в ордене, а не подворотни, по которым Дрозд собирает своих «птиц». — Ты, случайно, не джедай?       Вопрос её озадачил. — С чего вы взяли? — Просто догадка. Голос, осанка. Держишься так, точно привыкла к оружию. Опасному оружию. Опасной силе.       «Будто чем-то лучше, выше других». — Сейчас опасное время, чтобы быть джедаем, генерал, — уклонилась она от ответа. — Но не в Альянсе. Подумайте об этом.       Не дожидаясь положительного решения, Майлок собралась уходить, однако, сделав несколько шагов к двери, остановилась. — Брэдхам не знает, что я здесь, — сказала она после недолгой паузы. — Но я была уверена, что вам можно дать второй шанс. — Так ты шпион Альянса? — отчего-то Джейс нисколько не удивился. — Двойной агент? Или служишь кому-то другому? — Неважно, кому я служу. Свержение Арканна сыграет на руку всем, и здесь нет обманутых или используемых.       Он выглянул в окно. В руинах мегаполиса всё так же безмолвно лежал «Шпиль Эндара». — Если я… — Мальком запнулся, пытаясь сформулировать вопрос так, чтобы не давать лишних надежд. — Если я передумаю, где мне искать этот Альянс?       От жуткого взгляда Майлок зашевелились волосы на загривке. Будто все мысли были обнажены перед ней, и все тайны лежали на раскрытой ладони. Малькому невольно подумалось, что Брэдхама она держала за яйца крепче, чем Элин Гарза в своё время. — В самом деле, Джейс. Спросите у сына.

***

      Прошли недели после сражения с Арканном, но она всё ещё просыпалась с болью. Рана почти зажила, пусть и не так быстро, как хотелось бы, и вдобавок грозилась оставить большой шрам.       Тао приподняла тунику, дотронулась до рубцов на животе. Такой удар световым мечом должен был убить её, но что-то, далёкое от собственной воли, уберегло её. Сила Валкориона, очевидно, но он с самого отбытия из «Убежища» не разговаривал с Тао и никак себя не проявлял. Вопрос оставался без ответа.       Император пришёл в ярость, когда она запретила ему вмешиваться в их противостояние с Арканном. Словно бы в наказание он позволил ей испытывать эту боль от объективно смертельного ранения, но не дал погибнуть.       В зеркале появилось её отражение, бледное и тревожное. Нирма умылась ледяной водой, стараясь придать лицу свежести. Слишком многое зависело от её силы духа.       Она в спешке разблокировала дверь, когда услышала сигнал. — Командующая Тао, — бодро раздалось у двери. — Солнышко уже встало.       Фаотранирмарис не привыкла ни к новой позиции, ни к тому, что её утра начинались с многостраничных отчётов. За то время, что она занималась поисками следов Императора, её навыки командования несколько угасли. Сейчас приходилось вспоминать, каково это: когда сотни человек зависят от твоих действий и решений. — Терон, — она выглянула из-за переборки, разделяющей жилую зону с рабочей. Улыбнулась, потому что была рада видеть знакомое лицо в любое время. — Извини, я плохо спала и ещё не успела собраться. — До сих пор болит? — Не так сильно, — подвязав волосы, Нирма разложила на постели робу и мученически оглядела её. — Только порой кажется, что… Что она не физическая. Сколько обезболивающих в себя ни вливай, на рану они не влияют.       Шан оставил датапады на столике, услышав тихий вздох. — Давай помогу.       Тао молча кивнула. С повседневными одеяниями она справлялась самостоятельно, но как командующая теперь вынуждена была выглядеть соответствующе. Нижняя роба, верхняя роба, пояс, ещё пояс, накидка, застёжки, наручи, наплечники… Помогать джедаю облачаться в церемониальные одежды или броню было обязанностью падавана, но у Нирмы ещё не было времени взять ученика. Терон не терялся в обилии деталей, и, глядя на его уверенные движения, джедай не испытывала робости. — У тебя хорошо получается, — она приподняла руки, позволяя Шану потуже застегнуть пояс. Рана никак не реагировала на внешнее воздействие. Или Нирма уже привыкла к тому, что она ноет постоянно. — Наловчился с мастером Жо, — будничным тоном пояснил Терон. — Приходилось заниматься всеми этими премудростями. Доспех, чистка сапог… — Ох, помню, когда мастер Оргус впервые вручил мне плащ и наказал привести его в порядок, — хихикнула Нирма. — Он тогда вернулся из разведки с территории аборигенов. Судя по пятнам, за его спиной взорвался некий шар с синей слизью, а он почти успел укрыться в овраге, полном мокрой глины. — Бедная. — Мы были в деревне, — Нирма развернула предплечья, давая ему застегнуть ремешки наручей. — Естественно, на вопрос, где тут прачечная или сервисный дроид, жители посмеялись, но одолжили мне брусок мыла и таз. Честно скажу, я никогда не была так близка к тёмной стороне, как в тот день. — Надеюсь, мастер хотя бы оценил твои усилия.       Нирма затянула несколько креплений, которые Шан побоялся сделать слишком тугими. — На следующий день мы подошли к одной из занятых хозяйством женщин, и Оргус спросил, не могла бы она позаботиться о вещах за кредиты или в обмен на что-то из наших припасов. Они договорились на два топливных кубика. «Это называется дипломатия, падаван. Очевидно, объяснять, насколько полезная временами штука, теперь не надо». Я была готова провалиться сквозь землю и бросить обучение в ордене. Но со временем начала ценить все его уроки.       Когда Терон закончил, Фаотранирмарис повернулась к зеркальной панели. Белизну нижней робы перекрывал графитовый шёлк верхней, тканевый пояс с узорными лентами был идеально закреплён широким из кожи. Тёмно-коричневая накидка с коротким рукавом, капюшоном и дюрасталевыми наплечниками с символикой Альянса почти доставала до пола. Несмотря на роскошь и дороговизну одеяний, они всё ещё подходили для боя. Таково было единственное условие Тао.       Всё лишнее ушло из её облика. Осталось важное. Сила. Стойкость. Покой. — Мастера моего анклава научили меня сражаться и направлять Силу, — сказала она, принимая из рук Терона меч. — Но без Дина я бы не стала настоящим джедаем.       Она узнала печальную улыбку человека, которому было близко сказанное. Шан и Тао немного времени провели вместе, преследуя секту реванитов и Императора, однако у них была возможность узнать друг друга лучше. Джедайское воспитание проявлялось в мелочах, но сейчас Нирма отметила тоску по его наставнику, Нгани Жо. — Похоже, ты тоже скучаешь по мастеру, — подтвердил её догадку Терон. — Я знаю, что он всегда рядом, но порой мне не хватает его мудрости и ужасных шуток. — С мудростью беда, а вот ужасных шуток нам хватает с лихвой.       Нирма подошла к отчётам. Она хорошо знала, кого Шан имеет в виду. — Вы так и не поладили? — Поладили? — фыркнул Терон. — Да это чудо, что до попыток убийства не дошло. Знаешь, я человек терпеливый, но он… — По-моему, Озаран довольно приятный, — Нирма повела плечами в недоумении. — По крайней мере, со мной он всегда учтив и не пререкается по пустякам. — Потому что ты красивая. — Ты тоже. Но ему это не мешает.       Он довольно хмыкнул. — Вот бы все утра начинались с таких комплиментов, а не его ехидной рожи. — Напоминай мне время от времени, потому что я не сильна в таких вещах.       Присев на краешек стола, Нирма включила первый пад. Строительство базы шло быстро, и принимать решения приходилось по тысяче вопросов и ещё вчера. Альянс обзавёлся доверенными лицами, взявшими на себя часть проблем, однако Нирме всё равно оставалось достаточно. — Слушай… — неохотно нарушил тишину Шан. — Время дурацкое, но…       Он с чуждой ему растерянностью заметался по комнате, ища себе место. Наконец, выбрал неудобно узкое изножье кровати. — Что-то случилось, Терон? — Тогда на Явине, — он не был любителем ходить вокруг да около, — мне показалось, между нами что-то было. Оно есть до сих пор?       Нирма снова переключилась на пад. В строках, которые писал какой-то другой Шан, шло перечисление свежих поступлений техники. «О, смотри, Мальком нашёл способ, как списать четыре «Молотоглава» якобы в пользу ортоланской колонии», — едва не сказала она вслух. Потом отмела желание соврать про важное собрание и убежать. Ведь Терон был в курсе всех важных собраний.       Дело было даже не в том, что он коснулся этой темы, когда Нирма была к ней не готова, а в том, что она была к ней не готова вообще всегда. Её вырастили джедаем, воспитывали в другом мире, где Сила и духовное развитие стояли выше любых человеческих отношений. Нирма не искала связей, и её пугало, когда она сама бессознательно тянулась к кому-то. Несколько улыбок, задержавшийся взгляд…       Один поцелуй. — Я не думала, что для тебя это серьёзно, — с осторожностью обронила она, всё ещё не находя смелости поднять на него глаза. — Тем более, столько времени прошло. У тебя могли появиться другие… увлечения. — И я до сих пор помню его, — признался Шан. — Почему-то. Несмотря на, как ты выразилась, увлечения. — Я тоже. Но…       Будь она мастером речей, то сказала бы, что очень обрадовалась его прибытию на Одессен. Что ей крайне приятна его компания, и она счастлива находиться в ней как можно дольше. Что доверяет ему. — Но ты джедай. — Но я джедай со спящим призраком Императора ситхов в голове, возглавляющая восстание против его сына, и, пожалуй, последний в галактике кандидат на звание чьей-либо девушки.       Нирма сама удивилась яду, который сочился из её слов. Не то она правда сожалела, что не может вписаться хоть в какие-то рамки нормы для мужчины, который ей нравится, не то в ней зрело нечто тёмное, гневное, заставляющее иначе реагировать на те или иные события.       «Нет. Тебя я могу контролировать». — Не грузи себя лишними проблемами, Нири, их и так много, — Терон оставил кровать и сделал неуверенный шаг навстречу. Лучшим качеством в нём было то, что он на самом деле понимал и принимал её отстранённость и не путал с равнодушием. — Я не собираюсь добавлять ещё. Но если вдруг почувствуешь, что я нужен тебе, то я буду рядом. Неподалёку. Где-нибудь в соседней комнате. Ты меня знаешь.       Отложив датапад, она с благодарностью накрыла руку Терона своей. И тут же спрятала её за спину, когда резко сдвинулась входная дверь и в комнате без предупреждения появилась Лана. Тао попыталась вести себя естественно, но усмешка повелительницы говорила, что она полностью провалилась. — Ты готова, — Бенико с удовлетворением прошлась взглядом по новой робе. — Отлично. Как и надо. — Для чего?       Лана переключилась на Шана. — Ты не сказал ей? — Не успел, — он виновато почесал затылок, не меньше Тао смущённый вторжением. — Да я уж вижу, — не без добродушной издёвки заметила Бенико. — Командующая Тао, у нас первые официальные гости. — И они…       Её веселье погасло так же быстро, как появилось. — И они тебе не понравятся.