Глава 1. Часть 1. Да начнётся шоу!

             Городские редко смотрят по сторонам. Невольно замечаешь это, когда проносишься на красный по пешеходному переходу. Да, время для машин вышло, но смерть-то старше. На шальную мысль Эн только усмехнулся из-под фуражки, прокручивая ручку на газ.       Даже сквозь моотчки солнце жарило до рези; его лучи озорно скакали по лесенке небоскрёбов, слетали на мутные линзы и россыпью бились об асфальт Таймс-сквера. Куда ни глянь – голубые окна, которые волной вздрагивали от рёва гоночного байка.       Из кармана брюк выхватили мобильник. На экране отразилась неловкая улыбка Эна с вереницей сообщений от напарниц. Сотня, если не больше, яростных смайликов от Джей и одно короткое «Где ты?» от Ви. Ещё ниже – печальная ленточка напоминалки, в десятый раз умоляющей не проспать зачисление в школу.       — Та-ак, — смущённо протянул, свайпнув вправо. — Джей игнорируем, да простят меня её приказы, а вот, эхе… Тут надо подумать.       Пока он перебирал пальцами по рукояти, Гермес фыркал, рычал на каждом повороте, но стойко нёс хозяина по седьмой Авеню. Невероятно прытко, учитывая, что эта старая рухлядь ещё полчаса назад ни в какую не хотела оживать.       Стащенный с городской свалки, вырванный прямо с того мехасвета – Эн возился с ним всё лето под раздражённые вздохи Джей, твердящей выбросить обратно этого уродца. Сначала Ви скупо держалась на стороне подруги, но после неожиданно предложила свою помощь. От её слов всё ещё пробегал холодок по спине, но Эн никак не мог не нарадоваться легально пробитым номерам и выкрашенным в жёлтый корпусом. Вид помойного, но красавца заставлял его сердце трепетать от умиления и восторга. «Словно золотистый ретривер!» – не удержался он тогда.       Проржавевшие трубки Эн чудом нашёл в последнее мгновение, поэтому прямо в школьной форме возился под баком. Белая, выглаженная рубашка почернела, а рюкзак с пиджаком теперь отчётливо несли маслом и бензином. Катастрофа для Джей, точно пропишущей ему хук в школе за это.       Неожиданно для самого Эна, но будущую участь перевесил краткий миг, когда Гермес смог вдохнуть полной грудью. Усилиями механика, но не без помощи Ви. Возможно, именно из-за искреннего чувства благодарности он впервые решился записать ей голосовое сообщение:       — Клянусь, мне очень-очень жаль, что всё так вышло, и я проспа-ва! — резко крутанул руль, чуть не выронив мобильник. Регулировщик в ужасе отшатнулся от пролетевшего байка и немедля залился в свисток. За спиной тут же откликнулся рёв красно-синей сигналки. — Сейчас я мчу к Коламбус-Сёркл, наслаждаясь видами Таймс-Сквера. Ларьки, туристы и, о! Рад видеть, Кохан! Передаю привет Бродвею!       На памятнике поэта стрелой вспыхнуло жёлтое пятно. Лишь на мгновение, чтобы после унестись вдаль.       «Если оглядеться – что лучше не делать на байке – тут найдёшь столько билбордов! Joca-Cola, новые фильмы, выступление директора JC! А! — из телефона послышался вой и яростные гудки машин. — Чёрт, да там же был зелёный! Минуту назад… О, прошу, передай Джей, что теперь цены на водород полетели вниз. Буквально вчера после заявления Компании! Пусть подсчитает, сколько мы переплатили. Она всегда любила цифры! Печеньки! — сквозь динамики снова прорвался визг шин, а следом стук колёс об брусчатку. — Блеск! Прости, Ви, мне пора. Этот грузовик не хочет уступать мне дорогу!»       Последние слова как об стену разбились концом голосовой дорожки. В пустом классе среди шёпота ветра послышался тяжёлый вздох, когда Ви уронила голову к скрещённым рукам на парте. Мгновенно её телефон перехватила Джей и со всей силы бросила в белую доску.       — Придурок!       С грохотом мобильник врезался об подставку и пол.       — Имбецил!       К нему прикатился маркер.       — Идиот!       Джей уже замахнулась стулом на телефон, но вовремя отвела его вбок. Не потому что боялась за мобильник Ви – NoJC3310 таким не сломаешь. Привлекать внимание к запертому классу, который должен быть пуст, хотелось меньше всего.       Со стоном Джей опустилась на сидение и растеклась по спинке. Закрыла лицо руками, поэтому не заметила, как Ви удивлённо достала наушники из ушей. По её мнению, командир должна была распинаться об одной бестолочи до самого звонка. То есть, ещё целых десять минут.       Иногда Ви завидовала собранности напарницы. Она взвалила к себе на плечи столько всего, что предлагать ей помочь стало в какой-то момент просто стыдно. От отвращения на саму себя.       Троица подростков только недавно перебралась в Нью-Йорк, и пока Эн бездумно бегал по достопримечательностям, а Ви бесцельно отбивала грушу в доках, Джей взяла всю ответственность, всю волокиту с деньгами и документами на себя. Ви не понаслышке знала, как трудно в Америке не то что иностранцу, несовершеннолетнему! иностранцу оформить бумаги. Шантажом, чудом или чем-то ещё, но командир же сделала это. Притом чертовски быстро.       Ещё Ви не успела привыкнуть к солёному воздуху побережья, как ей всучили список школьной формы и уведомление о зачислении. Джей буквально совершила невозможное и закинула их, подростков с пустыми аттестатами, сразу в последний класс. У неё даже нашлось смелости жаловаться, что их приняли не в одну группу. Ви смутно помнила почему, но что-то было связано с переводом ещё одной новенькой.       Из-за внезапного разделения Джей объявила об экстренном совещании. Заранее нашла пустой класс, выкрала у классного руководителя ключ, пришла в первый день в пять утра – всё ради того, чтобы вывести на доске огромный план, с множеством подпунктов и названием: КАК НЕ ПРИВЛЕЧЬ ВНИМАНИЕ В ПЕРВЫЙ И ЕДИНСТВЕННЫЙ УЧЕБНЫЙ ДЕНЬ. Слыша через распахнутые окна эхо полицейских сирен, Ви мысленно прибавила ещё один штришок к изрешечённой стенке «когда Эн послал все старания Джей к чёрту».       К своему тусклому удивлению Ви искренне сочувствовала командиру.       Помассировав виски, Джей выглянула из-за ладоней и бездумно уставилась в обелённый потолок.              — Я должна была предположить, что этот раздолбай снова подведёт нас, — прогнувшись идеальной осанкой, Джей как кошка обволокла спинку. — Ему всегда было плевать на какую-либо слаженность, верно?              Ви кивнула. Выглядело достаточно забавно, учитывая, что её голова так и не оторвалась от парты. Одной рукой она попыталась оттянуть удушающий воротник, пока второй до скрипа сжимала раскрытый чехол для очков.       Именно на отражении фальшивых линз Джей пересеклась с пустым взглядом напарницы. Командир не удержалась:              — А-ахкх, Ви, — простонала Джей и развернулась на стуле, — я понимаю Эн: он всю ночь возился с байком, поэтому проспал, но ты-то почему сидишь, как в воду опущенная? Хотя, постой, — в её глазах вспыхнули жёлтые огоньки, — неужели из-за него? Ты реально приревновала нашего механика к мотоциклу?              С тяжёлым вздохом Ви отвернула голову, явно говоря за себя красноречивее слов. Джей сначала чихнула, усмехнулась, а после поднесла руку ко лбу – но не успела ударить себя, потому что напарница пробормотала что-то похожее на “Не только это”.              — Тогда что? — упёрлась Джей.              — Я не хочу… — трескнула под пальцами оправа, — …не хочу в класс.              Усмешка Джей тут же скривилась, а лицо побелело. Руки эфемерно пронзило током. Фантомная боль была прозрачнее миража, но пальцы сами коснулись вены у запястья. Лишь спустя секунду командир одёрнула накрашенные ногти от кожи и пододвинулась к подруге.       С отчётливым хлоп её рука опустилась на вздрогнувшее плечо. Скупо рядом положили мобильник. Джей наклонилась к уху Ви и прошептала:       — По правде говоря, я тоже, — взгляд затравленно бросила на дверь. — Все эти ученики, учителя, работяги – мне трудно дышать, находясь рядом с ними, не то, что разговаривать и улыбаться. Но если мы хотим, чтобы это быстрее закончилось, то нам придётся раз сходить в школу.       Щёлкнули напольные часы рядом с девяткой. С трудом Джей встала, чтобы протереть исписанную доску. Некоторые слова на ней, напрямую связанные с Эном, высекало с особым рвением. Отправив маркер в мусорное ведро, она беспристрастно выдохнула:       — Ви, нам пора.       Послышался скрип стула с жужжанием сумки. Джей отложила щётку и обернулась. Линзы скрыли глаза за блеском, но командир отчётливо ощутила этот горящий золотом взгляд. Значит, ещё не всё потеряно.       Щелчок, скрип двери, и напарницы как можно тише зашагали по гудящему учениками коридору. Некоторые, похоже, заметили их, но Джей, было плевать. Командир быстро нашла по табличкам их класс, но у самого порога её остановил тихий вопрос Ви:       — Я никогда не замечала это тогда, но, может, ты помнишь, — она, замявшись, потянула лямку сумки. — А как Эн относился к учёбе?       На последнем слове она не смогла сдержать дрожь. Воздух на мгновение похолодел. Джей зябко передёрнула плечами и лишь бросила:       — О таком спрашивают лично.       Понимающий выдох напарницы заглушил в школьный звонок.       На последней визжащей ноте дверь в класс распахнулась, чтобы пропустить влетевшего внутрь ученика. Рюкзак в одной руке, позеленевшая фуражка – под мышкой. В нос тут же ударил запах масла, бензина и свежескошенной травы. Похоже, кто-то чуть не попал под триммер, перелезая через школьную ограду.       — Простите-простите-простите.       Как мантру говорил Эн, пока шёл к центру класса. Тонкий, как жердь, учитель глянул на замаранного в чём-попало ученика, скосил взгляд к списку и удручённо констатировал, что это по его душу. Как будто её было мало.       Постучав стопкой листов по столу скорее, чтобы выплеснуть тремор, нежели подравнять бланки, учитель сухо проговорил:       — Хорошо, что ты успел до звонка, в отличие, — лизнув палец, он нашёл и отложил одно досье из стопки, — от некоторых. Пожалуйста, новенький, представься классу.       — Так точно, сэр!       Кто-то на задних партах засмеялся в кулак от такого наивного ответа. Улыбка Эна стала только ярче. Он взял маркер и вывел на доске своё имя.        — Меня зовут Эннард! Рад знакомству с каждым из вас!       Услышь бы Эн тот вопрос от Ви, он мог бы сказать многое.       Как он ненавидит эти пустые глаза, из-за чего презирает оценивающие взгляды и почему его колотит от одного безучастного вида учителя. Возможно, юноша бы даже закричал, чтобы они все исчезли, загадал бы это как самое сокровенное желание – лишь только бы не находится в этом душном, отвратительном, мерзком классе, но…       — Мои увлечения это футбол и бейсбол, а также..       …Он бы просто соврал. Как сейчас. Вдох-выдох – готово. Удивительно, но написанная ложь звучит менее привлекательно, чем сказанная кем-то другим. Доска-то терпит ложь, а вот люди…       — Думаю, все уже догадались, что у меня есть машина, — едва эти слова сорвались с его рта, как глаза у всех девчонок, да и некоторых парней тоже, заискрились.       …Люди будут наслаждаться ею. Потому что они услышат то, что желают. То, что выгодно и приятно им самим. Подобною ложь Эн согласен говорить только работягам. Ви, Эн клянётся в этом, он бы сказал совершенно другую ложь.       Он по-дружески бы положил ей руку на плечо, радостно и с улыбкой стал бы рассказывать…              — Я уверен, что в этом классе найду ещё больше друзей и подруг!              …что больше электричество не станет пронзать её после неправильных ответов, что здесь нет надзирателей и белых кабинетов, что учатся здесь дети, а не звери. Он бы рассказал что-то нежное и светлое о будущем, а после заключил бы подругу в дружеские объятия. Лишь бы убедиться, что она больше не дрожит, как осенний лист.       Но даже если Ви станет лучше, даже если Ви поверит в эту ложь, даже если сам Эн поверит в эту ложь – что-то от этого изменится? С улыбкой Эн сейчас говорил о чём-то, пока в его голове отчётливо мерзко проступал единственный ответ.       Да, изменится: в каком случае Эн будет ненавидеть себя ещё больше.       В контраст ровному голосу он отчётливо ощущал, как верёвка лицемерия всё сильнее затягивается на его шее. В насмешку над этой слабостью Эн готов был говорить и дальше, но его бесцеремонно прервали. Дверь снова распахнулась, но на этот раз в класс ворвался самый настоящий ураган.       Сначала Эн услышал грохот. И не тот, когда что-то падает с верхней полки. Здесь перед кафедрой на пол словно уронили чугунную гирю, оказавшуюся раздутым рюкзаком. Эн искренне удивился, что хрупкая девушка, выглянувшая из-за него, вообще смогла дотащить такую бандуру. Тут же по классу высек искры лязг металла о металл, хрип газовой горелки и тихий свист из-под вентиля.       Учитель, наблюдающий данную картину не в первый раз, удручённо потёр переносицу:       — Узи, что я говорил насчёт электротехники в моём кабинете истории? Даже если ты всем раздашь сварочные маски, я не позволю тебе…       — Выкуси!       Ткнула пальцем бунтарка, но её выкрик, словно спусковой крючок, привёл в движение весь класс. Послышался шорох сминаемой бумаги. Похоже, все до последнего отказывались поверить в правду прямо перед их глазами:       — Это шутка?       — Учитель, вы же говорили про соседнюю группу!       — Да когда её отправят в класс коррекции!?       — Достаточно, — удивительно громко рявкнул учитель. Все выкрики, возгласы и комки бумаги перестали метаться по классу. — Любое следующе оскорбительное или подобное слово будет стоить вам пяти процентов от баллов общего рейтинга. Узи, тебя это тоже касается.       — Выкуси, — крикнула девушка, щёлкнула браслетом на шее и вышла из-за сумки с портфелем, навороченным на тысячу замков. — Я и так последняя в табличке.       — О, боже, — пробормотал учитель, протерев глаза за очками, — просто постой на месте, пожалуйста.       — Так уж и быть.       Рьяно перебрав бумаги, учитель вышел вперёд и стал кратко обрисовывать все тонкости перевода. Узи без особого интереса достала телефон из кофты и стала быстро что-то печатать. Рост Эна позволил ему совсем незаметно выглянуть из-за её плеча.       Вышло крайне забавно, что его так резко отбросило на задний план всеобщего интереса. Даже на мгновение показалось, что его вовсе перестали замечать. Джей сначала бы обрадовалась такой удаче, но тут же бы врезала Эну, узнай, что он задумал.       На жёлтой радужке вспыхнули огоньки интереса, когда взгляд мазнул по переписке. Узи далеко не обычная школьница, если в первый день в новом классе она с яркими смайликами гордо сообщает отцу, как всех выбесила своим появлением.       Неловко прокашлявшись в кулак, Эн тихо заговорил с “новенькой”:       — Похоже, ты – местная звезда здесь, — на очевидный сарказм Узи только фыркнула. Эн протянул руку. — Я Эннерд. Без понятия, почему на тебя все так взвились, но лично я очень рад знакомству с тобой.       Вспыхнула одна из заготовленных улыбок. Узи с нечитаемым лицом спрятала телефон, но протянула руку в ответ. Их пальцы переплелись. Эн уже лучезарно усмехнулся, но тут же зашипел от боли – с такой силой на него надавила Узи.       Воспользовавшись моментом, она потянула Эна на себя и практически в лицо ему выплюнула.       — Ещё одно лживо слово, и я тебе его в горло затолкаю.       На лице Эна мелькнуло многое: растерянность, смущение и искренняя надежда, что подразумевался не гаечный ключ, незаметно появившийся в её руке.       Узи тут же отступила. Эн в неверии перевёл взгляд с неё на покрасневшие подушечки. Его раскусили.       Даже не слушая всю его приветственную речь, даже не смотря в его сторону – лишь услышав невесомые нотки в его голосе. Вопреки холодку в груди, в глазах теперь отчётливо заискрил интерес, граничащий с ужасом. С трудом, но Эн услышал голос учителя.       По его просьбе Эн сел рядом с парнем в бейсболке. Узи предоставили полную свободу, но она с непроницаемым лицом сразу пошла к дальней парте под перекрёстным холодным взглядом одноклассников.       Могло показаться, что она крепко держится, но Эн уловил её взгляд. Взгляд, который горит у гордого, но затравленного зверя.       Эн провёл рукой по волосам. Он лишь на один день в этой школе, но его уже выбило из колеи.       В любом случае, это не его дело.       Не его.       ***       Оперевшись плечом о косяк двери, Эн прислонил голову к холодному дереву в надежде остудить её. Не помогло. Мысли ещё быстрее волчком закрутились вокруг первого урока.       Сейчас он был в коридоре. Занятия только-только кончились, поэтому ученики продолжали высыпать к шкафчикам и столовой. Всю эту пестрящую толпу Эн видел словно через толщу воды.       Размышления вереницей снова ложились вокруг одноклассницы. Немногие могли похвастаться подвигом, совершённым ею сегодня. Эн даже сразу и не мог вспомнить, кто так умело видел через его искусную ложь. Джей, Ви, Тесса и надзиратель – в общем-то и всё. Ничтожное количество людей по сравнению с теми работягами, которых он встретил и предстоит встретить.       Но как? Случайность? Проницательность? Родство? Эн склонялся, что всё вместе, но по-минимуму. Именной в той дозе, которой достаточно, чтобы весь их план пошёл под откос. Стоило ли это интереса Эна? Он однозначно ответит, что…              — Здаров, Эн, — резко прервала его размышления Ви, хлопнув по плечу. — Снова задумал что-то, отчего Джей будет просто в ярости?       Эн отчётливо вздрогнул и обернулся. За его спиной Ви умилённо скалилась, держа руки в карманах армейских брюк. У бедра сверкнул ремешок с, благо, пустым чехлом для ножа. Как её вообще в школу пустили в таком наряде? Неудивительно, почему на них сейчас все так косятся.       Удручённо вздохнув, Эн всё же избавился от лишних мыслей и сверкнул ответной улыбкой:       — Я, правда, так выгляжу?       — А то, — кивнула Ви и ткнула пальцем в его сторону. — У тебя всегда такое лицо перед тем, как ты отчебучишь что-то совсем невыносимое для Джей.       — Что ж, — неловко усмехнулся и потёр затылок, — буду иметь это в виду.       Здесь он был как никогда серьёзен. Мимика – то, что выдаёт человека вместо слов. Если перед Ви или Джей ему ещё простительно дать поймать себя на таком, то вот перед кем-то другим это станет фатальным. Например, на допросе.       Из мрачных мыслей Эна вывел тихий голос Ви:       — Эн, тут такое дело, зачем я вообще пришла, — быстро протараторила она на английский манер. — Я хотела тебя спросить.       Эн не заметил смущение, промелькнувшее на её лице. Ви замялась и невольно стала оттягивать рукав тёмной водолазки, пытаясь подобрать подходящие слова. Эн не торопил, прекрасно осознавая, как тяжело было в школе подруге.       — Хотела спросить, а как тебе идея… — Ви захотела продолжить, но её прервали.       Громкий хлопок двери раздался совсем рядом с Эном, заглушив её голос. Из кабинета администрации почти выпорхнула Джей на таких радостях, что невольно задумаешься, а не выбила ли она им бесплатное питание по льготам.       Джей, едва заметив напарников, тут же подошла к ним.       — Ребя-ята, — протянула она, и, заметив уничтожающий всё живое взгляд Ви, расплылась в ядовитой усмешке, — Простите, что прерываю, но, — кое-как втиснулась между ней и Эном, — у меня есть для вас тако-ое.       С благородством королевской кошки она протянула им две карточки. Пока Ви сдерживала себя, лишь бы не разорвать её на куски, Эн спокойно рассмотрел небольшой талон-пропуск.       На пластиковой поверхности была его фотография, подкреплённая номером школы его недолгого обучения. На фоне Таймс-сквера ровной шеренгой пробили целую вереницу бессмысленных символов. Карта школьника?       — И ради этого мы пришли сюда? — Эн прокрутил карточку между пальцами и сухо сунул её в карман. — Прости, но экономить на общетранспорте даже для меня мелочно.       — Дурень, — стукнула его кулаком по плечу.       Гораздо слабее, чем хотелось. Джей заметила его подпорченный воротник и нотки масла от пиджака, продержавшиеся целый день, но удержалась от устраивания сцены. Командиру даже было немного плевать; всё равно не она за вещи отвечала.       С трудом проговаривая слова безмятежно, Джей попыталась пояснить:       — Видишь ли, с этой штукой перед нами открыты двери в любые публичные места.       — Но мы можем и так в них легко попасть, — развёл руками Эн. — Просто заплатив.       — Идиот, это карта говорит о том, что мы – студенты, — Джей хмуро пронзила взглядом скривившееся от непонимания лицо напарника. — С нами будет меньше досмотра.       Все трое пересеклись холодным взглядами. Ви невольно прикоснулась к ножнам. Лицо Эна побелело, но сдержало нечитаемое выражение.       — Я-ясно, — протянул он без интереса, хотя его главную мысль высказала чуть подостывшая Ви:       — Впервые соглашусь с Эном, — обернулась, сложив руки на груди. — Это реально мелочно, Джей.       Обе умилённо оскалились друг на друга, отчего Эн поспешил сделать шаг в сторону. Подобное всегда происходило, когда напарницы не могли поделить что-то. Или кого-то, говоря про данный случай.       Краем уха слыша разгорающийся спор, Эн перевёл взгляд к шкафчикам. Внимание приковала уже знакомая одноклассница, которую он так удачно выцепил из толпы.       У противоположной стены стояла Узи и с шипящими “выкусите!” выгребала с полок бумажки и прочий мусор. Труха пеплом осыпалась на пол, и бунтарка не забывала давить его берцами. Прислушавшись, Эн услышал её сквозь шум бурлящей толпы.       Похоже, она что-то искала. По неосторожности оставила одну из шестерёнок в таком ненадёжном месте, за что и поплатилась. Пошарила везде рукой, но ничего не нашла. Гадство.       Узи с хлопком закрыла дверцу, но вместо коридора увидела одноклассника, что тут же выкрикнул:       — Бу!       — Ва!       Рывком Узи рванула дверцу на себя, глухо врезав ею по лицу шутника.       — Ауч! — потирая ушибленный нос, он уставился на исписанный маркерами заслон. — Неплохо: врезала так врезала.       Узи уловила в щёлках дверцы бейсболку Тэда, поэтому гораздо резче выкрикнула:       — А чё ты подкрадываешься?!       — Так к тебе по-другому не подойти, — усмехнулся парень, оперевшись плечом о соседний шкафчик. — Вон, даже новенького не пощадила; чуть не переломала ему пальцы.       Из-за дверцы послышался уничижительный выдох.       — Ла-адно, признаю, — Узи провела рукой по фиолетовым волосам. — Я иногда перегибаю палку.       — Иногда? — ещё ярче усмехнулся Тэд и начал загибать пальцы. — Взлом мобильников одноклассников, сварка самодельной Гаусс-пушки прямо на уроке, стрельба их этой штуки на проектной деятельности. Надеюсь, мне не надо продолжать?       — Не-не-не, — замахала руками Узи и постаралась сменить тему. — Лучше скажи, зачем пришёл.       Тэд решил сделать вид, что наивно клюнул на это.       — Неужели, мне нельзя просто поговорить как в старые добрые? — уже спиной прильнул к шкафчику, закинув руки за голову. — Мы были лучшими друзьями, знаешь ли.       — От тебя это звучит как оскорбление, — хмуро проговорила Узи. — Я повторяю вопрос.       — Хорошо.       Дверцу глухо захлопнули, и Тэд коснулся плеча Узи. Та зашипела, попыталась сбросить его руку, но застыла перед холодным выражением лица вечно весёлого шутника. Он медленно отчеканил:       — Я пришёл предупредить.       — Ха, — дерзко усмехнулась Узи. — Неужели сама звезда школы получила столько просьб от друзей, — выделила кавычки, отчего Тэ отвёл взгляд, — что тебе пришлось прийти поставить мне ультиматум? Спасибо, но мне и батька хватает.       — Ты меня неправильно поняла, — так проговорил Тэд, что оскал Узи обратился в кривую усмешку. — Твою персону уже обсуждают на уровне директора.       — Завидуешь моей популярности?       — Узи, они говорят про класс коррекции.       Бунтарка вздрогнула и отшатнулась.       — Что? — стёрло с её лица все краски. — Но…       — Несмотря на твои успехи в учёбе, в проектах и другой чепухе они всё равно готовы выдворить тебя в другой корпус. — Тэд виновато развёл руками. — Я не до конца выяснил, почему, но тут наверняка замешано твоё… поведение.       Поведение. Уже давно это слово набило оскомину Узи, которая изо всех сил старалась зациклиться на учёбе и собственных изобретениях. Если бы одноклассники её не бесили, всех этих проблем можно было бы избежать. Просто кому-то неймётся бросить очередную бумажку ей в затылок.       Студсовет никогда открыто не затрагивал тему перевода, но явно намекал на её положение в общем рейтинге. Его глава, Тэд, отдавал всё на откуп Узи, но теперь, похоже, на него давил сам директор. Бунтарка разочарованно выдохнула:       — Это они послали тебя, да?       — Оттуда, — ткнул он пальцем в потолок, — мне наказали лишь одно: заставить тебя подчиниться. Но я прошу тебя о другом, — Тэд сложил руки на груди и проговорил: — Пожалуйста, давай прекратим весь этот цирк.       Реакция Узи не заставила себя ждать:       — Аха-ха-ха.       С нотками безумия бунтарка рассмеялась. Её белое лицо приобрело нездоровый оттенок. С трудом сдержав позыв согнуться пополам, Узи протёрла уголки глаз и выдавила из себя:              — Постой-постой, то есть всё это, — врезала она по исписанной дверце, — лишь цирк для тебя?       — Смотря со стороны, да, — кивнул Тэд и пронзил Узи таким леденящим взглядом, что по её спине пробежал холодок. — Бунтующий подросток пытается доказать свою полную исключительность. Это очень по-взрослому, — поставил теперь он кавычки, отчего Узи скривилась. — Особенно, когда ты обзываешь своих одноклассников.       — Хочешь сказать, — убито пробормотала бунтарка, — я виновата в том, что называю идиотов – идиотами?       — Ты не виновата в том, что говоришь правду, — ткнул в неё пальцем Тэд. — Ты виновата в том, что не пытаешься её изменить.       — Это их проблемы, — желчно прошипела Узи и отвернулась. — Не мои.       — И после этого удивляешься, почему все взъелись на тебя? — поднял он бровь. — Сейчас тебя окружают ненависть, злость, зависть, отвращение, и тебе это кажется несправедливым. Но тогда это был твой выбор, последствия которого тебе нужно принять, и пойти им навстречу. — Тэд попытался подойти, но Узи выставила дверцу как последний заслон от неизбежного. Парень не стал давить и отступил. — Понимаю, что провернуть всё это будет очень тяжело, но я клянусь, я буду помогать тебе изо всех сил. Даже, если от этого пострадает моё первое место в рейтинге.       Узи ещё больше скривилась, когда не услышала в голосе Тэда и толики лжи.       Староста класса всегда помогал всем без разбора. Будь то двоечники из спортклуба или даже такие затворники, как Узи. Благодаря чудовищной харизме он умело налаживал связи со всеми, что не обошло стороной и бунтарку. С неловким смешком она давно заметила, что Тэд с натяжкой, но был её единственным другом.       Смотря на его искреннюю самоотверженность, Узи к своему сожалению не могла отмахнуться от него своим фирменным “выкуси”. Так она бы точно поступила неправильно, но другого ответа у неё просто не было:       — Я не знаю, Тэд, — невольно обняла себя Узи. — Я чувствую, что если приму всё как есть, то просто утону в этом дерьме.       — А как будто барахтаясь ты делаешь только лучше? — иронично спросил Тэд, ожидаемо не услышав ответ. — В любом случае тебе нужно взвесить все за и против, пока не стало слишком поздно. Если тебя переведут, помочь я тебе уже ничем не смогу.       Затянувшееся на шее молчание быстро подвело конец диалогу. Тэд краем глаза заметил, как на них стали обращать всё больше внимания, в том числе и странный взгляд новенького. Козырнув подруге на прощание, староста как можно скорее скрылся в толпе.       Узи недолго смотрела в его удаляющуюся спину, после чего с выкриком “Гадство!” хлопнула дверцей.       Бам!       Кулак так врезал по столу, что несколько карандашей подпрыгнуло и рухнуло на пол учительской.       — Да что вы себе позволяете?! — громкий выкрик эхом прошёлся по кабинету.              — Мою дочь перевести в класс коррекции – уму непостижимо! Да кто вы такие, чтобы решать, будет там учиться ребёнок или нет?!              Протрещало дерево. Учитель вовремя поднял фляжку и теперь с непроницаемым выражением смотрел на манящее горлышко. Виски так и просилось на глоток, лишь бы не слышать разъярённого родителя.       Хан взял заготовленные листочки и практически в лицо швырнул их учителю.              — Вот, смотрите, результаты по робототехнике, программированию, математике – высшие баллы. Да вы на коленях должны просить учиться у вас. Но что я слышу? Она не соответствует требованиям! То есть хотите сказать, что требованиям соответствовать надо, а учиться – не надо? Я правильно понял?!       — Мистер Дормэн, — усталым голосом протянул учитель, — я понимаю ваши чувства, поэтому, прошу, поймите и точку зрения школы. Это не обычное учебное заведение. Здесь готовят будущих работников JC, а вы, как человек, работающий там, — загадочно сверкнул взглядом из-под очков, — должны понимать, что именно хочет Компания от своих подчинённых.       — Бездумное выполнение приказов? — желчно прошипел Хан.       — Субординацию, — вежливо поправил учитель и понимающе усмехнулся. — Мистер Дормэн, давайте абстрагируемся от класса и рассмотрим его как структурную единицу общества.       Хлопнув выдвижным ящиком он достал небольшой конструктор. Двадцатигранник, скреплённый из палочек и синхронно мерцающих зелёным шариков. Под хмурым взглядом учитель стал объяснять:       — Каждый ученик – элемент огромной машины, один из множества маленьких винтиков, — указал на россыпь лампочек. — Эта машина работает на благо человечества, приносит пользу, хотя, быть может, и не самым эффективным способом. Но, чтобы эта машина исправно работала, в ней не должно быть никаких переменных, которые представляют дети, подобные Узи, — учитель лёгким движением заменил однин светодиод на другой, имеющий большую частоту. В результате перепада напряжения двадцатигранник в хаосе стал мерцать всеми цветами, — Да, по способностям они граничат с гениями, но в чём толк от такого винтика, который желает действовать по-своему?       — Если уж мы говорим аналогиями, — невесело усмехнулся Хан, — тогда почему бы Компании не сделать машину, запаянную на таких винтиках? Ведь очевидно, что выхлопа она будет давать гораздо больше, чем ваша, держащаяся на роботах.       — Хорошо, мистер Дормэн, объясню на более конкретном примере, — учитель отложил конструктор в сторону и сцепил пальцы в замок. — Представьте, что у вас есть выбор на два заказа. Один на тысячу дверей для тысячи человек. Они бедные рабочие, поэтому берут самый дешёвый трафарет. А есть второй заказ. От одного богатейшего человека, сделавшего запрос на одну дверь, стоящую дороже миллиона дешёвых трафаретов. Что буде выгоднее взять для вашей Компании?       — Без сомнений второе.       — А что полезнее для общества?       — …       У Хана не нашлось, чем ответить. Учитель уличил момент и отхлебнул из фляжки. У кого-то из них ещё сильнее запершило в горле.       — Проблема с Узи заключается в том, что мы могли бы закрыть глаза на её характер, но своим поведением она оказывает негативное влияние на других обучающихся. Школа не может допустить подобное. Мы готовы дать вашей дочери ещё один шанс, но если ничего не изменится…       Учитель красноречиво развёл руками. На его лицо упала тень, отчего взгляд скрыло за блеском линз. Хан только смог выдавить из себя:       — Вы настолько не жалуете самостоятельность?       — Подобные индивидуумы действуют на машину как ржавчина, — голос учителя впервые окрасился нотками стали. — На общество же, простите за аналогию, как террористы.              По воле случая или секретной команды, но телевизор в углу комнаты резко включился. На федеральном канале JC вместо её главного маскота показывали совершенно другой сюжет. Пока учитель пытался вспомнить, когда в последний раз он оплачивал кабельное, Хан в ужасе уставился на экран.       На залитом светом столе сидели три игрушки. Два пепельноволосых ангела, отдалённо похожих на роботов, подпирали по бокам огромную плюшевую собаку с фуражкой на голове. Кто-то немного скосил камеру, отчего по дисплею бликом вспыхнул золотой череп на фуражке.       Без предупреждения в динамиках раздался весёлый и задорный голос:       — Привет-привет, Нью-Йорк!              На каждое слово игрушечный пёс кивал своей мордой. Хан уже смотрел с Узи подобные выступления на детских каналах, когда та была совсем маленькой. Тогда игрушки казались милыми и добрыми, но из-за вязкого освещения глаза ангелов налились нездоровым жёлтым оттенком, вызывающем лишь отвращение.              — Надеюсь, вы рады слышать нас и наше первое приветствие! Я – серийный номер Эн! А по мои правую и левую лапки серийные номера Джей и Ви! — радостно кивнул пёс. — Мы – команда Glich! Это наш первый выход в эфир перед всемирной известностью, а потому для наших верных зрителей мы подготовили приветственный подарок! Фейерверк в честь знакомства! — резко из-за тёмного фона показались раскрашенный в алый бумажки. — Но, очевидно, что просто узнать место и прийти туда – слишком скучно, — прижал ушки к голове. — Поэтому, вот вам загадка!       Синхронно вспыхнули лампочки на ободках ангелов.              — Однажды, человек бродил по пустыне, — хором проговорили игрушки.              — Сначала, он повстречал животное с четырьмя ногами, — с насмешкой протянул первый ангел.              — Следом, животное с двумя ногами, — дерзко пропел второй ангел.       — А затем кого-то прежде, чем свою собственную могилу, — умилённо проговорил пёс. — Так вот, этот кто-то и есть место, которое взлетит на воздух, муа-ха-ха.              Игрушка отсмеялась, поправила лапкой фуражку, а после задорно продолжила:              — Уверю вас, загадка элементарная, а потому на её решение наша команда готова дать вам лишь… 4 часа. Сразу говорю, не волнуйтесь, если не сможете её отгадать... Лучше, насладитесь огненными взрывами! Вам – подарок, а мы прощаемся! До скорых встреч!              Как по щелчку пальцев канал вернулся обратно на маскота JC, что-то говорившего про цены на водород. Не будь Узи на заднем выходе школы, она бы точно услышала крики “Что-о!?” десятка жителей Нью-Йорка.       Ей было откровенно плевать на взлом билбордов, каналов и канала в интернете; она просто достала наушники, тапнула по плееру и пошла в самое тихо место на этой планете.       Подальше от шепотков и всей это суеты.