Часть 15

      - Я надеюсь, я вам не помешал?! Вижу, что у вас намечается неплохое времяпровождение на вечер, - Гордеев улыбался, но в его выражении лица и голосе было столько яда, что и гадюка бы отравилась. В дополнение к перечисленному, серо-зеленые глаза Александра, наподобие грозовых туч, метали молнии в сторону Скворцова.       Чехова тут же чуть отдалилась он продюсера. Валерия поражалась тому, что Геннадий вообще до сих пор жив... Она, как никто, знала характер Гордеева и была совершенно точно осведомлена об исходе ситуаций, когда он был в таком гневе - у объекта злости Александра всегда, как минимум, сломана челюсть. Поэтому Лера напряглась и чуть выступила вперед, приготовившись оградить опекуна от необдуманных действий.       - Саша... Что ты вообще здесь делаешь? - спокойно произнесла Чехова и тут же почувствовала насколько глупо прозвучал ее вопрос в сложившейся обстановке.       Александр перевел взгляд на девушку.       - Вообще-то я приехал с тобой поговорить. Но я вижу у тебя уже есть неплохая компания для бесед, - опять "молния" в сторону Скворцова.       Геннадий недоуменно нахмурился.       - Александр, похоже, я не совсем в курсе событий... У вас с Лерой была договоренность о встрече? Если она опоздала, то это из-за меня, и я прошу вас не злиться на нее.       Гордеев, с шумом вдохнув воздух, сложил руки на груди и стал постукивать пальцами правой руки по бицепсу левой. "Ой-ой... Он уже на пределе", - с испугом подумала Валерия и решительно заговорила с Александром:       - Саша, пойдем наверх. Не будем устраивать сцен на улице!       Он, словно, не слышал ее. Гордеев сейчас смотрел на Скворцова.       - Геннадий, насколько мне известно, вы - ПРОДЮСЕР Леры! Или вы переквалифицировались в иную должность?       Скворцов тоже ощетинился.       - Я не совсем понимаю, о чем вы...       - Правда? - Александр саркастично поднял правую бровь, - Ах, может, я просто не знаком с новыми правилами продюсирования? Теперь все продюсеры провожают своих подопечных до дому?!       - Саша! - попыталась урезонить его Лера.       Геннадий нахмурился. В его глазах заблестела злость, которой Чехова раньше никогда не видела.       - Знаете, мне уже не нравится, что вы разговариваете со мной в подобном тоне, Александр Николаевич!       - А МНЕ не нравится, что вы возите Валерию черт знает где, не поставив меня в известность! - рявкнул Гордеев.       - А вы кто? Ее отец?! Ее муж, чтобы я перед вами отчитывался?! - зарычал в ответ Скворцов.       - Я ее опекун! И имею полное право знать, куда вы увозите пою подопечную! - повышенным тоном ответил Александр.       Злость Геннадия на мгновение улетучилась. Он с удивлением посмотрел на Леру.       - Лера, у вас есть опекун?       Девушка, смущенная поведением Александра, извиняющимся тоном ответила:       - Да, Геннадий. Саша - мой опекун уже несколько лет.       Скворцов явно был поражен.       - Я и не знал...       - Если переписать все, что вы не знаете - получится целая библиотека! - бросил Гордеев.       "ГЕННАДИЙ!!! Вот как она его называет! ГЕННАДИЙ, черт возьми!!" - Александр уже просто физически ощущал, как тоненькая оболочка где-то внутри, сдерживающая ярость, стала еще тоньше... Еще чуть-чуть - и она порвется.       Но тут уже вспылил и Скворцов:       - Кто ты такой, чтобы меня оскорблять?! - он сделал шаг по направлению к Гордееву.       Александр обрадовался его действию - если Скворцов ударит первым, то у Гордеева будут все основания всласть набить ему морду и при этом не становится зачинщиком драки.       - Саша, угомонись! - опять попыталась вмешаться Лера, но она чувствовала себя очень хрупкой и беспомощной в этой ситуации, рядом с разъяренными крупными мужчинами. Это все равно что, если бы муха пыталась остановить бой двух быков.       Но тут Валерия вспомнила, что в машине Скворцова сидят охранники. Они уже наверняка заметили задержку босса и скоро будут здесь. И если они увидят драку - то они, естественно, бросятся защищать хозяина и могут сильно избить Александра...       Страх от этой мысли придал Чеховой сил, и она решительно встала между Скворцовым и Гордеевым.       - Я думаю, что разговор на сегодня окончен! Повернувшись к Геннадию, она сказала:       - Геннадий Петрович, спасибо большое, что подвезли. До свидания! - Лера взглядом просила Скворцова уйти.       Продюсер некоторое время раздумывал, смотря то на Леру, то на Александра.       - Всегда пожалуйста, Лерочка... Увидимся завтра на репетиции. До свидания!       Развернувшись на каблуках, Скворцов решительно зашагал обратно к машине. Валерия почувствовала, как Гордеев за ее спиной дернулся, словно собираясь броситься за ним, но Лера легким движением остановила его.       Когда Скворцов скрылся, Валерия резко повернулась к Александру и гневно посмотрела на него.       - Ты что себе позволяешь?! Что ты вообще здесь забыл?!       Злость Гордеева еще не утихла, так что он соответственно ответил ей:       - Что Я себе позволяю?! Ты ничего не перепутала?!!!       Валерия молча направилась к подъезду. Через несколько мгновений она уже открывала дверь своей квартиры и лишь войдя в помещение, она увидела, что Гордеев последовал за ней. Она впустила его в прихожую и закрыла дверь.       Валерия гневно сбросила изящные босоножки и направилась в гостиную.       - Может, хватит изображать гордое молчание и мы, наконец, поговорим?! - крикнул Александр ей вслед.       Валерия остановилась. Развернувшись, она уперла руки в бедра и с вызовом посмотрела на Александра.       - Ну я тебя слушаю.       - Ты что совсем не воспринимаешь мои предупреждения всерьез? Какого черта ты поперлась с этим подонком на прогулку?!!!       Чехова прищурилась:       - Перед тем, как я отвечу на этот вопрос, ответь мне ты. Какое ТЕБЕ дело?! - крикнула девушка. Выпитые коктейли подогревали кровь и в девушке внезапно проснулся азарт борьбы.       - Как это понимать? - нахмурился Гордеев, - Вообще-то я волнуюсь за тебя, потому что ты ВСЕ ВРЕМЯ влипаешь в какие-нибудь истории! А этот Скворцов... Я тебе уже рассказывал, что это за человек!       - Да. Рассказывал. Но ты прав - я не воспринимаю твои предупреждения всерьез! Это очень милый и обходительный человек!       - СКВОРЦОВ?! - Гордеев был в шоке от слепоты Валерии.       - Да!       Не обращая ни малейшего внимания на присутствие Александра, Лера ловкими движениями сняла с себя чулки и бросила их на близстоящий стул. После этого она направилась на кухню.       Гордеев застыл на месте. Безмерный гнев вдруг резко уменьшился, как сдуваемый воздушный шарик. Действие Леры подействовало на Александра, как дыхание открытого пламени. Самое странное, что своей реакции он поразился больше, чем действию Леры. Ну и вот как это понимать?       Помотав головой, чтобы прогнать наваждение, Гордеев направился вслед за девушкой... Валерия стояла на кухне и пила сок из стакана.       - Лера, не будь дурочкой! Он затуманивает тебе рассудок, а потом просто возьмет, как куклу!       Чехова резко поставила стакан на стол.       - Саша, я повторяю: это не твое дело! Когда мне понадобится твой совет - я его спрошу! И хватит меня опекать!       - Да тебя, по-хорошему, вообще из дома выпускать нельзя! - закричал Гордеев. Злость и негодование моментально вновь вскипели в нем.       - Да когда ты, наконец, поймешь, что я больше не ребенок! - закричала Валерия, запустив пальцы в волосы, - Знаешь, в чем главная разница между тобой и Скворцовым?! Геннадий видит во мне женщину, а не ребенка! Я выросла, Саша! Я сам способна принимать решения, сама способна за себя постоять и сама выбираю свой путь в жизни! Господи, я, если захочу, могу завтра же выскочить за кого-нибудь замуж и через год нарожать детей! Я - устоявшаяся личность! Пойми, наконец, что той девочки, которую ты возил в школу, больше нет! Больше нет подростка, которая приходила домой с синяками и громко слушала Scooter'а в своей комнате! Я теперь девушка, Саша! Я - женщина! Почему ВСЕ это видят, кроме тебя! - с отчаянием и горечью закончила кричать Валерия.       На кухне повисла тишина. Чехова тяжело дышала, восстанавливая дыхание. В ее глазах блестели сдерживаемые слезы обиды и горечи. Гордеев молчал... Он смотрел куда-то в пространство задумчивым взглядом.       Вдруг Александр приблизился к девушке и заглянул ей прямо в глаза.       - Ты... Ты и впрямь думаешь, что я считаю тебя ребенком? - тихо заговорил Гордеев. Лера глубоко вздохнула, возвращая самоконтроль и в упор посмотрела на Александра.       - Да. Я так считаю. Ты совершенно не слушаешь меня! Не принимаешь всерьез!       - Ты о Скворцове? - тон Александра поменялся...       - И о нем тоже! Почему тебе так тяжело признать свою ошибку и не принять, что он все же хороший человек?       Гордеев возвел глаза к потолку.       -Господи, ЛЕРА! Он - ПОДОНОК! Твоя наивность - чистой воды ребячество!       Вот тут Лера не выдержала...       - Убирайся из моей квартиры! Я тебя видеть больше не хочу, понял! Ты - непробиваемый, древоголовый, бессердечный человек! Ненавижу тебя! Ты...       Прежде чем с ее губ сорвались еще десяток ругательств, Гордеев, неожиданно для себя и для нее, притянул Валерию к себе и прижался к ее губам.       Окружающая действительность превратилась для Леры в разноцветное плавающее пятно. Страха не было, гнев тоже бесследно улетучился. Остались лишь трепет и сладостное волнение, вызванные действием губ Гордеева...       Поцелуй стал более страстным, объятия Гордеева более крепкими, и рука Леры, словно сама собой, обвила его шею. В голове Валерии словно бушевала буря, кровь шумела в ушах. Лера всем своим существом чувствовала, что как бы она ни злилась на этого мужчину, как бы он ни обидел ее - она никогда не сможет ему сопротивляться. Он увезет ее, куда захочет - а она позволит ему это. Он ни шаг не будет отпускать ее от себя - а она будет счастлива этому. Только бы ОН был рядом...       Вдруг Александр прервал поцелуй и резко отпрянул от нее. В его глазах сейчас было столько удивления, непонимания и... страха. Валерия никогда не видела страха в глазах этого человека. Никогда. Но сейчас Александр был ошеломлен и напуган случившимся - она это видела.       Гордеев резко развернулся и в несколько шагов покинул квартиру. До сих пор не остывшая после страстных поцелуев Валерия, потеряла равновесие и ей пришлось ухватиться руками за край стола, чтобы не упасть.