Глава 31. Защита, напряжение и старые счеты

      Октябрь пришёл с холодными ветрами и ранними сумерками.              Листья в Запретном лесу окрасились в золото и багрянец, устилая территорию замка яркими коврами, которые хрустели под ногами. Студенты начали кутаться в шарфы и тёплые мантии, а домовые эльфы разожгли камины во всех гостиных и классах.              Но холод был не единственным, что пришло с октябрём.              Дар Кэтрин продолжал меняться. Эволюционировать.              Это началось через несколько дней после инцидента на квиддичном матче. Кэтрин шла по коридору третьего этажа, направляясь в библиотеку, когда дверь класса трансфигурации внезапно распахнулась перед ней. Кэтрин замерла, глядя на открытую дверь. Коридор был пустым. Никого поблизости. Она медленно подошла, заглянула внутрь — класс пуст, окна закрыты, никаких сквозняков.              Совпадение.              Но на следующий день это повторилось. Дверь в её собственный кабинет открылась, когда Кэтрин была ещё в трёх шагах от неё. Потом — дверь в учительскую. Потом — библиотека.              Двери открывались сами, когда она подходила. Не всегда. Но достаточно часто, чтобы это перестало быть случайностью.              А ещё были факелы.              Кэтрин заметила это однажды вечером, когда возвращалась из Большого зала после ужина. Коридор был тускло освещён, факелы едва горели. Но когда она прошла мимо, пламя вспыхнуло ярче. Намного ярче. Словно приветствуя её.              Она остановилась, обернулась. Факел за её спиной тоже горел ярче обычного. А те, что были дальше, вернулись к прежнему тусклому свету.              Замок. Это был замок.              Головокружения продолжались. Иногда лёгкие, почти незаметные. Иногда такие сильные, что Кэтрин приходилось останавливаться и держаться за стену, пока мир перестанет вращаться. Пульс древней магии был постоянным фоном — биение сердца Хогвартса, которое она чувствовала всегда, даже сквозь барьеры окклюменции.              Кэтрин продолжала вести записи. Каждый вечер, перед сном, она садилась за стол в своём кабинете и записывала всё: где и когда проявления были сильнее всего, какие двери открылись, в каких коридорах факелы вспыхивали ярче. Пыталась найти закономерность, понять логику.              Но чем больше она записывала, тем меньше понимала.

***

      Библиотека Хогвартса была тихим убежищем в хаосе школьной жизни.              Кэтрин любила приходить сюда по вечерам, когда большинство студентов уже разошлись по гостиным. Здесь было спокойно — только шелест страниц, тиканье часов на стене и редкое покашливание мадам Пинс, которая следила за порядком с ястребиной бдительностью. В этот вечер Кэтрин искала книгу о древних защитных рунах, которые она хотела рассказать студентам 5 курса.              Она бродила между стеллажами, пробегая взглядом по корешкам, когда услышала тихий голос.              — Профессор Эшборн?              Кэтрин обернулась. Между стеллажами стоял Гарри Поттер — растрёпанный, с тёмными кругами под глазами, но с решительным выражением лица. В руках он держал стопку книг о защите от тёмных искусств.              — Гарри. — Кэтрин кивнула, улыбаясь. — Не ожидала встретить тебя здесь так поздно.              — Я… — он замялся, переминаясь с ноги на ногу. — Искал информацию о патронусах. Профессор Люпин сказал, что это единственная защита от дементоров, и я хочу научиться, но пока не получается, и я думал, может, в книгах найду что-то полезное…              Слова лились потоком, и Кэтрин поняла, что он нервничает. Не из-за неё. Из-за дементоров. Из-за того, что произошло на матче.              — Присядь, — она указала на ближайший стол. — Поговорим.              Гарри неуверенно кивнул и опустился на стул. Кэтрин села напротив, откладывая поиски книги на потом.              — Как ты себя чувствуешь? После матча.              Гарри пожал плечами, глядя на свои руки.              — Нормально. То есть физически — нормально. Но я… — он замолчал, сжимая пальцы, — Я слышу её. Мою маму. Когда дементоры рядом. Слышу, как она кричит, пытаясь защитить меня. И это… это хуже, чем падение с метлы.              Горло Кэтрин сжалось. Она протянула руку, накрывая его сжатые кулаки.              — Гарри, послушай меня. То, что ты слышишь — это не твоя вина. Дементоры находят самые страшные воспоминания и заставляют нас переживать их снова и снова. Это их природа. Но это не значит, что ты слаб.              — Но все остальные… они не падают в обморок. Только я.              — Потому что твои воспоминания — самые тяжёлые, — Кэтрин сжала его руки. — Ты потерял родителей, когда был совсем маленьким. Это травма, которую невозможно просто забыть. И дементоры питаются этой болью. Но знаешь, что? Ты всё ещё здесь. Ты всё ещё борешься. Это делает тебя сильнее, чем ты сам думаешь.              Гарри поднял взгляд, и в его зелёных глазах блеснула надежда.              — Профессор Люпин говорит то же самое. Что я справлюсь. Что патронус — это не только сила. Это… счастье. Воспоминание, которое достаточно яркое, чтобы победить тьму.              — Он прав, — Кэтрин слабо улыбнулась. — Римус — хороший учитель. Если кто и может научить тебя патронусу, так это он.              — А ты… — Гарри замялся. — Ты умеешь вызывать патронуса?              Кэтрин кивнула.              — Да.              — А какую форму он принимает?              Она задумалась на мгновение. Её патронус. Она вызывала его редко — только когда действительно было нужно. Но форма всегда была одной и той же.              — Сова, — тихо сказала Кэтрин. — Полярная. Белая, с серыми крыльями.              Гарри слабо улыбнулся.              — Это красиво.              — Возможно. — Кэтрин отпустила его руки. — Но главное не форма. Главное — то, что стоит за ней. Воспоминание, которое ты используешь. Оно должно быть настолько сильным, что ты готов за него держаться, даже когда всё остальное рушится.              — У меня есть такое, — Гарри выпрямился. — Я думал о том, как узнал, что я волшебник. Когда Хагрид пришёл за мной. Это был… лучший день в моей жизни.              — Тогда держись за него, — Кэтрин встала, кладя руку ему на плечо. — Слушай Римуса. Тренируйся. И не сдавайся, даже если будет трудно. Ты справишься, Гарри. Я в этом уверена.              Он кивнул, и в его глазах появилось что-то похожее на решимость.              — Спасибо, Кэтрин.              Гарри собрал книги и ушёл, оставив Кэтрин одну между стеллажами. Она стояла, глядя ему вслед, и чувствовала странную смесь гордости и тревоги.       

***

      Дамблдор вызвал Кэтрин и Снейпа в свой кабинет сразу после завтрака. Кэтрин поднималась по винтовой лестнице, гадая, о чём пойдёт речь. Снейп уже был там, стоял у окна с непроницаемым выражением лица.              — А, Кэтрин, — Дамблдор приветливо кивнул, указывая на кресло. — Присаживайтесь, пожалуйста. Лимонную дольку?              — Нет, спасибо, директор.              Дамблдор взял дольку сам, неторопливо разворачивая обёртку. Его голубые глаза смотрели на них поверх очков-половинок с привычным выражением мягкого любопытства.              — Итак, — начал он, откидываясь в кресле. — Как вы оба знаете, Министерство продолжает поиски Сириуса Блэка. Пока безуспешно. Дементоры остаются у ворот Хогвартса, что, должен признать, вызывает у меня определённое… беспокойство.              Снейп скрестил руки на груди, ожидая продолжения.              — Я хочу усилить защитные чары замка, — продолжил Дамблдор. — На случай, если Сириус всё-таки попытается проникнуть внутрь.              — Я сделаю это, директор, — ровно ответил Снейп. — Защитные чары — моя область компетенции.              — Не сомневаюсь, — Дамблдор улыбнулся. — Однако я бы хотел попросить и Кэтрин присоединиться к этой работе.              Снейп бросил на неё короткий взгляд, но ничего не сказал.              — Видите ли, — Дамблдор сложил пальцы домиком, — Кэтрин обладает уникальной способностью чувствовать магию замка. Она может определить слабые места, участки, где защита недостаточна. Её помощь будет неоценима в этом деле.              Кэтрин почувствовала, как неловкость сжала горло. Он так в открытую говорил о ее даре, но Снейп просто кивнул.              — Понимаю.              Дамблдор приподнял брови, явно удивлённый таким спокойным принятием.              — О? Северус, я думал, вам потребуется больше… пояснений.              — Профессор Эшборн уже рассказала мне о своём даре — Снейп посмотрел на Кэтрин. — Около месяца назад. Мы обсуждали эволюцию её способностей.              Теперь удивление на лице Дамблдора стало очевидным. Он перевёл взгляд на Кэтрин, и в его голубых глазах мелькнуло что-то похожее на любопытство.              — Вот как? — он слабо улыбнулся, и улыбка была той самой загадочной, которая часто проследовала его. — Интересно. Кэтрин, почему же вы не пришли ко мне?              Кэтрин сжала руки на коленях.              — Я…я посчитала, что так будет лучше, — пробормотала она. — Профессор Снейп уже знал о моём даре…и….и мне показалось логичным обратиться к нему.              — Логичным, — повторил Дамблдор, и в его голосе прозвучала тихая ирония. — Да, полагаю, в этом есть своя логика.              Он посмотрел на них обоих — сначала на Кэтрин, потом на Снейпа. Что-то промелькнуло в его взгляде, но исчезло слишком быстро, чтобы Кэтрин успела уловить.              — Что ж, — Дамблдор встал, подходя к окну. — Тогда я уверен, что вы будете работать вместе весьма продуктивно. Северус, прошу вас возглавить эту работу. Кэтрин, ваша задача — определить слабые места и предложить варианты их усиления с помощью рунических кругов. Действуйте.              Кэтрин встала, Снейп последовал её примеру.              — Директор, — Снейп кивнул.              — Спасибо, профессор Дамблдор, — добавила Кэтрин.              Они вышли из кабинета. Дверь закрылась за ними, и они остались одни в коридоре. Снейп посмотрел на неё, и в его чёрных глазах мелькнуло что-то неопределённое.              — Сегодня вечером, — сказал он. — Пятый этаж, пустая аудитория напротив класса трансфигурации. В восемь.              — Я буду.              Он кивнул и направился к лестнице в подземелья, оставив Кэтрин стоять в коридоре.              Вместе. Мы будем работать вместе.              Что-то внутри неё трепетнуло — нервы? Предвкушение? Она не была уверена.       

***

      Снейп был уже там, когда Кэтрин пришла ровно в восемь.              Он разложил на столе несколько карт замка — старые, потрёпанные, с пометками на полях. Рядом лежали книги по защитным чарам и тёмным искусствам. Сам он стоял, склонившись над одной из карт, изучая что-то с нахмурившимся видом.              — Профессор Снейп, — Кэтрин закрыла дверь за собой.              — Профессор Эшборн. — он выпрямился, указывая на стул напротив. — Присаживайтесь. У нас много работы.              Кэтрин села, положив свои книги и записи на край стола. Снейп сел напротив, его пальцы барабанили по краю карты.              — Прежде чем мы начнём с конкретных участков, — начал он, голос был ровным, деловым, — мне нужно, чтобы вы сделали кое-что.              — Что именно?              — Настройтесь на магию замка. — он посмотрел на неё внимательно. — Почувствуйте, где защита слабее всего. Где есть бреши, уязвимые места. Дамблдор прав — ваш дар может дать нам преимущество, которого нет ни у кого другого.              Кэтрин кивнула, понимая.              — Это займёт время. Замок огромен. Я не могу просто… сканировать его целиком за раз.              — Я понимаю. — Снейп развернул одну из карт, разглаживая края. — Начнём с периметра. Внешние стены, башни, ворота. Это самые очевидные точки входа. Если Блэк попытается проникнуть, он начнёт оттуда.              Кэтрин придвинулась ближе, изучая карту. Снейп указал на несколько участков — северная башня, западные ворота, подземные ходы возле кухонь.              — Эти места защищены стандартными чарами, — объяснил он. — Но некоторые из них были наложены десятилетия назад. Магия изнашивается. Слабеет. Нужно определить, где именно требуется усиление.              Кэтрин закрыла глаза, опуская барьеры окклюменции ровно настолько, чтобы дар мог пробиться сквозь них. Магия замка тут же нахлынула — пульс, биение, древняя сила, которая текла по стенам.              Она сосредоточилась на периметре. Представила внешние стены, башни. И почувствовала.              Северная башня — слабо. Магия там тусклая, почти выцветшая. Западные ворота — стабильно, но есть трещина. Небольшая, но если не укрепить, расширится. Подземные ходы… там что-то странное. Не слабость. Что-то другое.              Она открыла глаза. Снейп смотрел на неё, ожидая.              — Северная башня, — сказала Кэтрин, указывая на карте. — Там защита почти истощена. Нужно переделать чары с нуля, а не просто усилить.              Снейп кивнул, делая пометку на карте.              — Продолжайте.              — Западные ворота — есть трещина в защитном щите. Как будто кто-то пытался пробиться, но не смог до конца. Если не укрепить, уязвимость расширится.              Ещё одна пометка.              — А подземные ходы?              Кэтрин нахмурилась.              — Там что-то странное. Не слабость. Скорее… наслоение. Несколько защитных чар, наложенных друг на друга. Они мешают друг другу, создают диссонанс.              Снейп наклонился над картой, изучая отмеченный участок.              — Интересно. Этот ход используется домовыми эльфами для доставки продуктов. Вероятно, каждый новый управляющий эльф Хогвартса накладывал свои чары, не снимая старые.              — Нужно снять старые слои и наложить один стабильный щит, — предложила Кэтрин.              — Согласен. — Снейп сделал подробную заметку.              Они продолжали. Кэтрин сосредотачивалась на разных участках замка, чувствовала магию, определяла слабые места. Снейп задавал вопросы, уточнял, делал записи. Его голос был ровным, профессиональным, без намёка на раздражение или пренебрежение.              — Восточное крыло, четвёртый этаж, — Кэтрин провела пальцем по карте. — Там защита вообще отсутствует. Как будто этот участок просто забыли.              — Это старое крыло, — Снейп нахмурился. — Там классы не используются уже лет двадцать. Но вы правы. Если есть брешь, её нужно закрыть.              — Рунический круг, — предложила Кэтрин, доставая свою тетрадь. — Я могу начертить защитную последовательность. Она будет питаться от магии самого замка, не требуя постоянного обновления.              Снейп придвинулся ближе, изучая её наброски.              — Уруз для энергии, Альгиз для защиты, — он водил пальцем по символам. — Но здесь не хватает стабилизатора. Круг может разрушиться под нагрузкой.              — Иса, — Кэтрин добавила руну. — Для стабильности и замораживания деструктивных процессов.              — Возможно. — Снейп откинулся на спинку стула. — Но нужно проверить совместимость с существующими чарами. Если круг войдёт в конфликт с защитой соседних помещений…              — Он не войдёт, если правильно настроить частоты, — Кэтрин перелистнула страницу, показывая расчёты. — Я учла это.              Снейп изучал цифры, его пальцы скользили по строчкам. Наконец он кивнул.              — Интересно. Вы проработали детали.              Что-то в его тоне — не совсем одобрение, но близко к этому — заставило Кэтрин почувствовать лёгкое тепло в груди.              Они работали ещё час, обсуждая разные участки замка. Снейп задавал вопросы о магии, которую она чувствовала. Кэтрин объясняла, как дар работает, что именно она ощущает.              — Это не точная наука, — призналась она, когда он спросил, может ли она измерить силу защитных чар в конкретных единицах. — Скорее… интуиция. Я чувствую, где магия сильна, а где слаба. Но количественно выразить это не могу.              — Понятно. — Снейп не выглядел разочарованным. — Тем не менее, это больше, чем есть у любого другого. Даже Дамблдор не может чувствовать замок так, как вы.              — Он сказал, что это редкий дар.              — Редкий и ценный. — Снейп посмотрел на нее, — Не растрачивайте его впустую.              Кэтрин кивнула, не зная, что ответить.              Атмосфера между ними была спокойной. Не тёплой — Снейп не был человеком, который легко демонстрировал тепло — но комфортной. Рабочей, оба ценили компетентность и сосредоточенность. И Кэтрин, по-видимому, с её сдержанным характером не раздражала его так же сильно, как раздражали многие другие.              К концу второго часа Кэтрин почувствовала жажду. Она встала, потянувшись.              — Мне нужен чай. Вам принести?              Снейп поднял взгляд от карты, явно не ожидая вопроса.              — Я… Да. Чёрный, без сахара.              Кэтрин кивнула и вышла. Через десять минут она вернулась с двумя чашками — чёрный чай для него, чай с мёдом для себя. Поставила его чашку на край стола, подальше от карт и пергаментов.              Снейп посмотрел на чай, потом на неё. Что-то мелькнуло в его глазах — удивление? Благодарность?              — Спасибо, — сказал он негромко.              — Не за что.              Он взял чашку, сделал глоток и вернулся к работе. Маленький жест. Но он что-то изменил.              Они проработали ещё полчаса, обсуждая детали защитных чар для северной башни. Снейп объяснял, какие заклинания наиболее эффективны против проникновения. Кэтрин предлагала рунические усиления, которые сделают чары более долговечными.              — Видимо, шляпа не ошиблась, отправив вас тогда на Слизерин. Хотя, если не ошибаюсь, ваши годы в Хогвартсе прошли не в самой дружеской атмосфере — внезапно сказал Снейп, откладывая перо.              Кэтрин приподняла бровь.              — В каком смысле?              — Вы понимаете необходимость чёткости. Структуры. Не тратите время на ненужные эмоции или сентиментальность. — Он сделал паузу. — Работать с вами… проще, чем я ожидал.              Это был комплимент. На языке Снейпа, но комплимент.              — Спасибо, — Кэтрин позволила себе слабую улыбку. — Взаимно.              Они закончили к половине одиннадцатого. Снейп убрал карты, Кэтрин собрала свои записи.              — Завтра продолжим, — сказал он. — Нужно проверить восточное крыло и подземелья.              Они разошлись, Кэтрин шла по пустым коридорам, чувствуя странную удовлетворённость. Работа была продуктивной. Снейп относился к ней с уважением. И что-то в его присутствии было… успокаивающим. Может, потому что он не требовал от неё ничего, кроме компетентности. Просто работал. Это хорошо. Мы хорошо работаем вместе.              Где-то внутри что-то трепетнуло.       

***

      На второй неделе работы к ним присоединился Римус Люпин.              Дамблдор попросил его помочь — ещё одна пара рук, ещё один специалист по защите. Римус пришёл с извиняющейся улыбкой и стопкой книг, готовый внести свой вклад.              Снейп встретил его молчанием, которое было красноречивее любых слов.              — Люпин, — процедил он сквозь зубы. — Как… неожиданно.              — Северус, — Ремус кивнул вежливо, игнорируя тон. — Дамблдор сказал, что вам нужна помощь.              — Дамблдор говорит много чего. — Снейп вернулся к картам, его пальцы сжались на краю пергамента. — Надеюсь, вы хотя бы не забыли базовые защитные чары за те годы, что провели… где вы там провели последнее время?              Римус не ответил, но Кэтрин почувствовала, как его магия дрогнула. Нервная, тревожная, словно скрывающая что-то.              — Я в форме, — спокойно ответил Римус. — Не волнуйся.              — О, я не волнуюсь, — Снейп поднял взгляд, и в его чёрных глазах был яд. — Просто хочу убедиться, что наша работа не будет… прервана. Неожиданными обстоятельствами.              Кэтрин нахмурилась. Что-то в его словах было странным. Подтекст, который она не улавливала.              — Какие обстоятельства? — спросила она.              Снейп перевёл взгляд на неё.              — О, ничего серьёзного. Просто наш уважаемый коллега имеет привычку… отсутствовать в определённые периоды. По весьма предсказуемому графику.              Римус побледнел. Его магия взвилась — страх, злость, отчаяние.              — Северус…              — Что? — Снейп усмехнулся, холодно и жестоко. — Я просто констатирую факты. Надеюсь, на этой неделе с вами всё будет… стабильно?              Кэтрин смотрела на них, пытаясь понять. Раз в месяц. Предсказуемый график. Что это значит?              Римус сжал кулаки, но голос остался спокойным.              — Я здесь, чтобы помочь. Давайте просто сделаем работу.              — Конечно. — Снейп вернулся к картам. — Только постарайтесь не терять контроль. Было бы… неудобно объяснять студентам, почему один из профессоров внезапно исчез. Или что-то хуже.              Кэтрин почувствовала, как мысли начинают складываться в странную, почти невероятную картину. Но она не могла ухватить её полностью. Не хватало одного элемента.              Следующие несколько часов прошли в работе, но атмосфера была отравленной. Снейп бросал колкие замечания при каждой возможности — никогда не говоря прямо, но намекая. О слабости. О потере контроля. О том, что Римус «не совсем надёжен» в определённые периоды.              Римус держался с удивительным спокойствием, но Кэтрин чувствовала, как его магия дрожит, словно готовая взорваться.              К концу вечера, когда они наконец закончили, Римус быстро собрал вещи и направился к двери.              — Спокойной ночи, — бросил он через плечо.              — Спокойной ночи, Римус — ответила Кэтрин.       Снейп не ответил. Просто смотрел ему вслед с выражением холодного презрения.              Кэтрин осталась, убирая карты и схемы. Снейп всё ещё сидел за столом, просматривая записи.              — Что вы имели в виду? — наконец спросила она. — Про Римуса. Про потерю контроля.              Снейп поднял взгляд, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на удовлетворение.              — Ничего, что вас должно беспокоить, профессор Эшборн. Просто… старые счёты между коллегами.              Он встал и направился к выходу, оставив Кэтрин одну в пустой аудитории. Она стояла, глядя на закрытую дверь, и чувствовала, как что-то неправильное оседает в груди. Что-то не так. Что-то, чего я не понимаю.              На следующий вечер Кэтрин встретила Римуса в коридоре.              Он выглядел усталым — больше обычного. Тёмные круги под глазами, бледность кожи. Но улыбнулся, когда увидел её.              — Кэтрин. Как дела?              — Хорошо. — Она сделала паузу. — А у тебя?              Римус вздохнул.              — Устал. Много работы. Уроки, тренировки с Гарри, теперь ещё защитные чары…              — Ты перерабатываешь, — мягко сказала Кэтрин. — Нужно отдыхать.              — Знаю, — он потёр лицо рукой. — Просто… сложно найти время.              Они прошли несколько шагов в молчании. Потом Ремус остановился, повернувшись к ней.              — Послушай, насчёт вчерашнего… Северус… он…              — Тебе не нужно объясняться, — перебила Кэтрин. — Я вижу, что между вами напряжённость, но это ваше дело.              — Да. Но я не хочу, чтобы это влияло на работу. — Римус встретил её взгляд. — Северус и я… у нас история. Долгая и сложная. Иногда он позволяет старым обидам управлять собой.              Старые обиды. Кэтрин кивнула, но вопросы всё ещё крутились в голове. Потеря контроля.              — Отдыхай, Римус, — только и сказала она. — Ты все-таки выглядишь измотанным.              Он слабо улыбнулся.              — Постараюсь. Спасибо, Кэтрин.              Они разошлись в разные стороны. Кэтрин направилась в свои покои, а Римус — к своему кабинету.              И где-то в глубине её сознания продолжало зудеть ощущение, что она упускает что-то важное.       

***

      Дни становились короче, ночи длиннее.              Октябрь катился к своему концу, и замок начал готовиться к Хэллоуину. Домовые эльфы развешивали тыквы по коридорам, факелы горели оранжевым светом, а в воздухе витал запах яблочного сидра и корицы.              Студенты были в восторге. Хэллоуин был одним из самых любимых праздников в Хогвартсе — пир в Большом зале, украшения, живые летучие мыши под сводчатым потолком.              Но Кэтрин не могла разделить их энтузиазм.              Дар продолжал эволюционировать. Двери открывались всё чаще. Факелы вспыхивали так ярко, что иногда студенты оборачивались, удивлённо глядя на неё. Головокружения стали почти постоянными — лёгкий фоновый шум, который она научилась игнорировать.              А пульс замка… он становился сильнее. Настойчивее. Словно Хогвартс пытался что-то ей сказать, но она всё ещё не понимала языка.              В ночь перед Хэллоуином Кэтрин сидела у окна в своём кабинете, глядя на тыквы, светящиеся вдоль дорожек. Территория замка выглядела почти сказочно — оранжевые огни, тени деревьев, звёзды на чистом небе.              Но у ворот, едва видимые в темноте, всё ещё патрулировали дементоры.              Кэтрин закрыла глаза, чувствуя, как магия замка пульсирует в такт с её сердцем. Немного нервно, немного напряженно.              Что ты пытаешься мне сказать?       Ответа не было.              Хэллоуин приближался.