НУ И НУ…

- Ты! Покажи мне ее! – Киврин намертво вцепился в раму зеркала, зло тряся его. – Покажи мне свою хозяйку! Он резко поставил зеркало на место и вскочил, когда в зеркале вдруг появилась Кира. Будто бы стоящая прямо за его спиной. Киврин отшатнулся и обернулся. - Если спросить что-то хочешь, спрашивай, - холодным монотонным голосом произнесла «Кира» из отражения. Киврин медленно повернулся и опустился обратно на стул, игнорируя неприятные мурашки на спине от ощущения чужого присутствия. Он, наконец, заметил разницу между его Кирой и этим отражением. Пустые безжизненные глаза, абсолютно безэмоциональный голос. - Как она? Как Кира? – Его голос внезапно просел. - Коль я здесь, она пока жива, - ответствовало зеркало. - Я… - Киврин снял очки, опускаясь перед зеркалом на одно колено, чтобы быть вровень с низкой столешницей. Отражение в зеркале тоже приблизилось. - Ты – тот, о ком она постоянно спрашивает. Ты – тот, кто бесцеремонно влез в сердце ведьмы. Только любовь способна настолько ведьму ослабить. И придать ей сил. Киврин слушал, не перебивая. Зеркало восприняло его нерешительность, как вопрос и выдавало правду, которую, возможно, Кира не хотела бы рассказывать. - Покажи мне ее, я хочу знать, что с ней… - Знать, что с ней? Или что с ней сделала твоя любовь? – Отражение было чрезмерно прямолинейно. - Я хочу знать, что она цела… - Уверен ли ты, что чувства твои – настоящие? Что не станешь свободным, когда ее жизнь подойдет к концу? Что действительно любишь, не смотря ни на что? Что тебя интересует она, а не ее сила или красота? - Иван Степанович, - Ковров похлопал Киврина по плечу. – Странное это зеркало. Ты это… ну его! - Ты не понимаешь, Витя. Иван прикрыл глаза. Для него все было ясно, как белый день. Зеркало полностью пропиталось страхами хозяйки. Сейчас оно выдавало ему все мысли своей владелицы. - Кира говорила, что зеркало это мне не подвластно… Не подвластно… - Он вдруг словно что-то понял, Киврин говорил медленно и размеренно. – Зеркало долго принадлежащее одной ведьме, не только пропитывается ее страхами и сознанием, оно так же становится зависимо от своей хозяйки. Если она погибнет, то и вы тоже исчезнете. Прошу вас, покажите мне ее. - Твоя правда, - чуть помолчав, проговорила зеркальная Кира, затем подчинившись, склонила голову и открыла взору Киврина свою хозяйку. Шемаханская так и сидела у больших часов, обнимая свои колени и пряча в них лицо. Пальцы Ивана побелели от перенапряжения, сжавшись на раме. Он внезапно осознал, что же он увидел сквозь мутное стекло часов. Некогда пшеничные волосы Киры очевидно были седыми, а не покрытыми инеем. Киврин панически надел очки и побледнел так, что Ковров даже дышать перестал. Он-то ничего не видел в зеркале, которое Иван изначально отвернул к себе. По состоянию кистей рук Киры он прекрасно понял, что можно ожидать увидеть на спрятанном лице. Он сглотнул, когда Кира наконец подняла голову, но не потому, что испугался, а потому, что мысленно уже представил, насколько разбитой он найдет свою ведьму. И как долго придется восстанавливать ее уверенность в его любви. Киврин не слышал, что происходило. Но по резко вскочившей и попятившейся Кире он понял, что к ней кто-то пришел. А по ужасу, смешанному с некоторой злостью, догадался, что она этого кого-то еще и знает. Бледная мужская рука протянулась к ней, но Кира, вместо того чтобы вложить свою ладонь, ударила нападавшего каким-то заклинанием. А в ответ ей на голову упал огромный пласт снега, погребая под собой. - Ведьму свою непоседливую высматриваешь, - прозвучал внезапно из зеркала грудной мужской голос. – Не волнуйся, позабочусь я о ней. Пока ты не придешь. А может с тобой она идти уже не захочет. Киврин отчетливо видел, как сугроб медленно поднялся, превращаясь в человеческую фигуру. А с ней поднялось и тело Киры, словно ее взяли на руки. Здесь картинка оборвалась. - Ее силы на исходе, мои тоже. Поторопись, - зеркальное отражение Киры растворилось, зеркало вновь стало самым обычным. - Это что за чертовщина, Иван Степанович? – Ковров шептал, боясь говорить в полный голос. - Новогодняя сказка стала ледяным кошмаром, вот что это… - Киврин с трудом разжал руки, отпуская зеркало.

***

Кира вскрикнула, когда ее бросили на постель. - Добегалась, ведьма. Думал, я тебя не найду?! – Нападавший схватил Шемаханскую за горло и оторвал от постели. – Где же твоя хваленая вечная молодость? Ах, да… Она в моих руках! - Ты, - Кира протянула руку и сжала пальцы на чужой шее в ответ. – Когда же ты отстанешь от меня?! Шея эта под ее рукой внезапно превратилась в рыхлый снег, освобождаясь от хватки. На своей же Кира все так же чувствовала болезненно крепко сжатую руку. - Что же ты, красна девица, так сопротивляешься? - Голос Киврина, поразительно хорошо имитируемый похитителем, совершенно ему не шел. - Прекрати использовать его голос, нахал! Ты все равно уже не обманешь меня! Хватит использовать его в своих грязных целях! - А то что?.. Опять ударишь меня? В отличии от тебя, я работал над собой и сейчас лишь мой прадед Мороз может остановить меня. Но он давно ушел на покой. Даже посох его найти не могут. Ледяной палец прошелся по лицу Киры, возвращая ему молодость. - Прекрати сопротивляться. Ты и сама знаешь, только со мной будешь вечно молодой. - Хватит, Борей! – Кира сжала запястье своего похитителя, стараясь отодрать от себя руку. - Да я заморожу твоего часовщика, он стрелочку крутануть не успеет, чего ты вцепилась в него? - Борей встряхнул свою пленницу. - Захотела и вцепилась! Не твое собачье дело! – Кира вновь рванулась. - Была бы послушной внучкой, вышла бы за меня замуж, как твоя прабабка хотела, давно бы получила все, что заслуживала. А сейчас ты заслуживаешь только жестокости! Борей снова придавил Киру к постели за шею, а сам огладил стройную женскую фигуру. - Вспомнил события столетней давности? После того, как ты напал на меня и разорвал платье, желая лишь одного, никаких договоренностей между нашими семьями нет! Кира извернулась и зарядила Борею каблуком прямо в пах. Тот зарычал и исчез, обратившись ветром, поднимающим снег в воздух. - До сих пор на моей груди есть напоминание о твоем скверном несговорчивом характере, дорогая. Обожаешь бить меня в самое сердце. Не убить ли пытаешься, часом? - Заслуженно. – Кира оттолкнулась от кровати. - Могла бы - убила. Она только смогла встать, как ее обхватили за талию сзади, прижимая к груди. - Хочешь чтобы твой маленький часовщик жил, слушайся меня. Кира почувствовала, как шею обхватило что-то холодное и твердое. Она закашлялась, вцепилась, стараясь содрать удушающий предмет. - Чего ты хочешь? – Шемаханская судорожно искала способ выбраться из ситуации, удерживая на шее удавку от дальнейшего сжатия. - Тебя, очевидно. Так уж и быть, твой смертный любовничек может остаться здесь в качестве слуги. Не смогу отказать своей прекрасной супруге. Борей повернул Киру к стене, на которой вновь было цельное зеркало, чтобы та могла рассмотреть и новый наряд – длинное голубое сверкающее платье с глубоким декольте, сверкающие туфли на высоком тонком каблуке, диадему в светлых волосах, и ошейник, что был замаскирован под сверкающий камнями чокер. Несостоявшийся жених был высоким и достаточно широким в плечах, чтобы Кира на его фоне внезапно почувствовала себя невероятно маленькой. Ей совсем не понравилось это ощущение. - Сможет ли он дать тебе то, что ты заслуживаешь? Все, что ты заслуживаешь, - дерзко рука Борея распахнула разрез на ноге Киры, чтобы огладить ее бедро. – Стоит тебе выбрать его, как твоя вечная молодость навечно тебя покинет. Долго ли он пробудет с такой старухой? На глазах отражение Киры вновь постарело, являя ужасную картину. - Нужна ли ты ему такой? - Хватит! – Кира вырвалась. - Он уйдет от тебя, стоит появиться на горизонте молодой красавице, Кира. А вот я желаю только тебя. И всегда буду рядом. Знаешь, сколько прошло в вашем мире времени? Несколько дней. И он до сих пор не пришел за тобой. - Исчезни! – Шемаханская вновь направила руки для магического удара в грудь ненавистного мага. - Как скажешь. Одного взгляда на свои руки Кире хватило, чтобы понять, что Борей, исчезая, вновь забрал с собой ее молодость. Она ахнула, когда вокруг нее закрутился вихрь. Тот перенес ее в главный зал, где ледяные цепи за талию и плечи тут же приковали свою жертву к одному из столбов. - Помню, что Царица обожала, когда вокруг было множество зеркал, демонстрирующих ее красоту. А ты, Кира? Любишь много зеркал? Кира зажмурилась, когда вокруг нее вдруг выросли огромные зеркала. Она не хотела видеть себя такой. Этот мерзкий человек давил на каждую ее больную точку, на любую неуверенность в себе. Любое легкое сомнение растягивал до размеров кошмара, приближая к тому, чтобы она сдалась.

***

Иван в очередной раз попытался проникнуть в часовую сеть, чтобы еще раз увидеть Киру. Но опять наткнулся на скопление льдинок в форме человека прямо посреди зала «окон». - Приветствую, волшебничек, - язвительно прозвенел его голос. – Что, ищешь способ спасти Киру? Ты, правда, думаешь, что твои ничтожные силы нужны ей? Она роскошная женщина, такой как ты, лишь пыль под ее ногами. Иван вдруг не сдержал смех: - Какой ты непостоянный. То она недостойна меня. То я недостоин ее… Один ты, полагаю, достойный всего и вся? Хочешь чтобы моя царица твоей была? Этого не будет, я тебе обещаю. Иван хотел было направить удар прямо в грудь самозванца, как недавно сделала Кира, но не успел. Перед ним возникло окно. В нем виднелась его Кира. Счастливая, в шикарном платье, украшениях и… без его подарка на запястье. - Вот, чего заслуживает она. Киврин молчал, наблюдая за красивой картиной. Осознавая на все сто процентов, что это ненастоящая картина, лишь созданная, чтобы его позлить. Не на того напал. - Можешь быть слугой у ее ног. - Согласен, - Иван легко уничтожил показанное окно. – Согласен быть слугой у ее прекрасных ног. Хоть прямо сейчас.

***

Ковров, жалел, что при нем не было сигарет, он до жути хотел закурить от всего этого нервного перенапряжения. Но все, что мог - это выкручивать пальцы. Виктор вскочил, подавив вскрик, роняя стул, когда тело Киврина внезапно превратилось в миллиард маленьких льдинок и оказалось затянуто в часы. - Иван Степанович?! – Он собственный голос не узнал. Все, что Ковров придумал – ничего не трогать и молча ждать.