Ещё одно пробуждение

[ВКЛЮЧЕНИЕ]

Выныривая из беспамятства — открывает глаза, чтобы увидеть витиеватые, скорее на рисунок или окантовку похожие символы, волны-черты-точки с мелкими символами над ними. Бессмыслица, но мозг подсказывает перевод: [КРИТИЧЕСКАЯ ОШИБКА] [...] [СИГНАЛ ОБНАРУЖЕН] [ПЕРЕЗАГРУЗКА] [...] [...] [...] [СОЕДИНЕНИЕ ВОССТАНОВЛЕНО] [ДИАГНОСТИКА СНАРЯЖЕНИЯ] [...] [ДИАГНОСТИКА ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ] [...] [...] Не дожидаясь окончания процедуры, пользователь тянется руками к шлему. Нащупывает симметричный механизм, давит пальцами, игнорируя болезненное покалывание, отводит в стороны до щелчка, дожидается тихого шипения воздуха и снимает шлем, откидывая тот в сторону. И сразу давится сухим кашлем от поднявшейся пыли, попавшей в рот от попытки немного вдохнуть. Переваливаясь на бок, чувствуя боль от напряжения мышц, пытается сплюнуть, но будто бы и нечем — приходится прикрыть рот рукой, пока вторая слепо ищет откинутый шлем, который в итоге возвращается на голову, чтобы просто не задохнуться. Только после щелчка и шипения механизмов наконец вдыхает вновь, что аж внутренний экран на короткий миг едва заметно потеет. Глаза закрыты. Пытается сфокусировать рассеянное внимание хоть на чём-нибудь. … А кто пользователь? Короткий вопрос в голове. Как сработавшая мышечная память, отправляется слабый полупустой импульс куда-то в снаряжение с простым запросом — информация о пользователе. Итог… Не многое прояснил, но хоть что-то. Данные об имени и конкретной личности, дата рождения — повреждены, восстановлению не подлежат. Короткий указ — стираются окончательно, чтобы не забивать место. [...] — — — ПРОКЛЯТОЕ ДИТЯ [...] — — — СКИТАЛЕЦ ПОЗЫВНОЙ: — — — МОДЕЛЬ СНАРЯЖЕНИЯ: — — — [...] Это даёт… Не сильно многое. Слишком много данных повреждено. Скиталец так Скиталец, зваться более длинными словами желания не было. Да и как-то слишком пафосно будет. “Уже нажралась пафоса и красивых слов” — мелькнула мысль в голове. Надо было дождаться конца диагностики и понять, куда отсюда стоит валить, а главное — как. Что-то подсказывало, что надолго здесь оставаться нельзя. [...] [ЦЕЛОСТНОСТЬ СНАРЯЖЕНИЯ НАРУШЕНА] [СКАНИРУЮЩИЕ УСТРОЙСТВА ПОВРЕЖДЕНЫ] [СИСТЕМЫ ЖИЗНЕОБЕСПЕЧЕНИЯ ПОВРЕЖДЕНЫ] [СИСТЕМА ФИЛЬТРАЦИИ ВОЗДУХА АКТИВНА] [...] [ВКЛЮЧЕНИЕ СЕНСОРНОГО ПОЛЯ] [ 3 ] [ 2 ] [ 1 ] Глаза жмурит от резкого света. Не сразу привыкает к тому, на сколько изогнутый экран шлема качественно передаёт реальную картину вокруг, звуки отдалённого завывания ветра и шороха ссохшихся скудных кустарников. Грязное небо, серое, с облаками отдающими больным жёлтыми оттенками и едва пробивающимися сквозь них такими же жёлтыми лучами. Растительностью местность тоже не радовала, вокруг много камней, вдали что-то похожее на болотистый лес… Сейчас не разобрать. Наконец с бока переваливается на живот, а там кое-как упирается руками в землю, в итоге садясь, осматриваясь. Разорванные куски туши какой-то твари с вывернутыми наружу костями. Вспоминается движение копьём, которое привело к выбитым конечностям — круговое с каким-то импульсом, рубит лезвием, ударяет древком что провоцирует ударную волну? Взрыв? Медленно качает головой, кое-как поднимаясь — копьё откинуто и застряло в кустах, из которых и достаёт. Будто какими-то затвердевшими сухожилиями покрытое. Вытаскивает, беря в руки — короткий пустой импульс, в ответном, отражённом, получает ответ. Заряд на нуле. Больше такой фокус не провернуть. Да и лезвие с одной стороны затупилось. Под тем же кустом валяется малый кислородный баллон, пустой, с оборванными шнурами. Просто металлолом, который остаётся лежать там дальше. Где-то… Между несколькими камнями завалилась частично разорванная сумка, часть вещей из которых вывалились. Вздохнув, Скиталец собирает малые пожитки обратно в сумку, которую подхватывает в руки и тащит выше, где между камней расселина. Оставляет там сумку и идёт к туше твари, срезать пару конечностей. Точнее криво обрубить… С горем пополам, но это получается — они тоже оттаскиваются к временному укрытию. Рубится кусок куста ближайшего, к нему берётся обломок ветки только замеченного хлипкого деревца. Скрыться в расселине получается очень вовремя, прежде чем громыхнуло в небе и начался дождь. Запах… Вместе с озоном было что-то ещё. Под такую воду лезть не стоит. Подтверждая тревожную догадку — шипит плоть туши твари, оставшейся снаружи, уродуется, будто сгорает под каплями, сжимается, выжигаемая немилосердно едкой жидкостью. Но вот кости и, кажется, кожа, сохранились, лишь начав проседать под уменьшающимся количеством внутренностей. Скиталец лишь мимолётно порадовался тому, что он на возвышенности и его не должно затопить. Копьё откладывается к стенке подобия пещеры, пока сам опускает голову вниз, осторожно ощупывая своё тело. Пункт о нарушении целостности снаряжения не давал покоя. Сил на ругань не было, лишь тяжёлый вздох. Наискось разорванное снаряжение, куски которого видимо остались где-то снаружи. От правого ботинка остался лишь кусок прикрывающий ступню. Обе руки в царапинах и даже на шлеме что-то есть, если хорошо его прощупать. Даже воротник порван. А открытое тело – болит, покрыто слоями осыпающейся кровавой корки, но целое. Лишь на коже рельеф, напоминавший о полученных шрамах. Зачем он вообще здесь? Пока идёт дождь — есть время покопаться в базе данных, может там будет подсказка? Скиталец точно не должен быть здесь, но короткий импульс с запросом исходит из больной головы в снаряжение. На даты не ориентируется, лишь время создания заметок… Система, планета, поиск потенциально полезных образцов растений и ископаемых, по возможности — животных… В личное пользование… Значит уже нигде не состоит. Уже? Мозг пытается продолжить свою работу дальше. Верно, ха-ха. Нигде не состоит. Больше — нигде. Сам по себе, оторванный, лишённый даже командования, пытается заново учиться жить с нуля, когда тебя не держат стальной хваткой и не контролируют каждое действие. Да… Это ведь называется свобода? С самого момента, как стал проклятым ребёнком, он ведь этого и хотел? Сбежать, жить как ему хочется. А теперь… Бездна. Верно. Кажется та штука называлась Бездной. Даже в записях скафандра есть что-то о ней, о её энергии. Запасы этой энергии в таком неподвижном состоянии медленно восполнялись, её показатель рос вверх, пока дождь снаружи усиливался. Шум едкой, кислотной воды помогал мыслям лучше выстраиваться. Чем в действительности эта Бездна является — непонятно. Но были те, кто контролировал её проявления, направлял её лучше или хуже других. Скиталец помнит что были те, кого боялись за эту силу, держали на цепях крепче других. Только они не смогли прорваться через неё. Не смогли покинуть зону, где она действительно правила всем. Скиталец смог. Связанный с ней, но больше не в полной её власти. Невольно голова наклоняется вперёд. Глаза вот-вот закроются и Скиталец осторожно ложится на землю, подтягивая к себе колени и обхватывая их руками. Нужно немного вздремнуть. А потом — поищет точку соприкосновения, через которую вернётся в Бездну, где всё же и поселился. Там есть станок для починки снаряжения и изготовления нового. Материалы тоже есть. И, кажется, сад. Надо посадить добытые образцы. Возможно придётся убрать куски собственного трупа. Но пока что — немного вздремнуть. Здесь, на этой возвышенности, между парой обрубков мёртвых деревьев, есть пара вытянутых, похожих на зубы, камней. Всего лишь пройти между ними и вихрь энергии унесёт Скитальца обратно, восстанавливаться, заниматься своими делами.