9

      Истребительная команда "Альбий" дала о себе знать. Её поиски увенчались успехом.       Но без трудностей никуда.       Капитан Грим хотел избежать прямого столкновения с ордой, и после Хьюэ это стало очевидно не только ветеранам, но и всем остальным участникам оборонительной кампании: от Бесчисленных Сынов до пилотов нашей боевой техники. Капитан рассчитывал устранить вождя орков метким выстрелом из снайперской винтовки или же вовсе разбомбить, когда станут известны координаты, но противник не играл в поддавки.       В отличие от большинства вождей, этот не показывался на виду, а его логово находилось на территории батареи противокосмических орудий на расстоянии нескольких тысяч километров от линии фронта.       Для справки: в батарее "Тейде-4" точно такие же плазменные макроорудия, которыми вооружён иной линкор. Это циклопические строения высотой с небоскрёб, и они сбивают крупный космический корабль с первого же попадания. В своё время в пламени тысячи солнц сгорали орочьи скалы, если нечто подобное прилетит по "Балладе", то на орбите и пепла не останется.       Несмотря на смертельную опасность, капитан всё-таки задействовал "Балладу". Фрегат находился на предельной дистанции поражения плазменными макроорудиями, по необходимости правил курс и ждал своего часа, потому что совсем без поддержки с воздуха и тысячетонных бомб не обойтись – двух дюжин космических десантников явно недостаточно, чтобы повернуть вспять или хотя бы остановить сносящий всё и вся поток. Как-то иначе справиться с ордой невозможно, и рассчитывать ещё на один гибельный шторм не приходилось.       Варп – оружие в высшей степени непредсказуемое, и в следующий раз оно могло обратиться не только против орков, но сожрать и Баяра, и всех, кто бы Баяра защищал.       По сигналу Россы Ноцци истребительная команда "Альбий" приступила ко второму этапу операции, к уничтожению орочьих зенитных установок на том направлении, откуда собирались прорываться челноки. Какие-то зенитки были заблаговременно заминированы, на другие пришлось выйти с оружием наперевес. Больше никого не заботила маскировка, время пряток в зарослях прошло.       "Грозовые Вороны" и транспортный "Громовой Ястреб" к тому времени уже набрали предельную скорость и стелились почти у самой земли, срывая листву с деревьев. Зеленокожие, которые стали свидетелями полёта, стреляли вслед, но пулям не угнаться за нами.       Конечно же, при приближении к цели челноки замедлились для высадки десанта, но они не собирались задерживаться над лагерем орков надолго. Команда "Альбий" при всём желании не выбила бы зеленокожим всё ПВО – на месте нас ожидала целая армия, и следовало действовать быстро.       Когда рампа упала, и внутрь челнока ворвался грохот сражения, я про себя помолился Богу-Императору, а потом кинулся вслед за космическими десантниками.       Небеса рассекали прерывистые чёрточки трассирующих очередей и дымные следы ракет. Повсюду свистели пули и падали снаряды, рассыпая комья земли.       Меня такое вот орочье приветствие ошеломило. Я не вступил в сражение вместе с остальными, а прижался к почерневшей земле, вдыхая запах гари.       Одно из трёх макроорудий в батарее орки уничтожили в начале войны, и по некогда живописной зелёной равнине пронёсся огненный ураган. Совсем не парочка сгоревших при взрыве плазменного ружья генокрадов – здесь гуляла необузданная стихия, сродни той, которая оставила на месте Хьюэ глубокую воронку.       На пепелище зеленокожие разбили лагерь, и, как и их техника, он больше напоминал свалку, чем военную базу. Куда ни глянь, с одной стороны света и до другой горы мусора и холмы награбленного, цеха из листового металла с выведенными наружу дымовыми трубами, а также шатры, покрытые выделанными шкурами гроксов, широкими стеблями и соломой. То тут, то там утлые хижины гретчинов, – рабов в обществе зеленокожих, – но интересовали меня не покосившиеся лачуги и не коротышки с длинными носами и широкими ушами, а бронированный купол прямо по курсу, откуда вырастало плазменное макроорудие, нацеленное в зенит.       Если удастся захватить его, "Баллада" подойдёт ближе для бомбометания. Если же нет… ну… тогда мы – покойники. Каждый воин Караула Смерти против по меньшей мере тысячи орков. Даже в казино вероятности не настолько безжалостные.       Я проводил взглядом "Ворон", на котором прилетел сюда вместе с командами "Софос" и "Морган". И мига не проходило, чтобы по его обшивке не стучали сотни и тысячи пуль. Челнок в отместку выпустил ракеты, дал длинную очередь из спаренной многоствольной пушки, но почти тут же дюзы ослепительно вспыхнули, и "Ворон" скрылся за горизонтом, отстрелив тепловые ловушки. У пилота наверняка перед глазами картина точно такой же машины, разбившейся в Хьюэ, а поэтому он не рассчитывал на крепость брони.       В воздух поднялся и "Ястреб" тоже, и тут я понял, что назад дороги нет, что лежать и ждать, когда орки подойдут ближе, нет никакого смысла. Меня убьют, вырвут зубы, разделают и, наконец, зажарят на костре, и ещё повезёт, если всё произойдёт именно в такой последовательности.       Я весь дрожал, потому что стоило подняться на ноги, как меня снова опрокинула взрывная волна. Зуб на зуб не попадал, я начал ругаться примерно так же, как памятный сержант-сквернослов, но всё-таки нашёл в себе силы встать.       Я пристроился за тяжёлой техникой – боевыми костюмами модели "Инвиктор" – понадеявшись на то, что они станут надёжным укрытием в чистом поле. Предпочёл бы нутро бронетранспортёра, – хотя бы даже "Носорога", – но что есть, то есть.       "Инвиктор" – новая техника в арсенале космического десанта. Это боевой человекоподобный шагоход, собранный на базе дредноута, только внутри не саркофаг со смертельно раненым воином, а остеклённая кабина с пилотом.       "Инвиктор" – громада! Ни разу не титан, и даже не имперский рыцарь, но очень внушительная машина. Крупнее многих танков и уж точно мощнее.       На "Балладе" было два "Инвиктора", они и пошли в дело. Боевой костюм со спаренным автоматическим орудием пилотировал Мерт, а модификацию для ближнего боя с испепеляющей пушкой – сержант Корд Юраи.       Вместе с терминаторами они обеспечили огневое превосходство над орками в начале сражения, но время работало против, так как лагерь пробудился, и скоро здесь будут тысячи, десятки тысяч противников, которые разберут самые современные боевые костюмы вот хотя бы даже голыми руками.       Кстати, о терминаторах. Наши бронники отремонтировали доспехи, а капеллан Ликург снова во главе, на острие атаки. Он посылал в зеленокожих снаряд за снарядом, а ещё читал литании, которые, благодаря встроенным усилителям, гремели на всё поле боя, заглушая крики агонии и взрывы снарядов:       – Император, дай мне Свой праведный гнев…       Ликург стих на мгновение, и боевые братья подхватили:       – Дай мне стать штормом, что сокрушит врагов, оскверняющих Твой взор!       Орки пытались остановить атакующий клин космических десантников морем смертоносного свинца, но пули рикошетили от доспехов из адамантия. Воины "Ликурга" в ответ зло огрызались, и под ноги падал один зеленокожий за другим.       Особое опустошение в рядах противника творил Чинуа, Сын Антея, мастер тяжёлого оружия. Вращающиеся стволы его штурмовой пушки покраснели из-за беспрестанной стрельбы, громадный короб с боезапасом, подвешенный за плечами, становился всё легче. Чинуа пожинал подлые души чужаков направо и налево, и не было ни укрытия, ни защиты, что позволила бы иному орку уцелеть.       На космических десантников начали набрасываться уже не простые пехотинцы, а гренадёры орды в уродливой вариации на тему силовых доспехов, с крупногабаритными сервоприводами и отдельным двигателем на каждую конечность. Но даже такие воины ненадолго задерживали роту "Терциус".       Высекая искры, болт-снаряды находили слабые места, а иногда просто-напросто пронзали лобовую броню и шили по живому. Орки разваливались на куски или с криками падали в грязь. Из рваных искорёженных отверстий в их доспехах струилась тёмная кровь.       Мы двигались свиньёй. Впереди терминаторы, по флангам "Инвикторы", туда-то зеленокожие и решили нанести следующий удар – прижать к наковальне и размазать по ней молотом.       На шагоход, которым управлял Мерт, устремился орочий пикап со свинцемётом, установленным сверху на кабине. Стрелок аж язык высунул из пасти, настолько увлёкся работой. Он как будто бы даже не замечал, что пули не вредят ни обшивке, ни бронированному остеклению. Мерт поэтому и не обратил на автомобиль должного внимания, счёл ракетомётчиков куда опаснее и сосредоточился на них.       Водитель не затормозил и не заложил лихой вираж, а направил машину на столкновение. В последний миг он выпрыгнул из салона грубо собранного тарантаса, и тот на полный скорости влетел в "Инвиктор". Внутри была взрывчатка, и объятый пламенем шагоход повалился на спину, едва не раздавив Софоса.       Лейтенант тут же вскочил на разбитую кабину и вытянул Мерта.       Молодой воин, окровавленный и израненный многочисленными осколками стекла и металла едва двигался, но всё же двигался и постепенно приходил в себя. Нужно нечто большее, чем заминированный автомобиль, чтобы убить Ангела Смерти.       И этим нечто стало ржавое чудовище, исходящее чёрным дымом из батареи выхлопных труб, в котором мне не сразу, но удалось опознать трофейный "Леман Русс". Основной боевой танк имперской армии обладал потрясающей огневой мощью, и одного его выстрела оказалось достаточно, чтобы обезоружить "Инвиктор" сержанта Юраи.       Корд только было вошёл во вкус, превращая орков в уголь, как едва не потерял равновесие и не упал. Манипулятор "Инвиктора" уменьшился вдвое, зажигательная смесь для испепеляющей пушки пролилась на металлические лапы, и боевая машина воспламенилась.       Софос отдал команду:       – Сержант, немедленно покиньте машину!       Бронированное остекление треснуло, внутрь проник дым, температура росла, но на приказ старшего офицера Корд ответил так:       – Минуточку, лейтенант.       Несмотря на рёв сирены и тревожное мерцание приборов, Корд бросил шагоход в последнюю атаку. Он резко отскочил в сторону и увернулся от следующего выстрела трофейного "Леман Русса", а потом помчался к цели.       На "Инвиктор" попытались накинуться орки с топорами, но хватило лишь одного взмаха, чтобы отправить их в полёт с переломанными костями. Со спины подбирался зеленокожий с противотанковой миной, но Корд как чувствовал и отреагировал молниеносно. Схватил и выдавил из врага все соки. Наконец Корд протаранил вражеский строй и добрался до танка.       Башня поворачивалась навстречу, орки бы выстрелили и в упор, только бы забрать с собой ещё и шагоход, но сержант завёл "Инвиктор" с фланга, смял клешнёй борт, и, под оглушительный рёв сервоприводов, перевернул танк сначала на бок, а потом и вверх дном.       К тому времени Корд уже не просто давился дымом, а горел, но он довёл дело до конца и избавился от той напасти, которая угрожала всем бойцам роты "Терциус". Как бы ни были хороши силовые и терминаторские доспехи, но "Леман Русс" перестрелял бы всех одного за другим.       После побоища сержант Юраи сдирал с себя оплавленные доспехи и ошмётки комбинезона вместе с кожей, но оно того стоило.       Мы пробились к куполу плазменного макроорудия, и оставалось только захватить его. Тогда численное превосходство перестанет что-то значить. "Баллада" сотрёт с лица земли и лагерь, и всех, кто когда-то здесь жил и готовился к разбойным нападениям на граждан Меобека.