Часть 2

Элитный отряд отг141, что наступил на хвост их канторе, спускались вниз по склону к разбитому внедорожнику. —Черт тут все мертвы Прозвучал разочарованный голос Соупа, сержант подрывник, делает свою работу быстро и четко. —Не все. Низкий, басистый, как будто из пресподни голос. Лейтенант Гоуст , биография засекречена, в основном работает один. На траве виднелись свежие следы, Гоуст молча направился, в сторону куда они вели. —А ну я пока тут поищу что-нибудь Лейтенант не ответил, продолжая идти по следу мятой травы. *** Астра перешла на шаг, пытаясь отдышаться. Боль в предплечье усилилась, швы разошлись. Рядом пролетел нож, вонзаясь в ствол дерева. Она недоумевала как она не кого не услышала. Хватая винтовку, без замедлений разворачиваясь. Лейтенант тут же отводит ее винтовку в сторону и выбивает из рук. Она падает назад, пятясь назад, не медля встает и вынув нож из ствола, рывком сокращает между ними дистанцию. Ее движения отточенный за эти 5 лет, не смотря на ранения выглядят уверенными. Но с масивнной фигурой лейтенанта ей не сравнится. Перехватив ее выпад, он бьет с ноги по её колену, а после заламывая руку, валит на землю, прижимая коленом. Вторую руку он точно так же завел за спину и сковал наручниками. Астра уже не сопротивлялась. Она давно устала, эта работа, лишение свободы действий, ломало ее и щас, с смертью ее напарника, даже в какой-то мере друга. Внутри снова что-то надломилось. *** Сидя в машине между, двум внушительный бойцов, Астра склонив голову вниз, разглядывала пол. —Хиленький ты какой-то, парниша. Как тебя вообще занесло на такое. На первый взгляд, она была больше похожа на молодого, худощявого парня. Все снаряжение не давало, полностью разглядеть ее фигуру, а лицо было скрыто за балаклавой. Руки ныли от наручников, ее вели по длинным коридорам. Заведя в одну из комнат ее посадили за стул, единственное что было в этом сыром, темной помещении. А нет она ошиблась, в дальнем углу стоял еще один стул. Даа разнообразно. Соуп , медленно , прогулочным шагом направился в направлении второго стула. Пока Газ стяжками закреплял ноги Астры к ножкам стула. Сержант Кайл Газ Гэррик. Спокойный, обычно не перечит командам Капитана. Астра не сопротивлялась, лишь устало, сидела опустив голову. Перед ней скрипнул ножки деревянного стула об бетонный пол, она приподняла голову. Перед ней сидел сержант Соуп. Мужчина с эрокезом, наклонился, оперевшись логтями об свои бедра. —Ну что, начнём. Заговоришь так или будем применять силу? Она молчала, погруженная в размышления не смотря на то, где и в какой она сейчас ситуации. —Эй, слышишь, нет? Его рука медленно направилась к её подбородку, почти коснувшись она одернула голову, наконец подняв на него взгляд.. Взгляд полный ненависти. —Слушай, давай ка я сниму балаклаву с твоей мокушки, а то не удобно. Как только его рука направилась в сторону ткани, что закрывала её эмоции от внешнего мира. Она дернулась, на него в попытке втащить или же дать понять, что не стоит этого делать. Но закрепленные ноги стяжками к стулу и руки за спиной не дали ей сделать даже этого. Соуп одернул руку от неожиданности. —Ладно не трогаю. В примерительнов жесте, он поднял руки вверх —А теперь начнем. Где полковник Сандерс и на кого он работает? Точки следующих ваших целей? Она отвела взгляд. В ней бушевало две стороны. Одна говорившая о том, что это вся контора ей нахрен не нужна и лучший способ отомстить, это сдать их с патрохами. А другая, та самая, что промыли за эти шесть лет, наоборот. Она оглянула помещение. Двое стояли у стены передомной, чуть левее. Другой в тени помещения, тока уже левее как призрак, сливаясь с тенью. И еще один напротив меня. Ее спина и руки закрепленные наручниками слепая зона. Вернув взгляд на сидящего перед собой мужчину с эрокезом, она лишь выпрямилась, показывая всем видом, что не собираясь, что либо говорить. —Ладно парни, по быстрому не получиться.. Он устало вздохнул. Один отпрянув от стены, сразу же вышел из помещения, а второй пару секунд еще постоял, делая глубокую затяжку с сигары. -Если сегодня закончите, придешь с докладом ко мне в кабинет. После этих слов он тоже скрылся за железной дверью. Сидевший перед Астрой Соуп кивнул. Проведя по лицу рукой, явно задолбавшийся, повернулся обратно к Астре. Вспышка боли. Тяжелый кулак впечатался в живот, мгновенно выбив из легких весь кислород. Она согнулась, заходясь в хриплом кашле и пытаясь вдохнуть хоть каплю воздуха. Не дав ей опомниться, Соуп нанес второй удар — на этот раз четко в переносицу. Раздался тошнотворный хруст, и горячая кровь хлынула из носа, быстро пропитывая ткань ее маски. Но в этом хаосе боли раздался едва слышный, победоносный щелчок — замок наручников поддался. Ответная атака последовала незамедлительно. Пока ошарашенный Соуп делал шаг назад, не понимая, как она смогла освободиться, девушка рывком перерезала стяжки на ногах. В один прыжок она сократила дистанцию. Соуп замахнулся для нового удара, но она, словно тень, нырнула под его руку, проскользнула за спину и с силой впечатала стопу в тыльную сторону его колена. Она отпрянула, жадно глотая воздух и пытаясь унять дрожь в руках. Секундная передышка. Но внезапно — резкая вспышка боли в затылке и мгновенная тьма. В пылу схватки она совершила роковую ошибку: совсем забыла про второго, который всё это время неподвижно сливался с тенями в углу. Сознание возвращалось к ней рывками, принося с собой липкую, пульсирующую боль во всем теле. Она попыталась пошевелиться, но из груди вырвался лишь приглушенный стон – мышцы затекли, а каждое движение отдавалось острой резью. Реальность оказалась пугающей: ее запястья были намертво прикованы к холодным подлокотникам стула, а лодыжки туго стянуты у самых ножек. Время в этом мрачном месте словно застыло. Прошел час, затем другой, но тишину нарушало лишь ее собственное тяжелое дыхание. Одиночество казалось бесконечным, превращая минуты в долгие часы ожидания. И вот, когда надежда уже начала угасать, за дверью раздался отчетливый звук – размеренные, тяжелые шаги. Замок щелкнул, и тяжелое полотно двери, сопротивляясь, со зловещим, затяжным скрипом открылась. В дверном проеме, залитом тусклым светом из коридора, выросла массивная фигура. Тёмный силуэт на мгновение замер, прежде чем медленно двинуться вперед, заполняя собой всё пространство тесной комнаты. Она замерла, боясь даже моргнуть, и впилась взглядом в это темное пятно, ставшее центром её пугающей реальности. Мужчина не остановился прямо перед ней – он начал неспешно описывать круги вокруг стула. Его шаги были тяжелыми, но пугающе размеренными. Это не было простой ходьбой; он изучал её, как матерый хищник изучает загнанную в угол добычу, оценивая её слабость и наслаждаясь моментом её абсолютной беспомощности. — А навыки у тебя весьма достойные, Раздался за спиной вкрадчивый, почти издевательский шепот. — Но, признаться, до идеала тебе еще расти и расти. Прежде чем она успела среагировать, ледяная сталь ножа коснулась нежной кожи на шее. Острая кромка ощущалась пугающе реально; Астра замерла, чувствуя, как пульсирует вена прямо под лезвием. Ей пришлось до боли задрать подбородок, подставляя горло под удар, лишь бы не дать ножу вонзиться глубже. — Где он? Вопрос прозвучал не как просьба, а как смертный приговор. Голос был низким, надтреснутым, с пугающей хрипотцой, от которой по позвоночнику пробежала волна ледяного пота. В этом грубом рокоте слышалась абсолютная, безжалостная уверенность. — Я заговорю… но при одном условии, — прохрипела она, чувствуя, как сталь всё еще холодит кожу. Давление ножа внезапно ослабло. Астра осторожно опустила голову, жадно хватая ртом воздух — каждое мгновение до этого могло стать для неё последним. Облегчение обожгло легкие, но она не позволила себе расслабиться. — Я хочу участвовать в облаве на Полковника. Я должна прикончить его лично, своими руками. — Ты не в том положении, чтобы диктовать условия, — отрезал он. Его голос звучал так, будто он спорил с покойником. Астра чуть повернула голову. Она не видела его лица за маской, но кожей чувствовала исходящий от него холод. — Я была правой рукой Сантреса. Его тенью. Думаю, мои знания стоят гораздо больше, чем твоя гордость. Он ничего не ответил. Лишь резкий разворот, тяжелые шаги и сухой щелчок замка, отрезавший её от остального мира. — Ну и странный же ты тип… черепушка Бросила она в пустоту камеры, криво усмехнувшись. Он шел по бесконечным коридорам военной базы. Солдаты, завидев его массивную фигуру в маске черепа, инстинктивно прижимались к стенам и ускоряли шаг — никто не хотел стоять на пути у Гоуста. Подойдя к кабинету, он коротко стукнул в дверь и вошел, не дожидаясь приглашения. Капитан Прайс, окруженный облаками табачного дыма, оторвался от кипы рапортов. — Прайс. Есть новости. Гоуст остановился у стола, словно скала. — Мы взяли «крупную рыбу». Но есть одна загвоздка. Капитан отложил ручку и внимательно посмотрел на напарника. — Излагай, — коротко приказал он.

***

Сидеть, прикованной к стулу, стало невыносимой пыткой. Каждый мускул протестовал, в костях чувствовалась ломота, а затекшие конечности отказывались слушаться. Тянущая боль стала фоном её существования. Дверь бесшумно, а может быть, просто привычно распахнулась, и в проёме выросли три массивные фигуры. Среди них Астра узнала Гоуста и Газа. Но главным был другой — Капитан Прайс. Он неспешно приблизился к ней, его лицо было скрыто в тени полей панамы и густой бороды, но взгляд буравил её с пугающей ясностью. — Я смотрю, ты всё-таки не немая, — тон его голоса был обволакивающим, но острым, с насмешливой хрипотцой. — Что ж, давай теперь поподробнее. — Я уже всё сказала, — её голос, к собственному удивлению, прозвучал твердо, без единой дрожи. — Вкратчиво и понятно. Прайс издал короткий, сухой смешок, в котором не было и капли веселья. — Ладно, Газ, развяжи ей руки. — Он кивнул в сторону одного из спутников. — А ты, давай без глупостей, — предупредил он Астру. Она лишь еле заметно кивнула, не пытаясь спорить или выказывать лишние эмоции. Когда Газ, без единого слова, склонился над ней, развязывая тугие узлы, она закрыла глаза. С облегчением почувствовала, как к запястьям возвращается приток крови, а затекшие мышцы начинают отзываться покалыванием. Она осторожно размяла руки, массируя ушибленные места. Ей под нос сунули плотный лист бумаги. Официальный бланк с неприметным логотипом. — Что это? — спросила она, не открывая глаз полностью. — Контракт, — коротко ответил Прайс. Астра мельком пробежалась взглядом по мелким буквам, фиксируя лишь суть, а не юридические тонкости. — Подпиши. Она подняла на него взгляд. — Моя подпись, Капитан, — в её голосе сквозила ядовитая ирония, — не стоит и ломаного гроша. Все мои документы у полковника, если он их не сжег. Это единственное, что держит большинство его людей на этой «работе». Без этих бумаг мы никто. Она молча взяла ручку и твердым, хоть и спешным почерком поставила свой резкий росчерк. — Мартини. Сокращенно Марти, — произнесла она, передавая документ. Её взгляд, полный вызова, встретился с его глазами. — Мой позывной. Имени не скажу.

***

Коридоры военной базы гудели привычной суетой, но для Астры этот шум был лишь фоном к напряженной тишине, что царила вокруг неё. Взгляды проносились мимо, косые, любопытные, полные неприкрытого осуждения. Она ощущала их на себе, как физическое давление, но сознательно игнорировала, сосредоточившись на каждом шаге. Тело ныло после недавнего побоища, но она держалась прямо, не позволяя боли взять верх. Они шли за Прайсом, который уверенно свернул к одной из многочисленных дверей. Капитан вошел первым, затем Газ, бесшумно следуя за командиром. Астра замешкалась, её инстинкты кричали об опасности, а предчувствие давило на грудь. Что ждет её за этим порогом? На мгновение она застыла, не желая следовать за ними в неизвестность. Но замешательство длилось недолго. Резкий, грубый толчок в спину заставил её сделать невольный шаг вперед. Она почувствовала, как массивный кулак Гоуста, обтянутый перчаткой, на мгновение впечатался вплечо. Под самым ухом раздалось низкое, хриплое рычание, от которого по коже пробежали мурашки. — Шевелись, — не терпящим возражений тоном приказал он. Она влетела в кабинет, едва успев заметить суровый интерьер, как тяжелая металлическая дверь за спиной захлопнулась с глухим, окончательным лязгом. Звук эхом отбился от стен, знаменуя конец одной главы и начало неизвестности. Прайс тяжело опустился в свое кресло. Скрип кожи в тишине кабинета прозвучал неожиданно громко. Он выдвинул верхний ящик стола и извлек оттуда небольшой предмет, поблескивающий холодным металлом. — Мы принимаем твои условия, как видишь, — начал он, вертя вещицу в пальцах. — Но мне нужно знать, где ты находишься. Каждую секунду. Пока я не буду уверен, что ты не водишь нас за нос и не решишь раствориться в тумане при первой возможности. Астра нахмурилась, вглядываясь в устройство. Тонкий браслет с едва заметным мигающим диодом. — Выглядит как поводок. Не слишком ли радикально? — Для человека с твоим прошлым? В самый раз, — Прайс не отвел глаз. Астра вскинула голову, впиваясь в него пронзительным, почти яростным взглядом. В кабинете повисла тяжелая пауза — битва воли, в которой никто не хотел уступать. — Ненавижу подобные «меры», — наконец выдохнула она, — но, похоже, выбора у меня нет. Прайс молча протянул браслет Газу. — Попробуешь разрезать, вскрыть или заглушить сигнал — мы узнаем об этом мгновенно. И тогда в расход ты пойдешь первой, без лишних вопросов, — буднично, почти мягко предупредил капитан. Газ подошел к Астре. В его взгляде промелькнуло нечто похожее на сочувствие или легкое чувство вины. — Позволь, я надену, — тихо произнес он, протягивая руку. — Я сама, — Астра практически вырвала устройство из его пальцев. Она наклонилась и резким движением застегнула браслет на щиколотке. Металл обжег кожу холодом, напоминая о её новом статусе. — Так-то лучше, — кивнул Прайс, возвращаясь к бумагам. — Завтра введу в курс дела: где, что и когда. А на сегодня — свободны. Сначала в медпункт, подлечить твои боевые шрамы, а потом Газ покажет тебе временное жилье. Когда они уже почти вышли, до Астры донесся тихий, почти неразличимый голос капитана: — А может, и не совсем временное... В медпункте Астра предприняла слабую попытку возразить, но под строгим взглядом медиков быстро сдалась. Запах антисептика резал нос, пока ей обрабатывали ссадины и пулевое ранение предплечье. Когда с перевязкой было покончено, её конвоировали в жилой блок. Комната оказалась спартанской: узкая койка, тумбочка со следами чьих-то кружек и пустой шкаф. Едва она переступила порог, как за спиной раздался сухой, окончательный щелчок замка. Астра лишь усмехнулась, закатив глаза. «Наивно было ждать гостеприимства», — подумала она, ложась на жесткий матрас. Утро наступило слишком быстро. Подъем был ранним, по-военному бесцеремонным. Ей выдали стандартную форму и балаклаву. Ткань слегка колола кожу, но привычный вес снаряжения вернул ей чувство уверенности. Её привели в просторный штаб, где в центре стоял массивный стол, заваленный топографическими картами. — К делу, — коротко бросил Прайс, не тратя время на приветствия. Астра подошла к столу. Её пальцы уверенно заскользили по карте, помечая точки. — База снабжения здесь, резервный узел связи — в этом квадрате, — она четко указывала на объекты своей бывшей группировки. — Если бить сюда, вся их логистика рухнет за час. — Это неоправданный риск, — раздался низкий, угрожающий голос Гоуста. Он навис над картой, и маска-череп в тусклом свете ламп выглядела особенно зловеще. — Мы подставим группу под перекрестный огонь. Астра медленно подняла на него взгляд. — Не знаешь специфики — не лезь, идиот, — процедила она. Гоуст мгновенно сократил дистанцию, его глаза за прорезями маски опасно сузились. — Ты ещё смеешь тут командовать, шавка? — прорычал он, и воздух в комнате, казалось, наэлектризовался. Соуп, видя, что дело пахнет дракой, засуетился между ними, пытаясь развести их в стороны. — Так, тише, тише… Мы же на одной стороне, — примирительно заговорил он. Но Астра даже не шелохнулась. Она пронзала Гоуста взглядом, не отступая ни на сантиметр. — Я знаю каждый их протокол, каждое их укрытие и каждый чертов план наизусть! — её голос звенел от ярости и уверенности. — Я годами выстраивала эти тактики и знаю их слабые места лучше, чем ты — свой устав. Я сказала — бить нужно в эту точку! После долгих, изматывающих споров в штабе, Прайс вынес свой вердикт: прагматичный компромисс. План Гоуста лёг в основу операции, но важные детали, предоставленные Астрой, были учтены. Чувствовалась легкая горечь, но она понимала: это война, а не клуб по интересам. А затем начался ад. До конца недели Астру буквально «втаптывали в грязь» на тренировочной площадке. И её личным палачом стал Гоуст. Он гонял её по полосе препятствий и спаррингам, совершенно игнорируя тот факт, что её тело еще не зажило. Особенно ныло предплечье — рваный след от пули, которую он сам же в неё всадил при первой встрече в картеле. Астра двигалась осторожно, инстинктивно перенося всю нагрузку на правую руку, лишь бы не почувствовать, как под кожей лопаются свежие швы. Она не жаловалась — знала, что здесь слабость карается еще большим давлением. Когда неделю спустя её тело было измочалено до предела, а нервы натянуты до струны, Соуп, неутомимо пытавшийся наладить контакт, подошел к ней. — Сегодня вечером собираемся в общем зале, — начал он, — Хотим посмотреть что-нибудь с ребятами, расслабиться. Пивка выпьем, может, и покрепче что-то будет. Астра даже не колебалась. Позволить себе такую роскошь — просто выпить и забыться — она не могла уже целую вечность. Инстинктивное желание заглушить боль и усталость взяло верх. — Я не против, — кивнула она. Вечером, приглушенный свет общего зала, наполненного фоновым шумом телевизора и негромкими голосами нескольких человек из отряда 141, показался Астре почти райским. Задрав балаклаву до самого носа, она потягивала холодное пиво, стараясь выглядеть расслабленной. Соуп, как всегда, сыпал шутками, заражая всех своим оптимизмом. Астра сидела чуть в стороне, ощущая себя сторонней наблюдательницей, но иногда позволяла себе искренне рассмеяться над его очередной выходкой. Спустя какое-то время, когда пиво уже немного расслабило, Соуп хитро подмигнул: — Ну что, парни, достанем что-то покрепче? Из его схрона появились две бутылки: одна с крепким коньяком, другая — с мутной, но притягательной настойкой. Астра всегда предпочитала настойки — они пились легко, а в голову давали быстро и сильно. Первые глотки обжигали горло, но мир вокруг начал плыть и смягчаться с пугающей скоростью. Разум медленно, но верно покидал её, растворяясь в тяжелой хмельной волне. В этот момент дверь бесшумно отворилась, впуская в комнату ледяной сквозняк и молчаливую фигуру Гоуста. Все замолчали, и напряжение повисло в воздухе. Только Соуп не растерялся. — Оо, дружище! Привет! Присоединишься? — с непоколебимым оптимизмом позвал он. Гоуст пронизывающе глянул на Астру через прорези своей маски-черепа, а затем ответил: —Не откажусь. Он сел чуть поодаль, на границе круга света, молча слушая, но Астра чувствовала его острый, неотрывный взгляд на себе. Это давящее присутствие вымораживало её, вызывая отвратительное предчувствие. От такого стресса и напряжения она пила больше, пытаясь заглушить дискомфорт каждой каплей настойки. Когда группа начала редеть, Астра почувствовала, как силы её покидают. Она тоже поднялась, пытаясь сохранить внешнее спокойствие. Ноги были ватными, но она шла ровно, инстинктивно пытаясь сохранить лицо. За спиной, словно тень, неотступно следовал Гоуст. Его молчаливое присутствие раздражало до зубовного скрежета. — В следующий раз не надирайся до такого состояния, — его голос прозвучал слишком близко, едко и назидательно. — Идёшь, шатаешься, как алкашка с вокзала. — Не лезь, — отрезала Астра сквозь зубы, не оборачиваясь. — Да ты смотрю, сама дерзость, — Гоуст сровнял шаг, в его голосе сквозила усмешка. — Ты сам хуже раз в пять, — слова едва не сорвались с её языка, но Астра в последний момент прикусила его. На пьяную голову не хотелось наговорить лишнего, да и состояние было такое, что сил на новую ссору не осталось. Единственное, чего она хотела сейчас, — это рухнуть на жесткую койку в своей комнате.