Глава 1.

Напевая древнюю песню предков, Гарри Поттер шёл по коридорам Хогвартса. Мальчик‑Который‑Выжил. Золотой мальчик. Человек директора Дамблдора — так его знали в магическом мире. Но никто не догадывался, что за этой безупречной маской скрывается совсем другой человек. Не наивный юноша, слепо верящий каждому слову. Не белый и пушистый герой, покорно заглатывающий всё, что ему скармливают. Нет. Гарри слишком рано понял жестокую истину: если он не возьмёт свою судьбу в собственные руки, смерть может настигнуть его в любой момент.

***

Был один страшный момент, когда Гарри исполнилось пять лет. Его дядя Вернон вернулся домой в плохом настроении из‑за проблем на работе и совершил поступок, за который обычно сажают в тюрьму. В тот день маленькому Поттеру не повезло: тётушка Петунья и кузен Дадли гостили у соседей, поэтому никто не мог остановить мужчину. В результате мальчик подвергся жестокому насилию. Последствия этого события долго сказывались на его состоянии — было невероятно трудно прийти в себя. А ситуация только ухудшилась: после того случая с Гарри обращались бесчеловечно, используя его в корыстных целях. И это делал взрослый человек, который, напротив, должен был защищать ребёнка в трудные моменты. Гарри не любили в этой семье. Единственной причиной, почему его не сдали в детский дом, были денежные выплаты на содержание ребёнка — хотя Дурсли очень хотели от него избавиться. Из‑за магических корней Гарри мог устроить неконтролируемый магический выброс, но этого не произошло благодаря одному старому волшебнику, который установил ограничители на магическое ядро мальчика. Это было крайне опасно: из‑за таких ограничений и жестокого отношения к нему Гарри мог стать обскуром — или случайно разрушить всё вокруг и погибнуть. Однако этого не случилось — его защитил покровитель древнего рода, к которому принадлежал мальчик. Гарри Поттер понял: если никто не хочет ему помочь, он должен сам что‑то предпринять, иначе рискует погибнуть, так и не увидев мира. С того момента он начал учиться и смотреть на жизнь по‑новому. С семи лет Гарри старался проводить больше времени на улице, чтобы не попадаться на глаза дяде — даже если у того было хорошее настроение. Мальчик навсегда запомнил боль, причинённую ему взрослым маглом. Он узнал, что является волшебником, задолго до того, как пришло письмо из Хогвартса. Однажды, гуляя на улице, Гарри заметил, как один ребёнок разговаривал с кем‑то невидимым. Тогда он рискнул подойти ближе — любопытство порой брало верх над осторожностью. Зато с того момента у Поттера появился самый верный друг.

***

— Вспомнил прошлое… Не к добру это. Точно, что‑то случится сегодня. Может, устроить встречу с остальными Тенями? — шептал парень себе под нос, спускаясь в подземелье. Ему нужно было попросить у декана змей зелье сна без сновидений. Иначе Дракон — один из Теней — устроит взбучку, если узнает, что Жнецу снова снятся кошмары. Поттер предпочёл бы всё рассказать Снейпу, чем опять ссориться с Драконом и остальными из‑за этой ситуации. Это уже не первый раз, когда они затрагивают эту тему, — и каждый раз заканчивается тем, что он не разговаривает с блондином пару недель. — Поттер? Какими судьбами на нашей территории вне учебного времени? — раздался голос одного из «змеек», свиты Малфоя. — Иду к вашему декану, — ответил Поттер. — Нотт, ты случайно не знаешь, он у себя? «Только не говори, что сейчас всё расскажешь Дракону…» — пронеслось у него в голове. — Декан сейчас в нашей гостиной и останется там надолго, — отозвался Нотт. — Кто‑то натворил дел, теперь у нас разборки. Так что он освободится ещё не скоро. Хочешь, я что‑нибудь передам? Или рискнёшь зайти в логово змей и спросить сам? — Он хитро подмигнул. Поттер мысленно взвесил варианты. «Зелье нужно срочно. И почти наверняка там будет ОН — значит, снова ссора. Но я так хочу спать, что больше не могу это терпеть. Ладно, разберусь с Драконом после сна», — решил он. Вслух же произнёс: — Я выбираю второй вариант. Зато вам, слизеринцам, будет бесплатный концерт, — добавил он с тяжёлым вздохом. — О‑о, мне уже интересно, что будет, — лукаво отозвался Нотт. — Впрочем, догадываюсь. Что ж, Поттер, желаю удачи, — он подмигнул и развернулся в сторону подземелий. Поттер последовал за слизеринцем. Он и сам знал дорогу, и пароль был ему известен. Но пароль не имел значения: там, где есть змеи, для него всегда найдётся проход…

***

В гостиной Слизерина шли разборки: первокурсник натворил дел и теперь получал взбучку. Ведь только вне гостиной декан не наказывал своих студентов — а в родных стенах каждый получал по полной, порой даже с процентами, особенно если проступок случился в первой половине дня. В тот момент, когда мужчина замолчал, открылась дверь. Сначала вошёл Нотт, а за ним — гриффиндорец Поттер. Все, кто находился в гостиной, уставились на парня, словно на восьмое чудо света. Наступила немая сцена. — Мистер Поттер, вы случайно дверью не ошиблись? — профессор Снейп приподнял бровь в своём фирменном жесте. — Нет, дверью я не ошибся. Я как раз вас и искал, лорд Принц, — спокойно ответил Поттер, решив раскрыть пару карт. — Вот как? И для чего же вы меня искали, мистер Поттер? — Снейп старался не показывать, насколько его удивило, что гриффиндорец знает о его лордстве. — У вас случайно не найдётся зелья сна без сновидений? — Ты?! Опять?! — Принц Слизерина вскочил с кресла, голос его прозвучал резко. — Что значит «опять»? — спросили кто-то из слизеринцов. — То и значит: из‑за кошмаров он нормально спать не может, — Малфой ткнул пальцем в сторону Поттера. — А это зелье нельзя пить в больших количествах — может развиться зависимость. Но из‑за примеси в его крови оно не действует в полной мере. Поэтому мне приходится варить его специально для Поттера — на его же крови, когда ситуация становится критической. Тишина повисла в гостиной. После такого откровенного объяснения никто не мог представить, что с Поттером происходят настолько серьёзные проблемы — и, разумеется, не в самом благоприятном ключе. — А с каких это пор, Драко, ты варишь зелья для Поттера? — вмешалась Паркинсон. — Вы ведь друг друга терпеть не можете. Если вы встретитесь, вас придётся разнимать. Мысль, озвученная ею, витала в воздухе — она читалась на лицах почти всех присутствующих, включая самого декана. Но Снейп не дал Малфою ответить: он поднял руку, останавливая его. — Мистер Поттер, я так понимаю, у вас действительно критическая ситуация, раз вы решились прийти в логово змей, — произнёс декан. — Не могли бы вы также объяснить мне один момент? — Я не сплю уже неделю, а для меня это уже минимум, — устало ответил Поттер. — И какой момент я должен объяснить? В его голосе звучала обречённость — было видно, что он на пределе. Если бы не директор, он бы уже давно покинул Хогвартс, и его нога не ступила бы на порог замка, пока у власти остаётся Дамблдор. — Почему на занятиях вы показываете один результат, а на проверочных — совсем другой? И это началось с третьего курса, — задал вопрос Снейп. В его тоне сквозила давняя заинтересованность — это был лишь один из множества вопросов, накопившихся у него к Поттеру. — Среди моих однокурсников есть те, кто докладывает директору обо всём, что я делаю в течение учебного года, — прямо ответил Поттер. — Раньше я старался следить, чтобы лишняя информация не уходила к нему. Но сейчас мне всё равно. Поэтому в ближайшее время я и на занятиях буду вести себя «прилично». — Ты с дуба рухнул, Жнец?! Мы же обсуждали план действий и поведение на год! — возмутился Малфой. Снейп бросил взгляд на своего крестника, который невольно выдал ещё одну важную деталь. — Дракон, я устал, — тихо произнёс Поттер. — Они бы всё равно вскоре обо всём узнали. Почему бы нам не раскрыть карты на год раньше?

***

После слов Поттера в гостиной наступила тишина. Она позволила каждому задуматься и осознать, что именно происходит прямо на их глазах. Пламя в камине трещало, отбрасывая неровные тени на стены, за окном простирались таинственные воды Чёрного озера. В зеленоватой глубине скользили неведомые существа, их силуэты мерцали в лучах преломлённого света, а водоросли покачивались в неспешном танце, словно приветствуя обитателей гостиной. Никто не спешил прерывать то, что окутало всех присутствующих — тяжёлую, почти осязаемую завесу тайны. Но, как часто бывает в жизни, события развиваются не так, как мы ожидаем. Через несколько минут Малфой жестом подозвал Поттера к себе — коротко кивнул и слегка приподнял руку, будто притягивая его невидимой нитью. Тот сделал несколько шагов в сторону кресла, где сидел слизеринец, — его шаги звучали непривычно тихо на мягком ковре. Малфой, в свою очередь, усадил зеленоглазого юношу к себе на колени и протянул ему зелье в маленьком хрустальном флаконе, мерцающем в свете свечей. Все присутствующие молча наблюдали, как Поттер постепенно засыпает в объятиях Малфоя, его ресницы дрогнули в последний раз, а дыхание стало ровным и глубоким. — Прошу прощения за то, что вам пришлось стать свидетелями этого представления, — спокойно произнёс Малфой, его голос звучал ровно, но в глазах читалась напряжённая сосредоточенность. — Орден Теней должен был раскрыться лишь в следующем году. Но раз уж Жнец больше не в силах справляться со всем, что обрушилось на него в последнее время, мы, его верные Тени, решаем открыться перед вами сейчас. Ведь только ученикам Салазара Слизерина мы можем по‑настоящему довериться. — Даже так? Крестник, а когда ты в нём оказался? — декан был очень удивлён, хотя изо всех сил старался сохранить невозмутимость. Его пальцы непроизвольно сжали подлокотники кресла, выдавая волнение. — С того момента, когда решил без вас взрослых отправиться в магловский мир, и не много заблудился, но встретил благодаря - этому парнишку, который не струсил, когда увидел, что я разговариваю с кем то не видимым. Он мне тогда показал ирассказал, где я оказался. Тогда наша дружба и началась. А перед школой мы решили в тайне держать нашу дружбу от остальных из-за некоторых моментов, которое мы вам обязательно расскажем, но позже. — ответил Малфой просто и логично. – Тео, отправь всем нашим сообщение, чтобы приходили в гостиную Слизерина: у нас план действий «Пауку капут». Говоря это, Малфой гладил по волосам Поттера, который сидел у него на коленях и спал после принятия зелья без сновидений. Его движения были удивительно нежными — будто он и не тот надменный наследник древнего рода, а кто‑то совершенно иной. — Понял, принял, Дракон, — отдал честь Тео в шутку, слегка склонив голову. Затем он достал из кармана пергамент, на котором с помощью магии написал краткое сообщение — чернила вспыхнули алым, на мгновение озарив его лицо. Он свернул его и убрал туда, откуда взял, с привычной ловкостью человека, привыкшего к тайным поручениям. — Интересное у вас взаимодействие между членами ордена, — заметила Панси, слегка наклонив голову и прищурившись. — А если кто‑то найдёт такой пергамент или увидит, что ты там пишешь, Тео? Тогда как быть? — На пергаменте стоит защита, — ответил Нотт на все вопросы, с гордостью демонстрируя небольшой магический артефакт — серебряный амулет на цепочке. — Первая ситуация: если кто‑то наблюдает, то ему будет казаться, что я пишу пером какой‑то бред — например, рецепт тыквенного пирога или список домашних заданий. И ему станет дальше неинтересно наблюдать — он уйдёт. Вторая ситуация: тот, кто найдёт пергамент, начнёт что‑то писать — и пергамент исчезнет из рук и появится у хозяина. Ведь у всех нас они завязаны на крови хозяина, чтобы не было разных казусов. Это нас уже не раз хорошо спасало — в прошлом году так удалось скрыть от Филча целую серию ночных вылазок. После сказанных слов вся гостиная снова погрузилась в тишину. Все обдумывали всё, что услышали. Кто‑то нервно теребил мантию, кто‑то переглядывался с друзьями, а кто‑то даже думал, кто же ещё может состоять в этом ордене. В воздухе витало ощущение чего‑то нового, почти революционного. — Если есть желающие, можете сделать ставку — кто состоит в ордене. И, конечно же, предлагаю поспорить на деньги, — предложил свою идею Блейз, хитро улыбнувшись. — Я раскрываюсь: я также состою в этом ордене. Мой псевдоним, или суть, — Маг Вуду. Приятно со всеми познакомиться. Встав с дивана, он сделал шутливый поклон, затем подошёл к креслу, на котором сидел Малфой с Поттером, и уселся на полу около них, спиной облокотившись рядом с ногами парней. Его мантия слегка распахнулась, обнажив на запястье татуировку — переплетённые змеи, символ их тайного сообщества. После этого студенты стали делать ставки: им понравилась идея, и кто‑то был не против получить просто так халявные деньги. Раздались смешки, зашелестели монеты в карманах, кто‑то начал громко выкрикивать имена подозреваемых. Атмосфера из напряжённой превратилась в азартную, почти праздничную. И в тот момент, когда сделали последнюю ставку, дверь в гостиную открылась с тихим скрипом — и в неё зашли они. В помещении мгновенно повисла тишина. Все взгляды устремились к вошедшим, а пламя в камине вдруг вспыхнуло ярче, словно приветствуя новых участников этой запутанной игры. Малфой улыбнулся — впервые за долгое время искренне и открыто. Снейп молча наблюдал за происходящим, скрестив руки на груди.