Глава 4. Стычка с «Мародёрами» и новый «союзник».

Берег Черного озера был залит холодным светом заходящего солнца. Северус Снейп висел в воздухе вниз головой – заклятие «Левикорпус», пущенное Джеймсом Поттером, сработало безупречно. Его мантия задралась, открывая бледные ноги, а учебники рассыпались по траве. — Эй, Нюниус, кажется, тебе нужно проветрить мозги! – хохотал Сириус Блэк, крутя палочку на пальце. — Оставь его, Сохатый, он сейчас расплачется и зальет нам всё поле, – добавил Питер Петтигрю, преданно заглядывая в глаза лидерам. Римус Люпин стоял чуть поодаль, уткнувшись в книгу, стараясь не смотреть на происходящее, но и не пытаясь его остановить. Северус что-то яростно шипел, его лицо покраснело от прилива крови и ярости, но он был бессилен. — Достаточно, – тихий, вибрирующий голос разрезал воздух, словно лезвие. Мародеры резко обернулись. Из тени старого бука вышла группа студентов, чье появление заставило даже шумных гриффиндорцев притихнуть. Впереди шел Геллерт Грин-де-Вальд. Его походка была спокойной, а взгляд – пугающе сосредоточенным. Справа от него, едва сдерживая хищную улыбку, шла Беллатриса, слева – несколько старшекурсников Слизерина, чьи лица выражали ледяное презрение. — Грин-де-Вальд, – Джеймс Поттер выпрямился, стараясь выглядеть уверенно. – Это наши дела. Шел бы ты... куда шел. Геллерт даже не посмотрел на Поттера. Он подошел к висящему в воздухе Северусу. — «Фините Инкантатем», – небрежно произнес Геллерт, даже не вынимая палочку из кармана, а просто щелкнув пальцами. Снейп рухнул на траву. — Ты что себе позволяешь?! – вскипел Сириус, вскидывая палочку. – «Экспеллиармус!» Магия Грин-де-Вальда сработала мгновенно. Он не стал обезоруживать Блэка. Вместо этого воздух вокруг Сириуса словно загустел. Заклятие просто растворилось, не долетев до цели, а самого Блэка невидимая волна силы отбросила назад, заставив позорно растянуться на земле. — Вы тратите свой талант на дешевые трюки и издевательства над тем, кто сильнее вас разумом, – Геллерт наконец перевел взгляд на Джеймса. В его глазах не было злобы – только глубокое, бесконечное разочарование, которое задело Поттера сильнее любого проклятия. – Вы – просто дети, играющие в войну. А мы – те, кто эту войну выиграет. Беллатриса сделала шаг вперед, её палочка заискрила: — Можно мне проучить этого лохматого, Геллерт? Всего одно маленькое «Кру...» — Нет, Белла. Они того не стоят, – холодно отрезал Грин-де-Вальд. Он повернулся к Снейпу, который медленно поднимался с земли, собирая свои записи. Северус смотрел на своих спасителей с недоверием и опаской. Геллерт протянул ему руку: — У тебя острый ум, Северус. Я видел твои исправления в учебниках по Зельеварению. Такие, как ты, не должны глотать пыль у ног тех, кто умеет только смеяться. Снейп замер, глядя на протянутую ладонь: — Почему? – хрипло спросил он. — Потому что миру нужен новый порядок, – ответил Геллерт, и в его голосе прозвучали нотки той самой силы, которой его учили Реддл и Амбридж. – Порядок, где сила духа и знания значат больше, чем чистота крови или громкий смех. Иди с нами. Мы научим тебя, как заставить их не просто замолчать, а склониться. Северус Снейп вложил свою испачканную в земле руку в руку Грин-де-Вальда. В этот момент иерархия Хогвартса изменилась навсегда. Мародеры стояли в стороне, впервые в жизни чувствуя не азарт погони, а настоящий, липкий страх. Группа двинулась к замку. В центре шел Геллерт, а рядом с ним его новый «мастер зелий», чьи глаза теперь горели не обидой, а предвкушением силы. В тихом коридоре Хогвартса, где заходящее солнце светило сквозь высокие окна, Грин-де-Вальд шагал уверенно, рядом с ним шел Северус Снейп, а следом за ними – Беллатрисса Блэк. Тишина была почти осязаемой, нарушаемая лишь звуками их шагов по каменному полу. Грин-де-Вальд остановился у двери выручай-комнаты и обернулся к своим спутникам. Его взгляд был полон решимости. Он обратился к Северусу: — Ты готов стать частью нашей команды, Северус? Снейп посмотрел на него и молча кивнул, его ум был занят мыслями о том, что может произойти. Он чувствовал напряжение в воздухе, но также и волнение от возможности объединить силы с одним из самых могущественных магов своего времени. Грин-де-Вальд кивнул и открыл дверь. Они зашли внутрь. Двери Выручай-комнаты бесшумно закрылись, отсекая шум школьных коридоров. В этот раз комната приняла облик величественного, мрачного зала, напоминающего одновременно штаб-квартиру и древнее святилище. Стены были затянуты тяжелыми изумрудными гобеленами, в огромном камине ровно горело холодное синее пламя, а в центре стоял массивный стол из черного дерева с разложенными на нем картами  Хогвартса. Том Реддл стоял у изголовья стола. Свет камина подчеркивал его аристократические черты, превращая лицо в застывшую маску античного бога. Он не двигался, но сама его тень, казалось, занимала половину комнаты. По правую руку от него сидела Долорес Амбридж как всегда в своей нелепой розовой мантии, и что-то писала в своём розовом блокнотике. Грин-де-Вальд начал расхаживать вдоль окна, за которым клубился магический туман. Он потирал пальцами костяшки рук – привычка, оставшаяся после изнурительных тренировок с Беллатрисой. На нем была идеально подогнанная форма, каждая пуговица которой блестела. Один за другим начали прибывать союзники. Первым зашёл Люциус Малфой, чей взгляд стал куда серьезнее после последних уроков стратегии, за ним зашли Игорь Каркаров, Антонин Долохов и Теодор Нотт. — Мы собрались здесь не для того, чтобы обсуждать школьные оценки, – начал Том Реддл. Его голос был тихим, но он заполнил каждый уголок зала. – Хогвартс – это лишь песочница. Но именно здесь мы отсеиваем слабых и выбираем тех, кто достоин строить будущее. Он обвел присутствующих взглядом, который заставлял каждого почувствовать себя одновременно избранным и ничтожным. И медленно сел во главе стола. — Старый порядок рушится, – подхватил Грин-де-Вальд, остановившись у стола. – Дамблдор и его приспешники цепляются за законы, которые защищают посредственность. Они называют наш талант «опасным», а наше стремление к порядку – «жестокостью». Но посмотрите на себя. Под руководством Тома вы обрели цель. Под моим руководством вы обрели дициплину. Беллатриса, как идут дела? — Мои люди готовы, – она едва сдерживала дрожь в голосе. – Гриффиндорцы напуганы. Преподаватели начинают понимать, что власть в школе больше не принадлежит им. — Прекрасно – улыбнулся Реддл. –  Мы не просто «банда Слизерина». Мы – авангард. Грин-де-Вальд показал мне, что сила без видения – это хаос. А я показал ему, что видение без преданности – это утопия. Вместе мы дадим этому миру то, чего он заслуживает. Антонин Долохов и Теодор Нотт переглянулись. Долохов, уже в этом возрасте обладавший тяжелым взглядом, кулаком припечатал стол: — Хватит слов! Геллерт дает нам цель, Том дает нам план. Давайте просто начнем действовать. Игорь Каркаров нервно дернул плечом, оглядываясь на вход: — А если Дамблдор узнает? — Дамблдор – это прошлое, Игорь, – отрезал Грин-де-Вальд, и Беллатриса тут же поддержала его хищным смешком. – Мы – то, чего он боится больше всего. Мы – свободная воля магии. Том Реддл медленно встал, и Долорес Амбридж тут же вскочила вслед за ним, готовая выполнять любой приказ. Грин-де-Вальд выхватил палочку и направил её в центр стола. Реддл сделал то же самое. Вспышка белого и зеленого пламени соединилась, образуя символ – вертикальную линию, вписанную в круг и треугольник, окутанную змеей. — Ради Высшего Блага, – произнес Грин-де-Вальд. — Ради Вечного Величия, – добавил Реддл. Беллатрисса с ухмылкой добавила: — И пусть все остальные трепещут перед нашей силой! Остальные в едином порыве подняли палочки, укрепляя союз.