*9*

— Hiril, i‑thel elvesse!  (Повелитель, с ними эльф!) — говорит кто‑то из стражи, подталкивая меня за плечо ближе к Леголасу.   — Что? — спрашивает он, округляя глаза. — Не может быть, чтобы эльф был заодно с гномами!   И вместе с этим он сдергивает резким движением капюшон с моей головы, открывая всем вид как минимум на мои уши. Чувствую спиной, как гномов возмутило такое грубое отношение ко мне, и они стали сопротивляться страже. Очень мило с их стороны, если вспомнить, что ещё неделю назад с их стороны было такое же отношение. Оборачиваюсь в их сторону, не удостоив принца Лихолесья своим вниманием, и отрицательно качаю головой в сторону гномов. Они поймут. Сейчас явно не время для каких‑либо споров или спасательных операций. Вижу усердие Фили и Двалина, которые даже после моих предупреждений пытаются вырваться из хватки стражи. Ещё немного — и по правилам эльфов нас закуют в кандалы.   — Aníron le linnatha i yáve sílat (Приказываю тебе представиться!) — говорит Леголас, возвращая мою голову резким движением за подбородок.   — I’m Тинувиэль, Legolas, iónnath Taur‑nu‑Fuin (Моё имя — Тинувиэль, Леголас, наследник Лихолесья) — представляюсь я, присев в почтительном реверансе.   — Леголас, у нас нет на это времени, — останавливает наследника та девушка, напоминая о себе.   — Ведите их всех в тронный зал.   Слышу, как Бофур шёпотом спрашивает у сородичей про хоббита, в то время как на мои запястья опускаются тяжёлые кандалы с цепями. Отец часто доверял мне сопровождение стражи, патрулирующей границу. И всего один раз к нам забрели непрошеные торговцы, которых мы точь‑в‑точь сопровождали тем же путём. Понимаю: протокол велит эльфам вести на разбор непрошеных гостей к Владыке земель. Но не припоминаю, чтобы в уставе стражи было хоть что‑то про болезненные толчки в спину или взгляд, который скоро прожжёт в моей спине дыру.   Кили как‑то странно поглядывает на ту эльфийку с рыжими волосами, которая, к слову, мне уже не очень нравится. Понимаю: я здесь чужая и непрошеная гостья. Но разговаривать со мной в таком тоне?! Единственное, что спасает здесь всех, — то, что я не представилась по закону, назвав только своё имя. Но перед Владыкой такие фокусы не пройдут. Придётся отвечать достойно.   «Отец, ты даже не представляешь, где я сейчас… — мысленно отправляю ему весточку. — Я даже представить не могу, как нас сюда занесло. Срезали путь, конечно».   Оказывается, нам пришлось не так много идти до замка Владыки Лихолесья. Вот преемственный навесной мост, вот стража перед замком, которая раскрывает перед наследником и его пленными величественные ворота и пропускает нас вперёд. В самом замке нас разделяют: меня и Торина ведут дальше, а всех остальных гномов уводят вниз, в темницы. Опять же, по уставу, всё, конечно, делают правильно, но вот когда дело касается меня и моего нежелания здесь находиться… Спорить тут, конечно же, бессмысленно.   С другой стороны, ладно Торин — предводитель похода, наследник престола и командир собравшихся гномов. Я‑то тут при чём? Меня можно было запереть под стражу, как и остальных. Незачем меня представлять самому Трандуилу.   — Отец, — предупреждает о нашем визите Леголас, склоняя голову перед королём, — в лесу мы нашли гномов, их сопровождала неизвестная эллет.   Мирквуд. Его род восходит к высокородным эльфам Дориата, пережившим разрушение королевства в начале Второй эпохи. Трандуил действительно обладал редкой чертой для всех эльфов — золотыми волосами. И его образ (вполне впечатляющий) дополнен строгой аристократической красотой, сдержанной грацией и холодным величием. Аура заставляет подчиниться; если не вспоминать, при каких именно мы здесь условиях, я бы сделала глубокий реверанс и принесла свои искренние раскаяния. Но я с гномами. И я пойду с ними до самого конца.   — Торин, сын Траина, внук Трора, интересно, — начинает Мирквуд, вставая с трона. — Но больше меня интересует, что королевская эллет забыла в этом странном походе. Кто ты, дитя?   — Тинувиэль, дочь Менелтора, наследница Королевства сумеречных эльфов и нимф, Владыка Трандуил, — как и подобает, представляюсь я, присев в небольшой реверанс.   — Что ж, с тобой позже, — лишь говорит Владыка, хмыкнув в мою сторону. — Некоторые воображают, что твоя цель благородна, Торин. Ты хочешь вернуть Родину и убить дракона, но я подозреваю, что твои мотивы весьма прозаичны. Обычный цинизм, жажда золота и власти. Тебе лишь нужно найти в этой горе то, что даст тебе право сесть на трон. Аркенстон… Его ценность для тебя безмерна. Там есть камни, которыми и я хочу обладать. Самоцветы, белее света звёзд. Я предлагаю тебе свою помощь…   Аркенстон? Точно! В древних свитках об истории становления нашего мира я читала об этом камне Государя. Самая большая ценность сокровищницы Эребора. Это огранённый круглый кристалл, излучающий неясное сияние. Камень был обнаружен гномами Эребора во время правления Траина I, после чего этот камень стал реликвией гномов Народа Дурина. Но как только на гору напал дракон, камень был утерян.   — Я слушаю, — отвечает Торин с улыбкой на лице. Не к добру это, конечно. — Я отпущу всех гномов, но вы вернёте мне мои камни. Как только завоюете себе назад гору, конечно же.   — А Тинувиэль? — уточняет тот.   — Эллет останется под моим присмотром. Ей нечего делать рядом с вами.   — Так не пойдёт.   — Тогда сделки не будет, — произносит Трандуил, отворачиваясь. — Ты останешься здесь навсегда, пока ты и твой народ здесь не сгниют.   — Торин, не выдумывай, я справлюсь. Вам нужно продолжать путь к горе, — шепчу ему я, пытаясь переубедить.   — Нет, ты уйдёшь с нами, — упорствует гном.   Происходит то, на что никто (из нас с Торином, конечно) не рассчитывал. Гнома берут под руки стражники и начинают уводить вниз по лестнице. Меня же оставляют наедине с Владыкой и его наследником. Что ж, замечательный разговор, однако, наступает. Интересно, если я неподобающе буду разговаривать с Королём лесных эльфов, отец сильно будет мною недоволен? Отдалённо продолжаю слышать нецензурную брань от Торина, который продолжает сопротивляться стражникам.   — И что они тебе пообещали, дочь Менелтора? — спрашивает Владыка, с ухмылкой разглядывая меня. — Я помню твоего отца. Помню его поклон и его слова благодарности. Что, Сумеречный лес уже не так богат, что наследница должна якшаться с гномами?   Или мне лучше молчать? Может, всё обойдётся, и меня за ненадобностью тоже закинут в тюрьму? А там, быть может, хоббит нас всех разом и вытащит. Надежда же всё ещё есть на Бильбо. Или Гэндальф быстро вернётся со своего срочного задания.   — При всём моём уважении, Владыка, но я по своей воле и добродушию следую за наследником Эребора, — спокойно отвечаю я. — Мною движет только моё собственное желание помочь. — Леголас, отведи нашу гостью в одну из гостевых комнат, пожалуйста, — произносит Трандуил, вновь опускаясь на трон. — И лично проследи за тем, чтобы она их не покидала. Об остальном распоряжусь сам. Ступай.   Леголас лишь кивает отцу и переводит взгляд на меня. «Интересно, он понимает, что я не очень‑то хочу подчиняться его приказу?» — думаю я, слегка улыбаясь. «Мне бы как‑то увидеться с Торином или Фили, чтобы сказать, что со мной всё хорошо».   — У тебя нет выбора, — просто отвечает эльф, схватив меня под руку.   Чудно. Он, скорее всего, имеет способность читать мысли. Что ж, получается, возникает проблема в побеге. Странно, что меня сопровождает только Леголас, без какой‑либо стражи. Становится даже как‑то обидно: я что, не похожа на эльфа, который может в любую минуту сбежать?   — Почему меня не отправят в тюрьму не отправят в тюрьму к остальным? - спрашиваю я, смотря себе под ноги. Мы уходим всё выше и выше, по лестнице, пока не достигаем открытого коридора с множествами дверей. Да тут же заблудиться можно…   — Приказу не обсуждаются. Тебе не место в рядах гномов, - убеждает меня эльф.    — Возможно. Но это решать не Вам и не Владыки. Я сама распоряжаюсь своей судьбой, дозволение отца я уже получила.   — Тебе дали шанс изменить свой выбор на более правильный, - упрекает Леголас, буквально впихивая меня в помещение. - И пока ты этого не сделаешь, будешь находится здесь.   После этого он захлопывает перед моим носом дверь, оставляя меня наедине. Единственное, что я не понимаю в происходящем - мотивы поступков. Зачем меня будут держать здесь, если я буквально одна из сторонников Торина Дубощита - гнома, который совершает поход до Одинокой горы. Я уже большая девочка, тем более, если учесть, что отец поддержал эту идею и позволил отправиться с ними. Но чтобы моей жизнью распоряжались какие-то другие, такие грубые, эльфы… Меня можно было бы (и было бы несказанно лучше) закрыть вместе со всеми в нижних камерах. А здесь, в роскоши гостевых комнат, я как кукла, которая ждет нужного для других часа, чтобы мною поигрались. Пока не надоем.  Но я этого просто так не оставлю. Моё оружие отобрали при входе в замок и унесли куда-то вниз. Это значит, если я выберусь отсюда и доберусь до гномов - у нас есть шанс с объединением сил отсюда выбраться.