Вредность (от друзей к возлюбленным) (юмор прячется здесь)

ㅤ Люмин уныло смотрела на высоко висящий дендрокул без признаков удобоваримого пути к нему. Ещё и лотосы «скучали» на скалах. Анемогранумы в Бутыле давно кончились, а гонятся за ними было как-то лень, Венти где-то пил беспробудно, Нахида же окончательно «заблудилась» в Ирминсуле. «Похоже, ничего другого мне не остаётся…» В Академии как всегда царила грузная атмосфера. Что студенты, что учёные ходили с важным видом, погружённые в свои размышления. Порой Паймон казалось, что даже её шестерёнки начинают поддаваться чужой мозговой активности, гнусно скрипя. И во всей этой ненапускной занятости скрывался он, избегая толпы. В самом тихом месте — кабинете секретаря. — Законспектируй ещё эту и эту книгу, и на сегодня можешь быть свободен, — не глядя указал на научные материалы аль-Хайтам. — Ты специально выбрал книги понуднее в наказание? — устало-осуждающе спросил Странник. — Тебя послали в Академию, чтобы ты завёл друзей, а не отсиживался в моём кабинете. Раз занимаешь моё пространство, то будь хотя бы полезен. — А может, я подружиться пытаюсь, — едко усмехнулся Странник. Аль-Хайтам одарил его изучающим взглядом, полным вечной серьёзности и безразличия. — Чего ещё? — Ничего… — вернулся к обработке документов аль-Хайтам. — У Сайно шутки смешнее, — заметил он будто невзначай. Дверь без стука распахнулась: Паймон нередко забывала о приличиях. Она же в голос воскликнула: — Ах вот ты где! А мы тебя уже обыскались! — Да, будьте так добры, — не соизволил поздороваться аль-Хайтам, сразу переходя к делу, — заберите его отсюда: он всё равно работать не хочет. — Не больно-то и хотелось, — презрительно фыркнул Странник. Он был готов выполнить работу в лучшем виде, чтобы к нему не было никаких претензий, но раз такое дело, то ему и правда стоило уйти, пока он не сделал что назло. — А вам чего? — обратился он уже к путешественнице и её спутнице. — Опять кто-то малой кровью не даётся? — Ну… — замялась Люмин. — Идём, — соизволила посмотреть в глаза, — ты сам всё поймёшь. Привести Странника к нужному месту не составило труда: Люмин отлично ориентировалась в пространстве и обладала поразительной памятью. Даже её «гид» периодически терялась, куда идти. Осмотревшись, не увидев ни одного врага, Странник выжидающе уставился на Люмин. — Ну? И где? Он, конечно, привык, что и враги-то, ради которых Люмин с ним связывалась, были так себе, но чтобы совсем на пустое место привести — такое было впервые. Даже ни одного плесенника захудалого! — Мне не достать ту штучку… Люмин смущённо показала на дендрокул, стараясь вести себя максимально мило, дабы ярость Странника была не так страшна. А от одного только осознания просьбы он уже начинал закипать. — Скажи, что ты несерьёзно? — ровно, но с угрозой произнёс он. — А ещё вон те цветочки, — потупив глазки, показала она на виднеющуюся вдали скалу, где обитали опостылевшие лотосы кальпалата. — Это для Нахиды! — попыталась Люмин оправдаться. Странник страдальчески выдохнул, качая головой, прикрывая один глаз рукой. — Ладно цветочки, такой слабачке выносливости и правда могло не хватить. Но неужели ради этой «штучки», — указал он на дендрокул, — ты не могла зарядить дендро по той «штучке», — перевёл он палец на одинокое растеньице, притаившееся в тени молодого деревца, — чтобы появившаяся печать клевера помогла тебе в этом «непосильном» деле? Наличие спасительного растения ввело Люмин в ступор. Она столько времени провела за исследованием местности, а тут такой промах! Всегда внимательная к мелочам, не смогла найти жалкий кустик. — Ты хотя бы пробовала использовать чувство стихий? В ответ обречённое молчание. — Ясно… Как давно ты вообще использовала его? Люмин закрыла лицо руками, густо краснея. — Дай угадаю, ты о нём вообще успела позабыть? Она чувствовала себя невероятно глупо. Ещё и опозорилась перед тем, кто без того был невысокого о ней мнения. А ведь потихоньку им удавалось налаживать контакт. — Всё в порядке, — похлопала её по плечу Паймон. — Ты просто переутомилась. Давай сегодня хорошенько отоспимся, предварительно наевшись до отвала местной вкусной кухни! — Угу, — кивнула Люмин. — Это всё? — Странник на всякий случай уточнил. Ему цветочки собирать было не в радость, но и в Академию возвращаться не хотел. С чудачкой, делающей как глупости, так и вершащей подвиги, достойные легенд, всяко было интереснее проводить время. — Ну, есть ещё одна пещерка, — робко говорила Люмин с милым румянцем, не сошедшим после испытанного стыда, — не хочешь посетить? — глянула она в глаза украдкой. Странник подозрительно замолчал, пристально глядя путешественнице в глаза. Всё думал, сама поймёт или нет. Не поняла… — В следующий раз говори «пещера»… — отвёл он взгляд в сторону. — Не то двусмысленно звучит. Не будь у Люмин в тот момент непривычный вид, всё обошлось бы, но так уж распорядились звёзды, сойдясь нечаянно на миг. — А ты! — возмутилась за подругу Паймон. — Ты!.. Ты… — Что, до сих пор не придумала мне прозвище? — певуче-дразняще произнёс Странник. — Быть может, я не так уж тебе и не нравлюсь, как ты утверждаешь? — усмехнулся откровенно. — Угх… Это просто потому, что ты слишком невыносим! Вот и тяжело подобрать хоть что-нибудь! — Серьёзно? Но ведь столько возможных вариантов, — задумалась Люмин. — Например… — А-а-а! — закричала Паймон. — Не отнимай у Паймон хлеб! — Попробуй у тебя отними что-нибудь съестное, — пробурчала в сторону Люмин. — Всё равно! У кого-то столь вредного и противного должно быть действительно потрясающе отвратительное прозвище! Легендарное! — Почту за честь, — продолжал Странник дразнить Паймон.

* * *

В пещере Странник и правда пригодился. Как минимум значительно упростил переправу через бездонные обрывы: даже не слышно было стука брошенного камня. Настолько долго он летел во тьму, что даже Странник с любопытством глянул, что могло бы быть там внизу. Заковыристые устройства, воссоздающие мосты текущего света, как назло, находились на недостижимом расстоянии. Для Люмин. Странник их активировал с дразнящей простотой. Постепенно пещера вела ниже, под слой грунтовых вод, сдерживаемых глиной и камнем. От холода побежали мурашки, но положение спас оставленный предыдущим искателем приключений факел. Огонь подарил и свет, и тепло. — Здесь уже кто-то был, — заволновалась Паймон. — Неужели нам не достанется ни монетки моры?.. Наконец, добрались до искусственно вырезанной круглой арены с высоким сталагмитом. Коронованным… У Паймон аж глаза загорелись от поблёскивающих даже в тусклом свете камушков на драгоценном — драгоценном ли? — металле. Одна беда — слаймы. Ерунда? Не в том количестве… Разноэлементальные слаймы цветным ковром устилались по полу, взбирались друг на друга, копошась, каплями падали сверху, ловя в ловушку незадачливых путников. И если бы не Странник, Люмин было бы несдобровать: даже ей пришлось бы тяжко в таком невыгодном положении. Благо Странник сообразил мгновенно, подхватывая путешественницу, уходя вверх. Впрочем, только для того, чтобы не задеть её реакцией. Всего лишь движение руки, без того скованной весом Люмин, — рассеивание уничтожило почти всех, один недобитый анемо-слайм остался. Но до него никому не было дела. Странник и Люмин озадаченно глянули друг на друга. Впервые он держал её на руках. С удивительной заботой и лаской, несмотря на острый язык и неоднократные колкие фразы. Так приятно и уютно чувствовала себя Люмин. И так волнительно ощущал себя Странник. Настолько, что позволил румянцу коснуться щёк. Но Люмин не успела его увидеть: Странник внезапно выпустил её из рук. Путешественница полетела спиной вниз, без шанса раскрыть планер. Упала на что-то мягкое — взорвавшийся анемо-слайм тут же поднял её выпущенным воздухом вверх. Тогда и удалось выпустить «крылья», плавно опускаясь. — Вот это я понимаю — атака в падении, — рассмеялся Странник. — Ах ты!.. — возмутилась в этот раз за себя Люмин. — Что, прозвище, наконец, для меня родилось? — Не моя задача, — хмыкнула Люмин. Затем тихо добавила: — Я не для того тебе имя давала, чтобы не использовать его. — Если бы ты ещё называла меня по имени чаще, чем никогда… — искренне посетовал Странник, спускаясь. Какое-то время постояли, глядя друг на друга, не решаясь заговорить. Кто начнёт первым? Что скажет? А стоит ли? Их без того хорошо. Не испортят ли всё? Многоворящие взгляды. Понимание. Испортила всё Паймон: — А как же сокровище?! Ты чего его не прихватил?! — возмущалась она. — Тебе надо — ты и бери, — раздражённо бросил в её сторону Странник. Он почти начал проблемный разговор… — У меня ещё элементальные силы не восстановились. Ты вообще помнишь, что ты летаешь? — Ой, точно… Но тогда ты не получишь ни моры в награду! — Больно надо, — показал он язык. — Хи-хи! — не обратила на дерзость внимания Паймон, напевая: — Мора, мора, морочка! Вновь Странник и Люмин молча уставились друг на друга, пока Паймон летела к вершине. Ей пришлось поднатужиться, чтобы снять корону. Люмин открыла рот, собравшись с мыслями, но тут что-то щёлкнуло… Синхронно все трое повернули голову в сторону необычной стены, ставшей покрываться трещинами. Небольшие струйки воды под давлением выбили сначала мелкие камни. Прежде чем снесло всю стену, Странник схватил Люмин за руку и рванул к выходу, к возвышенности. Землю затрясло, сталактиты молниеносно стали перекрывать путь. Скальные пласты — вырастать вдоль пути. — Взлетай уже! — кричала Паймон в панике. Вода уже пробила стену и нагоняла. — Унеси нас отсюда! — Заткнись и лети! Странник был бы рад найти спасение в воздухе, но ещё был не готов. Не настолько он был всесильным, как хотелось бы. Впереди начала расти стена. Пришлось отпустить Люмин, чтобы сделать рывок вперёд, по редким уступам взобраться наверх, в конце помогая себе ветром. Свесился вниз, подавая руку Люмин. — Не тормози! Мощный поток едва не лишил Люмин ног, но Странник успел поймать её и рывком поднять к себе. Столько сил приложил, что Люмин упала на него. Пласт уносил выше, спасая от шумевшего потока, позволяя отдышаться. Странник расслабленно лёг, закрывая глаза. Люмин невольно нежилась в его объятиях, переводя дух. Паймон зависала рядом, крепко вцепившись в корону и тяжело дыша. Вода продолжала прибывать, на долгий отдых и разговоры времени не осталось. Восстановив силы, Странник вывел Люмин наружу. Пещеру окончательно затопило. Опустив Люмин на землю, Странник не спешил её отпускать. Вновь затянулось молчание. Мысли метались, спутывались в тугие клубки — не упорядочить никак. В итоге с губ Странника слетело спонтанное: — Думаю, я был не бы не против посетить «пещерку», — сглотнул он, отворачивая голову, не желая встретиться взглядом: без того испытал неясную неловкость. — Люди обычно начинаю со свиданий, — краснея, также отвернулась путешественница. От неожиданности Странник удивился. Крепче прижал к себе Люмин, немного грубо приподнял лицо за подбородок, не позволяя отвернуться. Глаза в глаза. Совсем близко, улавливая каждую эмоцию. — Так ты позволяешь себя пригласить? Люмин заразительно улыбнулась в ответ. Не такой уж плохой идей оказалось вытащить Странника на прогулку из-за сущей глупости… ㅤ