Ultraviolence

“Он ударил меня, и это чувствовалось как поцелуй.“ Его поцелуй был короткий, властный, почти насильственный. Больше похожим на проверку на подчинение. Юдзуха тянулась к нему сама, как к единственному, что могло удержать её на этой Земле. Наоя Зенин не извинялся и вряд ли был способен сочувствовать или жалеть о своих поступках. Но в сердце Юдзухи он также цеплялся за неё, как и она сама.