О чувствах троих

Подготовка к праздничному вечеру шла полным ходом. - Кира, - Клео почти повисла на ее плече, поймав за поливом растений. – Кошечка, моя. А что если мы устроим костюмированный вечер, а? Вспомним молодость. - Какую еще молодость? Ты представляешь меня сейчас в кринолине, как сто лет назад? Нет, я такое не напялю. И корсет тоже. - Ну, пожалуйста. Тебе они очень-очень шли! - Ага. И дышать не давали. - Справедливости ради, у тебя и мужчины тогда не было. - Причем здесь мужчина? - Девица, рискующая упасть в обморок, будет явно рада, если рядом будет ее мужчина, а не толпа неизвестных мужчин, да таких же девиц. Кира закатила глаза: - А разве надо Ивану Степановичу это? Ты его спрашивала? Ловить меня в полуобморочном состоянии. - Я знаю то, чего не знает о тебе он. – Клео обошла Киру с другой стороны. – И ты ему явно не расскажешь сама. Кира резко обернулась: - А ну не смей! Это все равно кануло в небытие! - Ладно не буду. Если ты пойдешь мне навстречу. - Ты знаешь, как я не люблю открытые платья… - Обманываешь. - Кира, - Иван вошел в кабинет, привычно без стука. - Конечно, Кира, наколдую для тебя самое красивое платье! Ой, Иван Степанович, добрый день! Пришла утвердить стиль вечера. Предложила выбрать понравившуюся эпоху. Кира хотела было возразить, но ощутила, что нечто под платьем крепко сдавило талию. Не сильно, но вполне ощутимо. Знакомить бывшую и нынешнего было глупым решением. Одна знала все то, что Кира предпочла забить поглубже. А второй – что она успела открыть в себе ныне. Стоит им побеседовать один раз – и все, жития ей не будет. - Клео, Ивану Степановичу это точно неинтересно… - Отчего же? – Киврин захлопнул принесенную папку. – Мне все интересно. - Нет, - Кира посмотрела на Клео с негодованием, почувствовав, как по телу скользят маленькие песчинки. – Вы двое. Марш из моего кабинета. - Нет, ну погоди, - Иван сделал шаг вперед и, изловчившись, ухватил Киру за талию, отмечая, что его рука наткнулась на что-то твердое. – Я вас прервал? В голосе Ивана сверкнула смешливая нотка. Кира окаменела. Она поняла, о чем говорила Клео, которая сейчас накручивала локон на пальчик, премило улыбаясь. - Я ведь уже сказала – пойдите оба прочь. - Вы не очень убедительны, Кира Анатольевна, - Иван снял очки и вложил в протянутую ладонь Клео. - Немедленно прекрати. Плохим знаком было то, что простое обращение по имени-отчеству начало заводить Киру. Клео махнула в сторону двери, послышался щелчок замка. - Я ни за что не поверю, что вы двое не сговорились! – Кира уже не сопротивлялась, стараясь удержать последние крохи сознания, наслаждаясь поцелуями в шею. - Не верь, - промурлыкал Иван, крепче сжимая талию. - Клео, остановись, ты мне сейчас ребра сломаешь, - Кира застонала от невозможности сделать более глубокий вдох. Клеопатра и правда знала лишнее. Например то, что ее подруга была заметно менее скованной на приеме, когда они решили, что ей нужно выглядеть постройнее. - Мне стоило об этом догадаться, конечно, - усмехнулся Иван. - Да ну вас обоих к черту… Дайте поработать! Кира попыталась вырваться, но наткнулась на Клео. - Моя ты кошечка, не фырчи… - Вы оба. Прекратите немедленно. – Кира сделала шаг назад и уперлась в грудь Ивана. - Мы оба… слишком хорошо тебя знаем, - Клео крепко прижалась и потянулась к пуговицам блузки. Кира вскрикнула, когда ее за талию резко приподняли и потянули в глубь сада. - Да вы двое… Клео медленно шла следом, не прекращая зрительный контакт. Киврин осторожно усадил ее в кресло, что стояло в углу и прижал запястья к подлокотникам. А сам завладел ртом, вынуждая задерживать дыхание. Кира беспомощно дернулась. А потом ощутила острые коготочки на внутренней стороне бедра. Клеопатра только казалась тонкой и маленькой. На деле она была ужасно сильной, а потому закинуть ноги Киры на свои плечи ей вообще не составило труда. - Ничего не изменилось, - она сверкнула резко сузившимися кошачьими зрачками. – Все, как я помню. - А что должно было? – Зашипела Шемаханская. Кира прекрасно помнила, какие ощущения она испытывала, когда приятное ей делала именно Клеопатра. Ее кошачьи шипы на языке делали и больно и приятно одновременно. Поэтому с первого же прикосновения Кира не сдержала вскрик. Иван тут же оторвался от ее губ, смотря на Клео. - Все под контролем, - ответно подмигнула та. – Она еще потом мелко дрожать начнет, не пугайтесь. Кира вырвала руки из ослабившейся хватки Ивана и сама его притянула к себе, выстанывая в его губы. - Вы двое… смерти моей хотите. На мгновение ей стало ужасно стыдно смотреть в глаза Ивану, который, очевидно, снова переступил через себя, чтобы любимой женщине было хорошо. Но тот, напротив, был, вполне доволен. И склонился к ее груди, разводя в стороны края блузки, чтобы добраться до напряженного соска. - Черт, Ваня, - Кира снова вскрикнула, когда шершавый язык прошелся медленно и с оттяжкой. – Черт, черт, черт… Доведя ведьму до самого громкого вскрика, Клео выбралась из-под юбки и плотоядно улыбнулась: - Будешь меня еще пару дней вспоминать добрым словом. Пойду я, развлекайтесь. Кира схватила ее за косу в последний момент. Повернувшись к Киврину, она прошептала. - Твоя очередь. Оба чародея переглянулись, словно, не понимая. Кира медленно сползла с кресла , прогибаясь в спине и прижимая Клео к полу. - Живее, Иван Степанович. Я в вашем распоряжении. Она ахнула, ощущая, как в ее тело медленно входят. Целовать Клео было идиотской идеей – противная ведьма не убрала шипы с языка, от чего те практически сразу оцарапали небо. - Убери шипы и дай мне тебя… - Не дам. А еще я тебя и когтями могу оцарапать, ты вряд ли научилась чему-либо, моя милая подружка. Клео замахнулась рукой… Кира зажмурилась… А потом распахнула глаза. Было темно и тихо, только часы бесконечно тикали. Последнее время нервное перенапряжение начало сказываться так, что сны, которые должны были посещать не ее, а Ивана, подвергшегося ее гипнозу, стали мучать собственную хозяйку. Царица бы насмех подняла. Откинув одеяло, Кира почувствовала, что все это время живот тянуло. Но это было абсолютно не похоже на возбуждение. Скорее, просто непонятная тяжесть. Она дошла до туалета, но это никак не помогло. Ощущение было неприятным и пугающим. Но было проще списать на последствия странных снов. - Кира? – Иван, видимо, проснулся, когда услышал ее шубуршания. - Спи, спи… Просто живот прихватило. Но, вместо того, чтобы вернуться в кровать, Иван подошел к ней ближе и подхватил за руку. - Расскажи, что болит? - Вань, да ерунда, иди… - Тянет? Или просто тяжесть? – Он внимательно заглядывал в лицо. Кира посмотрела на него с удивлением. - Что ты успел прочитать? - Я активно читаю статьи о беременности. Вдруг твоя бабушка права… - Нет! Какая чушь! – Шемаханская вырвала руку. - Никакой беременности, сплюнь! Кира вернулась в постель, но теперь сон не шел, потому что она была взволнована. Иван Степанович залез под одеяло следом, прижался сзади к спине, положив на ее живот руку. - Может у тебя спину прихватило и отдает? - Он с особой заботой помог перевернуться на спину. – Смотри. Вот так согни ноги. И полежи. Если поясница – скоро отпустит. Кира с небывалой надеждой следовала инструкции, надеясь, что это сработает. Что если и правда… что если она от него… Кира вспомнила сон и закусила губу. Согласится ли Иван на подобное? - Вань… Я сейчас спрошу у тебя кое-что… а ты только не злись… - Кира, да что такое? – Киврин поглаживал пальцами гладко выбритое колено любимой, подтянутое к груди. - Ты… просто превосходно делаешь мне приятно… вот… но… я… ох… она… - Кира начала мямлить, быстро растеряв храбрость. - Ты можешь сказать прямо… - Иван перехватил ее ладонь. - Я бы так хотела чуть большего. Клео имеет одну особенность… - Ты спрашиваешь у меня, можно ли тебе переспать с твоей подругой? - Нет! Д… да. Но не с одной. Чтобы ты тоже… - А ты подругу свою спросила? – У Ивана Степановича сон уже вовсе ушел, он подпер голову рукой, уперся локтем в подушку, внимательно смотря на кусающую губы Киру. - Я решила начать с тебя. - Это какая-то проверка, что ли? Если я соглашусь, ты меня потом ударишь? – Иван засмеялся. – Я бы согласился при одном условии. Касаться я буду только тебя. - Это… как-то… хм… - Да, придется тебе поработать дважды, - Киврин широко улыбнулся, ожидая реакции на свои слова. Но Кира только нахмурилась. Словно что-то обдумывала. - Завтра… То есть… Утром спрошу. Иван Степанович помолчал минуту. А потом резко сменил тему: - Когда Клео выдадут квартиру? Кира не была готова к смене темы и ответила не сразу: - Уже… Но она не хочет переезжать. - Конечно, она не хочет. Там-то все тобой пахнет, вот она и не хочет. Она тебя все еще любит, ты уверена, что хорошо играть на этом? - Я знаю. У меня смешанные чувства. Знаешь, почему мы разошлись? Потому что… она слишком милая. - Знаешь… вы обе, как дети. Поэтому меня ни разу не удивляет, что долго ваши отношения не продлились. - Мы могли повторно попробовать, но обстоятельства… В революцию я бежала с бабушкой. А она – со своей тетей. Так и разошлись. Совсем. Выжили только благодаря хитрости этих двух женщин. Я даже не знаю, что она испытывает по отношению к тому, что ее тетя… Иван выдохнул, радуясь, что тема их разговора уходит все дальше от желания Киры получить двоих магов сразу. - Ты думаешь, эта паучиха мертва? - А ты думаешь – нет?! Ее тело пропало, Клео не хочет говорить, где она. – Кира отпустила свои ноги, вытянула, но снова согнула в коленях. - Тут надо понять – кого Клеопатра любит больше. Тебя или тетю свою. Она… интересная девушка. И могла поступить как угодно. - Ее тетя не одобряла наши отношения. И они часто ссорились. Она могла бы поставить меня выше нее. - А Царица? - Бабушка… Она никогда ничего не говорила об этом. Я думаю, она сохраняет нейтралитет относительно женщин в моей постели. От них не заведешь детей, знаешь ли. Все, что ее волнует, чтобы в этой постели уже наконец-то оказался мужчина, который заделает достойное продолжение. - Эй! – Иван поднялся, упираясь рукой в кровать. - Я готов заделать достойное продолжение, но я уж точно не буду тебя принуждать. На эти слова живот Киры опять ответил тяжестью и заставил ее тоже сесть. - Все, мы не разговариваем о детях. Мне кажется, я нервничаю, поэтому живот и болит. Иван Степанович выдохнул: - Обезболивающее? - У меня есть настойка… А… Нет, закончилась. Потерплю. Я не принимаю лекарства, которые предлагает медицина. - Кира Анатольевна! Удивляете! Доктор наук, а науке не доверяете! Кира резко включила бра, не без удовольствия смотря на охнувшего щурящегося Ивана. - Ты мне поговори, заместитель по науке. Все, я все равно уже не усну, пойду кофе выпью, - Кира отбросила одеяло. - Кофеин усугубит боль. Мужская рука крепко обхватила стройную женскую талию, утягивая ее владелицу под одеяло. - Давай еще полежим. Я обещаю, что все пройдет. - Не колдуй только. Мы не знаем, почему болит. Иван кивнул и уложил теплую ладонь на низ живота Киры, мерно дыша ей в шею. Та, вопреки своим словам, внезапно уснула, убаюканная этими ощущениями тепла.

***

С ней происходило что-то совсем странное. Мерзкое тянущее чувство не прошло после сна и не проходило днем. Оно больше не было болезненным, но раздражало, присутствуя как призрак. Влияло на ровность походки, на выражение лица – то несколько выдавало ее состояние. Приливы внезапного жара к середине дня совсем замучили. Кира то снимала пиджак, то снова его надевала. Клеопатра, заметившая за подругой странное, принесла целый кувшин воды и налила ее в стакан. - Пей побольше воды, кошечка моя. - Ты меня так на людях только не называй, - Кира послушно сделала глоток. - Ага. С когда ты собираешься посетить врача? - Что? Из-за этой ерунды? – Шемаханская махнула рукой - Пройдет. - Да, конечно… пройдет… Недель через двенадцать… - Какие интересные сроки ты выставляешь. Исходя из чего? – С широкой улыбкой Кира посмотрела на Клео. - Из первого триместра беременности, Кира. – Та ответила серьезным взглядом. Шемаханская замерла, затем медленно положила ручку. - И ты туда же. - Иван Степанович заметил? – Клео долила воды. – Он… глазастый! - У меня прихватило живот, он сразу же заговорил о ребенке. Нет во мне никакого ребенка. Перестаньте! - Почему эта тема заставляет тебя так активно отрицать? Царица… - Бабушка могла ошибиться! – Кира перебила и сжала руки в кулаки. - Твоя бабушка живет в семь раз дольше тебя. Я думаю, ей виднее. И если она сказала… - Замолчи. Нет никакой беременности, хватит! – Кира ударила ладонью по столу. - Можно я скажу одну вещь? – Клеопатра только сделала вдох, но ее перебили: - Нет! - Не кричи на меня. Я все равно скажу. Кира часто задышала и вдруг закрыла уши ладонями. - Я сказала - нет! Клеопатра молча подвинула стакан с водой ближе. Спустя пару минут Кира успокоилась и сделала глоток прохладной жидкости, удерживая стакан двумя руками. Клео медленно обняла ее, погладила по спине и тихо прошептала: - Кира, милая, чтобы ни случилось, тебя очень любят, слышишь? Даже если когда-нибудь у тебя родится ребенок, ты не встанешь на второе место. Слышишь? Никто не будет воспринимать тебя лишь как «мать этого ребенка». Ты не перестанешь быть личностью. - Я знаю… - Кира закрыла глаза. - Тогда что тебя пугает? Это из-за того, что случилось тогда в гостинице? Боги… Клеопатра резко отодвинулась. - Скачки магии? Ты их боишься? Боишься, что они придут к тебе, когда ты не сможешь защититься? - Его… Когда я не смогу защитить его… - Шепотом ответила Шемаханская, закрыв глаза. Клеопатра снова обняла ее, а потом внезапно тихо заурчала. Ее Кира обмануть не могла. Клео ощущала все изменения – запах, температуру тела, ей хотелось находиться очень близко. - Я буду тебя охранять. И тебя, и Ивана. Я не позволю навредить никому моей кошечке. Тонкие пальцы Клео перебирали торчащие позвонки на спине Киры, она всеми силами старалась успокоить. - Все будет хорошо. - Остановись… - Кира закусила губу, ощущая, как от мурчания Клео и ее прикосновений к спине, давно забытое ощущение начало вновь подниматься в груди. – Я не могу… - Я позову Ивана, да? Он тебе нужен. – Клео разорвала объятия. - Сейчас… Я отвратительна… - Что такое, кошечка? Что случилось? - Моя магия уже дает сбои. Сны, которые должны сниться моим жертвам… Они мне снятся, мне! И в этих снах… Я не знаю, как это назвать. Там вы оба. Оба. Со мной. И я понимаю, что ничего не понимаю. - Так-так-так, я сейчас позову его, - Кира сделала шаг назад. - Нет! – Кира сделала рывок и крепко сжала запястье Клео, почти впиваясь длинными ногтями в ее кожу. – Не надо. - Кошечка, мы не будем так поступать. - Конечно нет, просто не надо звать. Он будет волноваться. Маленький женский секрет, не убудет с тебя. М? – Кира умоляюще посмотрела на Клео снизу вверх. - Я думаю, что от соития может стать легче. Ты уверена, что не стоит его позвать? Твоя магия заточена на соблазнении, - Клео похлопала подругу по руке. - Он согласился, - глухо отозвалась Шемаханская. - Что? – Клеопатра продолжала хлопать пальцы на своем запястье. - Он согласился, если согласишься ты, - Кира посмотрела ей прямо в глаза. - Кира, ты с ума сошла и его затягиваешь? Конечно, он согласился. Он тебя обожает, он из окна за тобой спрыгнуть согласится. Так нельзя… - Клео рванулась. Кира расцепила пальцы. - Ты права. Ты иди… Я постараюсь своими силами. Не хочу, не зови. Клеопатра поджала губы.

***

Стоило ей закрыть за собой дверь, мысль идти разговаривать с Иваном пришла мгновенно. Она почти бежала по коридорам. И была невероятно рада случайно столкнуться с ним по дороге. - Иван Степанович! У нас ЧП! Пойдемте в ваш кабинет, я все расскажу! Видя, как Иван в мгновение стал серьезным, Клео пожалела, что выбрала такой тон, но отступать было поздно. - У нас праздник может сорваться, старые новогодние украшения никуда не годятся! – Она резко сменила тему, понимая, что их слышат. – Мне сказали, Иван Степанович – специалист по чрезвычайным ситуациям!

***

- Иван! – Клео, втолкнув того в его же кабинет, заперла дверь и накинула защитное заклинание, которое песочной коркой покрыло дверь и ближайшую стену. – Пожалуйста, простите, что напугала. Я… в шоке. Это правда, что вы… согласились… Чтобы я… С Кирой… Нет, вы точно с ума сошли из-за этой ведьмы! - Клеопатра, пожалуйста, успокойтесь… Я ничего не понимаю. – Иван указал на гостевой стул, а сам сел на край стола. - Простите… - Клеопатра отодвинула стул подальше от стола и села. - Я не знаю, с чего начать. Я боюсь, что-то забыть… Голова пухнет! Она вцепилась пальцами в виски. Иван вздохнул, сцепляя пальцы в замок: - Начните с чего-нибудь. - Кира сказала, что вы согласились на то, чтобы я ее… - Клео сделала в воздухе очень странные движения. – Ну… Обрадовала, так скажем. - Предположим, согласился, - Иван вдруг усмехнулся слишком весело. – Я не могу ее к вам ревновать. - Не воспринимаете серьезно отношения между женщинами? – Клео прищурилась. - Нет, - Киврин посмотрел в потолок. – Просто доверяю. Вы первым же делом что сделали? Киру… - Иван повторил движения Клео. – Обрадовали. Или ко мне пошли выяснять подробности? - Конечно, к вам. Как не к вам-то. Вы же ее муж будущий, она же вашего ребенка… - Клеопатра запнулась. – Носить будет. А не моего. Ха-ха, какая глупость, я бы и не заделала. Ха-ха. Не слушайте, я переволновалась. - Тоже подозреваете, что она в положении? – Иван теперь крутил, невесть откуда взявшийся, карандаш в пальцах. – У нее живот ночью прихватило… А за весь год наших отношений… Я не наблюдал у нее ничего, относящегося к критическим дням. - Все верно. Все долгожительницы, замирающие в одном возрасте, не испытывают проблем с ежемесячной подготовкой тела к беременности. Но если я могу просто запустить время, чтобы забеременеть и выносить ребенка, то в ее случае… Организм обновляется и его возможно… Оплодотворение возможно только в последний день обновления. Дальше, если ничего не случится, то… все. Хоть заново умирай. Эсмер рассказывала мне, я любопытная до ужаса. И, чтобы там Кира ни говорила… Иван, не бывает такого, чтобы ведьма ее вида НЕ забеременела. Если, конечно, вы предохранялись… Иван подставил правую руку под локоть левой и закусил кончик большого пальца. - Я подозревал. Но я очень боюсь радоваться. - Не стоит. Мы не знаем, может ли что-то пойти не так. Эсмер ни слова, Кира нам головы отгрызет, - Клео заметно расслабилась. - Так, к чему был ваш вопрос о моем согласии? – Иван посмотрел на девушку внимательно. Клео снова стушевалась: - О… о… Ну… Если я права, то боль и неприятные ощущения может убрать… соитие. Но она упорно хочет, чтобы мы оба были. А я… Я не понимаю! Боже, Иван. Это неправильно по отношению к вам! Поймав лукавый взгляд Ивана Степановича, Клеопатра вдруг покраснела: - Извращенец. – Она сложила руки на груди, помолчала немного, но любопытство перевесило. - И что вас больше заинтересовало? Наблюдать, как я… ее… радую? Или оказаться третьим в бурной страсти? - Я хочу увидеть, как она выглядит со стороны, когда она в надежных… руках. Моим условием было то, что друг друга мы с вами, Клеопатра Захаровна, касаться не будем. - Полностью согласна. – Клео подняла руки. – Я абсолютно-абсолютно на дух не переношу… ну… Боги, простите, Иван, но эта сосиска между ног вызывает у меня невероятное отвращение, хотя вот… красивые торсы я очень люблю. Киврин вдруг громко засмеялся. - Не волнуйтесь, красивого торса тоже не будет. И на первый раз я не планировал раздеваться вовсе.