Пролог

Смеркалось. Грязно-серые облака заволокли небо над Лондоном, крупные капли дождя начали тарабанить по крышам домов, заставляя жителей мегаполиса вновь доставать привычные зонтики. Если посмотреть на древние улочки с высоты, с верхних этажей зданий — пусть и «высоток» не так много в Лондоне —, то в такую погоду город становится ещё более серым и мрачным. Лишь изредка встречаются яркие пятна зонтиков или плащей, выделявшиеся на фоне серой, безликой массы. Начался ливень. Тяжёлые, холодные капли падают на асфальт, рисуют ровные круги в небольших лужицах. Совсем рядом Темза, поражающая своим величием всех, кто её видит. Неважно, впервые или нет. Туман накрывает город почти круглые сутки, создавая непередаваемую атмосферу. Ледяные капли не тревожат молодую женщину, одетую явно не по погоде. Её длинное тёмно-синее платье, точно королевское, притягивало восхищённые, но недоумённые взгляды. Женщина не замечает, что тёмные вьющиеся волосы липнут к лицу и шее, что подол платья волочится по лужам, что её осуждают пожилые дамы. Она крепко прижимает к груди небольшой сверток розовой ткани, пеленки, в которую закутана новорожденная малышка. — С ребёнком и в такую погоду… Девочка в одной пеленке… Вот матери какие пошли! Женщина не слышала или не желала слышать, она лишь хотела поскорее добраться: у неё каждая минута на счету. В любой момент может случиться нечто непоправимое и разрушить жизнь только рожденной дочки Прямо за переулком показалось большое белое здание. В окнах горел свет, слышались радостные возгласы детей, предвкушающих праздник. Канун Нового Года. Пусть снега в этом году жители так и не дождались, это все равно по-настоящему волшебное время года, когда на каждом шагу наряженные ёлки, яркие огни гирлянд и счастливые лица. Это время, когда происходят чудеса и сбываются мечты. В Рождество нет места горьким слезам, боли и разочарованию. По крайней мере, так должно быть. Так думает большинство людей. Они и правда могут быть счастливыми, могут открыто улыбаться, делать то, что пожелают. Их окружает счастье. Они сами — счастье. Женщина оглянулась по сторонам. Увидев, что здесь нет лишних глаз, она подошла к крыльцу здания. Положив девочку прямо на пол, она вложила в пеленку небольшой конверт. Гермиона Амелия Грейнджер. 31 декабря 1979 года. С отчаянием вынуждена передать долгожданную дочь на попечение вашего детского дома. Я обещаю вернуться за ней, когда все образуется и утихнет. Она должна быть в безопасности. С надеждой на лучшее, А Г. Киплинг.