Глава 25

             Дальний рубеж.       Где-то в созвездии Бронтес.       Космический субъект, именуемый «Черная луна».       В совершенно обычном баре, со средним количеством посетителей, среди которых были преимущественно солдаты, принадлежащие миротворческому альянсу сил Конфедерации дальних рубежей, выделялась пара двух военных-призраков, сидящих за одним из столиков. Выделялась пара военных ни сколько своей формой, сколько опознавательными значками. По ним можно было понять, что призраки относятся к элитному подразделению охраны научно-исследовательской лаборатории, носившей имя ученого Ирго Мибиуса.       В отличие от прочих посетителей, ведущих между собой беседы, курящих и пьющих алкогольные напитки, воины-призраки сидели молча, лишь изредка поглядывая в глаза друг другу. Первого призрака звали Кираме Сайто, второго, а точнее вторую: Елена Хас. Кираме изредка потягивал пиво, а Елена просто сидела напротив, теребя в руках бокал с водой. По внешнему виду, ей было не комфортно в этом месте в отличие от Кираме, но так или иначе, но она не спешила уходить.       Временами вдруг слышались громкие выкрики поддатых посетителей, из-за чего оба призрака реагировали, но не открыто. Лишь глазами они позволяли резко одергиваться в ту или иную сторону, где находился раздражитель, после вновь приходя в отрешенное состояние безмолвия.       Совсем тихо, среди общего гула откуда-то от барной стойки доносилась музыка, обильно дополняющаяся звоном стеклянной посуды. Все шло своим чередом, ничем не отличающимся от прочих локаций человечества, расходящихся на многие парсеки вокруг.       Внешность Кираме Сайто, если говорить мерками жителей планеты Земля, была восточной. Взгляд внимательный, черты лица острые. Глаза Сайто были очень узкими, светло-карего цвета. Черные волосы, длиною почти до плеч, были аккуратно собраны в хвост. Габаритов он был средних, но внешне держал себя так, что казался далеко не хрупким человеком.       Его оппонент была красивой девушкой лет тридцати. Бледнокожая, с легкими веснушками и огненно-рыжими, вьющимися волосами, женщина-призрак была значительно меньше своего визави, но при этом, как он, также не вызывала своим внешним видом впечатления слабого человека. Сидящая точно по телу форма призрака, подчеркивала ее физические данные, среди которых четко выделялись жилистые мышцы рук и ног. Глаза ее были выразительными, золотисто-зеленого цвета. В отличие от визави, ее глаза были очень большими, выделяющимися даже среди людей не восточного типажа. Странное впечатление создавалось у людей, которые заглядывали в них. Елена Хас обладала сильной энергетикой и, когда она смотрела кому-нибудь в глаза, то у людей создавалось впечатление, словно она смотрит насквозь их, видит и опережает все их мысли, скрывающиеся не только на поверхности сознания, но и в далекой глубине. Более того, если у простых людей подобное было обычным делом, то стороны призраков – это был уже выдающийся случай, заставляющий о многом задуматься, но никак не понять, что и благополучно происходило.       Пожалуй, единственным призраком полностью умевшим быть с Еленой Хас на равных, не говоря уже об обычных людях, был только Кираме Сайто. Он совершенно не боялся ее взгляда или псионической энергетики. Он хорошо с ней общался, выполнял совместные поручения, взаимодействовал, был преданным ее напарником.       Чувствуя каждой клеткой своего уникального организма, исходящий псионический фон, Елена была настроена на определенную волну, позволяющую ей и Кираме производить общение по средствам ментальных сил. Проще говоря, телепатии. Подобно протоссам, совершенно никак не компрометируя друг друга, два призрака вели серьезную беседу, а точнее обсуждение. На подобную процедуру требовалось немало сил и умений, которые находились в рыжеволосой женщине, и стоит отметить, на уровне ничуть не уступающем природному дару протоссов. Почти без особых усилий она творила процесс телепатического общения, при этом скрывая ПСИ как свои, так и своего оппонента от прочих, в том числе и других призраков, способных оказаться здесь в любое мгновение. Оба воина-призрака были линейными военными подобного ремесла. Оба воина были уникальными с точки зрения псионической подготовки. Елена Хас, к тому же, была дочерью одного из выдающихся псиоников прошлого времени, и унаследовала способность к псионической силе она весьма и весьма неплохую, порой удивляющую Кираме Сайто.       «До сих пор не ясно, кто из двух является агентом, которого нам нужно извлечь из лаборатории…» – вещала Елена.       «Как подобное может быть? Программа «Фантом» не могла осуществляться ни Тарсонисом, ни Конфедерацией без нашего ведома. Как так оказалось, что из единственно возможного – их оказалось двое?» – внутренне несколько импульсивно разговаривал Сайто, при этом внешне был абсолютно спокойным.       «Сама не могу понять… Но изучив результаты последних тестов, они оба определенно фантомы, более того, уже очень способные, без учета некоторых недоработок, почти равные тебе и мне…»       «И как нам быть?»       «Нужно дождаться окна и первым же делом выходить на связь по этому вопросу»       «Не нравится мне все это, Лен. Еще ничего подобного за все время своей службы я не видел. Я даже представить не могу то, к чему готовят их. Но готовят их просто немыслимо жестоко. Для чего надо готовиться, чтобы тренировки включали в себя все то, что мы с тобой могли там наблюдать?»        «Не имею понятия, но что-то мне подсказывает, что вскоре мы все узнаем…»       «А мне кажется, не стоит дожидаться того, пока все откроется. Как бы поздно не оказалось. Действующие лица нам уже известны. Вся их научно-исследовательская бражка также, для чего эти ожидания?»       «Нашим начальникам виднее…»       «Что им там видно, Лен? Мне, кажется, они бы дух испустили только раз, коснувшись ко всему тому кошмару, которого касаемся мы с тобой. Не говоря уже о том, как сильно погрязли во всем этом прочие, кто давал присягу Конфедерации…»       «Ты преувеличиваешь, хотя не буду скрывать, это очень тяжело…»       Сайто пригубил еще немного пива, тяжело вздыхая.       «А что если двумя заняться?»       «Нужны инструкции» – категорично ответила Елена.       «Это уникальность, если он таков от природы! Нельзя таких губить…»       «Не уверена я, что он от природы такой. Я пока точно не знаю, но имплантат его точно хирургическое вмешательство. Реакция организма весьма непривычная, это да, но это скорее не его уникальность, а уникальность того имплантата, который в него вшили…       «В смысле?»       «Как я поняла из отчетов, его имплантат уникальный. Даже первый подозреваемый, со способностями фантома, обладает таким же, как у всех»       «И чем же уникален имплантат второй цели?»       «Не физически… Вырабатываемая псионическая энергия в нем иная. Даже я заметила некоторое различие, которому сначала не придала значения»       «То есть?»       «Тебе ведь известно, что излучение каждого призрака имеет свою уникальную частоту, но при этом почти одинаковую, сводящуюся к частоте тех, откуда был получен имплантат?»       «Разумеется, это зерги…»       «А тебе известно, что протоссы тоже обладают псионической силой, но только со своей уникальной частотой, при этом, все равно, очень близкой к нашей?»       «Слышал…»       «Вот. Есть также четвертая сила, все тех же протоссов, но вот только немного иных… Про них мало что известно, но она, как бы обратно пропорциональная частоте обычных протоссов…»       «Это уже сложнее, но, допустим…»       «Обладатель имплантата Мибиуса однозначно выделяет псионическую силу зергов. Человеческая материя придает психосоматическому излучению того или иного индивидуума свой код. Код делает излучение больше либо меньше, но все же схожий с первоосновой, которой являются зерги. Бывают уникальные случаи, когда появляется код, схожий с кодом протоссов, но это уже крайне редко, но бывает. Именно подобное заставило ученых задуматься об общем происхождении людей, протоссов и зергов, но это не главное. Главное во всей этой истории то, что, обладая тем или иным кодом, невозможно его поменять или как-то изменить навсегда или на время. Он словно ДНК незыблем, пока есть имплантат…»       «И что дальше?..»       «У субъекта, который подозревается в способностях фантома, есть способность менять код излучения…»       «Забавно, – как-то несерьезно воспринял данные Кираме, – Миротворцы нашли хамелеона!»       «Это не смешно. Подобного не может быть…» – напротив, серьезно была настроена Елена.       «А почему это не может быть тем, что ученые просто не все знают о зергах или призраках?»       «Это просто невозможно, как невозможно сегодня быть мальчиком, а завтра девочкой!»       Кираме слегка улыбнулся.       «Я не говорю о постороннем вмешательстве, я говорю о природе человека…»       «Хорошо, согласен – это странное дело, но к чему все это может привести, в таком случае? Это опасно?»       «Не знаю. И ученые не знают. Известно лишь одно – это может привести к революции в исследовании призраков»       «Я думал фантомы – это предел?» – несколько не веря, спросил Кираме.       «Видимо, нет…» – вполне серьезно ответила Елена, сильно задумавшись.       «Что-то как-то много всего интересного и непонятного на этой проклятой луне…»       «Мне тоже не по себе, но надо идти до конца… Теперь если не мы, то уже никто не сможет. Все слишком далеко зашло…»       «Закрутили, так закрутили… Не живется спокойно великим мира сего…» – недовольно высказался Сайто, после чего Елена настороженно устремилась взглядом куда-то правее от визави.       «Все, заканчиваем…» – последнее, что ментально донесла Елена до Кираме, возвращаясь в обычное состояние.       Почти сразу, как только телепатическая связь между призраками была разорвана, в бар вошел еще один представитель их ремесла. Опознавательные шевроны на его форме говорили о той же принадлежности к элитной охране научно-исследовательского комплекса. Единственное отличие от Кираме и Елены было в одном – его занимаемой должности. Пришлый был далеко не в приятельских отношениях с первыми двумя.       Молодой человек лет двадцати семи, может тридцати, приятной, но несколько отталкивающей наружности, проследовал к столику Кираме и Елены. Он также, как и они был без защитного шлема, но на его переносице красовался темно-синий визор, скрывающий глаза и проходящий полосой от виска до виска. Тусклый свет красиво переливался на отполированной, немного выпуклой поверхности визора, заставлял невольно фокусировать внимание на его лице.       – Ну и в дыру вас угодило, – садясь за столик, первым заговорил пришлый, – не могли пойти куда-нибудь по приличнее?!       – Куда? – несколько грубо, спросила Елена, отворачиваясь от гостя.       – Да хотя бы в ресторанчик на переулке Скобла!       – Скажешь! Туда только двери здешней интеллигенции открыты. Мы фейс-контроль не пройдем! – рассмеялась Елена, после чего уже серьезно взглянула на гостя. – А ты какими судьбами здесь, Сидек?       – А что, я не мог просто так пройтись, зайти в бар, поболтать в конце смены со своими коллегами, забыв про статусы и звания? – наигранно спросил в ответ Сидек Рьвью, устремляясь сквозь темное стекло своего визора в золотистые глаза Елены, совершенно не боясь их, в отличие от остальных.       – Это не твой стиль. В жизни не поверю, чтобы ты сподобился на подобное!       – Ты меня плохо знаешь!       – Достаточно!       – Кираме, что с ней? Утомилась на работе? – рассмеялся Сидек, после чего перевел внимание на подошедшую обслугу. – Мне то же что и ему…       – Хорошо, – ответила миловидная девушка, после чего обратилась к более ранним гостям, – вы еще что-нибудь будете заказывать?       – Нет, мы уже уходим… – ответила Елена, начиная поправлять свою форму.       – Да ладно! Так внезапно!?       – Уже поздно…       – Послушай, почему ты меня так не любишь!? Где я так оступился, что у тебя ко мне такая сильная неприязнь? Я что плохой руководитель? Если так, то я готов выслушать претензии, готов что-нибудь конструктивно поменять…       – Я не могу относиться нормально к людям, которые за спиной имеют много секретов. И очень мрачных секретов.       – И какие же у меня секреты?       – Это было бы уместнее мне спросить.       – У меня нет секретов. Я такая же пешка, как и вы. Просто несу свою службу. Мне никто ничего не докладывает, чтоб вы знали!       – У тайного агента не может быть секретов – не смеши!       – Это было прежде… Теперь я такой же, как и вы…       – Ну-ну… – улыбнулась Елена, подымаясь из-за столика. Сайто следовал за ней.       – Хорошо, – выразительно ответил Сидек, несколько задумчиво обратившись вниманием куда-то в сторону, – ты требуешь от меня какой-то правды, а сама тем временем вместе с напарником вечно что-то замышляешь. Как мне расценивать подобное?       – Ты про что намекаешь? – сведя брови, спросила Елена, немного выплеснув ПСИ в строну Сидека, который принял их на себя совершенно спокойно.       – Я про ваше странное поведение… Сомнительные места, скрытность, нежелание общаться и это, – вдруг, указывая руками на нечто невидимое, продолжал наступать Сидек, – сильнейший шлейф псионической блокады. Чем вы тут занимались, устраивая подобное? Допрашивали посетителей бара?       Сайто несколько отступил за спину Елены. Елена была шокирована проницательностью, а главное, с виду, незаметной силой агента Рьвью, но внешне, она держалась безупречно.       – Глупости! Пойдем Кираме… – ответила она, желая поскорее уйти.       – Ребят, помните, что меня здесь не случайно поставили начальником. Я способен отыскать иголку в стоге сена. Я все вижу. От моих глаз ничто не скроется. Если вы что-то знаете и не желаете делиться, лучше будьте открытыми и будьте честны. В вас обоих большой потенциал и я, честно, хотел бы с вами сотрудничать. Вы очень нужные люди в это непростое время, но, знайте, что если что-нибудь пойдет не так, как должно идти, я не пощажу никого, это мой принцип…       – Нам об этом хорошо известно… – ответила Елена, устремляясь к выходу.       – Лен! – крикнул Сидек вслед. Она остановилась, но не повернулась. – Если что, я всегда рад помочь тебе скоротать как-нибудь время, только обратись!       Дверь хлопнула. Воины-призраки скрылись.       – Ваше пиво, – прозвучал рядом женский голос.       – Спасибо, – взял бутылку Сидек, еще долго не сводя взгляд с дверей, в которых скрылись его подчиненные. Он немного пригубил пива, после чего закрыв глаза, выпустил свои псионические излучения, пытаясь увидеть хоть что-нибудь, оставленное Еленой.       Старания оказались напрасными. Единственное, что он смог почувствовать это сильную блокаду, подобную той, которую способны делать зерги людям в случае попыток тех как-нибудь выйти с ними на одну псионическую волну. Его сильно удивил тот факт, что блокировка, созданная Еленой, была настолько крепкой, что ему даже и пытаться было бессмысленно ее пробить. А если бы он и смог, то из-за затраченных сил, он бы просто уже не смог суметь расшифровать то, что скрывалось в пространстве, безвозвратно исчезая каждое мгновение. Сильное раздражение охватило его сознание. Все больше он потягивал из бутылки пиво, осмысляя положение дел. Допив содержимое бутылки, Сидек поставил ее на столик, начав разглядывать свое искаженное отражение в ней.       – Не нравитесь вы мне госпожа Хас и господин Сайто. Ох, не нравитесь… – полушепотом размышлял Сидек Рьвью. На его лице вдруг стала читаться усталость. – И откуда вы свалились на меня, такие умники?..       Расплатившись за пиво, Сидек вышел на улицу. Ночь тут же обняла его своей прохладой. Медленно он побрел куда-то вперед, вдоль узких улиц, по сторонам которых располагались небольшие двух и трехэтажные дома, в единичных окнах которых горел свет. Звуки проезжающего неподалеку транспорта эхом едва доносились до его ушей. Все вокруг сильно напоминало о родных краях, откуда Рьвью был родом. Все вокруг: природа, дома, люди, напоминало ему о доме. Это было невероятным совпадением – чтобы здешний уклад был устроен именно так и никак иначе, как того желало его едва пульсирующее теплом сердце.       Погруженный в раздумья, он продолжал брести по улицам, с трудом веря, но зная, что спустя пару километров, все окружающее сначала превратится в безжизненную пустыню, а затем, спустя еще с десяток – в огромный, обустроенный по последнему уровню науки и техники научно-исследовательский комплекс, который круглосуточно находится под защитой десятков тысяч солдат и сотни тяжелой военной техники. В котором каждое мгновение протекает какой-нибудь процесс, кипит жизнь, где никогда и, почти, нигде не бывает такой тишины и покоя, как здесь.       Небо было безоблачным, усеянным мириадами мерцающих звезд. Тишина и покой правили сегодняшней ночью. Сидек смотрел наверх, несколько удивляясь тому, какой иллюзорной может быть реальность. Здесь и сейчас умиротворение разливалось по улицам, проникало в его материальное и ментальное существа. Глаза видели неописуемую красоту, чутье призрака не ощущало никой угрозы или беды. Но на самом же деле – все было с точностью да наоборот. В этой неподвижной сине-черной бесконечности, усыпанной яркими и не очень точками, местами объятыми тусклой серебряной пылью, бушевала такая буря, усмирить которую едва ли было возможно кому. В этой тишине, проникнутой кротостью прохлады, в самом деле, бушевала неугомонная стихия, несущая смерти и разорения, сотрясающая своим гулом необъятные системы Галактики.       Спустя продолжительного времени созерцания небес, Сидек иронично усмехнулся. Только он обратил свое внимание обратно на окружающие его улицы, как его покой нарушил сигнал передатчика. Не спеша он достал его из кармана штанов и прицепил к уху:       – Что там у вас?.. – недовольно спросил он, прекрасно зная кто и откуда был тот, на другом конце. – Опять? Ну, надо как-то, может, аккуратней. Мы так весь материал растеряем до срочно, если будем так халатно проводить работу… Хорошо, пока приостанавливайте эксперимент, приедем и наведем порядок… До встречи…       Сидек отключил передатчик, задумавшись. Поправляя кобуру своего пистолета, а также ножны, скрытые невидимым покровом за спиной, он прибавил ходу. Очередной выходной был обречен закончиться, не успев начаться…              Продолжение следует в пятой части «Точка невозврата».