ГЛАВА 1.

      Это было давно. Когда я только начала работать бортпроводником. Точнее, не так. Я наконец-то начала работать бортпроводником. Allegiant Air — третьесортная авиакомпания со штабом в Лас-Вегасе, приняла меня на работу. До этого я несколько лет работала инженером в аэропорту Далласа. И, Иисусе, мои страдания закончились. Я чинила, проверяла, подписывала бумаги, работала ночами и выходными и знала каждый болт лучше, чем болтик, что был в штанах моего тогдашнего бойфренда.       И, видимо, всему авиационному миру просто не хватало девочки с южным акцентом, которая умеет отличить неисправность датчика от плохого настроения техника и при этом ещё улыбается.       Многие рейсы Allegiant носят сезонный характер — летом и зимой авиакомпания увеличивает частоту в курортных направлениях. И за день до вылета мне позвонили и попросили выйти «наподхват». Так иногда бывало. Отлетав семь месяцев по Неваде, наконец удостоилось полететь в другой Штат. Гип-гип ура! Я не удосужилась по глупости уточнить, куда мы летим. Точнее, оператор сказал, куда, но я от радости прослушала. До того, как я оказалась в аэропорту, была уверена, что мы летим во Флориду.       Я бросила в чемодан два купальника, крем для загара и солнечные очки.       Собственно, на инструктаже я узнала, что летим Мичиган. Улыбка тут же пропала с моего лица. Капитан судна поднял меня на смех, как и другие, более опытные бортпроводники. Рейс прошёл более-менее сносно. Ни одного кричащего младенца. Я не из тех кто презирает мамочек с ляльками на борту, не подумайте. Наоборот стараюсь относиться к ним с пониманием. Дети не виноваты, что давление давит на их маленькую черепушку. У меня у самой голова пухнет на высоте. Из того рейса я больше всего запомнила приятного дядьку в эконом-классе, с тонкими усиками, как у таракана.       Самолёт сел в Гранд-Рапидс. Было облачно. И погода опустилась до 1,4 по Фаренгейту, а из-за порывистого ветра ощущалось как целых минус двадцать два. Ничего страшного не произошло. Из самолёта, в аэропорт, а потом — в отель. Я демисезонных ботинках и тонком пальто я ощущала себя забытым в морозилке полуфабрикатом. В отеле был бар, и настроение вернулось.       У меня был план и я ему следовала всегда. Быстро заселиться в отель, потом перекусить где-нибудь, обязательно выпить, поспать час-другой и выбраться в город. С утра шоу маст гоу-он. Минимум по правилам FAA — 10 часов отдыха (в это входит дорога до отеля, сон, еда). Кампания не держала в городах экипаж по-долгу, к тому же, на следующий день у нас был следующий рейс.       Сегодня-то я понимаю, что Allegiant Air были не так добры к своим сотрудникам, как Fist Order, где я работаю сейчас. Вместо Radisson нас заселили в DoubleTree. Он располагался ближе всего к аэропорту. Безликий, но уютный. Не пять звёзд, но не мне было тогда выёживаться. Внутри — ковролин, тюль, массивные кожаные кресла и бассейн. Четырёхэтажное здание, ничего лишнего. Старший бортпроводник собрала с нас деньги, чтобы закупиться продуктами дешевле, чем можно было бы поужинать в ресторане при отеле. В номерах для лётчков как раз-таки была небольшая кухня. Почти что люкс!       При заселении мы узнали, что в DoubleTree также остановился экипаж ещё одной авиакомпании. Особо коммуникабельные стюардессы закружились ещё на ресепшене и договорились вечером вместе сходить в бассейн.       Мои коллеги, летающие вместе не первый рейс, разбились на парочки, чтобы заселиться вместе. А я, состроив выражение лица великой страдалицы, оказалась в ван-бедруме одна. В номере я врубила телек, чтобы пожарить мозг «Топ-моделью по-американки». Быстро приняла душ. Из вещей, помимо красных стрин-ниточек от купальной комбинации, у меня была простая футболка и бриджи.       — Ну что, трусики потеплее надела? — подколол меня Тидо, бортпроводник, когда мы встретились с ним в лобби.       — Ага, в следующий раз буду готова лететь на Аляску, — ответила я.       — Рейсы на Аляску мои самые любимые, — продолжил Тидо. — Все обычно спят. Слушай, а какие у тебя планы?       Я взяла буклет на ресепшене, делая вид, что заинтересована экскурсией по городу:             — Выпить тёплого бурбона и лечь спать.             — Рей, детка, я не об этом. О полётах.       — Я недавно пришла, мне нужно откатать часы, прежде, чем думать об этом.       — Ясно, детка. Просто мой приятель сейчас занимается экзаменами на международные рейсы. Не в Allegiant, разумеется.       Я бросила на него скептический взгляд:       — Я никогда не была заграницей, если честно.       — О, детка! Это другой мир. И я не только о Европе. Китай, Австралия, Бразилия. А острова? Можно греть попку на солнце и пить из кокоса, — расхохотался Тидо, и только тут я поняла, к чему он завёл этот разговор.       — Слушай, детка, а тебе что, другие стюардессы не дают? Или ты уже всех перетрахал?       Тидо покраснел.       — У меня парень есть, — соврала я.       — Прости. Не подумал. Просто ты...э-э-э...такая вся холодная. Это секси. И я подумал...       — Забыли.       Парень кивнул и помахал мне на прощание. Я вернула на место буклет и зашагала в сторону бара. За ним работал мужчина средних лет для которого работа была отдушиной, а не способом заработка.       — Ты заблудилась? Сафари в другой стороне.       — Получается, что да, — я пожала плечами. — Думала, рейс будет в более теплое место.       — Ты что, покупала билет наугад?       Я задумчиво ответила:       — Работаю стюардессой.       — Улёт! — сказал бармен. — Прошу прощения за каламбур. У нас часто останавливаются экипажи. Но редко заходят в бар. Хотите что-то особенное? Может, секс на пляже? — предложил он с лёгким прищуром, явно ожидая реакции.       Я засмеялась.       — Думаю, да, — ответила я. — Но сначала бурбон. Я из Техаса, у нас не принято начинать вечер с секса на пляже.       Тут мой взгляд встретился с мужчиной. Высокий, с длинными чёрными волосами, он стоял на пару шагов дальше. Его взгляд был острым, пронизывающим, и одновременно с этим…немного насмешливым. Он был в белой футболке и джинсах. В старших классах я тоже работала на баре, было дело, и умела хорошо определять, что людей приводят в такие места. Думаю, этого либо праздный интерес. Либо его бросила подруга-сексапилка.       — Виски...двойной, — сказал он, подойдя к бару.       Бармен заметил моё внимание и наклонился:       — Может, у кого-то сегодня будет секс на пляже не только в бокале.       — У вас нет пляжа в отеле, — фыркнула я.       Я попыталась сосредоточиться на бокале, пытаясь понять, что именно меня так зацепило в этом парне. Возможно, я бы так не акцентировала на него внимание, если бы не намёк бармена? Но не могла не признать — он отличался от всех остальных, кто был тут.       Клерки, приехавшие на бизнес-форум.       Семьянины, которые вдали от жён могут выпить пива и посмотреть футбол.       — Секс на пляже — самый тривиальный выбор из всех здесь.       Я чуть не подавилась.       — Люди вообще набор стереотипов и клише, знаете ли, — не подумав, ответила я. — А вы что, эксперт?       — Может быть.       — И поэтому пьёте двойной виски?       Он пожал плечами.       — Это классика.       Музыку сделали погромче — заиграл трек The Police. Я повернулась к этому болтуну. Он сидел, опустив голову. Может, его жена бросила? Хотя, у него нет кольца на пальце. Всё-таки девушка. К примеру, она изменила ему с каким-нибудь фитнесс-тренером, а он её застал и выпотрошил обоих. Или она перепутала чаты, когда он приземлился здесь, и скинула свои интим-фотки, которые принадлежали не ему.       Да, фантазия у меня бурная.       Он положил на стол кредитку и пару купюр. Да уж, он не часто бывает в таких местах. Не только из-за своей ауры интроверта-альфы, но и из-за дорогущих часов «Кассио» на запястье.       Нос у него красивый, хоть и общий портрет немного несуразный. Но я таких парней любила всегда. Он не плейбой. Таких лучше обходить стороной. Тот же Тед Банди. Скольких девчонок он надурил своей красотой? Маньяки всегда напоминают секс-символов.       Он залпом допил виски и попросил бармена повторить.       — Они плейлист, что, с девяностых не обновляли? — сказал он вполголоса.       — Every Breath You Take тоже классика. Как и виски, — ответила я, хотя и не была уверена до конца, что вопрос был адресован кому-то.       — Тебя что, так задел мой комментарий про коктейль?       — Нет. Просто думала у нас смолл-толк.       Я тоже допила свой коктейль.       — Тебе есть двадцать один? — неожиданно просил он.       — А вы что, коп? — парировала я.       — А ты хочешь быть арестованной?       Бармен налил мне еще бурбона.       — Я только однажды нарушила закон. припаркована тачку в не положенном месте, — ответила я. — Ладно, каюсь, покупала старших классах выпивку по поддельному водительскому удостоверению.       — А я убил шестерых людей.       Между нами повисло молчание. Что он только что сказал?       — Это шутка, — сказал он как можно скорее, — шутка! Боже, видела бы ты своё лицо.       Несметная шутка, подумала я, мистер-смотрите-какой-я-загадочный.       — Да тебе бы со стэнд-апом ездить. Не думал?       — Я...нет. У меня что-то вроде семейного бизнеса, там не до шуток, поэтому пугаю симпатичных девушек в барах при третьесортных отелях.       — Так уж и быть, поверю, а то у меня как раз был в записной книжке номер агента фэ-би-эр.       — И откуда у такой девушки номер агента ФБР? Может, ты сама маньячка?       — Каков шанс встретиться двум маньякам в баре при третьесортном отеле, как ты выразился? Наверное, один на миллион...       Мужчина улыбнулся.       — Один-один. И чем ты занимаешься?       — Небом. Но у нас с ним сложные отношения.       — У меня тоже аэрофобия, — сказал он.       Аэрофобы были моей нелюбимой кастой пассажиров. Где-то после матерей с детьми, алкашей и потных спортсменов.       — Говорят, что небо либо принимает тебя, либо нет. Это русская рулетка. Если приняло, то не отпустит ни-ког-да, — пролепетала я заплетающимся языком, немного бурбона кануло мне на одежду. — Я сегодня больше не пью.       — Так нечестно. У меня в планах было допить бутылку, и я думал, что ты составишь мне компанию.       — И как часто девушки ведутся на этот трёп?       Мужчина улыбнулся мне обезоруживающей улыбкой. Наши взгляды встретились.       — Не знаю. Это впервые. У меня...давно не было подружки. Забыл, как это делать.       — Вы же понимаете, что я не настолько пьяна.       — Конечно, понимаю, — кивнул он. — Я думал, это игра света в баре. Но у тебя правда веснушки на лице.       Я вздрогнула.       — Это всё солнце Техаса....       Он осушил пятый (или шестой) бокал.       — Мне нужно в туалет, — сказала я и слезла со стула, чуть не упав.       До туалета я до бежала трусцой. Быстро сделала свои дела, поправила пальцами волосы, выбившиеся из хвоста. Немного подтерла тушь и тени на веках, а потом намотала туалетной бумаги и вытерла под из подмышек. Благо, я успела сходить на шугаринг до рейса.       Боже, и что я делаю?       Этот вечер будет официально самым странным в моей жизни.       Я закончила свои дела и вышла в бар. Но мужчины не было за баром. Заметив мою растерянность, бармен наклонился, продолжая работать шейкером:       — Твой Индиана Джонс ушёл, но, оставил кое-что на память.       Он кивнул в сторону бумажного полотенца. Я развернула его и посмотрела на то, что внутри. Он ручкой написал свой номер. Он жил этажом выше, где жили наши летчики. Вот урод. Мог и подождать меня.       Чёрт, Рей, ты же...       — Посчитаешь бутылку шампанского с собой, ладно? И я плачу картой, — сказала я.       Взяв с собой бутылку, я пошла в сторону лифта.       Пока я ехала, никак не удавалось вернуть себе спокойствие. У меня в голове всё смешалось. Не знаю, чего именно я ожидала, оказавшись в его номере, может, что он будет лежать полностью голым на кровати? И я с порога наброшусь на него, как амазонка.              — Я принесла шампанское, — сказала я, когда дверь номера открылась; к сожалению, он был в одежде. — Какое вообще шампанское стоит шестьдесят долларов? Грабеж.       Я прошла в номер и села на кресло, скинув ботинки. Моя компаньон достал бокалы, открыл бутылку, даже откуда-то взялась сырная нарезка и хлебцы.       — Как тебя зовут? — спросила я.       Он сел напротив меня, вытянув свои длиннющие ноги вперёд.       — Кайло.       — И откуда ты, Кайло?       — Из Нью-Йорка.       — Никогда не была там, — призналась я.       — И не надо. Ещё тот муравейник.       Мы молчим какое-то время. Я потягиваю шампанское, представляя, как завтра будет болеть голова после того, как я смешала всё, что можно, в желудке.       — Ты не назвала своё имя, мисс Веснушки.       — Рей. Просто «Рей», это не сокращение от «Рейчел». Многие путают.       Мы чокнулись бокалами.       В следующую некуда что-то произошло. Моё сердце на мгновение остановилось. Его руки оказались на моих коленях, а дыхание — на шее. Он запускает пальцы в мои волосы. Это полностью сбивает меня с ног. И я лишь успеваю сделать лишь микро-вдох, чем потянуться в вперед, и поцеловать его.       Разум тут же накрывает пелена.       И Кайло отвечает мне тут же страстно отвечает на поцелуй.       Какое-то время мы просто целуемся, находясь в какой-то странной позе. А потом Кайло стаскивает меня на пол следом за собой. Я чувствовала как каждый мускул моего тела напрягся под весом мужского тела. И это было чертовски приятно. У меня давно не было секса, что можно было записать себя в девственницы, но первородный инстинкт напомнил, что да как.       Кайло разорвал поцелуй только на мгновение, мы смотрели в глаза друг другу всего секунду.       — Прости, я...это просто сумасшествие. Я вообще-то джентельмен, — прошептал он мне куда-то в подбородок. — И вообще...       — Ой, заткнись. Ненавижу болтунов.       Я обвила его шею руками, притягивая к себе. В этот раз поцелуй оказался более страстным. Его и мой языки. Я тихо стону, когда Кайло запускает руку мне под футболку, забирается под лифчик и касается груди. И тут мне сносит бошку сильнее.       Я возвращаю ему каждый поцелуй.       Кайло резко поднимает меня на руки и перекладывает на кровать.       Моё дыхание глубокое, и я не могу его контролировать. Вообще ничего не могу. Происходящее вообще невозможно никак объяснить. Одно движение — и я остаюсь в одном нижнем белье. Мне хочется продолжения. Сейчас.       Но Кайло...дерьмо. Его рука между моих ног. Я опускаюсь руками по его широкой спине, а он продолжает осыпать поцелуями мою шею, ключицы, пупок, а потом снова возвращается к губам. Мой бюстгальтер летит следом. Грудь безумно чувствительна. Я настолько возбуждена, что каждое прикосновение сосков о ткань футболки Кайло, похоже на электрический разряд.       Пытаясь как-то ускорить процесс, я с закрытыми глазами пытаюсь растянуть ремень на его джинсах. Дерьмо. Почему так всегда. Дерьмо.        Кайло на секунду отрывается от меня, привстав на одно колено, и расстёгивает джинсы, пока я снимаю с него футболку, параллельно касаясь языком грудь.       Пот соленый. Но это так...        — Не торопись, — Кайло перехватывает мое лицо, снова укладывая под себя. — Рей.       Я хватаюсь его за волосы. Кусаюсь его нижнюю губы, лишь бы он не прекращал фрикции руками. Нет, мне больше не нужны прелюдии. Я его хочу. Хочу Кайло.       — Трахни меня, — молю я. — Пожалуйста.       Моя рука обхватывает его член через ткань боксеров. И Кайло стонет мне в висок. На мгновение он отстраняется, разрывая контакт тела к телу. В номере холодно. Окно открыто. Северный ветер заглядывает к нам в гости. Я смотрю снизу-вверх на мужчину, пока он снимает трусы и надевает презерватив.       Он приподнимается надо мной, немного ёрзает.       — Пожалуйста, — повторяю я.       Кайло медленно входит в меня, одна его рука на моей шее, второй он продолжает стимулировать клитор. Я хватаюсь за его плечи. Мы в унисон издаем стон. Его толчки резкие. Он совсем не церемонился.       От шлепков тел у меня закладывает уши, зрение расфокусируется.       Я царапаюсь. Извиваюсь. Хрипло стону.       В какой-то момент мне становится тяжело дышать. Я запрокидываю голову, зажмуриваюсь. Кайло обеими руками сжимает мои ягодицы, толкаясь еще глубже.       Его губы находят мой сосок. Прикусывает. Посасывает.       Стоны становятся громче.       — Быстрее, — шепчу я.       И Кайло поддается мне. Я больше не могу контролировать своё тело. По нему проходит дрожь, я плотнее обвиваю ноги вокруг мужской талии, запускаю пальцы в его волосы. На секунду все звуки исчезают.       — Господи, да.       — Ещё, скажи ещё раз, — попросил Кайло, увеличивая амплитуду.       Наши тела так яростно соприкасаются, что мне кажется вот-вот кровать сломается. Экстаз накрывает меня с головой. Я снова кусаю нижнюю губу Кайло. Он сильнее прижимается ко мне. Еще один толчок.       — Рей, ты...       Я не даю ему договорить, снова целуя. Не хочу знать, что он скажет. Это совершенно не имело значения. Я просто обнимаю его, глядя по влажным волосам. Секунды нежности после секса лучше любого оргазма. Даже если эти секунды — с мужчиной, которого я знаю меньше трёх часов.       — Ты прекрасна, — пробормотал Кайло, осторожно перекатываясь на свободную часть кровати.       — Ты тоже, — говорю я, прикрыв глаза.       Кайло снова приподнялся на локте. Я осторожно провожу ладонью по его гладковыбритой щеке. В моих правилах — не сравнивать мужчин. Но тут...тут без вариантов. Это был классный секс. С классным парнем. И я давно не испытывала оргазм с мужчиной, а не с вибратором.       Я оставляю поцелуй на его щеке.       — У тебя есть планы на ночь? — спросил Кайло.       — Я выселяюсь из отеля в половине пятого. У меня есть ещё пару часов «для планов на ночь», и я даже чемодан не разбирала.       — Ты могла бы остаться ещё ненадолго. Шампанское недопито, — Кайло сел, стягивая презерватив, и сворачивая его в узел, — я не фанат газиков, но с тобой бы допил.       — Хорошо. Но мне нужно в душ.       Я слезла с кровати, переступая через разбросанные вещи.       — Рей, у тебя кто-нибудь есть?       Вопрос Кайло застал меня врасплох.       — Ничего серьёзного.       — У меня тоже.       — Значит, одна ночь?       — Одна ночь, — я поцеловала его.       — Ты не против, если с тобой приму душ? Волнуюсь об экологии, — сказал Кайло.       Я совершенно не чувствовала смущения, когда мужчина включил свет в ванной комнате, игриво хватая меня одной рукой за талию. Мы были голые. И беззаботные. Завтра обратный рейс в Лас-Вегас. Может, потом будет Нью-Йорк, Вашингтон, Чикаго. Но этот рейс я запомню надолго.       Спонтанный секс с Кайло был исключением из правил. Я больше ни разу не позволяла себе за все пять лет работы стюардессой глупостей такого рода, хотя было множество симпатичных парней, кто мечтал склеить милую стюардессу. В Allegiant Air я проработала ещё пару лет, а в феврале прошлого перешла в First Order. Тут мне нравилось гораздо больше и я сразу нашла подруг.       Следом я смогла накопить денег и переехала в Нью-Йорк, как и мечтает каждая девочка.       Работа в First Order оказалась на другом уровне. Тем более, на международных рейсах. Не тридцать часов перелетов во время испытательного срока, а целых пятьдесят. Но и статус. Я совершала пока перелёт только в Канаду, но благодаря этому рейсу вспомнила, почему так люблю небо.       — Эй, приём! Земля вызывает Рей! Приём!       Я вздрогнула.       Роуз активно махала руками перед моим носом.       — Я что-то пропустила? — растеряно спрашиваю я, смотря на подругу.       — Ничего особенного, — ответила Кайдел, потягивая через трубочку колу-зеро.       — Мы говорили об лётчиках на международный рейсах. Они все такие красавчики, — взволнованно вздыхает Роуз.       Она была самой влюбчивой из тех, кого я знала.       — Я слышала, некоторые из них сами выбирают стюардесс к себе на рейсы. И никто из них добровольно не откажется от своего пикантного места, — парирует Кайдел.       Я сняла со стоп туфли, и откинулась в кресле. Не знаю, что на меня нашло с утра. Никак не могла собраться с мыслями. Почему именно сегодня мне приснился Кайло? Я даже гуглила, к чему снятся бывшие...Но сегодня не пятница. Обычно в четверг сны вещие.       — Боже, да они все как на подбор! — Роуз выглянула из-за угла. — Вот это задница у того рыжего.       Я проследила за её взглядом.       Трое пилотов в чёрно-красных костюмах подошли к эскалатору.       — Это просто пилоты.       — Это лучшие пилоты в нашей авиакомпании, Рей, — никак не успокаивалась Роуз. — Представь, замутить с кем-то из них?       — Я думаю, таких, как они, разбирают щенками, — согласилась Кайдел.       Я закатила глаза и встала из-за стола.       — Пойду куплю кофе, девочки, — сказала я, разворачиваясь на каблуках.       Купив кофе, я вернулась к Роуз и Кайдел. Они продолжали щебетать о мужиках.       — Вот он! Пилот, о котором я говорила!       — Боже, Кайдел, у тебя муж есть, — напомнила я.       Но я не удержалась, и все-таки посмотрела в ту сторону. Мужчина в фирменной одежде поднимался на второй этаж. Уже на эскалаторе он поправил фуражку и обернулся.       Согласно недавнему медосмотру, у меня отличное зрение. Да и Альцгеймером я не страдаю. Мне и одного взгляда хватило, чтобы я узнала мужчину. Его глаза словно гипнотизировали меня. Не знаю почему, но я привстала из-за стола, не в силах принять, кого я только что увидела.       Холодный, статный, красивый.       Форма пилота шла ему больше, чем белая футболка и джинсы.       — Кайло Рен, — сказала Роуз. — Новый пилот. Точнее, старый. Не знаю, что у него произошло в прошлом, но он снова вернулся в авиацию.       Блять.