Глава 5. Без ответа

385 год Эпохи Вырождения Звездная система Глизе 667, звездолет «Тетис» Отчего-то Эрен решил, что Микаса увернется и ни за что не позволит себя поцеловать, а его безрассудный порыв обречен на провал. Потому что… Потому что, черт, в человеческом обществе вообще-то сначала принято сообщать о своей симпатии через рот и желательно подобрать для этого красивые слова, а не молча зажимать девушку в темноте без каких-либо предпосылок на романтику… Вот ведь идиота кусок! Однако, к его удивлению, Микаса и не подумала уворачиваться, скорее наоборот, ее будоражаще мягкие, чуть приоткрытые губы с такой охотой ответили на его поцелуй, что Эрен засомневался, а не очередной ли это сон, где с поцелуя все только начинается… Хотя теперь любые сны или фантазии показались бы ему лишь бледной тенью той восхитительной реальности, в которой он внезапно очутился. Мятно-чайная свежесть теплого дыхания на щеке, тягуче-упоительный поцелуй, от которого можно было бы опьянеть или потерять голову, и мурлычущий шепот Микасы после того, как тот все же прервался по ее инициативе: — А я думала, что ты не умеешь целоваться. Несмотря на темноту, Эрен был уверен, что Микаса улыбалась. Довольная. Разнеженная. И, черт, определенно ждала продолжения, иначе ее губы не дразнили бы его в сантиметровой близости… Однако уже в следующее мгновение, словно ударенные током, они оба резко отстранились друг от друга, потому что ворвавшийся в их мирок голос разрушил всю идиллию: — Всё готово, — беспристрастно сообщила Имир обоим в наушник. — Начало трансляции назначено на 23:00. Командир Зоэ просит собраться весь экипаж, не задействованный в организации передачи сигнала и защите «Тетис», в зале совещаний. Микаса чертыхнулась в тишине и тут же вскочила с дивана: — Мы с Конни следим за развертыванием защитного поля, — объяснила она, снова серьезная и собранная. — Ладно, — только и пробормотал Эрен в неловком недоумении уже вслед удаляющимся шагам. В отличие от Микасы, он вот так — словно по щелчку пальцев — переключаться на рабочий лад не умел и все еще осоловелый от только что произошедшего еле смог стереть улыбку счастливого дебила, когда встретил в коридоре уже на подходе к залу совещаний командира Зоэ и старпома Аккермана. Видимо, те спешили в командный центр, однако Ханджи отчего-то окликнула Эрена и вернулась, а когда тот вытянулся по стойке смирно перед командиром, готовый выслушать поручение, понизив голос, сказала: — Помаду с губ сотри, Йегер. Не твой цвет. — Она еле сдержала смешок, мазнула взглядом по Леви и добавила: — И не попадайся на глаза старпому Аккерману в ближайшие лет пять-десять, если хочешь жить. Эрен поспешно провел тыльной стороной ладони по губам и тоже украдкой взглянул в сторону Леви, который стоял в отдалении в ожидании Ханджи, и хоть выглядел он по-прежнему обманчиво спокойно, взглядом готов был убивать. Вероятно, Эрена. И, вероятно, с особой жестокостью. — Спасибо, — поблагодарил Йегер и поспешил убраться подальше от Леви, пока тот не решил воплотить в жизнь свои маньячно-убийственные грезы в отношении того, кто посягнул на его дражайшую племянницу. Пожалуй, впору было поверить в сплетни времен Академии относительно тех нескольких парней Микасы, с которыми та встречалась еще подростком и которые потом каким-то загадочным образом (как гласили слухи, конечно) исчезали без следа. На экране проектора в зале совещаний Эрена снова встретило овальное пятно Объекта на фоне звезды, а также едва ли половина экипажа — остальные были задействованы в задании. Ни Армина, ни Микасы, естественно, не было, поэтому Йегер выбрал кресло подальше от оживления и посторонних глаз. Эйфория от первого поцелуя наконец прошла, и он погрузился в созерцание неведомой херни, от которой по-прежнему не ждал ничего хорошего. Интуиция редко его подводила, и сейчас под видеотрансляцию Объекта с зонда она кричала на все лады: «Держись подальше от этой жуткой штуковины!» На соседнее кресло опустился Райнер. — Тут Порко с ребятами из технического тотализатор замутили, — заговорил он вполголоса без каких-либо предисловий, — делают ставки, ответят нам или нет. Ты как? Не хочешь поучаствовать? — Да ну нахрен, — ответил Эрен. — Вот и я так же им сказал, — кивнул Райнер, хотел было еще что-то добавить, но Ханджи из командного центра объявила минутную готовность. Разговоры тут же смолкли, а все взоры обратились к экрану, хотя каждый из присутствующих понимал, что в ближайшие полчаса после начала трансляции вряд ли что-то изменится. Ханджи осторожничала. Вот почему выбрала время, когда Объект и «Тетис» будет разделять звезда, а ту самую последовательность простых чисел передаст зонд, который также в данный момент находился по ту сторону Глизе 667с. Как известно из физики, ничего не может превысить скорость света, а значит пройдет пара десятков минут после первой передачи сигнала прежде, чем люди смогут узнать реакцию на этот элегантно простой «экзамен на разумность». Трансляция началась в абсолютной тишине, а затем медленно потянулись минуты ожидания, и даже Райнер устал молчать. К счастью, Эрен ему был нужен, скорее, в качестве слушателя, а не собеседника. Вообще-то Райнер Браун никогда не отличался многословием. Широкий в плечах, мускулистый и выносливый; одним словом — качок. Кажется, ему в Академии завидовала добрая половина пацанов, а девчонки вешались на Брауна гроздьями… Однако он не обращал внимания ни на первых, ни на вторых, потому что упорно зубрил химию и качался, а в перерывах между этими занятиями развлекался придумыванием вместе с Энни и Бертольдом хитроумных конструкций, чтобы запущенные в стратосферу яйца не разбивались при приземлении. Да. Обычные сырые куриные яйца. Пару раз они даже брали на испытания Эрена с Армином, только все окончилось неудачей. Зато было весело. Действительно, весело. Наверное, из-за хобби Эрен и симпатизировал Райнеру, потому что оно было таким же дурацким и бессмысленным, как и его игра в созвездия. А еще Браун часто имел схожее с Йегером мнение… Вот и сейчас, будто читая его мысли, он неторопливо высказывал Эрену свое разочарование насчет того, как они бездарно тратят ценное время для изучения непонятной штуки вместо того, чтобы заняться своей непосредственной работой. Эрен же, вполуха слушая бубнеж приятеля, лишь согласно поддакивал время от времени и думал о своем, пока мелодично-мягкий, но безжизненный голос Имир внезапно не сообщил по громкой связи на весь командный центр, видео которого также транслировалось на дисплее зала совещаний: — Исследовательский челнок «Гесиона-2» только что покинул ангар. — Какого?.. — По вытянутому в изумлении лицу Ханджи стало понятно, что она никаких приказов относительно этого не отдавала. Да это и понятно, ведь все члены экипажа должны были быть готовы погрузиться в гибернационные капсулы в случае, если «Тетис» придется экстренно набирать скорость из-за враждебных действий со стороны Объекта. — Имир, кто им управляет? — Аутентификация не пройдена. — Продолжайте трансляцию сигнала и наблюдение за Объектом. О любых изменениях докладывать немедленно, — отдала командир Зоэ приказ все той же троице за компьютерами, а сама переместилась в кресло за собственный монитор. — «Гесиона-2», прием! Ответьте! Но радиоэфир заполнили лишь щелчки и шипение белого шума. Ответа не последовало. Ханджи продолжала попытки выйти на связь. Пока что безуспешные. Присутствующие в зале совещаний начали негромко переговариваться, не спуская глаз с экрана. — Вот дерьмо! — выругался Эрен себе под нос, потому что пришедшая в голову мысль ему очень и очень не понравилась. Райнер молча подвинулся, когда он встал с кресла. Оказавшись в коридоре, Йегер поспешно переключился на канал личной связи. — Жан? Слышишь меня? — позвал он негромко, однако в ответ получил лишь молчание. Жан не отвечал, и теперь можно было начинать беспокоиться еще сильнее, ведь Леви почти два часа назад отправил Кирштейна в ангар, и тот почему-то до сих пор не вернулся, хотя работы там было максимум на час. — Кирштейн, ты же не настолько ушибленный, чтобы в одиночку лезть в этот огурец? — с негодованием процедил Эрен то ли самому себе, то ли в адрес безмолвного Жана. — Ответь мне, твою ж мать! Ангар с грузовыми и исследовательскими челноками располагался на нижней палубе, куда можно было попасть или через лабиринты переходов энергетического отсека, или на лифте, к которому Эрен побежал, продолжая вызывать приятеля по связи. — Имир, покажи мне траекторию «Гесионы-2», — попросил он, почти добравшись до шлюза в грузовой отсек. Глядя на пунктир, которым Имир изобразила проделанный челноком путь, Эрен развеял свои последние сомнения: «Гесиона-2» шла по касательной к орбите Объекта, а значит с пунктом назначения он не ошибся. Угонщик не дождался ответа на двоичное послание инопланетянам, а… (как же там выразился Жан вчера?) решил стать «первым, кто постучится в их парадный шлюз». — Эрен, — окликнули его сзади, когда он уже готов был надеть шлем, натянув перед этим облегченный скафандр для работы в вакууме, — ты чего здесь делаешь? Он оглянулся. Ко входу в ангар спешили Пик и Порко. В полетных скафандрах и со шлемами в руках. — А вы? — спросил Эрен, хотя их появление в полетной экипировке говорило само за себя. — Леви приказал перехватить Жана, — объяснил Порко Галлиард, физик-энергетик и лучший из летчиков «Тетис». И хотя в прошлом у них с Порко не раз случались потасовки, время и возраст давно сгладили все шероховатости отношений, поэтому про себя Эрен с выбором перехватчика согласился — Галлиард, и вправду, был среди них лучшим в полетах. Как и умняшка Пик. — Так это все-таки Кирштейн? — в голосе явно послышалось разочарование, которое Йегеру не удалось скрыть. Как-никак он считал Жана другом, а за такую дурость того точно теперь ждало наказание. Если, конечно, он вообще сможет долететь до той штуковины живым. — Значит, вышел на связь? — Нет. — Порко открыл переборку и первым шагнул в шлюз для откачки воздуха. Пик и Эрен последовали за ним. — Но Кирштейн — последний, кто входил в ангар, и единственный, кто теперь не отвечает. — Вот же говнюк, — с досадой пробормотал Эрен и надел шлем, защелкнув его на скафандре. Он никак не мог поверить. Ради чего? Ради простого выпендрежничества и соперничества? Но ведь Жану не шестнадцать лет, чтобы таким образом покрасоваться перед девушками или утереть нос Эрену… Он, каким бы хвастуном ни был, все-таки дружит с головой и никогда бы не ослушался приказов Ханджи. Какой же тогда у него был мотив? В наушнике послышался бархатно-ленивый голос Пик, которая будто подслушала размышления Йегера: — Жан, конечно, тот еще адреналиновый наркоман, но на суицидника-дезертира он совсем не похож, — поделилась она с ним мыслями по личному каналу связи. — Вот и мне не верится, — согласился Эрен. Оказавшись в ангаре, Порко и Пик тут же направились к двум оставшимся «Гесионам», а Эрен медленно двинулся вдоль противоположной стены, где выстроились в ряд грузовые челноки «Калипсо». По сравнению с их громадами, он чувствовал себя таракашкой. Растерянной и ничего не понимающей козявкой. — Эй, сюда! — позвал голос Порко в наушнике. Эрен обернулся и в следующую секунду бросился бежать через весь ангар на помощь приятелю, который склонился над лежащим без движения человеком около «Гесионы-3». Пик тоже кинулась помогать. Под визором шлема они без труда опознали Жана, однако тот не подавал никаких признаков жизни. — Герметичность костюма не нарушена, — прокомментировала Пик опасения остальных, а затем отрапортовала о находке Ханджи. Выслушала ее краткий ответ, кивнула и принялась помогать Эрену с Порко. Совместными усилиями они вынесли Кирштейна из грузового отсека, уложили прямо в коридоре и бережно стащили с него шлем. — Жан! — позвала Пик, проверив пульс, а затем легонько похлопав его по щекам. — Слышишь меня? Ты как? Жан простонал что-то нечленораздельное и только затем разлепил веки. — Голова трещит… Бля… — пожаловался он. С трудом сел и пощупал затылок. — Нормально так он меня с трапа скинул. — Кто? — тут же насторожился Порко. — Ты видел, кто вывел «Гесиону-2» из ангара? — Да. Это был этот, как его там… — Жан поморщился, вспоминая. — Тот рыжий долбоящер. И пока Пик с Порко, ничего не поняв, обменивались друг с другом взглядами, Эрену все стало ясно: — Флок Форстер? — спросил он удивленно. — Да, — кивнул Жан и снова скривился, схватившись за затылок. Какого черта? Почему он не в гибернации? Однако вместо вопросов, на которые ему бы сейчас никто не смог ответить, Эрен молча помог Кирштейну подняться: — Тебе нужно к Хисе, пусть на всякий случай проведет медицинскую диагностику, — сказал он, а затем, кивнув на прощание пилотам, пошагал вместе с приятелем в медицинский отсек под его неумолкающие заверения о своем великолепном самочувствии. Поспешно сплавив Жана в руки Хистории, Эрен вернулся в зал совещаний. На этот раз кресла в нем пустовали — все сгрудились перед экраном, неотрывно следя за едва различимой точкой челнока землян на фоне черной громады неизведанного Объекта. Видимо, «Гесиона-2» все это время шла на полном ходу — уж слишком быстро добралась до цели. Перехватчиков, отправленных Ханджи, пока видно не было. Однако, стоило Эрену окинуть присутствующих взглядом, он понял причину, ведь оба: и Пик, и Порко — снова оказались здесь. — А как же перехват «Гесионы-2»? — спросил Эрен вполголоса у черной макушки Пик, оказавшись за спиной девушки. — Отбой, — ответила она также тихо, даже не обернувшись. — Командир Зоэ решила, что Флок Форстер не тот человек, ради которого стоит рисковать нашими жизнями и оставшимися исследовательскими челноками. — Точка «Гесионы-2» на долю мгновения мигнула ярким светом тормозного двигателя, и Пик хмыкнула. — Смотри, напрямик прет. Дурак. Да уж. Если бы кто-то лез к «Тетис» таким наглым способом — без приветствий и приглашений, — его бы точно уже нейтрализовали, поэтому если в Объекте действительно есть нечто или некто с разумом, то вскоре Флок Форстер и «Гесиона-2» прекратят свое существование. Эрен в этом ни на секунду не сомневался. Слишком очевидный исход. Однако, предполагая будущее, он все еще не мог разобраться с прошлым. — Почему Форстер вообще не в гибернационной капсуле? — спросил Йегер, наблюдая вместе со всеми за ползущим к Объекту челноком. — Как выяснилось, его разбудила Имир вместе с остальными. По ошибке. Правда, она ее не признает. — Пик кашлянула и продолжила голосом, копирующим мертвые интонации искина: — «Согласно протоколу, любой человек, находящийся в гибернации, является членом экипажа «Тетис» и имеет равные со всеми остальными права на выход из гибернационного сна в случае поступления соответствующего приказа». Короче, она посчитала Флока за члена нашей команды и по приказу командира Зоэ его разбудила. А этот хитрожоп в суматохе и затерялся, а потом воспользовался первой же возможностью удрать. — Только удирать-то ему некуда… — пробормотал Эрен. — Видимо, решил уж лучше так, чем всю жизнь провести в гибернации, — пожала плечами Пик. Вечный сон, больше похожий на смерть, без каких-либо перспектив влиться в состав экипажа «Тетис», который бы ни за что не принял в свою «семью» причастного к разрушению космопорта человека, или отчаянная попытка сбежать… в никуда. Скорее, акт суицида, нежели бегство. Эрену стало жаль парня. После их краткого разговора Флок Форстер олицетворял для Йегера не деструктивную силу тупых варваров — нет. Пусть он и казался наивным дураком в своей слепой вере помочь Земле, однако его цель, его мечта, вела к созиданию, а не разрушению. И это, по мнению Эрена, как минимум стоило того, чтобы попытаться вернуть Форстера на звездолет. — Он так и не вышел на связь? — спросил он, с сожалением наблюдая, как серебристая «муха» челнока уже почти вплотную приблизилась к Объекту. — Нет, — ответила Пик спокойно, а в следующее мгновение вскрикнула от изумления, и ее сорвавшийся в возглас голос слился с хором таких же удивленных воплей: — Ого! Смотрите-ка! Открыли! Его впустили! Эрен не верил своим глазам. Он, как и, наверное, все присутствующие не мигая глазел на то место, где только что исчезла «Гесиона-2». Не взорвалась. Не испарилась, расщепленная на атомы. Нечто заглотило ее так естественно и легко, как амеба могла бы заглотить крупицу пищи. Обволокло и втянуло внутрь. А может, им всем просто показалось? Не так-то легко различить подробности в черноте. — Запустить с зонда-передатчика дрон, — раздался твердый голос Ханджи Зоэ. — Направление: выход на траекторию «Гесионы-2» и следование до места ее посадки. Теперь минуты растянулись чуть ли не в вечность, а в глазах стало сухо от напряжения. Все молча ждали и через камеру на дроне наблюдали, как тот тычется в безупречно гладкую черноту Объекта в том самом месте, где несколькими минутами ранее исчезла «Гесиона-2». Снова и снова. Раз за разом. Настойчиво. Нагло трется и ищет входной шлюз. Или туннель. Или провоцирует механизмы захвата вытянуть свои «ложноножки». Время текло, но ничего не происходило. Дрону «дверь» так и не открыли.