Часть 2.Дементоры и шоколад

Лили не спала почти до рассвета. В купе было тихо — только мерный стук колёс да изредка всхрапывание Рона нарушали тишину. Она снова и снова прокручивала в голове встречу с дементором. Тот взгляд — не просто холод, а знание. Он видел её страхи, её воспоминания. И ещё… что‑то ещё. На горизонте уже проступали очертания Хогвартса, когда Лили наконец отложила блокнот. Она аккуратно спрятала медальон под ворот мантии — крошечный источник тепла, который пока не готова была объяснить друзьям. В Большом зале царила привычная суета. Свечи парили в воздухе, потолок отражал серое осеннее небо, а столы ломились от угощений. Лили сидела между Гермионой и Гарри, но едва притронулась к еде. Её взгляд то и дело скользил к преподавательскому столу: профессор Люпин выглядел усталым, но внимательным. Он поймал её взгляд и едва заметно кивнул. — Ты в порядке? — шепнула Гермиона, наклоняясь ближе. — После вчерашнего… — Всё нормально, — Лили улыбнулась, стараясь, чтобы это выглядело естественно. — Просто не могу забыть тот дементор. Гарри перегнулся через стол: — Я тоже. Он будто… копался в моей голове. Рон вздрогнул: — Не напоминай. Я до сих пор чувствую этот холод. Лили потянулась к сумке и достала две плитки шоколада — запас, который всегда носила с собой после прошлогодней встречи с боггартом. — Вот. Съешьте. Помогает. Гермиона с любопытством посмотрела на неё: — Откуда у тебя столько шоколада? Ты что, открыла подпольный склад? Лили рассмеялась: — Скажем так, я научилась готовиться к неприятностям заранее. На первом же уроке защиты от Тёмных искусств профессор Люпин подтвердил худшие ожидания. — Дементоры будут патрулировать территорию Хогвартса до тех пор, пока Сириус Блэк не будет пойман, — его голос звучал спокойно, но в глазах читалась тревога. — Они — стражи Азкабана, и их сила… необычна. Он объяснил, как дементоры питаются страхом и счастливыми воспоминаниями, как важно сохранять ясность ума. Потом перешёл к практике. — Сегодня мы попробуем простейшую форму Патронуса — световой щит. Это требует концентрации на самом светлом воспоминании. Кто попробует первым? Гермиона подняла руку, и через несколько секунд из её палочки вырвался серебристый туман. Люпин кивнул: — Хорошо. Ещё немного работы — и получится полноценный Патронус. Когда он вызвал Лили к доске, она почувствовала, как все взгляды устремились на неё. Она закрыла глаза, вспоминая: летний день, смех Сириуса, его слова: «Ты смелее, чем думаешь, Лили». Палочка дрогнула, и в воздухе вспыхнул серебристый свет — не туман, а чёткий, пульсирующий шар. Люпин замер. — Впечатляюще, мисс Роули. Очень впечатляюще. Гарри толкнул её плечом: — Ты когда успела так научиться? Лили пожала плечами: — Тренировалась летом. Это была правда — но не вся. Медальон под мантией слегка потеплел, будто одобряя её молчание. После уроков Лили задержалась в коридоре, делая вид, что ищет что‑то в сумке. Она знала — он придёт. Тень скользнула из‑за колонны. Сириус — не тот измученный узник Азкабана, а человек, которого она помнила: глаза горят, в улыбке — прежняя дерзость. — Ты использовала медальон, — прошептал он. — Я почувствовал. — Он работает, — Лили оглянулась, убеждаясь, что их не слышат. — Но я не понимаю, как. Сириус достал из кармана клочок пергамента: — Это от Джеймса. Он оставил его мне перед… перед тем, как всё случилось. Там сказано, что медальон — ключ. Но к чему — не знаю. Она развернула записку. Почерк отца был неровным, будто писал в спешке: «Лили, если ты это читаешь, значит, Сириус нашёл тебя. Медальон покажет путь к правде. Но берегись — Питер тоже ищет его». — Питер? — её голос дрогнул. — Ты уверен, что он жив? Сириус сжал кулаки: — Более чем. Он прячется. И пока он на свободе, я не могу доказать свою невиновность. Они замолчали, слыша шаги в коридоре. Люпин прошёл мимо, бросив на них короткий взгляд. Лили почувствовала, как медальон снова потеплел — будто предупреждая. — Тебе нельзя здесь оставаться, — сказала она. — Дементоры чувствуют тебя. — А ты чувствуешь их, — он коснулся её запястья. — Ты — мой шанс. Но это опасно. Лили подняла подбородок: — Я знаю. Но я не брошу тебя. Сириус улыбнулся — впервые за долгие годы по‑настоящему. — Тогда начнём искать ответы. Но помни: если Питер узнает, что ты знаешь… — Я готова, — она спрятала записку в карман. — Где мы начнём? Он указал на башню астрономии: — Там есть место, где Джеймс хранил секреты. Но чтобы добраться до него, нам понадобится кое‑что… особенное. За окном сгущались сумерки, а в руках Лили медальон пульсировал, будто живое сердце. Впереди ждали тайны, о которых она даже не догадывалась.