Глава 4

~ Твои травмы актуальны?~

      Наши посиделки с ребятами затянулись до самого позднего вечера. Время словно растворилось в уютных разговорах и смехе. Я продолжала сидеть, расслабленно опираясь на плечо Николаса, ровно до того момента, пока Майкл не засобирался уезжать. Внутри что-то шевельнулось — мне необходимо было проводить его и задать пару вопросов, которые не давали мне покоя.

***

— Майкл, можно кое-что спросить у тебя? — тихо заговорила я, когда мы вышли из дома в прохладу вечера. — Конечно, Мэд. — Я на секунду замялась, подбирая слова, а затем решилась. — Ты специально это делаешь? — Делаю что? — парень остановился и картинно нахмурил брови, хотя в уголках его глаз плясали смешинки. — Пытаешься сделать так, чтобы мы с Николасом были рядом везде, — мы замерли возле выхода со двора. Я повернулась к нему всем корпусом, требуя честного ответа. Он сделал то же самое, внимательно глядя на меня. — Мэд, честно... иногда да, — признался парень, сунув руки в карманы джинсов и слегка покачиваясь с пятки на носок. Его взгляд стал серьезнее. — Мне кажется, ты ему симпатизируешь... Почему бы и нет? Почему бы не попробовать пообщаться? — Майкл, зачем? — я зажмурилась, чувствуя, как щеки обдает жаром. Я слегка опустила голову, пряча взгляд, от осознания того, что мои догадки оказались правдивы, и от того, что он так легко «прочитал» меня. — Мэделин, я знаю этих ребят и я знаю тебя, — друг пожал плечами, его голос звучал мягко и убедительно. — И я вижу, как ты порой нуждаешься в простых, хороших дружеских посиделках. Я знаю, что тебе это нужно, как бы ты ни боялась этого. — Майкл заглянул мне прямо в глаза, словно пытаясь достучаться до моих страхов. — И я знаю, что если бы не события прошлого, ты бы только при поступлении в универ уже дружила с ними.       Отчасти я понимала, что Майкл был прав, каждое его слово било в цель, но защитная реакция заставляла меня злиться. В голове, словно кадры старой кинопленки, вновь всплыли болезненные воспоминания нашего совместного прошлого, заставляя сердце сжаться. Я хотела напомнить о всём, что сделало меня такой, но сил на это не было. — Майкл... — тихо, но с немым вопросом в голосе произнесла я, пытаясь возразить, но громкий сигнал подъехавшей машины бесцеремонно прервал меня. — Черт, такси, — парень быстро похлопал по карманам, проверяя, не забыл ли он чего. — Я поехал. Созвонимся или спишемся, Мэд.       Он крепко обнял меня обеими руками, передавая немного своего спокойствия, и, быстро сев в машину, уехал домой, оставив меня наедине со своими мыслями.       Я медленно закрыла калитку двора и, встав на крыльцо, подняла голову вверх, замирая от открывшегося вида. На небе разливался невероятный, густой малиновый закат. Облака были подсвечены золотом и пурпуром, создавая ощущение чего-то нереального. Это прекрасно - просто стоять, смотреть на небо и думать... думать о том, что ты действительно существуешь в этом моменте. Когда смотришь на такой закат, время будто замедляется, становится тягучим, как мед. И только тогда ты чувствуешь, что живешь. Не просто существуешь, не пытаешься выжить, а именно живешь, вдыхая этот вечерний воздух. Это тот самый момент, когда даже мысли затихают, позволяя насладиться тишиной , независимо от того, что над головой - рассвет, закат, тяжелые тучи или бескрайнее звездное небо. — Не помешаю?       Услышав низкий, бархатный голос Ника позади, я вздрогнула и медленно повернулась к нему. Сердце предательски пропустило удар. — Нет... думаю, нет, — спокойно ответила я, стараясь не выдать своего волнения, и снова отвернулась, устремляя взгляд в небо, хотя теперь все мои мысли снова были сосредоточены на человеке за спиной. — Тебе так сильно нравится смотреть на закаты? — спросил Ник, делая шаг ближе. Я чувствовала его присутствие кожей. — Да, очень сильно. Считаешь это странным? — Почему же? Нет, — парень подошел еще чуть ближе, но по-прежнему оставался сзади, соблюдая дистанцию, которая, казалось, искрила напряжением. — Когда мы в детстве ездили на машине с родителями, я часто смотрел в окно и мысленно придумывал себе какие-то фигурки из облаков. — Парень тихо, мягко рассмеялся, и я невольно улыбнулась в ответ. Это чувство было мне так знакомо, словно мы делили одно воспоминание на двоих. — Чем там заняты ребята? — спросила я, все еще не решаясь повернуться, боясь нарушить эту хрупкую атмосферу. — Эбигейл предложила поиграть в «крокодила», и в этот момент я ушел. — Почему ушел? — Честно говоря, увидел закат в окне и решил, что мне нужно это сфотографировать.              Я услышала сзади характерный механический шум и, наконец, повернулась. Ник стоял с фотоаппаратом в руках, настраивая объектив. Только я успела улыбнуться, увидев камеру, как раздался громкий щелчок затвора. — Стой, ты сфотографировал меня? — Ну... — Николас оторвался от экранчика и улыбнулся той самой улыбкой, от которой становилось жарко. — Ты попала в кадр. — Покажи! — я широко улыбнулась и, забыв о стеснении, подошла ближе. Он опустил фотоаппарат и повернул экран ко мне. На маленьком дисплее была я, озаренная закатным солнцем, настоящая и живая. — Ты сможешь потом мне отправить ее? — я подняла на него взгляд, оказавшись слишком близко. — Конечно, могу, — уголок его губ дрогнул в хитрой улыбке. — Хочешь, пройдемся в одно место, и я сделаю тебе еще больше фотографий? — Правда? — мои глаза, наверное, загорелись, как у ребенка, которому пообещали чудо. — Правда, — подтвердил брюнет. — Только если мы поспешим, потому что закат на паузу не поставишь.       Как только Николас сказал это, мы, словно маленькие дети, сорвались с места. Быстро спустились по ступенькам и почти побежали к поляне, смеясь и стараясь обогнать уходящее солнце. Нам невероятно повезло, что дом Уайтов находился не в центре душного города, а ближе к окраине, где простор и природа создавали идеальные декорации. Именно за это я влюбилась в этот район. Хоть мое сердце и принадлежало шумному мегаполису, который ни на секунду не засыпает, здесь было что-то особенное. Магия момента. То ли место, то ли люди...       Разговаривая о всяких мелочах, связанных с детством, мы дошли до открытого пространства. Здесь было мало деревьев, и горизонт распахивался перед нами во всей красе, позволяя смотреть на закат так близко, словно мы сидели в первом ряду огромного природного кинотеатра. — И как мне позировать? — спросила я, отбежав на середину поляны. Я начала дурачиться, выдумывая нелепые позы, отчего мы оба заливались смехом. — Расскажи мне о том, что тебе нравится, — сказал Николас, уверенно держа камеру в руке, но глядя не в объектив, а на меня. — Что мне нравится в закате? — Например, да, — он замер, ожидая. — Ну... Что мне нравится в закате... — я задумалась, посмотрела на небо, слегка запрокинув голову, и слова полились сами собой, искренне, от сердца. — Мне нравится то, что когда смотришь на закат, ощущаешь свободу. — Я неосознанно начала жестикулировать, пытаясь охватить руками это чувство. — Ощущаешь, что ты жив, начинаешь действительно чувствовать эту жизнь и понимаешь, что все проблемы твоей жизни - такие мелочи... И ты можешь их растворить так же быстро, как сахар в теплой воде. Ты не думаешь о том что будет завтра или послезавтра. Тебя не волнует считают тебя глупой или сумасшедшей, потому что...Ты чувствуешь такую чертовски приятную свободу. — Я перевела взгляд на парня и замерла. Кажется, всё это время камера была направлена на меня. — Ты фотографировал меня все это время? — я смущенно улыбнулась, и тут же раздался контрольный щелчок. — Я думала, ты меня слушал! — Я тебя слушал, Мэделин. — Ник опустил камеру и подошел ко мне ближе. На его лице играла теплая, почти нежная улыбка. — Это умение каждого фотографа: одновременно слушать и делать красивые кадры. — Хорошо, я поверю тебе, — я прищурилась, делая вид, что сомневаюсь, и отвернулась обратно к солнцу, чтобы скрыть румянец. — Я так понимаю, тебе нравится фотографировать людей? — Не всех, — честно признался парень, и от его тона у меня по спине пробежали мурашки. — Иногда, когда ты наводишь камеру на небо или, например, море, что угодно... то мысленно понимаешь, какого бы человека хотел видеть на этом фоне. — Я резко повернулась к нему, встретившись с ним взглядом. — Я не знаю, как это точно работает, — он пожал плечами, выглядя неожиданно уязвимым. — Я не профессиональный фотограф и фотографирую то, что мне нравится.       Когда он сказал это, глядя мне в глаза, на моем лице сама собой расцвела робкая улыбка. Воздух между нами стал плотным, наэлектризованным. — Знаешь, чем я хочу дополнить этот закат? — перевела я тему, чтобы избежать неловкости, от которой сердце билось где-то в горле. — Музыкой!       Я поспешно полезла в карман за телефоном. Найдя песню «Cigarettes After Sex - Apocalypse», я включила ее на полную громкость. — Знаю, это, конечно, не колонка, но классно же, да? — Incroyable, — тихо произнес парень. Он продолжал смотреть на меня с той же загадочной улыбкой, не отрываясь.       Я, не выдержав интенсивности его взгляда, перевела взор на закат. Солнце медленно уходило за горизонт, уступая права ночи. По ощущениям, мы провели на этой поляне еще минут тридцать, просто наслаждаясь музыкой, угасающим светом и молчаливым присутствием друг друга. — Кажется, наша прогулка на закате закончена... — с сожалением выдохнула я, когда последние лучи скрылись. — Пойдем обратно домой? — А у нас есть другие варианты? — Вряд ли, — усмехнулся Ник, потерев затылок.       Я слегка грустно вздохнула, но без лишних слов мы пошли вместе в сторону дома. Мне было слишком хорошо после этой прогулки. Внутри разливалось тепло, которое я боялась расплескать. Мне даже не хотелось анализировать произошедшее или обсуждать это. Хотелось спрятать этот момент глубоко внутри, как драгоценность, оставить его чем-то своим, личным и комфортным. — Я думаю, нам тоже с девочками пора ехать домой, — сказала я, когда мы подошли к воротам. Реальность постепенно возвращалась. — Так рано? — Ник открыл мне калитку, пропуская вперед. — Рано? — я улыбнулась. — Завтра всем в универ, и мы можем видеться там, если не против. — В окнах дома горел свет, на первом и на третьем этажах. — А это не очевидно? — парень улыбнулся и, по-джентльменски открыв мне входную дверь, вошел следом. В прихожей я остановилась. Мне нужно было это сделать. — Ник, — позвала я, становясь ровно перед ним и сцепив руки в замок от волнения. — Я тебя слушаю, — он встал напротив, возвышаясь надо мной, но не давя своим присутствием. — Спасибо тебе за прогулку. Мне кажется, я действительно расслабилась, погуляв с тобой, и не была в напряжении...       Моя улыбка стала шире. Поддавшись порыву, я встала на носочки и обняла парня за шею обеими руками. Брюнет сначала оцепенел, его мышцы напряглись, но спустя пару секунд я почувствовала, как его руки легли мне на спину, уверенно и крепко. Он обнял меня в ответ, прижимая к себе. От него пахло чем-то свежим и волнующим. — И спасибо за то, что пофотографировал меня на фоне прекрасного заката, — прошептала я и, сделав над собой усилие, отошла на шаг, разрывая наши объятия. Тепло его тела все еще ощущалось на моей коже. — Не за что меня благодарить, — парень опустил взгляд, пряча глаза. — Я рад, что мы вместе провели хорошо время. — Ник снова посмотрел на меня и широко, искренне улыбнулся.       Развернувшись на носочках, окрыленная, я пошагала в гостиную с улыбкой, которая, казалось, приклеилась к моему лицу. Там меня встретила обеспокоенная Эби. — Где вы были, Мэд? Ты не ответила на мои сообщения, хотя была в сети, — выпалила Эбигейл, сверля меня взглядом. — Прости, я... Мы... — Я украл Мэделин, и мы немного погуляли, — спокойно пояснил Ник, входя в гостиную и садясь напротив Джейдена, как ни в чем не бывало.       Эбигейл посмотрела на меня многозначительным взглядом, в котором читалось: «Что это, черт возьми, значит?» — А где Виолетта и Нейт? — быстро спросила я, стараясь перевести тему и избежать допроса. — Они ушли на третий этаж. Нейт обещал Виолетте что-то подарить, потому что проиграл ей в «крокодила», — ответила подруга, все еще подозрительно косясь на меня. — Эби, пойдем найдем ее? — я потянула ее за руку. Подруга без вопросов пошла со мной.       Когда мы поднимались по лестнице, Эбигейл не выдержала: — У вас что-то с Николасом? — прошептала она. — Нет, просто мы нашли общие увлечения, и все. — И ведь это была чистая правда. — Ты уверена? — подруга с хитрой улыбкой заглянула мне в лицо. — Определенно, — прозвучало не слишком уверенно, но сейчас это было лучшее, что я могла выдавить из себя.       Мы постучали в комнату, где, по нашим предположениям, должны были находиться «потеряшки». И мы оказались правы , дверь нам сразу же открыла Виолетта. — Мы не помешали? — спросила я, с трудом сдерживая смех. Я переглянулась с Эбигейл, которая тоже расплылась в широкой улыбке с легким приятным удивлением, помада Виолетты была слегка, но заметно размазана, а губы выглядели подозрительно припухшими. — М-м, нет, — подруга попыталась изобразить невинность. — Что-то случилось? — Нам пора домой ехать, — сообщила я. — О, хорошо, — Виолетта обернулась вглубь комнаты. — Я сейчас сумку возьму и иду. — Ви... — позвала Эби подругу. Та повернулась к нам. — У тебя помада размазалась, — громким шепотом сообщила Эби, прикусив губу, чтобы не захохотать. — О черт! — прошипела Виолетта и начала яростно тереть губы рукой, пытаясь исправить ситуацию без зеркала. — Виолетта, хватит, — я с широкой улыбкой, но тихо, чтобы не смущать её еще больше, прервала её попытки. — У вас есть десять минут, и мы ждем вас снизу. — Хорошо, — все-таки сдалась подруга, заливаясь краской и опуская голову. — Эй, — я ласково щелкнула её по носу. — Мы все догадывались. — Идите уже вниз! — с улыбкой Виолетта буквально вытолкала нас из комнаты.       Мы с такими же широкими, заговорщическими улыбками спустились к парням, сразу же поймав их вопросительные взгляды. — Мы пропустили смешное шоу? — спросил Джейден, когда мы с подругой сели напротив. — Скорее всего, просто шоу, — загадочно протянула Эбигейл, элегантно закинув ногу на ногу. — Выкладывайте, — потребовал Николас. Они вместе с Джейденом с любопытством потянулись через стол ближе к нам. Мы с Эби синхронно сделали то же самое. — Когда Виолетта открыла нам дверь... — начала я драматичным шепотом, — её помада была размазана вооот тут... — я медленно провела пальцем по своим губам, нарочито выходя за контур.       Парни в этот момент просияли, сжали кулаки и победоносно переглянулись, будто только что выиграли джекпот в лотерею. — Думаете, у них зарождается что-то серьёзное? — спросил Николас с надеждой в голосе. — Не знаю, — я поморщила нос, как делала всегда по привычке.       В этот момент мы услышали шаги на лестнице. Через пару секунд «виновники торжества» уже стояли перед нами, стараясь выглядеть максимально невозмутимо. — Мы едем? — деловито спросила Виолетта. — М-м, да. — Я встала с дивана, следом за мной поднялась Эбигейл.       Проверив, ничего ли не забыли, мы вышли на улицу. Темнота уже полностью окутала город. Нейт с Джейденом закурили, Эбигейл о чем-то оживленно беседовала с ними, а Виолетта пошла прогревать машину. И только мы с Николасом остались немного в стороне, наблюдая за всей этой суетой. — Когда ты поблагодарила меня за прогулку, я слегка растерялся, — тихо, почти интимно начал говорить Николас, подходя ближе. — И я совсем забыл поблагодарить тебя в ответ... — он забавно поморщился и виновато улыбнулся. — За что меня благодарить, Ник? — я посмотрела на парня, чувствуя, как внутри снова начинают порхать те самые бабочки. Я улыбнулась уголком губ и решила разрядить обстановку шуткой. — Вообще-то, с тебя фотографии! — я легонько ткнула пальцем в его плечо и отвела взгляд на ребят. — Надеюсь, я нормально выглядела на фотографии с таким красивым закатом сзади и не испортила его... — посмеялась я, пряча замерзшие руки в карманы пальто. — Ты выглядела намного красивее заката, Мэделин.       Слова прозвучали тихо, но в ночной тишине они оглушили меня. Я застыла. Спустя несколько секунд молчания до меня дошел смысл сказанного. Я оцепенела, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Я приоткрыла рот, чтобы ответить, но все слова мгновенно испарились из головы. Любой ответ казался глупым, плоским, недостойным этого момента.       Не успела я придумать хоть что-то, как голос Виолетты разрезал тишину , она звала меня, сказав, что мы уже можем ехать. Медленно, словно в тумане, я подошла к машине, постепенно приходя в себя, и стала обнимать ребят на прощание. — Нейт, большое тебе спасибо за гостеприимство, — сказала я, крепко обнимая Нейта, как брата. — Я теперь обожаю твой дом. Парень ответил мне теплой улыбкой. — Джейден! — позвала я парня, который все еще бурно что-то обсуждал с Эбигейл. — Давай договоримся, просто Джей, — он сгреб меня в охапку, и я ответила взаимностью. — Договорились.       В мою голову пришла неожиданная идея, которую захотелось воплотить сию же секунду. Я нашла глазами Нейта, который уже подошел к водительскому сидению и что-то рассказывал Виолетте. Затем посмотрела на Джейдена, который переключился на разговор с Ником. Видимо, я слишком долго смотрела на них, потому что Эбигейл внезапно возникла прямо перед моим лицом, мгновенно считывая ситуацию. — Мэд, я не хочу задавать лишних вопросов, но... — подруга проследила за моим взглядом. — Мне отвлечь Джея на несколько минут? — Пожалуйста... — выдохнула я, закусив нижнюю губу от нервов.       Эбигейл без лишних слов, подмигнув мне, подошла к парню и увела его для якобы «личного и срочного» диалога. Путь был свободен. Я глубоко вздохнула и подошла к Нику. — Хотела сказать... — я опустила глаза на свою обувь, снова пряча руки в карманы пальто, чтобы он не увидел, как они дрожат. — Можешь называть меня просто Мэд... Или Мэди?       Сама не поняв, был это вопрос или утверждение, я резко подняла взгляд на парня. — Оу... вау, — парень расплылся в улыбке, и в его глазах заплясали искорки. — Мне выпала честь называть тебя Мэди? — Он медленно облизнул губы... Зачем, ну зачем я заметила эту деталь? Сердце ухнуло куда-то вниз. — Я рад. Рад входить в круг людей, кому это дозволено, — сказал он, и его голос стал ниже.       Я сделала себе мысленную заметку. Он понимает. Он понимает, как важны формы имени для меня, и ценит это доверие. — Мэделин, твою ж налево! — раздался злой, но уставший голос Виолетты из машины. — Машина прогрета - это раз! — подруга загнула палец. — Я готова - два! Эбигейл в машине - три! Ты нас собирала, и сама же все еще не в машине?! — Виолетта, — Ник примирительно поднял руку. — Моя вина, — он положил ладонь себе на грудь. — Дико извиняюсь.       Виолетта, фыркнув, кивнула и села обратно в салон. Нейт с Джеем стояли рядом, с улыбкой наблюдая за нами. — До завтра? — спросила я, глядя только на него. Весь мир вокруг перестал существовать. — До завтра, Мэди, — произнес он мое новое имя, пробуя его на вкус, и уголок его губ дрогнул в нежной полуулыбке.       Недолго думая, повинуясь какому-то внутреннему магниту, я встала на носочки и снова обняла парня за шею. В этот раз он отреагировал быстрее, его руки тут же сомкнулись на моей талии. Но, к счастью или к сожалению, объятия были разорваны слишком быстро , нас ждали. — Увидимся в универе! — крикнула я парням, маскируя свое смущение, и нырнула на заднее сидение машины.       Мы тронулись. Огни дома Уайтов становились все меньше, мы уезжали все дальше, а в моей голове всю дорогу на повторе, как заевшая пластинка, крутились две фразы: «Ты выглядела намного красивее заката» и «До завтра, Мэди». Каждая буква отдавалась сладкой дрожью внутри.       Виолетта довезла меня до дома. Поцеловав девочек в щечки, я вышла из машины в прохладу ночи. Было примерно девять вечера. Людей на улицах было много, город жил своей жизнью, свет фонарей заливал тротуары. Но главное, что привлекло мое внимание - это луна и россыпь звезд на бархатном небе. Именно это состояние природы я любила больше всего. Но я всегда заставала его одна... И вдруг мне стало безумно интересно, будет ли так же комфортно смотреть на ночное небо, звезды и луну с другим человеком? Например с...?       Откинув эти мысли, от которых становилось слишком волнительно, я поспешила в квартиру. Приняв горячий душ, чтобы смыть усталость, я сделала себе легкий салат. Только я включила музыку для фона и открыла ноутбук, устроившись на диване, как на телефон поступил звонок.       Майкл.              Я взяла трубку сразу же и поставила на громкую связь. — Мэди, как ты? — голос друга звучит странно. — Все отлично, Майк. Что-то случилось? Я думала, мы уже завтра поговорим, — сказала я, накалывая лист салата на вилку. — Вообще-то случилось. Нейт просит твой номер телефона в нашей с парнями группе. — У него разве нет? — Только твой ник. Я могу дать им твой номер? — Так мой номер нужен Нейту или всем? Вообще, зачем Нейту мой телефон? — я нахмурилась, не понимая сути. — Мэделин, так я могу дать им твой номер телефона? — настойчиво повторил друг. — Ну конечно, можешь, но зачем... — Merci! J'aime!       Это было последнее, что прокричал парень, и звонок оборвался. Я посмотрела на погасший экран. Странно. Но я решила не зацикливаться на этом, продолжив ужин и лениво листая соцсети. Заметила, что активность под моими постами выросла, а охваты на песнях стали значительно выше. Приятный бонус к хорошему дню. В директе висело несколько предложений о рекламе. Мне не захотелось смотреть еще дальше. Это был для меня риск.       Риск, испортить настроение после хорошего дня. Поэтому я кратким одним сообщением прошу своего менеджера с утра пересмотреть директ и отобрать достоверные аккаунты с рекламой. В этот момент ноутбук пиликнул. В Телеграме начали приходить уведомления, одно за другим, их было довольно много. Неизвестный номер.       Я кликнула на аватарку, даже не читая текст, и сердце ухнуло в пятки. Это Ник. Вот для чего, оказывается, Нейт или Майк спрашивали мой номер. Это была многоходовочка. Подумав об этом, я улыбнулась так широко, что заболели скулы. Ник: Добрый вечер, это Ник. Я забыл узнать твой номер, и пришлось это сделать через парней. И, как обещал! Ник: [Отправлено 30 фотографий] Мэделин: Добрый вечер) 30 фотографий? Когда ты успел? Ник: Магия :) Мэделин: Спасибо!))       Я начала открывать фотографии одну за другой. Я не могла перестать улыбаться. То, как он увидел меня через объектив... это было невероятно. Все кадры вышли красивыми, эстетичными, наполненными теплым светом. На них я выглядела счастливой. И... красивой.       Я сразу же сохранила все фото в отдельную папку на ноутбуке. Желание поделиться этой красотой было непреодолимым, поэтому я выбрала одну из лучших фотографий и выложила её в Инстаграм. А следом отправила пару снимков папе с мамой.       Вечер подходил к концу, но внутри меня, где-то в самой глубине души, зародилось странное, едва уловимое тепло. Это было что-то совершенно новое, волнующее и пока еще неизвестное мне. Или , я еще была не готова узнать это чувство?