Глава 5. Урок по уходу за магиическими существами.

Окраина Запретного леса тонула в утреннем тумане, который, казалось, намеренно цеплялся за полы мантий студентов. Профессор Сильванус Кеттлбёрн появился из чащи с характерным лязгом и скрипом: его деревянный протез ноги немилосердно застревал в корнях, а железный крюк вместо левой руки опасно поблескивал. — Живее, живее, мои юные друзья! – прохрипел он, жизнерадостно сплевывая на землю. – Сегодня у нас не какая-нибудь чепуха вроде флоббер-червей. Сегодня у нас экземпляр с характером! Он пинком пододвинул к группе массивную железную клетку, накрытую тяжелым брезентом. Изнутри донеслось яростное шипение и звук, похожий на скрежет металла по камню. — Это огненный краб, – объявил Кеттлбёрн, срывая ткань. – Но не обычный. Этот старик был конфискован у контрабандистов. Его кормили порохом и поили настойкой горькой полыни. Он злой, как дементор в засуху, и стреляет пламенем из задней части панциря каждые тридцать секунд! Долорес Амбридж тут же отступила на три шага, брезгливо прикрывая нос надушенным платком. — Профессор, – процедила она, её голос дрожал от сдерживаемой ярости. – В «Учебном плане министерства» четко сказано, что работа с существами пятого класса опасности запрещена для студентов без специального допуска. Я буду вынуждена составить рапорт о нарушении техники безопасности. Посмотрите на свои руки... то есть на то, что от них осталось. Это же антисанитария! — О, оставьте свои бумажки для камина, мисс Амбридж! – хохотнул Кеттлбёрн, едва увернувшись от струи пламени, которая подпалила край его бороды. – Ожоги – это лучшие знаки отличия! Том Реддл стоял чуть поодаль, сложив руки на груди. Он смотрел на разъяренное существо с холодным любопытством. Краб был покрыт драгоценными камнями, но Том видел не красоту, а мощный природный механизм защиты. Его палочка была наготове, но он не спешил её использовать. — Сила без контроля – это просто фейерверк, – тихо заметил Том, глядя, как краб в очередной раз извергает огонь. – Профессор, есть ли способ подчинить его волю, не повредив панцирь? — Подчинить? – Кеттлбёрн вытаращил глаза. – Ха! Его нужно задобрить, парень! Попробуй подойти к нему с подветренной стороны и предложить кусок сырой печени дракона. Беллатриса Блэк не стала ждать печени. Она шагнула вперед, и её глаза лихорадочно блестели в отсветах пламени краба. — Зачем его задабривать, если можно заставить? – она вскинула палочку. — "Импедимента!" Заклинание ударило в панцирь, но лишь сильнее разозлило существо. Краб развернулся и выпустил огромный столб огня прямо в сторону Беллы. — Осторожнее, мисс Блэк! – крикнул Люциус Малфой, поспешно накладывая «Протего», чтобы защитить свой безупречный кафтан от летящих искр. – Эти твари не знают этикета! Северус Снейп тем временем уже сидел на корточках в стороне, изучая слизь, которую краб оставлял на траве. — Если смешать это с измельченным рогом двурога, – пробормотал он, – получится идеальный катализатор для зелья огнестойкости. Профессор, мне нужно немного этой... субстанции. — Черпай сколько хочешь, Снейп, только следи, чтобы он не поджарил тебе брови! – Кеттлбёрн радостно захлопал оставшейся ладонью по колену. А затем вытащил из-за деревьев мешок, на удивление лёгкий. Он озадаченно заглянул в него, и произнёс: — Разрази меня гром! – пробасил он. – Те лесные крысы, которых я заготовил для кормления огненного краба, прогрызли дыру и сбежали. А без «живого корма» краб не покажет свою истинную защитную реакцию. Ну же, молодые люди! Нам нужно двенадцать штук. Живых! Тот, кто поймает больше всех, получит «Превосходно» за семестр. Студенты переглянулись. Беллатриса перестала пытаться сломать защиту краба и брезгливо поморщилась, Люциус Малфой демонстративно начал чистить свои ногти маленьким серебряным ножичком, а Долорес Амбридж уже открыла рот, чтобы пожаловаться на «негигиеничность задания». Но Геллерт Грин-де-Вальд не колебался. Он вышел вперед, и туман, казалось, расступился перед ним. Его разноцветные глаза – один светлый, почти прозрачный, другой темный – горели холодным азартом. — Зачем бегать за ними по лесу, Сильванус? – негромко произнес Геллерт, игнорируя субординацию. – Вещи должны знать свое место. Он не стал размахивать палочкой. Вместо этого он медленно опустился на одно колено, прикоснувшись ладонью к сырой земле. Том Реддл прищурился, внимательно наблюдая за каждым движением Грин-де-Вальда. Он почувствовал, как воздух вокруг Геллерта начал вибрировать от едва уловимой, густой магии. Грин-де-Вальд начал издавать странный звук – низкий, гортанный гул, похожий на зов хищной птицы и одновременно на шепот самой земли. — Смотрите, – восхищённо выдохнула Беллатриса. Из-под гнилых корней старого дуба, из заброшенных нор и густой травы начали появляться тени. Сначала одна, потом пять, потом десятки серых лесных крыс. Они не бежали в панике, они шли строем, словно заколдованные, их маленькие бусинки-глаза были устремлены только на Грин-де-Вальда. Они ползли по его сапогам, взбирались на плечи, но Геллерт даже не вздрогнул. Он смотрел на них не как на вредителей, а как на армию, готовую исполнить любой приказ. — "Veni ad me" (Придите ко мне), – прошептал он. Крысы окружили его плотным, шевелящимся кольцом. Грин-де-Вальд медленно поднял руку, и одна из самых крупных крыс послушно запрыгнула ему на ладонь. Он посмотрел ей в глаза, и на мгновение показалось, что животное застыло в ледяном оцепенении. — Воля, – произнес Геллерт, глядя прямо на Реддла. – Сильнее любого заклинания. Даже самое ничтожное создание чувствует истинного лидера. Он легким движением стряхнул крыс в мешок Кеттлбёрна, который профессор держал с отвисшей челюстью. — Вот ваши двенадцать штук, профессор. И еще тридцать в подарок. Для более... масштабных экспериментов. Амбридж поспешно записала что-то в свой блокнот, её рука заметно дрожала. Снейп нахмурился, пытаясь распознать формулу этого беспалочкового призыва, а Беллатриса непроизвольно коснулась своей палочки, завороженная мощью, которую только что продемонстрировал Грин-де-Вальд. — А теперь, профессор нам бы хотелось изучить кое-что другое, – начал Грин-де-Вальд. Профессор, завороженный его магическими способностями призыва крыс кивнул. Он повернулся к классу, и его взгляд остановился на Беллатрисе Блэк, которая уже сжимала палочку так сильно, что костяшки пальцев побелели. — Мисс Блэк, — Геллерт указал на одну из крыс, которая стояла в центре круга, не шевелясь. – Выберите свою цель. Непростительные требуют не просто слов. Они требуют, чтобы вы хотели этого. Посмотрите на это существо. Оно ничтожно. Его жизнь – лишь ресурс. Беллатриса шагнула вперед, её губы искривились в экстазе. — "Круцио!" – взвизгнула она. Крыса забилась в судорогах, но магический круг Грин-де-Вальда не давал остальным грызунам разбежаться. Они смотрели на агонию своего сородича с тем же безучастным видом, который привил им Геллерт. Северус Снейп стоял чуть в стороне, внимательно наблюдая за тем, как Грин-де-Вальд удерживает ментальный контроль над сотней существ одновременно, пока студенты по очереди практиковали свои проклятия. — Это не просто уход за существами, – прошептал Люциус Малфой, поправляя манжеты. – Это сортировка. Грин-де-Вальд посмотрел на Кеттлбёрна, который выглядел так, будто его сейчас стошнит. — Продолжайте урок, профессор. Крыс хватит на всех. И все Слизеринцы по очереди начали произносить заклинания. Крысы одна за другой начали биться в судорогах, но не отступали. Это был не просто урок, а важное умение подчинять и удерживать волю другого живого существа.