Бал в Малфой Менора. Явление Розье

Этот бал был не просто светским раутом — это была официальная презентация Гермионы как наследницы рода Розье. Зал сиял от магических свечей, а среди гостей шептались представители «Священных 28». Гермиона спускалась по лестнице в платье цвета ночного неба, расшитом серебряными нитями, которые при каждом движении вспыхивали, напоминая всполохи молний. Её шею украшало фамильное ожерелье Розье — сапфиры, которые, по слухам, меняли цвет в зависимости от настроения владелицы. Люциус ждал её у подножия. Он выглядел безупречно, но его взгляд, когда он увидел её, был взглядом человека, готового объявить войну всему миру ради этой женщины. Нарцисса стояла чуть поодаль, её лицо было непроницаемо, но пальцы, сжимавшие веер, побелели. Когда Люциус взял Гермиону за руку, чтобы поприветствовать лорда Нотта, он намеренно задержал её ладонь в своей, поглаживая большим пальцем её запястье там, где пульсировала кровь. Это был публичный жест обладания, который заставил зал на мгновение замолкнуть. Драко, подстегиваемый ревностью и словами Гермионы о его «тени», решился на то, чего от него никто не ожидал. Посреди бала, когда оркестр заиграл торжественную музыку, он подошел к отцу и Гермионе. — Отец, я думаю, на сегодня ты достаточно уделил внимания моей жене, — голос Драко дрожал, но он не отвел взгляда. — Позволь мне забрать её для нашего танца. В зале повисло напряжение. Люциус медленно повернул голову к сыну, и в его глазах вспыхнул опасный огонь. Но прежде чем он успел ответить, Драко, пересилив свой страх, собственнически обхватил Гермиону за талию и буквально увлек её в центр зала. Во время танца он прижал её к себе гораздо сильнее, чем позволяли приличия. — Ты хотела, чтобы я стал мужчиной? — прошипел он ей в губы, его дыхание было прерывистым. — Смотри, Гермиона. Сегодня ты уйдешь со мной. И мне плевать на контракт, плевать на него. Я не позволю ему забрать тебя. Гермиона чувствовала, как его сердце колотится о её грудную клетку. Это был бунт обреченного, и она видела, что Драко на грани нервного срыва. Пока молодежь кружилась в танце, Люциус и Нарцисса оказались в уединенной нише за тяжелыми портьерами. — Ты доволен? — ледяным тоном спросила Нарцисса. — Ты довел собственного сына до того, что он устраивает сцены на глазах у всей аристократии. — Он наконец-то начал проявлять характер, — холодно ответил Люциус, не сводя глаз с Гермионы в толпе. — Разве не этого ты хотела? — Я хотела, чтобы мой сын выжил! — Нарцисса шагнула к нему, её голос сорвался на шепот, полный ярости. — Я видела, как ты смотрел на неё, когда она спускалась. Ты забыл, кто ты, Люциус. Ты готов уничтожить наш брак, репутацию и жизнь Драко ради девчонки, которая играет тобой, как хочет. Люциус резко схватил её за локоть и притянул к себе. — Она — Розье. Она — то, чего этому дому не хватало десятилетиями. И если ты думаешь, что твои нашептывания ей на ухо остановят меня... — Остановят, — Нарцисса вырвала руку. — Потому что если ты сделаешь еще один шаг к ней, я лично разорву этот контракт. Да, Драко погибнет, но и она тоже. Ты ведь не хочешь стать её палачом, Люциус? Они стояли друг против друга — два хищника, между которыми лежала жизнь их ребенка и их общая тайна. Люциус понял, что Нарцисса не блефует. Она была готова уничтожить всё, лишь бы не проиграть эту битву за престол Мэнора.

***

Гермиона поняла: этой ночью решится, кто в этом доме на самом деле держит поводок. Нарцисса дала ей понять, что прямая близость с Люциусом — это смертный приговор для Драко, а значит и для самой Гермионы. Но и слабость Драко была для неё ловушкой. Ей нужно было не выбрать сторону, а стать осью, вокруг которой все они будут вращаться

***

Бал постепенно затихал. Гермиона, сославшись на усталость, первой покинула залу, но вместо того чтобы запереться в спальне, она разыграла партию, достойную истинной Розье. Когда Драко, разгоряченный алкоголем и своей внезапной смелостью, ворвался в её покои, он застал её не в постели, а у окна. Она стояла в одном нижнем платье из тончайшего шелка, расчесывая свои густые волосы. — Ты пришел потребовать свои права? — она обернулась, и в лунном свете её кожа казалась светящейся. — Ты моя жена, — Драко сделал шаг к ней, его дыхание сбилось. — Я не позволю ему... Гермиона подошла к нему вплотную и приложила палец к его губам. От неё исходил мощный импульс магии, который заставил Драко замереть. — Тогда стань тем, кому я захочу принадлежать добровольно, — прошептала она, медленно расстегивая верхнюю пуговицу на его камзоле. — Иди в кабинет отца. Там лежат документы на южные поместья Розье, которые он придерживает. Забери их. Докажи, что ты можешь забрать свое без его разрешения. Если ты вернешься с ними — эта ночь будет твоей. Драко, ослепленный её близостью и обещанием, кивнул. Он был готов на любое безумие, лишь бы обладать ею. Он вылетел из комнаты, направляясь в логово льва.. Как только дверь за Драко закрылась, Гермиона накинула на плечи темную мантию и через потайной ход, о котором ей рассказала Нарцисса, спустилась в библиотеку. Она знала, что Люциус ждет её там. Он сидел в кресле, сжимая в руке бокал. Когда она вошла, он даже не поднял головы, но его голос вибрировал от сдерживаемой страсти: — Ты танцевала с ним так, будто он действительно имеет значение. — Он имеет значение для магии контракта, Люциус, — Гермиона подошла к нему со спины и положила руки ему на плечи. Её пальцы коснулись его шеи, и она почувствовала, как он вздрогнул. — Вы научили меня силе. Но Нарцисса... она научила меня последствиям. Она наклонилась и прошептала ему в самое ухо, касаясь губами мочки: — Драко сейчас в вашем кабинете. Он пытается украсть мои документы. Он думает, что это сделает его мужчиной в моих глазах. Люциус резко развернулся, перехватывая её за талию и вжимая в свои бедра. Его глаза горели гневом. — И ты позволила ему? Ты играешь с ним? — Я играю за нас, — Гермиона бесстрашно посмотрела ему в глаза, её рука скользнула по его груди, проникая под жилет. — Пусть он думает, что победил. Пусть он заберет эти бумаги и успокоится. Это даст нам время. Нарцисса следит за каждым вашим шагом, Люциус. Если вы сейчас пойдете к нему и устроите скандал — она разорвет контракт и убьет меня. Вы этого хотите? Люциус сжал её талию так сильно, что она едва не вскрикнула. Его борьба с самим собой была почти физически ощутима. — Ты дьяволица, Розье, — выдохнул он, вовлекая её в глубокий, сокрушительный поцелуй. Он пах азартом и яростью. Его руки блуждали по её спине под мантией, сминая шелк сорочки. — Ты хочешь, чтобы я позволил ему обкрадывать меня, пока я держу тебя в объятиях? — Я хочу, чтобы вы поняли: я принадлежу тому, кто сильнее, — она отстранилась, оставляя его в состоянии высшего напряжения. — Сегодня вы сильнее, потому что вы достаточно мудры, чтобы проиграть битву, но выиграть войну. Оставайтесь здесь. Пусть он заберет то, что хочет. А завтра... завтра мы продолжим наш «урок». Примечание автора: Драко считает, что совершил героический поступок и «украл» право на Гермиону. Он чувствует себя победителем, не подозревая, что это была ловушка. Люциус сгорает от вожделения и ярости, но он вынужден подчиниться плану Гермионы, понимая, что она защищает их общую тайну от Нарциссы. Гермиона спасла свою жизнь и жизнь Драко, одновременно привязав Люциуса к себе еще крепче через общую тайную сделку против его собственного сына.