Интересуюсь всяким(МВ)

Простите, автор морально истощен (просто немного тяжело: зубы болят, на тренировке плохо стало, мороз не щадит…), так что все персонажи тоже уставшие. Надеюсь, вам понравится. Спасибо, что тыкаете на кнопочку «жду продолжения», вы просто солнышки… улыбайтесь, блин: _) — Откуда… шрам? — тащимся через пустые улицы к цирку. У меня сегодня выходной, так что никуда не спешу. А отвод глаз у шутов работает просто замечательно, так что максимум к чему докопаются — к моему внешнему виду. Копье тоже летит рядышком, уже не пытается прибить Пьеро — маленькая победа. — Я занималась самолечением. В каком-то смысле кровопусканием… Слышал о нем что-нибудь? Уверена, Док тебе рассказывал — это было бы вполне в его духе. А заразой был червь, достаточно мерзкая штуковина и в большинстве случаев смертельная. Оно понятно, ибо не каждый решиться вспороть сам себе брюхо, отказаться от части жизни и… Да неважно. — пока этой информации ему будет достаточно, а сейчас о другом, — Как думаешь, Билетер нас порвет? — Джекстер. — поправляет Пьеро. Ох, нет… Мой максимум сейчас — ловить огоньков, но никак не сражаться с подобным. Пусть я и устойчива к гипнозу, да и Пьер теперь тоже, но все равно страшно.

***

Перед входом в цирк ловлю копье — козырь в рукаве всегда должен быть. Нас встречает Бил. Он явно в негодовании, помогите… — Где был? Где твоя шапка? — у него горят оба глаза — действительно недоволен. — Не ругай его, он за мной пошел. Если бы я пораньше вернулась… — Бил непонимающе смотрит на меня, закатывает глаза. — Просто доставлю вас обоих Джекстеру, источники моей головной боли. — сжимает переносицу пальцами, затем просто хватает нас обоих за руки и делает шаг к ближайшему — казалось бы, забытому — зеркалу. Через секунду мы уже стоим на театральной сцене. Краем глаза замечаю, как Пьеро виновато склонил голову. — Нашел его, как ты и говорил. — Бил говорит с темнотой за кулисами. — Хорошо, можешь быть свободен. — фиолетовые глаза зажигаются в тени. Джекстер медленно выходит, его невысокие каблуки тихо стучат по доскам. Он может быть и ниже, чем Пьеро, но власти тут у него явно больше. — А я-то думал, когда ты посетишь меня в следующий раз… — оценивающий взгляд на меня, затем — на Пьеро. Зрачки еле заметно расширяются в хорошо скрываемом замешательстве. — Я надеялась, что это произойдет при других обстоятельствах. — стараюсь говорить спокойно, почти обыденно. Господи, лишь бы не драка. — Я тоже. Пьеро, с тобой я поговорю позже. — янтарно-желтые встречаются с сине-фиолетовыми. В его тоне нет ничего угрожающего или высокомерного, что странно. Похоже, это просто обычный приказ, но Пьер не хочет оставлять меня наедине с ним — это видно, но он все же делает шаг назад, затем еще один. Видимо, власть Джекстера строится не на ментальном контроле, а на реальном авторитете — действительно хороший знак. Пьер скрывается на улице, бросив последний взгляд через плечо, одними губами прошептав: «Будь осторожна». Поверь — я буду. — Итак… — Джестер разворачивается ко мне, его губы больше не растянуты в улыбке, а тон более деловой, — Ты… влюбила в себя Пьеро и совершенно вскружила его, и без того ветренное, сознание. Бил просто недоволен самим фактом твоего существования, Док все время что-то бормочет о «прекрасном яде», а Арлекин стал еще невыносимее. И все из-за тебя. — каблуки громко отбивают удар за ударом, пока он обходит меня кругом, — Я уже вполне понял, что ты не обычный человек, возможно, не человек вовсе. Так что же ты? — Джекстер резко склоняет голову набок, но бубенчики не издают ни звука, тени шатра синхронно дергаются и несколько пар круглых фиолетовых глаз зажигаются в темноте кулис с обеих сторон. Мхм… Что бы ответить? — Странник. И да, я не совсем человек. — сменяю глаза. — Странник. — шут произносит это слово, намеренно растягивая, будто пробует на вкус. Останавливается, — Очень везучий, судя по шраму вдоль живота. — откуда он знает? Стараюсь не показывать замешательство. Да и никаких вопросов «Что такое странник?». Кто же ты, Джекстер? — Что же произошло сегодня? Даже с учетом безумной влюбленности, потеря шапки переходит всякие пределы. Материалы нынче весьма дорогие, знаешь ли. — он на меня не смотрит, лишь слегка щурится на свет, который проникает в зазор тента шатра. Если он видел шрам, то, скорее всего, знает и то, что я делала в лесу. Допустим, я поверю в его неосведомленность. — Я ловила Пьеро… подарок. Не успела вернуться до назначенного срока, вот он и рванул за мной на всех порах. — пожимаю плечами. Тишину утра прерывает раздраженное шипение на улице. — Бил опять за свое. — Джекстер шепчет это еле слышно, но это все же долетает до моих чутких ушей. Мда… Удивительно, как у него еще не появились морщины и седина. Однако внешне он не подает виду, — Подарок… — его веки теперь полуопущены, как будто он безмерно устал. Плечи едва заметно дергаются в попытке ссутулиться, но он не позволяет порыву взять верх. Сейчас. — Почему вы выбрали Арлекина в качестве козла отпущения? — … — его голова медленно поворачивается ко мне, выражение маски не меняется, бубенчики молчат, — А ты любопытная. — он резко выбрасывает руку в мою сторону. Мы оба застываем на несколько секунд. Ничего не происходит. Одна бровь Джекстера в недоумении поднимается, — И слишком умная. — в краешке рта появляется еле заметна усмешка, — Если спросишь подобное, расскажешь об этом кому-нибудь… — мгновение спустя он уже нависает надо мной. Его глаза светятся ярко, фанатично, — я убью тебя и скажу Пьеро, что это он тебя съел. Если же будешь молчать в тряпочку, то, может быть, я тебе расскажу. Прежде чем я успеваю ответить, несколько человек подхватывают меня и выносят на свет. Итак, свою теорию я подтвердила, а дальше что? — Вета! — Пьеро неосторожно восклицает, о чем тут же жалеет, хватаясь за горло. — Надеюсь, Джекстер сказал тебе все, что стоило. — шипит Бил. — Я правда не желаю вам проблем. Просто… так уж случилось. — опускаю часть «что я влюбилась в одного из вас». Билетер щурится, его тень дергается, Пьер с умоляющем выражением лица преграждает ему путь рукой. Бил рычит что-то, переводя взгляд единственного глаза то на меня, то на Пьеро. — Почему все так сложно? Если бы она была бы обычным человеком… Да и Пьеро потерял голос из-за тебя. — я виновато опускаю голову. — Я этого не хотела. — молчание, тяжелое дыхание Билетера и тревожный звон колокольчиков Пьеро. — Как бы то ни было, нам всем пора спать. — он отворачивается, — И, Пьер, потрудись смастерить себе шапку до выступления. — У вас есть выкройки? Я сделаю ее. — Билетер останавливается. Если из-за меня Пьеро рухнет от усталости, то я себе этого не прощу. — Все необходимое у Пьеро есть, он тебе покажет, да? — шут кивает, берет меня за руку. Бил лишь вздыхает и уходит. — Веди. Только сейчас замечаю, что он действительно устал и зевает. Когда заходим в его шатер, меня проводят в отгороженную часть, куда можно уйти прямо с круглой арены. Обстановка тут скромная: лежак на полу из пары мешков, набитых соломой и хлопкового одеяла, деревянный стол и допотопная швейная машинка с волами ткани в углах. — Спасибо… что помочь… — он показывает выкройки, разматывает ткань, но с каждой минутой вижу, что он все больше хочет спать. — Ложись уже. С шитьем я справлюсь, девочка все-таки. — да, стереотип, но шью я и вправду неплохо. Пьер еще несколько секунд просто смотрит на меня сверху вниз, а потом обнимает, приподнимая над землей. Ничего не говорит. Затем отпускает и молча опускается на лежак. Его зрачки полуприкрытых глаз мягко светятся, когда он наблюдает за мной из сумрака. Я несколько секунд молчу, а затем мне приходит идея. — Я расскажу тебе сказку… Стрекот швейной машинки, треск разрезаемой ткани, сопение Пьеро, мой голос, рассказывающий историю. Ощущаю себя бабушкой.

***

Шапка готова через несколько часов. Уф, это было тяжко, но я справилась. На улице яркое солнце и ветер гуляет, слегка покачивая тент, а тут летает запах опилок и воздух затхлый, Пьеро где-то глубоко во сне распластался по лежаку, свесив руку и ногу. Пускай спит. А как они зимой живут? Мда… Тихо выскальзываю на улицу. Хотелось бы осмотреться, а сейчас все спят, значит мешать мне никто не будет. Где тот розовый шатер? Спустя несколько минут нахожу его. Момент истины. Отодвигаю полог и в нос ударяет холодный воздух с неприятным запахом подгнившей плоти. Тут темно, но для моих глаз это не проблема. Несколько человеческих тел свалены в кучу. Они еще дышат, но слишком редко. Видимо, это еда впрок. Несколько циркулярных пил: все тщательно протерто, но от специфического запаха крови избавиться почти невозможно. В целом, фантазии как всегда оказываются интереснее реальности. Есть, конечно, еще черный шатер… но хватит испытывать удачу на сегодня. Пока иду к шатру Пьеро пересекаюсь с несколькими «болванчиками». Они, в целом, дружелюбны, но все равно стараюсь их обходить. Пожалуй, домой сегодня не пойду… или же… надо бы походить по астралу, Только вот как вечером вернуться в цирк без билета? Возвращаюсь к Пьеро, билет должен быть где-то здесь… Тихое, осторожное шуршание и вот он. Надеюсь, у меня и шута не будет проблем из-за этого. На прощанье глажу и целую Пьеро в щеку: вечером я принесу еще что-нибудь поесть.