Глава 6. Я не хочу умирать

385 год Эпохи Вырождения Звездная система Глизе 667, звездолет «Тетис» Даже сквозь радиопомехи Эрен отчетливо различал страх и отчаяние в дрожащем голосе Флока Форстера. «Вы ведь слышите меня? Прием. «Тетис», прием! Пожалуйста, отзовитесь. Я… Я знаю, что поступил неправильно… что не должен был красть челнок… — Десять секунд шипящего безмолвия, а затем отчаянное: — Я не хочу умирать! Вытащите меня отсюда! Пожалуйста! Не хочу умирать! Пожалуйста! Простите! Я не хочу здесь умирать! «Тетис»! Отзовитесь! Прием!» Следующее послание, отправленное Флоком десять минут спустя после первого, уже не фонтанировало эмоциями. Видимо, парень более-менее взял себя в руки, сообразив, что мольбы на грани истерики не информативны и ничем не помогут. Его голос был ровным. «Я не могу выбраться самостоятельно. Оно каким-то образом втянуло челнок через обшивку, но отверстие исчезло сразу, как только челнок оказался внутри. Вокруг пустота и темнота. Ничего нет. Воздуха тоже нет. Гравитация слабее земной. Стены и пол из подобия углепластика. Черные. Впереди за площадкой, на которую я посадил челнок, длинный туннель или коридор, уходящий вглубь. Широкий. Что сверху — не знаю, потому что свет фонаря не достает до свода. Туннель, судя по показаниям корабельного сканера, имеет триста метров в длину и заканчивается тупиком. Наверное, все-таки попробую дойти до его конца. Запаса кислорода осталось на четыре часа. — Вздох. Несколько секунд молчания и все такой же спокойный рассудительный голос: — Вы же не варвары. Вы ученые — элита человеческой расы. Я готов понести любое наказание, когда вернусь на «Тетис». Только не оставляйте меня здесь — умирать в одиночестве». — Эрен, хорош уже! Прекращай. Я скоро это наизусть выучу, — взмолился где-то за спиной Райнер, после чего протиснулся вперед и сел в соседнее кресло пилота. — Что нового ты там хочешь услышать? Эрен послушно смахнул прочь с дисплея бортового компьютера иконку аудиозаписи и открыл окно с телеметрией «Гесионы-1», готовой к старту. — Да ничего, — ответил он, пожав плечами. — Просто пытаюсь представить себя на месте Флока. — Ты бы на его месте никогда не оказался, потому что у тебя есть мозги. — Райнер с виртуозностью пианиста запорхал пальцами по дисплею перед собой, проверяя готовность челнока к вылету в открытый космос. — Вот скажи, кем надо быть, чтобы добровольно в одиночку залезть в эту черную штуковину? Разве что ребенком, который насмотрелся сказок, где добрые гуманоиды угощают беглых астронавтов самым вкусным чаем с Альфы Центавра. — Вот именно. А смотрел бы фантастику, как Конни, знал бы, что ничем хорошим такие вылазки не заканчиваются, — раздался бодрый голос Саши, после чего ее лицо появилось на коммуникационной инфопанели. Она замолчала на несколько секунд, кивнула кому-то за пределами видеообзора и снова заговорила, на этот раз уже с абсолютно серьезным лицом: — Все готово, ребята. Я загрузила траекторию в бортовой компьютер, так что можете лететь на автопилоте. «Гесиона-1» сама доставит вас к Объекту. Расчетное время пути — сорок три минуты, двадцать секунд. Удачи, и будьте осторожны. — Спасибо, Саша, — кивнул Эрен ей в ответ и развернул на дисплее очередное окно — на этот раз с просчитанной траекторией. — Отбой. Саша улыбнулась и отключилась, а на ее месте тут же появилось лицо Ханджи. Командир улыбок себе не позволяла, была максимально сосредоточена и серьезна: — Действуйте по обстоятельствам. Не забывайте, что радиосигнал до «Тетис» и обратно будет идти с большой задержкой, так что мы не сможем отреагировать оперативно. Никакой самодеятельности. Забираете Форстера, «Гесиону-2» и возвращаетесь обратно. — Поняли вас, командир Зоэ. — Райнер надел летный шлем. — Одна нога там, другая здесь. Эрен последовал его примеру. Надел шлем и пристегнул ремни безопасности. — Флок больше не выходил на связь? — спросил у Ханджи, пока отлаживал положение кресла. — Нет. Судя по всему, Объект блокирует сигналы. Поэтому есть вероятность, что наш ответ Форстер тоже не получил. Будьте с ним осторожны, мы не знаем, что у него на уме. — Так точно. — Еще вопросы есть? — Нет. — Тогда вперед. Запуск обратного отсчета. До открытия ангара осталось три минуты. Время пошло. — Конец связи. — Райнер, тоже уже пристегнутый, вопросительно взглянул на Эрена, и когда тот кивнул ему, мол, я готов, взялся за штурвал ручного управления. — Ну что ж, погнали. Послышался гул двигателя. «Гесиона-1» чуть завибрировала и тронулась с места, следуя вдоль подсвеченной полосы на полу ангара, которая указывала направление к шлюзу. Эрен глубоко вздохнул, стараясь не думать о том, куда направляется, и сосредоточился было на дисплее, но внезапно канал личной связи щелкнул и в наушнике раздался встревоженный голос: — Эрен! — Микаса? Они так ни разу и не пересеклись после поцелуя. Микаса занималась обеспечением защиты «Тетис», а потом пошла отсыпаться. Ее не стали будить, когда Флок вышел на связь и все завертелось-закрутилось. Эрен, наверное, был этому даже рад, потому что… не знал, как теперь смотреть ей в глаза и при этом не выглядеть счастливым дебилом с расплывающейся до ушей улыбкой, ведь каждый раз, когда вспоминал о поцелуе, терял связь с реальностью. И это определенно мешало работе. Зато Микаса вела себя как ни в чем не бывало: — Я только что проснулась после дежурства и узнала… — Она запнулась, вздохнула и произнесла уже с недовольством: — Леви говорит, что ты сам вызвался лететь и спасать Флока Форстера. Эрен скосил взгляд на Райнера, который сосредоточенно смотрел вперед и делал вид, что приватные беседы — это не его дело. — Ты прослушала его послания? — спросил Эрен вместо объяснений, наблюдая, как в открывшемся проеме за стартовой площадкой сияют в черноте звезды. И снова звезды… И снова гул, правда на этот раз не реки, а двигателей… И снова надо превозмогать себя, чтобы двигаться вперед… — Ему там тоже очень страшно умирать в одиночестве, Микаса. Уж она-то, храбрая девочка из детства, должна была как никто другой понимать сейчас и Форстера, и Эрена. Однако Микаса лишь вздохнула: — У тебя синдром спасателя? Всех на свете нужно непременно спасать самому? — спросила она. — Кто бы говорил, — хмыкнул Эрен в ответ, вспомнив сначала про Индию, а потом про рвение Микасы добраться до раненых на «Теллусе». И это только из последнего… А сколько подобных ситуаций в меньших масштабах было во время учебы? Пальцев на руках точно не хватит. — Не лезь там никуда! — вдруг выпалила Микаса строгим голосом. Да так неожиданно, что Эрен даже поморщился. — Да, мамочка, — сказал он, наперед зная, что ей такой ответ точно не понравится. — И шапку перед прогулкой я тоже надел. — Пф… — фыркнула Микаса и отключилась. Как раз вовремя, потому что через пару секунд внутренняя связь с «Тетис» оборвалась, а исследовательский челнок «Гесиона-1» покинул ангар и вышел в открытый космос. — Поехали, — пробормотал Райнер, включил автопилот и, выпустив из рук штурвал, откинулся в кресло. Оба пилота молча наблюдали, как звездолет неторопливо повернулся на бок и исчез позади челнока, а впереди оранжевым светом ослепила глаза Глизе 667с. Сначала неподвижная. Однако вскоре светило начало едва заметно расти — «Гесиона-1» взяла разгон. Эрена вдавило в кресло, и он с трудом мог пошевелиться. Только и оставалось, что ждать, когда Объект, абсолютно неразличимый на фоне черного космоса, станет заметным на диске красного карлика. Йегер прикрыл глаза и попытался расслабиться, прокручивая в голове недавние события. С момента исчезновения «Гесионы-2» в недрах Объекта прошло восемь часов, и все тогда решили, что Флок уже мертв. А потом Эрен услышал мольбы о помощи, моясь в ду́ше после пятичасового беспокойного сна: Имир включила трансляцию всем, кто бодрствовал, после чего передала приказ от Ханджи снова собраться в зале совещаний. Когда Эрен десять минут спустя появился в месте сбора, вопрос о том, лететь на помощь или нет, уже не обсуждался. Спасать. Однозначно спасать дурака. Тем более сам факт, что Форстер до сих пор жив, обнадеживал и вселял надежду, что и спасателей при приближении к Объекту не расщепит какой-нибудь сверхпушкой на элементарные частицы. Еще одним аргументом «за» выступала возможность возвращения угнанной «Гесионы-2», которая в миссии Deus явно была важней и полезней дурня Флока Форстера. Правда, одно дело решить лететь на помощь, а совсем другое — решиться самому лезть внутрь непонятной штуковины, о которой на данный момент почти ничего не было известно. Ученые так не поступают. Не их методы. А как же сбор данных, оценка рисков, проверка гипотез и вероятных исходов? Конечно, на все это уйдет не одна неделя, а время, оставшееся Форстеру, катастрофически сокращалось с каждой секундой промедления. И Эрен вызвался добровольцем. Фраза о нежелании умирать в одиночестве снова напомнила ему о чуть не утонувшей в Меконге Микасе… Что было бы, если бы он тогда долго раздумывал и опоздал к ней? Она бы умерла. А что стало бы с ним? Возможно, он никогда бы не смог оказаться здесь, на «Тетис». Вторым добровольцем тут же вызвался Жан, однако Хистория запротестовала — ее беспокоил недавний ушиб затылка, Леви кандидатуру тоже не одобрил, ведь накануне Кирштейн так рьяно рвался исследовать Объект, что старпом опасался «как бы он там свой нос не сунул куда не следует и не угодил жопой в неприятности». Тогда выбор командира Зоэ пал на Райнера, как человека, которому инопланетная хрень заведомо не нравилась, а значит искать на голову приключения из собственного любопытства Браун точно бы не стал. И вот теперь они здесь. После получения первого сообщения от Флока Форстера прошло чуть более часа, а значит у них с Райнером в запасе есть всего пара часов на случай непредвиденных обстоятельств, а потом у парня закончится кислород. — Вон, смотри. Кажется, это он, — прервал Райнер неторопливое течение мыслей Эрена, указав на черную точку, вползшую на оранжевый круг Глизе 667с. — Пора заняться делом. Йегер сверился с данными по перегрузке и, удовлетворившись результатом, отстегнул себя от кресла. — Спектрофотометрию беру на себя, — сообщил он Райнеру. — Отлично. Займусь тогда поляриметрией и радиолокацией. Командир Зоэ решила выжать все возможное из полета «Гесионы-1» к Объекту, поэтому возложила на Йегера и Брауна не только миссию по спасению, но и сбор данных, анализом и интерпретацией которых займутся по возвращении на «Тетис» специалисты. Хоть на этом спасибо. — И каким местом это все относится к генной инженерии… — пробормотал Эрен, даже не пытаясь вникнуть, что за числа и параметры скачут теперь по его дисплею. — В космосе ты либо мастер на все руки, либо не летишь в космос, — невозмутимо заметил Райнер уже откуда-то сзади. Наверное, занимался отладкой аппаратуры. — Подойди на минуту сюда, помощь нужна. Провозившись в хвостовой части челнока с десяток минут, оба невольно оторопели, когда вернулись обратно в кабину пилотов: черное нечто теперь закрывало весь обзор «Гесионы-1», надвинувшись на них неприступной крепостью колоссальных размеров. Эрен сглотнул в тщетной попытке хоть немного унять неприятные ощущения в животе, подобные тем, что возникают от сильного волнения или когда летишь с высоты вниз. Нет. Его вовсе не пугали размеры, и даже не потенциальная угроза, которую предствляло это громадное тело, медленно вращающееся вокруг своей большой оси. Взгляд Эрена скользил по гладкой темной поверхности в тщетной попытке отыскать что-то похожее на земные технологии, провести аналогии, понять конструкционные решения создателей Объекта, чтобы наконец подавить древние инстинкты всего живого — затаиться перед лицом неизвестности, чуждости и, следовательно, опасности, ибо в генах каждого земного существа вшит механизм защиты: что неизвестно, то несет смерть — беги. Чем больше всматривался в черноту перед собой и чем ближе становилась к ней «Гесиона-1», тем яснее Эрен различал изъяны среди безупречной гладкости. Неровные борозды шириной чуть больше метра, все такие же темные и непонятные, расчертили весь Объект вдоль и поперек, сложившись в странный, смутно знакомый орнамент, которого здесь просто не могло быть. — Знаешь, Райнер, что мне это напоминает? — наконец решил Эрен поделиться собственными соображениями. — Картину, собранную из пазлов? — озвучил свою ассоциацию Браун. — Нет. Эпидермис листа под микроскопом. Поразительно, но Эрен различил даже структуры, напоминающие закрытые устьица. К одному из таких «устьиц» они, видимо, и направлялись. «Гесиона-1» вовсю сбавляла скорость, и отблеск тормозных двигателей тусклыми бликами отражался на черном глянце обшивки эллипсоида, до которого оставались считанные сотни метров. А потом Эрен почувствовал нечто странное: словно что-то бестелесное прошло сквозь него, запустив по телу мурашки и вздыбив волоски по всему телу. Статическое электричество? Похоже, что Райнер почувствовал то же самое. — Такое чувство, что нас только что просканировали, — сказал он, посмотрев на Эрена. — Похоже на то, — согласился тот, а потом краем глаза уловил движение. «Устьице», поглотившее челнок Флока, только что раскрылось. Эрен даже не заметил, как это произошло: отъехали ли какие-то панели в сторону или просто растворились в пространстве. Поразительная скорость на грани возможности физических законов. — Поздравляю, Райнер, мы прошли фейс-контроль, и нас приглашают на вечеринку в закрытый клуб, — мрачно пошутил он, чтоб хоть немного снизить градус напряжения. — Вход открыт. Райнер, нахмурившись, лишь хмыкнул и занял свое кресло, чтобы переключиться на ручное управление. — А зонд не впустили, — напомнил он. — Возможно, сканер реагирует на определенный размер. — Или на наличие высокоорганизованной органики. Или на цвет. Или на форму летательного аппарата… Можно гадать сколько угодно. Эрен ничего не ответил и снова направился в хвостовую часть челнока. Уже готовый к выходу в открытый космос, он еще раз проверял крепления УПМ, когда вновь раздался голос Райнера: — Если что пойдет не так, рви когти назад. Йегер закатил глаза. — Сначала Микаса со своими наставлениями, теперь и ты туда же. Мне не шесть лет, Райнер, — ответил он с легкой примесью раздражения. — Да мы ж просто волнуемся за тебя. Не ерепенься, Эрен, — примирительно ответил Браун, как всегда невозмутимый и спокойный. А затем добавил уже по делу: — Пытаюсь связаться с Форстером. Не отвечает. Хотя теперь-то сигнал не должен блокироваться. Буду пробовать дальше. Райнер подвел «Гесиону-1» так, чтобы между челноком и Объектом осталось меньше ста метров, поэтому Эрен с помощью УПМ без труда перебрался на край посадочной зоны инопланетной штуки. Внутри, и правда, не было ни единого источника света, поэтому он сразу же активировал ночной режим на визоре шлема, и первое, что увидел, была «Гесиона-2». При беглом взгляде целая и невредимая. — Флок Форстер, прием. Слышишь меня? — позвал Эрен, однако ответа не последовало. Тогда он, включив на всякий случай фонарь, чтобы не спугнуть Форстера в темноте, сначала обошел вокруг челнока, попутно приноравливаясь к слабой, явно искусственной гравитации, а затем забрался внутрь и обследовал каждый закуток, где можно было затаиться. Пусто. С «Гесионой-2», судя по показаниям приборов, было все в порядке, за исключением отсутствовавшего в ней пилота. — Это Эрен Йегер. Флок Форстер, я прилетел за тобой. — Канал связи молчал. — Где ты, мать твою? Встречай гостей. Чертыхнувшись, Эрен с сомнением и неприязнью посмотрел в темный провал туннеля, уходящего вглубь. Неужели ушел туда? И теперь придется идти следом? Ночное видение не позволяло заглянуть далеко вперед, да и не очень-то и хотелось всматриваться. Подавив в себе искушение активировать «Гесиону-2» и поскорее выбраться из этой жуткой глотки, оставив Флока на произвол судьбы, Эрен, продолжая вызывать парня по связи, оповестил Райнера о решении поискать Форстера в туннеле, после чего направился внутрь. Шагая вперед, он пытался запомнить все в мельчайших деталях. По структуре стены оказались похожи на внешнее покрытие Объекта, разве что «клетки» здесь были меньше и сильнее напоминали правильную кирпичную кладку. Прикасаться к чему-либо Йегер не собирался — мало ли что. Под ногами клеточно-мозаичной структуры не было. Однородная гладкая поверхность. Только по центру протянулась единственная прямая линия. Словно разделительная полоса на дороге, теряющаяся в темноте. Добравшись почти до конца туннеля, Эрен наконец заметил впереди нечто, выделяющееся из окружавшей его пустоты. Правда, на человека в скафандре оно пока мало походило. Что-то неподвижное, компактно округлое притаилось в углу тупика. На движение и свет оно не реагировало. Йегер почувствовал, как его с головы до ног прошибло холодным потом. Даже дыхание сбилось. Ну нахрен! Если он сегодня выберется из этого кошмара живым, ноги́ его здесь больше не будет… А пока он остановился в десятке метров от неведомого объекта и почти не веря в положительный результат попросил Имир его идентифицировать. Несколько секунд спустя поверх реального изображения появились схематичные контуры — искин идентифицировал объект в углу как сидящего в позе зародыша человека в скафандре, который уткнулся лицом в колени. Похоже… Похоже, что Флок нашелся, однако легче от этого Эрену не стало. Реакции на свет у того так и не было. Неужели они опоздали и Форстер уже мертв? На всякий случай Йегер попытался повнимательнее приглядеться, крови и следов насильственной смерти видно не было. Эрен постоял в нерешительности еще некоторое время, однако все же набрался храбрости и двинулся вперед. Не бежать же обратно, так и не узнав ничего конкретного. Ближе. Еще ближе. Он не слышал ничего, кроме собственного дыхания и отголосков заходящегося от панического ужаса сердца, которое никак не хотело сбавлять обороты. Наконец приблизившись почти вплотную, Эрен наклонился и тронул парня за плечо, попутно заметив, что у того вручную отключена связь на скафандре. Флок открыл глаза, дернулся в ужасе и замахал руками и ногами, обороняясь от пришельца. Йегер с облегчением чертыхнулся, а парень так и продолжал истерично отбиваться с глазами полными первобытного животного страха. Блокируя одной рукой беспорядочные удары, второй Эрен смог-таки дотянуться до кнопки включения связи. — Эй, эй! Спокойней! — тут же заговорил он твердо и уверенно. — Все в порядке! Успокойся! Услышав человеческую речь, Флок наконец прекратил сражаться с неведомым врагом и замер, вглядываясь в визор эреновского шлема. — Вы все-таки прилетели за мной? Это правда? Ты точно реален? С «Тетис»? — сипло забормотал он, протянув руки к Йегеру. На этот раз, чтобы прикоснуться к скафандру, удостовериться в реальности своего спасителя. — Да, да. Я Эрен Йегер, — Эрен помог парню подняться на ноги и продолжил, чтобы окончательно развеять его сомнения: — Ты стрелял в меня в отсеке гибернации, а потом рассказывал про реставраторов в карантинном боксе. Давай. Возвращаемся, Флок. Я не собираюсь тащить тебя на себе. — На всякий случай он решил проверить датчики на скафандре Форстера. Мало ли что этот истеричка мог еще себе случайно наотключать в припадке отчаяния. Но с остальным все вроде было в полном порядке. — Нужно поторапливаться. — Конечно. Только дай мне минуту. Ноги затекли. — Нахрена ты вообще сюда забился, а не ждал нас в челноке? — проворчал Эрен. — Никто мне не отвечал, и я подумал, что вы на меня забили… Решился-таки посмотреть, куда ведет этот туннель… А здесь ничего нет. Флок повернулся к тупику и включил собственный фонарь, чтобы показать Эрену такую же стену, как и остальные две, однако тот отмахнулся в нетерпении — уж больно хотелось поскорее вырваться наружу из этой слепой кишки. — Позже с этим разберемся, — заверил он Флока; хватит на сегодня впечатлений. — А потом я подумал, какая разница где умирать… — продолжил изливать душу Форстер. Эрен порывисто развернулся и направился к выходу: — Все. Пошли. Некогда трепаться. Догоняй, — сказал с недовольством в голосе. Однако успел сделать не больше десяти шагов, когда сверху почти синхронно с обеих сторон по «межклеточным» бороздам стен с молниеносной скоростью соскользнули вниз две яркие змейки света, на мгновение озарив туннель вспышкой. Они тут же потухли, едва достигнув поверхности пола. Не живое. Скорее, импульс или сигнал. Сердце снова екнуло от испуга, и Эрен резко остановился, чуть не опрокинувшись вперед от эффекта низкой гравитации. — Ты видел?! — взвизгнул наушник голосом Флока. А в следующее мгновение пол распахнулся. От стены до стены. На две равные половины ровно по той самой разделительной линии. Эрен вскрикнул, когда ноги потеряли опору, и оба землянина устремились в разверзшуюся под ними черную бездну.