Глава 7. Песок сквозь пальцы

Ярость Сайтамы была тихой, холодной и сфокусированной, как лезвие лазера. Его взгляд, устремлённый на Саске, обещал не просто поражение, но полное стирание. Он исчез. Для Саске мир сузился до одной точки — до приближающегося кулака. Его риннеган видел движение, анализировал его с безумной скоростью, но тело, истекающее кровью, с раздробленной рукой, не могло реагировать. В его глазах отразилось нечто большее, чем страх — принятие неминуемого конца. Но конец не наступил. Перед ним, будто из самой тени, материализовалась другая фигура. Итачи Учиха. Его движение было столь же быстрым, но иным — не грубой силой, а идеально рассчитанным парированием. Он не стал блокировать удар Сайтамы — это было бы самоубийством. Вместо этого он подставил клинок своего куная под идеальным углом, касаясь руки Сайтамы в момент её движения, и перенаправил силу удара в сторону, в землю. БУМ! Земля рядом с ними взорвалась, но Саске остался невредим. Итачи стоял перед братом в защитной стойке, его лицо было спокойным, но глаза, Шаринган, горели алым огнём, бешено вращаясь. — Отойди, Саске, — прозвучал его ровный, холодный голос. Сайтама, чей удар ушёл впустую, остановился. Он с лёгким удивлением посмотрел на Итачи. —О? Ты быстрый. И ловкий. — Я не позволю тебе тронуть моего брата, — просто сказал Итачи. В его голове уже работал с бешеной скоростью. Физические атаки бесполезны. Остаётся лишь одно — Гендзюцу. Иллюзия. — Цукуёми — мысленно скомандовал он, и его Шаринган сфокусировался на глазах Сайтамы. Мир для Сайтамы на мгновение исказился. Он увидел не поле боя, а свою квартиру. На полу лежал расколотый на две части его любимый игровой контроллер. Острый, леденящий укол боли и потери кольнул его в грудь. — А?.. — Сайтама моргнул, и иллюзия рассеялась так же быстро, как и появилась. Он потёр глаза. — Странно. Показалось. Итачи отшатнулся, скрыв шок за маской невозмутимости. Он... он вырвался? За долю секунды? Его разум... что это? Но времени на раздумья не было. Сайтама, уже раздражённый этой задержкой, снова ринулся вперёд, на этот раз прицеливания для Итачи. Его удар был быстрее предыдущего. Итачи снова двинулся навстречу. Его кунаи снова скользнули по руке Сайтамы, перенаправляя удар. Но на этот раз сила была слишком велика. Оба куная с громким лязгом разлетелись на куски, а Итачи отбросило назад, как пушинку. Он кувыркнулся по стеклянной равнине, едва удерживаясь на ногах. — Итачи! — крикнул Саске, пытаясь встать, но боль снова пригвоздила его к земле. Сайтама не стал их преследовать. Он повернулся к другим воскрешённым Учиха. Обито, используя Камуи, попытался атаковать с фланга, но Сайтама просто отмахнулся, и ударная волна от его движения отшвырнула Обито в его фазовом состоянии, заставив того материализоваться далеко за полем боя с болезненным стоном. Мадара, наблюдавший за этим с растущим интересом и яростью, собрал гигантский Расэнсюрикен в своей руке и метнул его. Сайтама повернулся и... поймал его. Сфера чистой энергии, способная стереть с лица земли всё живое, затрепетала у него в руке, как пойманная птица, и затем он просто сжал ладонь. Расэнсюрикен лопнул с тихим хлопком. — Надоели, — буркнул Сайтама и снова исчез. Он появился прямо перед Итачи, который только что поднялся. На этот раз его удар был направлен прямо в голову. Быстрее, чем мог среагировать даже Шаринган. Итачи знал, что не успеет уклониться. В последнее мгновение он не стал пытаться. Вместо этого он бросил последний, отчаянный взгляд на Саске. И его глаза снова вспыхнули. — Ко: Аматэрасу! Но это была не атака. Чёрное пламя вспыхнуло не вокруг Сайтамы, а вокруг самого Итачи, создавая на мгновение ослепительную, сжигающую всё барьер. Сайтама на мгновение задержался, щурясь от яркого света и жара, который он наконец-то почувствовал кожей. Его кулак, уже начавший движение, прошёл сквозь пламя и барьер. Хруст. Удар пришёлся точно. Итачи Учиха был отброшен назад. Его тело, уже мёртвое, начало рассыпаться на пепел, не успев даже упасть на землю. Его взгляд был прикован к брату до самого конца — не с болью, а с печалью и сожалением, что не смог защитить его снова. — ИТАЧИ! — рёв Саске был полон такой боли и отчаяния, что даже стеклянная равнина, казалось, содрогнулась. Пепел бывшего ниндя развеялся на ветру. Сайтама стоял на месте, разглядывая свой кулак. На его костяшках остались крошечные, обугленные пятнышки. — Горячо, — констатировал он без эмоций. — Ну ладно. Затем он медленно повернулся к Саске, который, рыча от боли и ярости, пытался подняться навстречу своей судьбе, один на один с неотвратимой силой, которая только что отняла у него брата во второй раз. Рев Саске, полный невыразимой агонии, эхом разносился по мёртвой равнине. Он пытался подняться, его единственная здоровая рука впивалась в острые осколки стекла, а глаза, налитые кровью, были прикованы к месту, где исчез Итачи. К Сайтаме. Но Сайтама уже повернулся к нему, его взгляд был холодным и безразличным. Он сделал шаг. — Подожди. Голос был тихим, хриплым, но полным неожиданной твёрдости. Это был Шикамару. Он стоял на коленях, всё ещё бледный и подавленный, но его глаза, обычно ленивые, теперь горели неестественно ярким, аналитическим огнём. Он смотрел не на Сайтаму с ненавистью, а изучающе, как сложную головоломку. — Ты наблюдаешь? — прошипел Шикамару, его взгляд скользнул по Орочимару и Бласту. — Он не использует энергию. Никакую. Он просто... физически силён. До абсурда. Его скорость, его прочность — это его база. Никаких техник, никаких систем. Одна грубая сила. — Его слабость... — продолжал Шикамару, игнорируя его, его мозг работал на пределе, — ...в его восприятии. Он не видит в нас угрозы. Совсем. Он скучает. Он отвлекается. Он... небрежен. Это не уверенность. Это слепота. Мы не можем быть сильнее. Но мы можем быть... неожиданнее. В этот момент в бой снова вступили Обито и Мадара. Разъярённый гибелью Итачи (которая задела даже его), Мадара обрушил на Сайтаму шквал деревянных структур — Водопад Смерти. Гигантские стволы, способные поглотить целую армию, обрушились на одного человека. Сайтама, казалось, даже не заметил. Он шёл сквозь них, как горячий нож сквозь масло. Древесина взорвалась в щепки при малейшем прикосновении к нему. Он шёл прямо на Саске. Обито, используя момент, телепортировался позади Сайтамы, пытаясь схватить его и затянуть в своё измерение. Сайтама просто отмахнулся назад локтем, и Обито с хрипом вылетел из фазы, кувыркаясь по земле. Но пока Сайтама был отвлечен на них, Орочимару, до этого выжидавший, увидел шанс. Его тело, всё ещё восстанавливающееся, растворилось в клубах дыма и из него вынырнула гигантская белая змея. Не для атаки. Для скорости. Змея молниеносно метнулась, обвиваясь вокруг ноги Сайтамы на микросекунду. И в этот момент её пасть раскрылась, и крошечная, но невероятно быстрая теневая клонированная версия самого Орочимару выпрыгнула из её глотки, впилась зубами в икру Сайтамы и тут же отскочила, растворяясь в песке. Это длилось долю секунды. Сайтама остановился. Он нахмурился и посмотрел вниз на свою ногу. На коже краснела крошечная, почти невидимая точка укуса. — Ай! — воскликнул он, больше от неожиданности, чем от боли. — Кусаться вообще-то нехорошо! Кто это был? Он потёр место укуса. Боль была мимолётной, слабой, сравнимой с укусом комара. Но она была. Орочимару, уже отползавший в сторону, замер, его змеиные глаза расширились в немом триумфе. Он это почувствовал! Его яд, способный парализовать любого живого человека, хоть на секунду, но достиг цели! Этой секунды хватило. Сайтама, раздражённый укусом, на мгновение отвлёкся. Его взгляд оторвался от Саске и перешёл на Орочимару. И этого мгновения хватило Шикамару. — СЕЙЧАС! — закричал он изо всех сил. Мадара, не нуждаясь в подсказках, воспользовался моментом. Его Риннеган вспыхнул. —Дзибаку Ко: Бансё: Тэн'ин! Гравитационное притяжение колоссальной силы потянуло Сайтаму не в сторону Мадары, а... вниз. Прямо под ногами Сайтамы стеклянная равнина треснула и разверзлась, обнаживая бездонную, тёмную пропасть, созданную силой Риннегана. Сайтама, отвлечённый и обеспокоенный укусом, на мгновение потерял равновесие и рухнул вниз. Пропасть тут же захлопнулась с оглушительным грохотом, погребая его под тоннами стекла и камня. На несколько секунд воцарилась тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием выживших. — Получилось...? — выдохнул Бласт, не веря своим глазам. Но Шикамару уже качал головой, его лицо было мрачным. —Нет. Это только задержка. Очень короткая. Он... Его слова заглушены оглушительным рёвом из-под земли. Почва под их ногами затряслась, как в лихорадке. БУМ! БУМ! БУМ! Мощные удары, как удары гигантского молота по наковальне, били из-под толщи стекла. С каждым ударом земля вздувалась и трескалась. — ...уже выбирается, — закончил Шикамару, с горькой усталостью глядя на то, как трещины расходились от эпицентра, как паутина судного дня. Их маленькая, отчаянная победа длилась не больше десяти секунд. И теперь гнев того, кого они попытались заточить, должен был обрушиться на них с удвоенной силой. Глухие удары из-под земли нарастали, превращаясь в сплошной грохот. Стеклянная равнина вздымалась и трескалась, как тонкий лёд под копытами быка. БА-БА-БА-БА-БА-БУМ! С оглушительным рёвом земля взорвалась. В небо взметнулся фонтан обломков, пыли и энергии, и в центре него, окутанный клубящимся прахом, стоял Сайтама. Его комбинезон был покрыт мелкой стеклянной крошкой, а на лице больше не было ни скуки, ни ухмылки. Было холодное, безэмоциональное раздражение. Он медленно провёл рукой по лицу, сметая пыль. —Надоели, — его голос прозвучал тише обычного, но от этого стал только страшнее. — Вы все... реально начинаете меня бесить. Его взгляд, тяжёлый и цепкий, упал на Орочимару, который попятился, впервые за долгое время почувствовав инстинктивный, животный страх. — Ты... кусался, — констатировал Сайтама и исчез. Он появился прямо перед Орочимару. Его рука уже была занесена для удара, который должен был стереть Саннина в пыль, как он стёр Торнако. Но в этот момент пространство исказилось. Обито, ценой невероятных усилий, телепортировался между ними, его маска была сломана, раскрывающе искажённое болью и решимостью лицо. Он знал, что не остановит удар. Он мог лишь принять его на себя. — НЕТ! — закричал Шикамару, но было поздно. Удар Сайтамы пришёлся Обито в грудь. Не было ни хруста, ни взрыва. Тело Обито просто... рассыпалось. Не в пепел, как у Итачи, а в мириады сверкающих частиц, которые тут же погасли, поглощённые пространственной дырой, ненадолго разверзшейся и схлопнувшейся. Камуи не спасла его. Она была разорвана вместе с ним. От Шестипутевого Обито не осталось ничего. Сайтама даже не посмотрел на результат. Его рука, не сбавив инерции, продолжила движение к Орочимару. И в этот миг Шикамару, его глаза застывшие от ужаса, сработал. Его план был безумным, отчаянным, построенным на грани самоубийства. Он не кричал команды. Он просто посмотрел на Мадару. И Мадара, величайший тактик, понял всё без слов. Пока Сайтама был сконцентрирован на Орочимару, пока его рука была в движении, Мадара активировал свою технику. Но не на Сайтаму. — Тендо: Синра Тэнсэй! — он не призывал метеор. Он применил притяжение. Не на себя, а в точку прямо перед лицом Сайтамы. В то же мгновение Шикамару, собрав всю свою волю, всю оставшуюся силу, из последних сил швырнул в эту точку не сюрикен, не взрывную печать. Он швырнул обломок стекла, оставшийся от меча Саске, тот самый, что был пропитан чёрным пламенем Аматерасу. Пламя давно погасло, но край стекла был заточен до атомарной тонкости и раскалён до предела энергией, которая его погасила. Сайтама, его рука уже почти достигшая Орочимару, на долю микросекунды отвлёкся на внезапно возникшую силу притяжения прямо перед его глазами. Он инстинктивно повернул голову. И прямо в его горло, в незащищённый участок, вонзился раскалённый осколок, направленный гравитацией Мадары и расчётом Шикамару. ШШТЫК! Тихий, влажный звук был оглушительным в наступившей тишине. Сайтама замер. Его глаза расширились от чистой, неприкрытой неожиданности. Он отступил на шаг, его рука непроизвольно потянулась к шее. Из-под его пальцев, по красному плащу, потекла струйка крови. Не капля. Струйка. Он попытался сделать вдох, и вместо него раздался хриплый, клокочущий звук. Яд Орочимару, до этого задержанный его невероятным метаболизмом, на секунду воспрял, воспользовавшись моментом слабости, вызвав спазм и острую, жгучую боль. — Гхх... кх... — Сайтама скривился, впервые за долгое время почувствовав нечто, приближенное к настоящей, физической агонии. Но даже через боль, через клокочущее в горле кровотечение, его ярость не угасла. Она стала только острее, сфокусированнее. Его взгляд, затуманенный болью, нашёл Обито — вернее, то место, где он только что был. — Ты... — прохрипел он, и его голос был ужасающе хриплым. — Ты... уже мёртв... но я... добью... Он не закончил. Его тело, движимое чистой волей, дёрнулось вперёду. Он не использовал скорость. Он просто шагнул и ударил кулаком в пустое место, где секунду назад рассеивающиеся частицы Обито. Пространство содрогнулось и... треснуло. Как зеркало, по нему поползла паутина чёрных щелей. Раздался звук рвущейся реальности, и затем — оглушительная тишина. Техника Камуи, остатки измерения Обито, были окончательно и бесповоротно уничтожены вдоль с любым шансом на его возвращение. Сайтама добил призрака. Он стоял, тяжело дыша (вернее, издавая хрипящие, клокочущие звуки), кровь стекала по его груди. Он повернул голову, и его взгляд, полный немой, холодной ярости, упал на Шикамару. — Ты... — просипел он. — Ты... следующий. Шикамару встретил его взгляд. В его глазах не было страха. Лишь горькое понимание того, что его гениальный план... лишь сильнее разозлил монстра.