Камни, магия, пар и гормоны

Строительство собственного горячего источника на заднем дворе их небольшого уединенного дома продвигалось на удивление шумно. Для Ями Сукехиро этот проект был не просто капризом — это была ожившая мечта о далёкой родине, о которой он, несмотря на свой привычный пофигизм, тосковал гораздо сильнее, чем готов был признать вслух. В его родной Стране Солнца бани и онсэны были святыней, местом, где смывалась усталость после тяжёлых битв. И теперь, когда в его жизни появилась женщина, ради которой хотелось пускать корни в землю, Ями твердо решил: у них будет свой собственный источник. И вот теперь Шарлотта помогала ему с тем самым упрямым, безупречным рвением, которое отличало её как капитана «Голубой Розы». Она по-прежнему не догадывалась, что во внутреннем кармане плаща Ями уже несколько дней покоилась небольшая коробочка с кольцом. И что тот точно уже знал, когда сделает предложение. Однако сейчас его занимала другая, куда более приземлённая и горячая задача. — Эй, Шар, аккуратнее с левым краем. Ещё немного и вся вода уйдет к чертям под фундамент, — Ями стоял посреди глубокого котлована, вырытого прямо в каменистом грунте. На нём были только свободные штаны и излюбленная заношенная майка, которая от жары уже насквозь пропиталась потом, облепив его мощную грудь и рельефный торс. В руках он держал огромный, светящийся багровым светом магический кристалл — редкий накопитель стихии огня, который он с трудом добыл на днях. По задумке Ями, система обогрева была шедевром инженерной мысли Клевера: на дно укладывались тепловые камни, которые подпитывались через барьер магии земли, создавая вечный, идеальный подогрев без необходимости постоянно жечь дрова. Шарлотта стояла на краю котлована. На ней были простые походные брюки и легкая рубашка с закатанными рукавами. Её золотистые волосы были небрежно собраны в высокий хвост, а на щеках от физической работы и полуденного солнца горел яркий, очаровательный румянец. Её гримуар парил в воздухе, выпуская тонкие лозы, которые с поразительной точностью удерживали тяжелые гранитные валуны, формируя бортики будущего источника. — Хиро, я контролирую плотность почвы лучше, чем ты куришь свои сигареты, — строго, но с едва заметной нежной улыбкой отозвалась она, демонстрируя свои глубокие ямочки. — Лучше следи за распределением маны в камнях. Если они рванут, у нас вместо источника будет мини-вулкан. — Да ладно тебе. Немного экстрима еще никому не вредило, — ухмыльнулся он, вытирая лоб тыльной стороной ладони. Он закрепил последний кристалл в специальное гнездо из гранита и резко выпрямился. Его взгляд мгновенно изменился — потеплел, стал тяжёлым... и совершенно бесстыдным. Он засмотрелся на Шарлотту. Солнечные лучи красиво очерчивали её хрупкую, но сильную фигуру. Тонкая ткань рубашки от влажного пара, который уже начал подниматься из тестовых труб, слегка прилипла к женскому телу, отчетливо обрисовывая контуры её груди. Ями сглотнул, чувствуя, как между ног под грубой тканью штанов мгновенно хлынула горячая волна крови. И он уже не мог думать ни о камнях, ни о трубах. — Эй, Шарлотта, — хрипло, со своей фирменной ленцой позвал он. — Спускайся сюда. Нужно... проверить герметичность стыков. Шарлотта удивленно приподняла безупречные брови. Она закрыла гримуар, лозы мгновенно растаяли в воздухе, и она аккуратно сбежала вниз по земляному откосу прямо в котлован. — Что там со стыками? Я ведь чётко закрепила барьер... Она не успела договорить. Стоило её ногам коснуться каменистого дна, как огромная, сильная рука Ями мертвой хваткой легла на её талию. Одним мощным движением он притянул её к себе, буквально впечатывая её хрупкое тело в свой жесткий, как скала, торс. Шарлотта тихо охнула от неожиданности, её ладони инстинктивно уперлись в его широкие, горячие плечи. — Хиро! Мы же все в пыли, здесь грязно! — возмутилась она, почувствовав, как его наглые ладони уже вовсю лапают её бедра, по-хозяйски сминая ткань походных брюк. Её щеки мгновенно залил густой алый румянец смущения. — Пусти сейчас же! Не вздумай ничего устраивать в этой земляной яме. — Да ладно тебе, Шар. Какая разница, — нагло ухмыльнулся он, обжигая её шею горячим дыханием. Его пальцы бесцеремонно скользнули под её рубашку, ложась на обнаженную, горячую кожу спины. Намерения у Ями были самые хулиганские. Понимая, что в котловане действительно полно строительной пыли и земли, он не собирался заходить слишком далеко, но упустить возможность подразнить свою строгую блондинку просто не мог. Он резко, сочно и хлестко шлепнул её ладонью по ягодице прямо через плотную ткань брюк. — Ах! — вскрикнула Шарлотта, подпрыгнув от неожиданности. Её глаза возмущенно сверкнули. — Сукехиро! Ты совсем страх потерял?! — Не удержался, — хрипло рассмеялся он, уворачиваясь от её шутливого, но сильного удара кулаком в плечо. Капитан «Быков» довольно зажмурился, продолжая крепко удерживать её за талию и нагло лапать за округлые бедра. — Слишком много ворчишь. Смотри лучше вниз, барьер сработал. И именно в этот момент из нижних гранитных стыков с громким шипением и клокотанием хлынул мощный поток чистой, кристально прозрачной и уже обжигающе горячей воды. Магические камни подогрева запустились идеально. Густой, плотный белый пар мгновенно заполнил котлован, скрывая их фигуры в теплой пелене. Вода прибывала стремительно, грозя за пару минут превратить сухую строительную яму в бурлящее озеро. — О боже, получилось! — воскликнула Шарлотта. — Быстро, вылазим, пока нас не затопило прямо в одежде! Ями подхватил её под мышки и ловким, мощным движением высадил на травянистый край котлована, а затем выбрался следом сам, тяжело и весело переводя дыхание. Они стояли на берегу, глядя, как гранитная чаша их собственного источника до краев наполняется бурлящей, дышащей жаром водой. — Предлагаю прямо сейчас бросить всё и опробовать этот источник как следует. Чего добру пропадать? Шарлотта перевела взгляд на бурлящий пар, почувствовала, как приятно тянет от воды теплом. — Хорошо, согласна, — улыбнулась она, сдаваясь под его предвкушающей ухмылкой. — Только давай по-человечески. Сходим в дом, смоем эту строительную грязь и возьмем чистую одежду. — Идёт, — согласился он. --- Спустя десять минут они вернулись к источнику. И плавно скользнули в горячую воду. Ощущения были поистине божественными — обжигающее тепло мгновенно расслабило каждую зажатую мышцу тела, смывая остатки усталости. Ями с глухим, сытым вздохом блаженства откинулся спиной на один из гладких гранитных валунов, вытянув ноги под водой. — Ну каков шедевр, а? — довольно протянул он, загребая воду ладонью. — Настоящий онсэн, как у меня на родине. Твоя магия сделала барьер идеальным, вода держит одну температуру. — Да, должна признать, твоя безумная идея с камнями обогрева оказалась гениальной, — Шарлотта сидела рядом. Она полностью оценила его задумку — это было невероятно комфортно. Ями лениво приоткрыл один глаз, внимательно осматривая бортики чаши, и задумчиво почесал подбородок. — Но тут всё-таки нужно кое-что изменить, чтобы было удобнее. Вот этот правый валун слишком острый, спиной не упрешься. И надо бы сделать... — ...небольшую каменную ступеньку прямо под водой, чтобы можно было сидеть, не напрягая ноги, — совсем не задумываясь, подхватила его фразу Шарлотта. Ями удивленно моргнул, а затем низко, хрипло рассмеялся, качая головой. За месяцы совместной жизни они настолько глубоко научились понимать друг друга, считывая даже сам ход мыслей. И порой выдавали одни и те же слова одновременно или продолжали фразы друг друга с полуслова. — Ага. Именно это я и хотел сказать, — ухмыльнулся он, его взгляд потеплел. — Ты уже начинаешь читать мои мысли, Шар. Это опасно. Так я скоро совсем лишусь своих мужских секретов. — У тебя нет от меня секретов, Сукехиро, — лукаво подмигнула она, демонстрируя свои очаровательные ямочки. Ями лишь прищурился, промолчав в ответ, но про себя, с затаенным и бесконечно нежным торжеством, довольно подумал: «Ну уж нет, дорогая. Один секрет у меня от тебя всё-таки есть. Прямо сейчас тихонько лежит во внутреннем кармане моего плаща в спальне и ждет своего часа». — А серьёзно... Если сместить этот камень лозами чуть левее, получится идеальное место для отдыха. — продолжила Шарлотта. Пока они продолжали лениво обсуждать планировку их маленького курорта, как-то совершенно незаметно и естественно вышло так, что они уже сидели рядышком, вплотную друг к другу у самого бортика. Ями плавно перехватил её за талию под водой своей огромной, горячей ладонью, притягивая её хрупкое бедро к своему боку. Шарлотта не стала отстраняться — она лишь сладко вздохнула, закрыла глаза и лениво опустила голову на его широкое, надежное плечо. А густой белый пар окутывал их со всех сторон, отрезая от остального мира. *** Ями сидел в кресле в их кабинете, лениво подкидывая на ладони тяжелую монету. Он собирался сделать ей предложение на днях — устроить небольшой ужин у озера и огорошить свою строгую блондинку главным вопросом в их жизни. Но планам суждено было немного сдвинуться. Ями затянулся сигаретой, прикрыл глаза и привычно потянулся маной наружу, считывая ки Шарлотты, которая в этот момент тихо прибиралась в гостиной. Её энергия уже начала едва заметно меняться. Привычный, мощный и кристально чистый поток магии в её теле становился тяжёлым и вязким. За месяцы совместной жизни капитан «Черного Быка» изучил женский организм так же безупречно, как собственную темную магию. — Ага... Значит, скоро накроет, — негромко пробурчал он себе под нос, выпуская плотную струю дыма. — День-два и у Шарлотты начнётся "тот самый период". Ями прекрасно понимал: делать предложение Шарлотте в такой момент — затея, мягко говоря, провальная. В эти дни её аристократическое воспитание и капитанская гордость вступали в яростный бой с разбушевавшимися гормонами. Она становилась колючей, дико смущалась своей временной слабости, у нее всё болело, и любое, даже самое романтичное событие могло довести её до слёз стыда или вспышки раздражения. Ей нужно было совсем не кольцо на пальце — ей нужен был покой, тепло, тишина и мужское плечо рядом, которое не будет задавать лишних вопросов. Ями встал, подошел к вешалке и аккуратно похлопал по внутреннему карману плаща, проверяя коробочку. — Ладно, посиди пока там, — ухмыльнулся он, обращаясь к кольцу. — Отложим это дело на недельку. Твердо решив взять бразды правления домашним уютом в свои руки на ближайшие дни, он затушил сигарету и уверенным шагом направился на кухню, готовый встречать гормональную бурю во всеоружии. --- Вечер следующего дня, как Ями и предсказывал, начался с подозрительной, тяжёлой тишины. Он сидел за кухонным столом, лениво перебирая колоду карт. Обычно в это время Шарлотта уже вовсю хозяйничала, гремя посудой и строго отчитывая его за оставленные где попало вещи. Но сегодня её не было слышно. Ями прикрыл глаза, концентрируясь. Ки Шарлотты сейчас представляло собой дикую, хаотичную мешанину: её энергия буквально искрила от глухого раздражения, смешанного со слабой, ноющей болью, и густым, вязким чувством смущения. Ями хмыкнул. Опытный взгляд капитана «Черного Быка» потеплел. Сейчас, спустя месяцы совместной жизни, он уже считал себя непревзойденным профессионалом в этом деликатном вопросе. Он безошибочно определял, когда нужно вовремя заткнуться, а когда, вопреки всем её протестам, жестко прижать к себе и не отпускать. Но так было не всегда. В памяти Ями мгновенно всплыл их самый первый совместный месяц. Когда он впервые в жизни столкнулся с этим явлением напрямую. У него в отряде было несколько девчонок. Ванесса, Ноэль, Чарми... Ями, несмотря на свой пофигизм, дураком не был. Он прекрасно понимал, что у женщин бывают определённые дни, когда их ки становилось нестабильным. Они становились раздражительными или, наоборот, вялыми. В такие моменты Ями просто действовал по проверенной схеме: не напрягал девчонок, давал им внеочередные выходные, закрывал глаза на мелкие косяки и отправлял парней отрабатывать за них. Но одно дело — руководить отрядом, и совсем другое — жить с женщиной. *** В тот первый раз, несколько месяцев назад, Шарлотта вела себя так, словно совершила государственную измену. Её аристократическое воспитание и образ сурового капитана «Голубой Розы» сыграли с ней злую шутку. Ей было безумно, до судорог в горле стыдно и неловко говорить с мужчиной о физиологии своего тела. Она заперлась в спальне, свернувшись калачиком под одеялом, и когда Ями зашел спросить, что с ней, она выдала такой поток ледяной, уничтожающей ярости, от которого обычный маг бы просто испарился. — Со мной всё в порядке, оставь меня одну! — возмущалась она тогда, пряча лицо в подушку, пока её ки буквально умоляло о помощи и тепле. Ями тогда опешил, подошел ближе, бесцеремонно откинул одеяло и... заметил на простыне крохотное красное пятнышко. Которое Шарлотта судорожно пыталась прикрыть рукой. В ту же секунду капитан «Розы» вспыхнула так сильно, что её лицо сравнялось цветом с алыми розами, растущими в их саду . Она была готова провалиться сквозь землю от жгучего стыда. — Извини... — хрипло, сорвавшись на шепот, выдавила она тогда, готовая расплакаться. — Я сама всё уберу. Пожалуйста, уйди. Мне... стыдно. Ями тогда не ушел. Он лишь тяжело вздохнул, почесал затылок и своим привычным, спокойным голосом произнес: — Слушай, Шар. Ты за кого меня принимаешь? У меня в отряде тоже есть девчонки. Думаешь, я крови не видел или не знаю, как устроен твой организм? Кончай эту аристократическую херню. Он сам, своими огромными руками, снял испачканную простыню, закинул её в стирку, а Шарлотту, которая от стыда не знала, куда деться, бесцеремонно сгреб в охапку, укладывая к себе на грудь и согревая её ноющий живот своей горячей, тяжелой ладонью. И этот урок он запомнил на всю жизнь. *** Вернувшись мыслями в настоящее, Ями поднялся со стула. За эти месяцы Шарлотта, конечно, стала вести себя чуть более-менее спокойно, но природная скромность никуда не делась — она всё еще дико стеснялась и смущалась, когда наступал этот период. Ями прошёл в спальню. Шарлотта лежала на кровати, отвернувшись к окну. Её золотистые волосы растрепались по подушке. Услышав его шаги, она даже не повернулась, лишь сильнее натянула на плечи плед. — Хиро, не подходи, — глухо, с легкой хрипотцой произнесла она, и её ки отчетливо выдало легкую волну раздражения. — Я не в духе. У меня... голова болит. — Голова у тебя болит, как же, — ухмыльнулся он, усаживаясь на край матраса. Кровать под его огромным весом ощутимо просела. — Твоё ки сейчас орет, что тебе хреново. Хватит шипеть на меня, как змея на сковородке. — Ями Сукехиро! Я же сказала — не надо! — Шарлотта резко развернулась, её ясные глаза сверкнули привычным, строгим капитанским огнем, а на щеках проступил яркий, гневный румянец смущения. — Мне неприятно, когда ты видишь меня в таком состоянии. Я слабая, у меня всё болит, и вообще... это не мужское дело! Прекрати лезть! Она попыталась оттолкнуть его руку, но Ями даже не шелохнулся. Он перехватил её за талию и утянул к себе на колени, прижимая её спиной к своей широкой, горячей груди. Шарлотта попыталась было брыкаться, её локти уперлись в его жесткие ребра. — Пусти! Я же сказала, что не хочу! Мне стыдно... — Да плевать мне на твой стыд, — хрипло выдохнул он ей прямо в ухо. Его большая, слегка шершавая ладонь, согретая мягким потоком маны, легла точно на низ её живота, нежно надавливая и согревая ноющие мышцы. Шарлотта мгновенно замерла. Тепло от его ладони подействовало на неё как самое лучшее обезболивающее. Напряжение в её теле начало стремительно таять. Она тихо, побежденно вздохнула, откидывая голову назад, на его надежное плечо. — Ты совсем не слушаешь... — едва слышно прошептала она, переплетая свои изящные пальцы с его огромной ладонью. — Я делаю то, что нужно, — ответил он, целуя её в висок. — Лежи и расслабляйся. Так они и просидели больше часа. Боль полностью ушла, уступив место сонной, приятной истоме. Шарлотта в очередной раз почувствовала себя в абсолютной безопасности рядом с ним.