Награда мастеру

В очередной день Ями пришёл ближе к вечеру. Лес уже начинал наполняться мягким золотистым светом заката, когда он привычно шёл по тропинке к спрятанному среди деревьев дому. В руке у него был небольшой, совершенно неровный букет полевых цветов. Собрал по дороге. Просто потому что они показались красивыми. И почему-то сразу напомнили ему Шарлотту. Ями хмыкнул себе под нос. Если бы кто-то пару месяцев назад сказал ему, что он будет таскать женщине цветы и читать с ней газеты у камина — он бы рассмеялся тому прямо в лицо. А теперь… ему это нравилось. Даже слишком. Он толкнул дверь дома и почти сразу услышал знакомые шаги. — Хиро? Шарлотта вышла из комнаты, и на лице почти сразу появилась мягкая улыбка. — Привет, — тихо сказала она. И прежде чем он успел хоть что-то ответить — сама подошла ближе и потянулась к нему за поцелуем. Ями довольно усмехнулся прямо ей в губы. Тц. Она стала куда смелее. Он сразу притянул её к себе за талию и поцеловал уже сам. Шарлотта тихо выдохнула ему в губы и прижалась ближе. А потом Ями всё-таки отстранился и протянул ей цветы. — Держи. Она удивлённо моргнул. А затем нежно улыбнулась и осторожно взяла букет. Словно он был чем-то очень ценным. — Они красивые… — Ага. Ями пожал плечами. — Ты тоже. Щёки Шарлотты тут же порозовели. — З-заходи уже … Он довольно хмыкнул. Потянул за ручку дверь и заметил, как та за его спиной закрылась как-то странно. Он нахмурился и потянул её обратно. Та скрипнула. — У тебя дверь барахлит. Шарлотта вздохнула. — Да… со вчерашнего вечера почему-то. Ями ещё раз осмотрел крепление. — Инструменты дома есть? Она удивлённо моргнула. — Есть, некоторые… Пауза. — Я же сама тут многое делала. Ями покосился на неё. И почему-то снова ощутил это странное тепло внутри. Вот ведь. Аристократка. Капитан. Женщина, которую половина королевства считает недосягаемой. И при этом сама восстанавливала старый дом посреди леса. Чертовски крутая. — Неси тогда. Он закатал рукава. — Посмотрим, что тут. *** Ями сидел у двери, сосредоточенно возясь с креплением. Большие руки уверенно двигались, поправляя петли. Пальцы ловко удерживали инструменты. Мышцы на предплечьях напрягались каждый раз, когда он затягивал крепление сильнее. И почему-то это зрелище действовало на неё совершенно неприличным образом. Шарлотта медленно опустилась на диван неподалёку. И продолжила смотреть. Потому что мужчина, которого всё королевство знало как грубого капитана Чёрных Быков… как “короля разрушений”… на самом деле умел делать столько вещей, что у неё иногда просто голова кружилась. И каждый раз она всё сильнее понимала, насколько потрясающего мужчину полюбила. А ещё… он был сейчас очень красивый. Настолько, что смотреть спокойно не получалось. Эти руки. Плечи. Пальцы. Шарлотта поймала себя на том, что уже несколько минут просто бессовестно любуется им. Ями вдруг покосился через плечо. — Чего уставилась, Шар? Она мгновенно вспыхнула. — Н-ничего! Он хмыкнул. Явно не поверил. Спустя ещё несколько минут Ями наконец выпрямился и несколько раз проверил дверь. Та закрывалась идеально. — Ну вот. Он отряхнул руки. — Готово. Шарлотта поднялась с места и подошла ближе. А потом неожиданно мягко чмокнула его в щёку. — Спасибо, Хиро. Ями замер буквально на секунду. А потом медленно повернул к ней голову. — И всё? Шарлотта растерянно моргнула. — Что?.. Он приподнял бровь с совершенно наглым видом. — А вознаграждение мастеру? Она уже начала краснеть, подозревая, к чему всё идёт. — Я… только что поблагодарила тебя. — Ага. Он наклонился чуть ближе. — Но этого недостаточно. Шарлотта подозрительно прищурилась. — И чего же ты хочешь? Ями даже не задумался. Совершенно бессовестно заявил: — Хочу потрогать твою задницу. Тишина. Шарлотта вспыхнула так резко, будто сейчас загорится. — СУКЕХИРО! А он смотрел абсолютно спокойно. Даже слишком спокойно. — Чего? — Ты… ты не можешь вот так просто говорить подобное! — Почему это? Он пожал плечами. — Ты сама сказала, что мне надо предупреждать, прежде чем лапать тебя. Шарлотта тут же вспомнила, как недавно возмущалась, когда он в очередной раз внезапно схватил её за бедро. И теперь он… использовал это против неё. — Ну вот, — продолжил Ями с самым невинным видом на свете. — Я предупредил. Пауза. И уже с ленивой ухмылкой: — Даже попросил любезно. Шарлотта закрыла лицо ладонью. Боги. Этот мужчина был невозможен. Совершенно невозможен. Но хуже всего было то, что где-то глубоко внутри ей вовсе не было неприятно. Наоборот. Сердце колотилось слишком быстро. Ями тем временем терпеливо ждал, явно наслаждаясь её смущением. А потом вдруг добавил уже тише: — Не хочешь — не буду. И вот это почему-то добило окончательно. Потому что он действительно ждал её ответа. Не давил. Не трогал. Просто смотрел своими тёмными глазами, в которых уже плясало довольное тепло. Шарлотта зажмурилась на секунду. А потом совершенно красная пробормотала: — …Можно. У Ями аж взгляд потемнел от довольства. — Чёрт… Он медленно подошёл ближе. Ладони осторожно легли ей на талию. Будто давая последний шанс передумать. Но Шарлотта только смущённо отвела взгляд и не отстранилась. И тогда он довольно, почти урчаще хмыкнул и всё-таки провёл ладонями ниже, мягко сжав её ягодицы. Шарлотта вздрогнула и тихо пискнула от смущения. А Ями прикрыл глаза на секунду, будто окончательно убедился в чём-то очень важном. — Да-а… Он довольно ухмыльнулся. — Лучшее вознаграждение за ремонт в моей жизни. И будто специально ещё раз мягко сжал. Шарлотта тихо, совершенно несчастно простонала: — Хиро… — Мм? — Ты слишком пошлый… Он хмыкнул ей куда-то в висок. Но руки так и не убрал. — А ещё мне очень трудно спокойно воспринимать такие твои слова… Она отвела взгляд, красная до кончиков ушей. — Ты говоришь их так… легко… Ями лениво приподнял бровь. — Потому что это нормально. Ещё одно совершенно бессовестное поглаживание. Шарлотта аж вздрогнула. — Мы вообще-то взрослые люди, Шар. Он чуть наклонился ближе к её уху. — Нам обоим скоро третий десяток разменивать. Она тихо фыркнула от смущения. А Ями продолжил с абсолютно спокойным видом: — Так что нет ничего странного в том, что я хочу ухватить свою женщину за мягкое место. Шарлотта закрыла лицо ладонью. — Невозможный… Он даже спорить не стал. Только довольно усмехнулся. — И тебе придётся к этому привыкать. Она пробормотала что-то невнятное себе под нос, явно пытаясь возмущаться дальше. Но Ями уже чувствовал, что настоящего недовольства там почти нет. Только смущение. Милое. Очаровательное. Он осторожно убрал её ладонь от лица, заставляя посмотреть на себя. — Эй. Шарлотта нехотя подняла взгляд. И тут же наткнулась на неожиданно тёплое выражение его лица. — Я же не издеваюсь над тобой. Он говорил спокойно. Без привычной насмешки. — Просто ты мне нравишься. Большая ладонь снова мягко легла ей на поясницу. — Вся. Шарлотта замерла. И почувствовала, как сердце опять начинает биться слишком быстро. А Ями тихо хмыкнул, заметив её взгляд. — Всё ещё смущаешься? Она честно, совсем тихо ответила: — Да… Он усмехнулся. Наклонился и коротко чмокнул её в нос. — Ничего. Я терпеливый. Сейчас... Вроде. Хотя и не всегда. Подумал и вдруг хмыкнул себе под нос: — Вообще тебе повезло. Она подозрительно посмотрела на него. — В чём именно?.. Ями лениво пожал плечами. — Что мы начали встречаться сейчас, а не лет в семнадцать. Шарлотта моргнула. — Что?.. Он усмехнулся. И взгляд у него стал слишком довольным. — Потому что подростком я бы точно не был таким терпеливым. Шарлотта уже чувствовала подвох. И не зря. — У меня бы крышу снесло уже после твоего первого чмока в щёку. Она вспыхнула. А Ями совершенно спокойно продолжил: — А если бы ты ещё тогда начала так смотреть на меня, как сегодня у двери… Он тихо присвистнул. — Всё. Хана. Шарлотта закрыла лицо руками. — Хиро… — Серьёзно. Он даже рассмеялся. — Я бы тогда вообще не соображал. Пауза. И потом совершенно вульгарно, но с такой ленивой искренностью, что у неё аж дыхание сбилось: — Да я бы, наверное, уже через пять минут после начала ваших аристократических ухаживаний думал только о том, как бы зажать тебя где-нибудь и зацеловать до потери сознания. — ХИРО! Он засмеялся уже в голос. А Шарлотта стояла абсолютно уничтоженная смущением. Щёки пылали. Сердце колотилось как сумасшедшее. А этот невозможный мужчина ещё и продолжал: — Так что цени, какой я сейчас взрослый и сдержанный. Он довольно ткнулся носом ей в висок. — Я ведь тебя даже не пугаю почти. Она пробормотала что-то невнятное. Кажется: — Это ещё спорный вопрос… Ями только ухмыльнулся. — Вообще, знаешь… Она уже насторожилась. — Я довольно простой мужик. — Это я уже поняла… — Ага. Он кивнул с абсолютно серьёзным видом. — Поэтому схема у меня тоже простая. Шарлотта подозрительно прищурилась. — Какая ещё схема?.. Ями спокойно пожал плечами. — Ты даёшь мне себя потрогать — и я готов сделать для тебя что угодно. Тишина. Шарлотта даже моргнула несколько раз. А потом с дёрнувшейся от смущения бровью всё-таки усмехнулась: — Что, и ремонт в этом доме сделаешь? Ями задумчиво хмыкнул. — Ну-у… Он оглядел стены. Потом снова посмотрел на неё. — Могу и сделать. Шарлотта уже открыла рот, явно собираясь что-то съязвить, но он продолжил совершенно спокойно: — Но вознаграждение тогда должно быть другим. Она обречённо прикрыла глаза. — Я даже боюсь спрашивать… — Правильно боишься. И с таким серьёзным лицом, будто обсуждал важнейший контракт, Ями заявил: — К заднице должна добавиться твоя грудь. Шарлотта застыла. А он невозмутимо продолжил: — Чтобы я мог её пожамкать. Пауза. И окончательно добил: — Или вообще лицом зарыться. В конце концов я тоже человек. — ЯМИ СУКЕХИРО!!! Она аж пошатнулась от возмущения. И кажется, действительно чуть не потеряла равновесие. Ями тут же придержал её за талию, усмехнувшись прямо ей в макушку. — Осторожнее, капитан. Шарлотта стояла абсолютно пунцовая, глядя на него так, будто одновременно хотела ударить… и спрятаться у него же на груди. Что, в общем-то, Ями уже прекрасно умел распознавать. Он наклонился ближе. — Ну чего ты так смущаешься? — Потому что ты говоришь ужасные вещи! — Нормальные вещи. Совершенно спокойно поправил он. Кажется, смотреть, как она краснеет из-за него, становилось одним из его любимых развлечений. — Ладно-ладно. Ями всё-таки поднял руки вверх с видом человека, который великодушно решил пощадить чужую психику. — Не смотри так, будто собираешься запустить в меня своим терновником. Шарлотта всё ещё была красная до невозможности. — Это очень заманчивый вариант… Он снова посмеялся. А потом совершенно спокойно добавил: — Но ты всё-таки подумай насчёт груди. И взгляд у него совершенно машинально скользнул ниже. Шарлотта тут же ахнула и рефлекторно прикрылась руками. — Хиро! Он только рассмеялся ещё сильнее. — Да понял я, понял. И, всё ещё ухмыляясь, направился в гостиную. — Пойду лучше дров подкину, пока ты окончательно не умерла от смущения. Шарлотта проводила его взглядом. Услышала, как он открыл заслонку камина, как зашуршали поленья. И только после этого медленно выдохнула. Сердце всё ещё колотилось как сумасшедшее. Она опустила взгляд на собственные руки, которыми всё ещё прикрывала грудь. И неожиданно… задумалась. Всерьёз. Потому что, если быть честной самой с собой… ей ведь не было неприятно. От одной мысли о том, как Ями смотрит на неё, внутри становилось жарко. Смущающе жарко. Она вспомнила его руки. Тёплые. Большие. То, как осторожно он иногда касался её, когда понимал, что она нервничает. И то, каким взглядом смотрел на неё каждый раз, будто она была для него чем-то невероятно красивым. Шарлотта медленно закрыла лицо ладонями. Боги. Она действительно сейчас серьёзно размышляла над тем, чтобы разрешить ему трогать её грудь. И хуже всего… мысль об этом вызывала не ужас, а странное, сладкое волнение. Из гостиной донёсся голос Ями: — Шар, ты там жива? Она вздрогнула так резко, будто её поймали на преступлении. — Д-да! Послышался тихий смешок. Конечно. Он наверняка уже догадался, о чём именно она сейчас думает. И от этого Шарлотта вспыхнула ещё сильнее. *** Она ещё несколько секунд стояла на месте, пытаясь привести мысли в порядок. Безуспешно. Лицо всё ещё горело, а сердце почему-то продолжало отбивать совершенно ненормальный ритм. Из гостиной снова донёсся голос Ями — уже ближе, с ленивой усмешкой, которую она почти слышала даже сквозь стены: — Если ты там упала в обморок от моих слов, предупреждаю сразу — откачивать буду очень подозрительным способом. — ХИРО! Из комнаты тут же раздался его довольный смех. Шарлотта обречённо прикрыла глаза. Он был невозможен. И именно это почему-то сейчас заставило её улыбнуться. Сделав глубокий вдох, она поправила волосы и всё-таки вышла в гостиную. Ями уже сидел у камина, лениво подбрасывая в огонь очередное полено. Услышав её шаги, он даже не обернулся сразу, только хмыкнул: — О, живая. — Как видишь. Она постаралась ответить ровно и спокойно, но голос всё равно прозвучал чуть натянутее обычного. Ями наконец повернул голову. Одного взгляда на её лицо ему хватило, чтобы ухмылка стала шире. — Всё ещё красная. — Это камин. — Конечно. Он даже не попытался скрыть издёвку. Шарлотта сложила руки на груди и посмотрела на него с показной строгостью. — Знаешь, если бы ты иногда думал перед тем, как что-то говорить, жить было бы намного проще. Ями задумчиво почесал подбородок. — Мне или тебе? Она осеклась. Он победно фыркнул. — Вот именно. — И часто ты… заключаешь такие сделки? Он моргнул. — Какие? Она почувствовала, как снова начинает краснеть, но всё же заставила себя договорить: — Ну… про вознаграждение. На секунду в комнате стало тихо. Он хмыкнул, поднялся на ноги и оказался совсем близко. — Нет. Пауза. — Такие предложения у меня эксклюзивные. Шарлотта замерла. А Ями, явно наслаждаясь её реакцией, добавил уже совсем тихо: — Только для одной очень красивой, слишком правильной капитанши, которая краснеет каждый раз, когда я смотрю чуть ниже её глаз. — Невыносимый. Ями осторожно убрал прядь волос с её лица. — Не переживай так. Его голос вдруг стал мягче. — Я не тороплю тебя. Он легко коснулся её лба губами. — Но если когда-нибудь сама решишь… Пауза. И знакомая ухмылка вернулась. — Я, конечно, буду очень рад помочь тебе с этим важным стратегическим решением. Шарлотта всё-таки не выдержала и ткнула его кулаком в грудь. Несильно. Он только рассмеялся, поймал её руку и притянул ближе. А она, уткнувшись лицом ему в плечо, вдруг поняла, что теперь её смущает не сама мысль. А то, насколько всерьёз она начала её рассматривать. *** Прошло несколько недель. И за это время Шарлотта не раз возвращалась мыслями к тому разговору у камина. К той его невозможной, возмутительной просьбе. К собственному смущающему осознанию, что мысль об этом вовсе не пугала её так, как должна была. Наоборот. С каждым разом, когда он обнимал её, целовал, лениво проводил ладонью по её спине или талии, внутри всё сильнее росло странное тёплое предвкушение. Она думала об этом слишком часто. О том, как это могло бы быть. О его больших, тёплых руках. О том, каким осторожным он всегда становился, если чувствовал её смущение. И в какой-то момент решила. Ему можно. Но только через одежду. Это был абсолютный предел её храбрости. Даже представить что-то большее было невозможно — от одной такой мысли лицо начинало гореть так, будто она стояла прямо в камине. Оставалась лишь одна проблема. Сказать ему об этом. И вот тут вся её решимость куда-то испарялась. Она несколько раз пыталась начать разговор. Даже мысленно репетировала фразу. «Ями, помнишь, ты тогда говорил…» Нет, ужасно. «Если ты всё ещё хочешь…» Ещё хуже. «Можешь потрогать мою грудь.» На этой мысли Шарлотта каждый раз накрывала лицо руками и мысленно желала провалиться сквозь землю. Так что она решила просто ждать. Может быть, он сам снова поднимет эту тему. Но, к её удивлению, Ями молчал. Ни намёков. Ни дразнящих комментариев. Будто того разговора вообще не было. И от этого почему-то становилось ещё тревожнее. А вдруг ему уже не интересно? А вдруг он просто пошутил тогда? Эти мысли раздражали её куда сильнее, чем следовало. *** В тот вечер всё произошло совершенно неожиданно. Они сидели в гостиной. Разговаривали о чём-то незначительном. Потом спорили. Потом Ями, как обычно, сказал что-то невероятно самодовольное. Она вспыхнула, начала возмущаться… А через минуту уже целовала его. Поцелуй быстро стал глубже. Горячее. Шарлотта сидела у него на коленях, одной рукой вцепившись в его плечо, другой — в ткань его рубашки. Ями держал её за талию, притягивая ближе. Его ладонь медленно скользнула выше по её спине. Потом — по боку. И почти машинально поднялась ещё выше. Совсем чуть-чуть. Легчайшее касание сбоку. Через ткань платья. Ями будто мгновенно опомнился. Рука дёрнулась назад. Он уже собирался убрать её, не желая переходить границу без её согласия— Но Шарлотта вдруг резко перехватила его запястье. Ями замер. Оторвался от её губ. Посмотрел на неё. Она была пунцовая. Настолько, что казалось, ещё немного — и от неё пойдёт пар. Дышала часто. Глаза метались, явно не решаясь встретиться с его взглядом. И всё же пальцы её крепко держали его руку. Очень медленно, дрожа от смущения, она сама подняла его ладонь выше. Положила себе на грудь. Через плотную ткань. И едва слышно, почти шёпотом, выдавила: — …Можешь… потрогать… Повисла тишина. У Ями на секунду буквально отключились все мысли. Он смотрел на неё так, будто не был уверен, что правильно услышал. — Шар… Она зажмурилась. И, кажется, собрала последние остатки смелости. — Только… через одежду… Голос дрогнул. — И… не смотри так. Ями медленно выдохнул. Потом тихо, почти неверяще усмехнулся. — Чёрт. Он прикрыл глаза и коротко качнул головой, будто пытался прийти в себя. — Ты сейчас меня убьёшь. — Я серьёзно! — Я тоже. Когда он снова посмотрел на неё, во взгляде было столько ошеломлённого восхищения, что у Шарлотты сердце пропустило удар. Очень осторожно, словно боялся спугнуть, он чуть сильнее сжал ладонь. Проверяя. Спрашивая без слов, точно ли можно. Шарлотта вся вздрогнула, но не убрала его руку. Только спрятала лицо у него на плече. Это было невыносимо смущающе. И одновременно… удивительно приятно. Ями тихо выдохнул ей в волосы. А потом хрипловато пробормотал: — Я ведь теперь окончательно уверую, что ты меня слишком любишь. Она, не поднимая лица, сердито ткнула его кулаком в грудь. — Замолчи… Он тихо рассмеялся. Но ладонь не убрал. Вместо этого бережно, очень осторожно провёл большим пальцем поверх ткани. И от этой почти невесомой ласки Шарлотта вздрогнула ещё сильнее. Она ведь и представить не могла, что всё будет ощущаться настолько остро. На ней был тонкий, нежный тканевый лифчик — почти невесомый, слишком мягкий, чтобы хоть сколько-нибудь скрывать тепло его ладони. Она чувствовала буквально каждое движение. Каждое осторожное поглаживание. Каждое лёгкое нажатие его пальцев. Каждое едва заметное скольжение большого пальца по ткани. И это сводило её с ума. Шарлотта всегда была очень чувствительной. Ями заметил это давно — по тому, как она вздрагивала от поцелуев в шею, как сбивалось её дыхание от его ладони на талии, как вспыхивали её щёки, стоило ему коснуться губами мочки уха. А сейчас эта её чувствительность словно усилилась в десятки раз. Она сидела у него на коленях, вся напряжённая, раскрасневшаяся, дрожащая от смущения, и едва держалась, чтобы не спрятаться от него окончательно. А Ями… Кажется, окончательно потерял голову. Сначала он касался её так осторожно, словно не до конца верил, что ему действительно позволили. Будто боялся, что стоит моргнуть — и всё исчезнет. Но когда понял, что Шарлотта не отстраняется, что лишь сильнее цепляется за его плечи и прячет пылающее лицо у него на груди, в его движениях появилось куда больше уверенности. Он тихо, довольно выдохнул. И с каким-то почти мальчишеским восторгом чуть сильнее сжал ладонь. Шарлотта резко вздрогнула. С её губ сорвался тихий, совершенно непроизвольный вздох. Ями замер всего на секунду. А потом хрипло усмехнулся прямо ей в висок. — Вот оно как… Она тут же уткнулась лицом ему в шею ещё сильнее. — Н-не комментируй… — Не могу. Его голос звучал подозрительно довольным. Ладонь снова мягко сжалась, медленно погладила через ткань, будто изучая. С таким неподдельным интересом и восхищением, что Шарлотте в какой-то момент действительно захотелось рассмеяться. Это было почти абсурдно. Такой грозный, страшный для половины королевства капитан сейчас сидел с выражением чистейшего восторга, словно получил самый невероятный подарок в своей жизни. И при этом совершенно не скрывал этого. Он тихо что-то мурлыкал ей на ухо, почти касаясь губами кожи. — Чёрт, Шар… Его пальцы снова слегка сжались. Она судорожно выдохнула. — Такая мягкая… Ещё одно медленное движение ладони. — Идеально ложится в руку. Шарлотта зажмурилась. Кажется, если он скажет ещё хоть слово, она просто перестанет существовать от смущения. Но Ями, конечно же, не собирался останавливаться. Он довольно усмехнулся, чувствуя, как она вся дрожит. — И кто бы мог подумать, что под всеми этими твоими доспехами скрывается такое сокровище. — Хиро… В её голосе было столько отчаянного смущения, что он не выдержал и тихо рассмеялся. Зарылся носом в её волосы и тихо, с искренним восхищением пробормотал: — Знаешь… я ведь теперь точно не смогу спокойно смотреть, как ты их носишь. Шарлотта издала какой-то невнятный протестующий звук. Он тихо усмехнулся. И уже мягче, теплее добавил, целуя её в висок: — Но спасибо, что доверилась мне. От этих слов её сердце сжалось совсем по-другому. Не от смущения. От нежности. Она медленно подняла голову, всё ещё пунцовая, встретилась с ним взглядом… И сама потянулась за поцелуем. *** Ями ещё какое-то время молчал. А потом, наклонившись к самому её уху, лениво пробормотал: — Знаешь… раз уж мы сегодня делимся откровениями… Шарлотта напряглась. Этот его тон никогда не предвещал ничего безопасного. — Что?.. Он усмехнулся, снова медленно погладив её. И совершенно спокойно выдал: — Меня всегда безумно заводила твоя форма. Шарлотта застыла. — Ч-что?.. — Особенно эти твои доспехи на груди. Она резко отстранилась, чтобы посмотреть ему в лицо. Совершенно красная. Абсолютно ошеломлённая. А Ями выглядел до невозможного довольным. — Они так идеально всё подчёркивают. Продолжил он, будто обсуждал погоду. — Я постоянно пялился. — Т-ты что?! Он тихо рассмеялся, явно наслаждаясь её реакцией. — Пока ты не видела, конечно. Шарлотта открыла рот, закрыла его, потом снова открыла. Все воспоминания о бесчисленных собраниях капитанов, совместных миссиях, случайных встречах в коридорах вдруг вспыхнули в голове совершенно в новом свете. И мысль о том, что всё это время он… смотрел… заставила её вспыхнуть так сильно, что, казалось, даже кончики ушей сейчас загорятся. А он ни капли не раскаивался. Наоборот, в его голосе слышалось откровенное самодовольство. И в этот момент его ладонь снова медленно сжалась. Но теперь чуть иначе. Чуть внимательнее. Словно он ощутил что-то новое. Ями замер. Его пальцы едва заметно двинулись снова. И он почувствовал это. Маленькую твёрдую чувствительность под тонкой тканью. Его взгляд мгновенно потемнел. На секунду он просто замолчал, осознавая. А потом медленно поднял глаза на Шарлотту. Та поняла всё по его выражению лица. И тут же вспыхнула ещё сильнее. Она знала. Он понял. Понял, как сильно всё это действует на неё. Шарлотта Роузрей. Гордая, строгая, безупречно собранная капитан. Сейчас сидела у него на коленях, вся дрожащая, раскрасневшаяся и явно взволнованная от того, что он касался её. Эта мысль ударила Ями куда сильнее, чем что-либо за весь вечер. Воздух словно стал плотнее. Его собственное дыхание сбилось. На мгновение в голове вспыхнуло слишком яркое, слишком опасное желание — притянуть её крепче. Осыпать поцелуями шею. Убедить позволить чуть больше. Увидеть её без этих бесконечных слоёв ткани. Узнать, какая она вся целиком под его руками. Но он тут же заставил себя выдохнуть. Нет. Не сейчас. Она только-только набралась смелости довериться ему настолько. Одно неверное движение — и он спугнёт её. Хотя сдерживаться было почти мучительно. Потому что он и сам давно перестал быть спокойным. И если бы Шарлотта сейчас хоть немного сдвинулась, придвинулась ближе или просто неловко поёрзала на его коленях, она бы наверняка почувствовала, насколько сильно всё это действует и на него. Ями коротко прикрыл глаза, собирая остатки самообладания. А потом открыл их и, вместо того чтобы поддаться порыву, очень бережно убрал прядь волос с её лица. — Эй. Шарлотта подняла на него растерянный взгляд. Он слегка улыбнулся. И большим пальцем нежно провёл по её щеке. — Не пугайся. Его ладонь всё ещё покоилась на её груди — тёплая, уверенная, но теперь почти неподвижная. — Я никуда не тороплюсь. От этих слов внутри у неё что-то сладко сжалось. Потому что в них было именно то, что заставляло её доверять ему всё сильнее. Даже когда его взгляд говорил совершенно недвусмысленно, насколько ему сейчас тяжело сохранять самообладание. Шарлотта медленно выдохнула. А потом, покраснев ещё сильнее, совсем тихо пробормотала: — …Ты можешь продолжить. Ями несколько секунд просто смотрел ей в глаза. Будто в последний раз проверял, уверена ли она. Его ладонь всё ещё лежала на её груди, тёплая и тяжёлая, а взгляд был таким внимательным, что у Шарлотты внутри всё сжималось от волнения. Она смущалась. Безумно. Но отступать не хотелось. Наоборот. Как бы неловко ей ни было это признавать даже самой себе, ей хотелось быть к нему ещё ближе. Ощутить его сильнее. Понять всё то новое, что рождалось между ними сейчас. Ями заметил это в её глазах. Убедился, прочитав её ки. Медленно выдохнул. И тихо сказал: — Тогда давай по-другому. Прежде чем она успела спросить, что он имеет в виду, он осторожно убрал руку с её груди и, придерживая за талию, поменял их положение. Сел удобнее, а потом уверенно подтянул её к себе, усаживая сверху — лицом к лицу. Шарлотта ахнула от неожиданности, машинально вцепившись в его плечи. Он придержал её крепче, чтобы она не потеряла равновесие. Задумчиво нахмурился, словно что-то прикидывал. А потом вдруг сказал: — Если станет страшно или неприятно — сразу оттолкни меня. Она удивлённо моргнула. Не успела даже понять, к чему он это сказал. А в следующую секунду Ями медленно притянул её вплотную к себе. И тогда она поняла. Всё её тело резко напряглось. Потому что теперь между ними почти не осталось расстояния. И она очень отчётливо ощутила его возбуждение. Большое, твёрдое, недвусмысленно прижатое к ней через слои одежды. Шарлотта замерла. Глаза широко распахнулись. Щёки вспыхнули так сильно, что, казалось, сейчас можно было обжечься. Вот почему он предупредил. Вот почему дал ей возможность отстраниться. Если бы она испугалась. Если бы решила, что не готова. Он бы отпустил. Но страха не было. Только острое, почти болезненное смущение. И ещё… любопытство. Она осторожно посмотрела на него. Ями выглядел напряжённым. Челюсть сжата. Взгляд тяжёлый. Будто он держал себя на пределе. И именно это почему-то придало ей смелости. Совсем чуть-чуть. Она едва заметно двинулась, подавшись вперёд. Ями резко шумно выдохнул. Его пальцы тут же крепче сжались на её ягодице. — Погоди. Голос прозвучал низко и хрипло. Он прикрыл глаза на секунду, будто собираясь с мыслями. А потом почти сквозь зубы добавил: — Не ёрзай так. Шарлотта застыла. Её лицо стало совершенно алым. — П-почему он… Она судорожно сглотнула, не в силах договорить. Слова просто отказывались складываться. Ями открыл глаза. Увидел её совершенно растерянное, пылающее лицо. И, несмотря на собственное состояние, не удержался от короткого смешка. Очень уж она была трогательной в своей искренней растерянности. Он поднял руку и большим пальцем погладил её по щеке. — Это нормальная реакция, Шар. От его спокойного тона ей стало немного легче. Хотя смущение никуда не делось. Наоборот — теперь к нему примешивалось осознание того, насколько сильно она действует на него. И от этой мысли внутри разливалось странное, горячее тепло. Ями шумно выдохнул. Только крепче обнял. Уткнулся носом в её волосы. И хрипло пробормотал: — Ты даже не представляешь, как сложно мне сейчас быть примером выдержки. Шарлотта тихо рассмеялась ему в шею. А потом, набравшись смелости, совсем невесомо шепнула: — Но у тебя хорошо получается, капитан. Ями фыркнул. — Не обольщайся. И, чуть отстранившись, посмотрел на неё с этой знакомой тёмной усмешкой. — Я просто очень стараюсь не напугать женщину, которую хочу слишком сильно. *** Ями смотрел на неё несколько долгих секунд. А потом крепче ухватил её за талию и одним уверенным движением притянул ещё ближе. Настолько вплотную, что она невольно тихо ахнула. Ощущение стало куда отчётливее. Гораздо сильнее. Шарлотта вздрогнула и инстинктивно вцепилась в его плечи, судорожно выдыхая ему в шею. От этой её реакции Ями прикрыл глаза и хрипло выдохнул сквозь зубы. Но вместо того чтобы продолжить, вдруг очень серьёзно сказал: — Шар… можешь мне хорошенько врезать? Она моргнула. Смущённая, раскрасневшаяся до кончиков ушей, совершенно сбитая с толку, но ответила почти автоматически: — Конечно, могу… но зачем? Несколько секунд Ями просто смотрел на неё. А потом не выдержал и рассмеялся. Глухо, низко, уткнувшись лбом ей в плечо. — Вот за что тебя люблю, — пробормотал он сквозь смешок. — Даже не задумалась. Сразу: "конечно, могу". Он поднял голову. На губах играла довольная усмешка, но взгляд оставался каким-то удивлённо тёплым. Будто её ответ искренне его развеселил. А потом он снова мягко сжал её талию и уже тише ответил: — Мне нужно убедиться, что это не сон. Она непонимающе нахмурилась. И Ями, усмехнувшись, наклонился ближе к её уху. Его дыхание щекотно коснулось кожи. — Что я действительно сейчас держу тебя вот так. Его ладони медленно скользнули по её спине. Одна опустилась ниже, уверенно сжимая её ягодицу. Вторая вернулась к её груди, снова осторожно накрывая её поверх ткани. От этого движения Шарлотта тихо вздохнула. А Ями продолжил, уже почти мурлыча ей в ухо: — Что ты правда сидишь у меня на коленях… такая красная… такая смущённая… Его пальцы слегка сжались. Она вздрогнула. — И позволяешь мне жамкать тебя в открытую. — Т-ты…! Её возмущённый шёпот прозвучал так беспомощно, что он только шире ухмыльнулся. Но тут же смягчился. Потёрся носом о её висок. И уже куда нежнее добавил: — Потому и спрашиваю. Вдруг я заснул где-нибудь на диване после работы и мне всё это снится. Шарлотта несколько секунд смотрела на него. На эту его совершенно мальчишескую, счастливую ухмылку. На то, как он и правда выглядит немного ошеломлённым происходящим. И вдруг тихо рассмеялась. Совсем мягко. А потом подняла руку и легонько щёлкнула его по лбу. Ями удивлённо моргнул. Она смущённо отвела взгляд, но уголки её губ дрогнули в улыбке. — Так достаточно, чтобы убедиться? Он замер. Потом медленно расплылся в довольнейшей ухмылке. — Ага. А после тихо добавил: — Но если хочешь окончательно доказать, что я не сплю… можешь поцеловать меня ещё раз. Для проверки. В научных целях. — В научных целях? — переспросила она, стараясь звучать строго. Ями невозмутимо кивнул. — Исключительно. Она фыркнула. А потом всё-таки наклонилась и поцеловала его. Сначала осторожно, почти робко. Но стоило Ями ответить, как поцелуй сразу стал глубже. Его ладони крепче легли на её талию. Он притянул её ближе, заставляя её окончательно забыть о смущении. Шарлотта тихо выдохнула ему в губы. И в этот момент почувствовала, как он медленно смещается ниже. К её шее. Она вздрогнула. Его губы коснулись чувствительной кожи под ухом. Горячий, неторопливый поцелуй. Потом ещё один. Язык мягко скользнул по коже, заставив её резко вдохнуть. Он снова поцеловал её шею. Обвёл кончиком языка. А потом чуть сильнее втянул кожу, оставляя горячий след. Шарлотта ахнула и непроизвольно сжала пальцы на его плечах. Когда он наконец отстранился, его взгляд был таким довольным, будто он только что выиграл особенно важную битву. Внимательно осмотрел результат своего творчества. И с явным удовлетворением заявил: — Красиво. Шарлотта моргнула. — Что?.. Он кивнул на её шею. — Очень даже заметно. Несколько секунд до неё доходил смысл сказанного. А потом она резко вскинула руки к шее. — ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ?! Её глаза распахнулись от ужаса. — Там правда что-то есть?! Видно?! Ями развалился на диване с абсолютно довольным видом. Словно именно такой реакции и ждал. — Ага. И видно хорошо. — СУКЕХИРО! Она вспыхнула так, что, казалось, сейчас начнёт дымиться. В голове мгновенно пронеслись все возможные кошмары: Мереолеона. Дороти. Сол. Все рыцари её отряда... — Теперь придётся что-то надеть с высоким воротом… — простонала она, прикрывая лицо ладонями. Ями тихо рассмеялся. А потом, чуть наклонив голову, подставил ей свою шею. — Можешь и мне сделать. В отместку. Шарлотта подняла на него взгляд. Он явно ожидал, что она покраснеет ещё сильнее, возмутится или начнёт отнекиваться. Но в её груди вдруг вспыхнуло совсем другое чувство. Это была не мысль о мести. И даже не желание подразнить его в ответ. Ей просто захотелось оставить на нём свой след. Эта мысль оказалась неожиданно приятной. Настолько, что ей пришлось скрыть довольную улыбку. Стараясь сохранить максимально невозмутимый вид, она медленно наклонилась к его шее. Ями замер. Её дыхание коснулось его кожи. А потом она осторожно провела кончиком языка по его шее. Совсем легко. Пробно. Реакция была мгновенной. Его пальцы резко сжались на её ягодице. Шумный выдох сорвался с его губ. — Чёрт… Шарлотта почувствовала, как от этого звука по телу пробежала дрожь. И осмелела. Она мягко поцеловала место, которое выбрала. Потом ещё раз. А затем, вспоминая, что делал он сам, осторожно втянула кожу. Через несколько секунд она отстранилась. Посмотрела на результат. И её губы дрогнули в довольной улыбке. Яркий след отлично выделялся на его коже. Ями, заметив это выражение, усмехнулся. — Ну? Шарлотта постаралась сохранить серьёзность. Хотя внутри её распирало странное, почти детское удовлетворение. — Да… видно хорошо. Теперь уже он коротко рассмеялся. Поднял руку, коснулся отметины на шее. А потом посмотрел на неё тем особенным взглядом — тёплым, восхищённым и чуть опасным. — Знаешь, Шарлотта… Он медленно провёл большим пальцем по её нижней губе. — Мне очень нравится эта твоя собственническая сторона. Шарлотта тут же вспыхнула. — Я не… — Конечно-конечно. Он ухмыльнулся. А затем притянул её обратно к себе. Лбом коснулся её лба. И тихо, с ленивым удовольствием добавил: — Теперь мы оба помечены. От этих слов сердце Шарлотты вдруг забилось так быстро, что ей показалось — он наверняка это слышит. И, что хуже всего… по его довольной улыбке было ясно, что именно так и есть.