Новая жизнь

Декабрь выдался снежным и морозным. За окнами кружили хлопья, укрывая город белым одеялом, а в небольшом зале на окраине было тепло и уютно. Горели свечи, пахло хвоей и мандаринами. Тони стоял у импровизированного алтаря в своём чёрном пальто, рядом — Вероника в простом белом платье, с ромашками в волосах. Гостей было немного: Анна, Борис, Джули, Тесса с Алексеем и маленькой Софией, Лёня с Катей, Майк, Кендзи, девчонки и, конечно, Митрич. — Согласна? — спросил регистратор. — Согласна, — ответила Вероника, и в глазах её стояли слёзы. — Согласен? — спросил он у Тони. — Согласен, — ответил он, и в его жёлтых глазах светилось столько тепла, что никто не мог отвести взгляда. Они обменялись кольцами. Простыми, серебряными, без лишних украшений — такими, как они сами. — Теперь ты моя жена, — прошептал Тони. — А ты — мой муж, — ответила Вероника. Он поцеловал её, и гости захлопали. — Горько! — закричал Лёня, и все подхватили. Вечер продолжился за большим столом. Тони сидел рядом с Вероникой, держа её за руку, и чувствовал, как внутри разливается тепло. Рядом были те, кого он любил. Всё было правильно. — Ну что, — сказал Борис, поднимая бокал. — За молодых! — За молодых! — подхватили все. — Ты теперь официально наша семья, — сказала Анна, обнимая Тони. — Я и так был, — ответил он. — А теперь официально, — улыбнулась она. Лёня подошёл, хлопнул Тони по плечу. — Ну ты даёшь, — сказал он. — Наёмник, учитель, внештатный, и теперь ещё муж. — А ты? — усмехнулся Тони. — Как Катя? — Нормально, — засмеялся Лёня. — Терпит. Кендзи поднял бокал. — В Японии говорят: «Счастье — это когда есть ради кого просыпаться по утрам». У вас оно есть. — Спасибо, самурай, — ответил Тони. Митрич подошёл последним. — Я тебя ещё в школе помню, — сказал он. — Странный парень, с жёлтыми глазами. А теперь — учитель, муж, отец крёстный. Я горжусь тобой. — Спасибо, Митрич, — ответил Тони. — За всё. — Не за что, — усмехнулся учитель. — Ты сам всего добился. --- После свадьбы жизнь не изменилась — она просто стала правильнее. Тони по-прежнему работал в школе, помогал Митричу, иногда получал задания от Грязнова. Вероника училась на дизайнера, помогала ему на заданиях, и вместе они были командой — Призрак и Пиковая Дама. — Ты не боишься? — спросила она однажды вечером, когда они сидели на кухне, разбирая снаряжение. — Чего? — удивился Тони. — Что я хожу с тобой на задания. Что могу не вернуться. Тони посмотрел на неё долгим взглядом. — Боюсь, — честно ответил он. — Но я знаю, что ты сильная. И что мы вместе. — Вместе, — повторила она. — И всегда будем, — добавил он. Они сидели так, обнявшись, и за окном падал снег. Иногда они говорили о детях. Когда-нибудь, потом. Когда будет спокойнее, когда не будет заданий, когда можно будет растить ребёнка в мире. — А ты хочешь? — спросила Вероника. — Хочу, — ответил Тони. — Когда-нибудь. Сейчас... ещё рано. — Рано, — согласилась она. — Но когда-нибудь... — Когда-нибудь, — повторил он. И они снова замолкали, думая о том, что впереди у них целая жизнь. --- Годы шли. Тони и Вероника жили долго, счастливо, как в сказке. У них не было ничего лишнего — ни богатства, ни славы, ни громких титулов. Но у них было главное: они были вместе. Они продолжали выполнять задания — когда надо, помогали Грязнову, когда надо, защищали слабых в школе. Вероника закончила институт, стала дизайнером, но никогда не бросала Тони одного. А он всегда был рядом, всегда защищал, всегда любил. Они так и не завели детей — не случилось, не успели, не решились. Но у них была София, крёстная дочка Тони, которая выросла и часто приезжала в гости. У них были друзья, которые всегда поддерживали. У них была семья, которая всегда ждала. А по вечерам они сидели на кухне, пили чай, и Тони играл на гитаре. Вероника слушала, закрыв глаза, и думала о том, как ей повезло. — Тони, — сказала она однажды. — М? — Ты счастлив? Он посмотрел на неё. В его жёлтых глазах светилась та же нежность, что и в первый день. — Счастлив, — ответил он. — Потому что ты рядом. — Я всегда рядом, — прошептала она. — Знаю, — ответил он. — Поэтому я и счастлив. Они сидели так, обнявшись, и за окном падал снег. А впереди была ещё целая жизнь.