Глава 9

      Я снова вернулся во двор, выйдя через террасу. Хорошо, что у Аркадия дома было две входные двери. Обычный деревенский дом он довольно неплохо довел до ума.       И тут я отметил странность, которую увидеть не ожидал. У небольшой теплицы, где товарищ выращивал помидоры, да огурцы, я увидел зыбкие очертания тени, которая тут же метнулась прочь к забору. Я прогнал ее усилием воли, обозначив свою территорию. Злыдней рядом не было, но где-то в поселке они ошивались.       С тревогой я осознал, что после оживления способности видеть тонкий мир не изменились. Я чувствовал себя в теле, управлял им, как раньше, но взгляд на потустороннее остался прежним, как если бы оставался неживым. Как такое возможно? Или я получил дополнительные способности из-за ритуала? Переход от смерти к жизни имеет свои плюсы? Я слышал, что некоторые маги, перенесшие клиническую смерть, обретали повышенную чувствительность к миру духов. Что же, буду считать это подарком за моральный ущерб. Если мои способности усилились после того, как я перешел черту жизни, то это отличная новость.       — Держи куртку, — раздалось сбоку.       Я повернулся.       Аркадий стоял, держа в одной руке черный мусорный пакет, округлый от содержимого, а другой протягивал мне куртку. Я принял и облачился, застегнулся. Товарищ уже успел полностью переодеться в повседневные вещи, избавившись от образа «хирурга».       — Все собрал? — спросил я.       — Да, простыни, перчатки… Все, что могло сойти за улики и нельзя было бы отмыть.       — Ну и славно. Тогда пошли.       Я сотворил заклинание и тени вокруг сгустились, закрывая нас куполом темноты от возможных ненужных нам взоров.       Аркадий бросил мусорный пакет в тачку. Но сейчас я взялся за ручки и толкнул ее вперед.       — Показывай дорогу до подходящего места, — сказал я.       Товарищ кивнул, достал из кармана фонарик — тот, что помогал ему в операции — и включил.       — Ты не против? — спросил он. — А то я ни зги почти не вижу.       — Нет, — ответил я. — Свет внутри вряд ли пройдет сквозь завесу тени, так что порядок. Это я по-своему вижу в темноте. Не совсем человеческим зрением.       — Только сейчас понимаю, насколько ты интересный человек, — рассмеялся немного нервно Аркадий и зашагал к калитке. — Вот почему я тебе не верил? Ты ведь мне правду донести пытался, а я отмахивался. Вот я болван редкостный! Не иначе, как отрицал реальность… А это стыдно для того, кто считает себя ученым. Пусть это у меня и уровня хобби.       Мы вышли на дорожку, прошли меж заборов и направились в сторону леса. Я толкал тележку по еле различимой тропе. Аркадий шел впереди уверенно, освещая себе путь фонариком и, время от времени, ругая себя за неприятие очевидных вещей.       — Не кори себя, — подбодрил его я. — Значит, я плохо до тебя доносил свою правду. Надо было тебе явить настоящее чудо. Вот, ты его увидел и поверил. Я рад.       Вскоре мы добрались до опушки, затем прошли немного вглубь леса.       Я остановился и сказал другу:       — Тут.       — А не слишком ли близко к поселку? — засомневался товарищ.       — Это не важно. Мать-земля не отпустит то, что принесено ей в дар. Тело не найдут, даже, если бы я отдал его ей в центре города.       — Ладушки, — кивнул Аркадий и остановился.       Недолго думая, я просто свалил с тележки мертвое тело наземь. Рядом приземлился мешок с мусором. Сорвал живой прут с ближайшего куста. Очертил улики по земле концом ветки, вонзил ее рядом. Затем опустился на колени и запел заклинание. Склонился и поцеловал почву для завершения ритуала. Выпрямился и оглядел дело чар своих.       Земля под трупом размягчилась и, как трясина, всосала в себя тело и мусорный мешок. Несколько секунд и почва над ним расправилась, вновь проступила трава. Ничто не намекало, что под слоем дерна покоится тело порочного бизнесмена.       — Вот и все, — сказал я, вставая на ноги.       Заклинание тени к этому моменту полностью развеялось и рассвет начал потихоньку изгонять сумерки. Идти до поселка я уже не видел смысла таиться.       Аркадий с завистью посмотрел на меня и сказал:       — Как думаешь, а я бы смог научиться такому? — кивнул он на ровное место, где некогда лежал труп. — Что для этого нужно?       — Врожденный дар, — ответил я. — Но у тебя, увы, его нет. Я бы почувствовал и сказал тебе раньше, если бы так было.       — Очень жаль, — посетовал товарищ. — А у тебя есть дар?       — Да. Мне достался от матери, которая о нем не знала, а я познал свои способности чисто случайно. Но я посмотрю, что можно для тебя сделать. Есть способы связать дух живого человека с тонким миром, но они травматичны для души. Или тебе можно найти покровителя с той стороны, но ему придется чем-то платить за силу.       — Эх… Значит только те, кто родились с даром — свободные маги?       — Отчасти да, но только отчасти. Когда тебя направляют, легче. С даром тоже можно найти покровителя. Я не хотел платить, поэтому вел колдовские изыскания сам. Может быть, это было ошибкой и будь у меня покровитель он подсказал бы опасность, чтобы не вышло то, что вышло.       — Н-да. Как все непросто… Получается, что шанс у меня все-таки есть обучиться вашему ремеслу?       — Есть. Но я чернокнижник, Аркадий. Я многого тебе не рассказывал о своем занятии, зная твой скепсис. Я выбрал путь, который пятнает душу и часто превращает заклинателя в нежить или голодного духа в посмертии. Я надеялся, что это будет отложено до глубокой старости, но жизнь сыграла иначе. Я только благодаря Ирине и тебе опять среди живых. Но надолго ли, вот в чем вопрос. Тебе может так не повезти. Но, если ты готов рисковать и распрощаться с привычным «ничто» в конце жизненного пути, я поищу способ, подходящий для тебя, обрести чувствительность к магии и поделюсь опытом. Но смотри, рядом Ирина и она целитель. Ее путь в магии светлый. Что ты хочешь: лечить или поглощать? Идя путем целителя, ты не станешь нежитью, если не зайдешь в некромантию. Умрешь, как все в конце пути и твой дух переместится в мир духов. Что будет дальше мне неведомо. Но своими догадками могу поделиться, правда, не сейчас. Тут не лучшее место для бесед. К тому же заклинание тени уже закончилось.       — Я подумаю, Тимофей, над тем, что ты сказал. Но увидев сегодня это все, я понял, что не смогу жить прежней жизнью. Мой ум ученого жаждет новых знаний, а ты показал мне, что я заблуждался о реальности.       — Подумай. В таких вещах нельзя принимать поспешных решений. А сейчас идем обратно, — поторопил его я.       — Да… А он не выберется? Не оживет? — спросил Аркадий с опаской, глядя на могилу, на которой ничего не напоминало о захоронении.       — Нет. Даже если в него вселится Падальщик. Мать- Земля не отпускает свои дары. Это лучшее заклинание для захоронения трупов. Никаких улик. Если здесь начнут копать, то земля втянет мертвеца еще глубже, а черви сделают свое дело.       — И лопаты не надо, — усмехнулся Аркадий. — А ты страшный человек, Тима!       — Только для врагов, — ответил я дружелюбно.       Обратно мы шли молча, каждый думая о своем. Я вез пустую тележку.       — Проверю, заперт ли гараж, — сказал Аркадий, когда мы подошли к его дому и проходили мимо гаража. Автомобиль друга так и стоял на дорожке напротив.       Я остановился. Товарищ, сетуя, запер гараж, проверил заперты ли дверцы автомобиля, стоящего на дорожке у забора, и подошел к калитке, махнул мне рукой, зовя следом.       Мы прошли во двор. Аркадий сказал оставить тележку у террасы, что я и сделал.       — Ополосни ее потом, чтобы не осталось следов, — сказал я.       — Да, надо будет.       — Ира нам есть готовит, — напомнил я. — Ты, наверное, голоден?       — Да, как волк! Только сейчас это понял. Но предлагаю сначала прибраться внизу. Поможешь вытащить ящики, если в силах?       — Да, без проблем! Я ощущаю себя заново рожденным.       Мы вернулись в погреб. Разобрали импровизированный стол и по одному вытащили ящики на террасу. А потом на тележке довольно быстро перевезли к гаражу. Затем убрали туда и вернулись обратно в подвал.       Аркадий ополоснул инструменты в чистом ведре и сложил их на клеенку, сказал:       — Потом вымою их лучше.       Я в это время затер пол от потеков крови тряпкой, которую подал товарищ. Затем мы вместе поставили стол, на котором я лежал, на середину помещения и перенесли на него препараты, инструменты и образцы, что Аркадий сложил в угол погреба, дабы освободить место. Затем мы вынесли из подвала использованные ведра воды и вылили кровавую жидкость во дворе под забор.       — Вот и все, — устало выдохнул Аркадий. — Тяжелая вышла ночка.       — И не говори, — усмехнулся я. — Спасибо тебе. И за то, что поверил в неведомое.       — Пошли в дом, — махнул рукой товарищ.       Ведра мы оставили на террасе, зашли в дом. По помещению ароматно разнесся запах жареного картофеля, будя аппетит. Только вот мне кушать особо не хотелось. Может, не стоило есть сырое сердце.       Мы по очереди вымыли в раковине руки, сняли верхние вещи. В кармане я обнаружил нож, который тогда брал у Ирины, и протянул другу:       — Возьми.       Тот молча принял и положил на тумбочку. Затем мы прошли на кухню.       — О! Как раз все готово, — обрадовала она. — Садитесь.       — Ты явно завидная хозяюшка, — произнес комплимент Аркадий.       — Спасибо. Готовка для меня хорошее средство снимать стресс.       Аркадий из шкафчика достал три рюмочки и бутылку самогона, поставил на стол и сказал:       — Надо отметить воскрешение Тимофея.       Ирина, расставила тарелки на обеденном столе и принялась накладывать нам порции из сковородки металлической лопаткой.       — Мне совсем чуть-чуть, — ответил я и сел за стол. — Пару ложек. Больше не хочу.       — Чего так? — спросила Ирина. — Не голоден?       — А он, должно быть, аппетит перебил, проглотив свое сердце, — выдал меня Аркадий, достав из холодильника остатки копченой колбасы, которые принялся нарезать дольками на доске.       — Зачем ты сказал, — осуждающе вздохнул я, понимая, что вряд ли Ирина отреагирует адекватно. Про то, что я по-прежнему продолжал видеть мир духов, решил пока ей не говорить, желая сначала разобраться самостоятельно.       Девушка замерла с пустой сковородкой в руках и ее глаза расширились от удивления. Она уставилась на меня, будто впервые увидела.       — Что?! — испугалась Ирина. — Сырым съел?       — Да. А что? — невинно потупил я взгляд.       — Это ненормально! И пугает. Если ты ожил, — она отнесла сковородку на плиту и ощупала меня, нашла на шее пульс. — А ты похож на живого. То это очень странно… Зачем ты это сделал?       — Я не… знаю, — пожал я плечом и посмотрел на нее. — Просто понял, что так надо. Может быть, стоило именно так завершить ритуал моего воскрешения.       — Ты в своем уме?! Я его уже завершила. Задула свечи. Все! Зачем было это?..       — Успокойся, Ирочка. Все хорошо! У тебя получилось. Ну, не мог же я оставить свой несчастный орган Аркадию, чтобы он его в банку засунул! — попытался я свести все к шутке.       — Ох, не нравится мне это, Тима, — Ира опустилась на стул.       Пошутить вышло плохо.       — Я чувствую себя живым. Все получилось. Смотри: говорю я связно, слюна появилась, тело начало функционировать. Я жив! И очень тебе благодарен, что пошла на риск и провела спасительный ритуал, — сказал я, чтобы разрядить обстановку.       Аркадий разлил нам самогон по рюмкам, поставил каждому и сел.       — Такое уж у меня ремесло, — скромно ответила Ира.       — Не скромничай. Ты первоклассная целительница! — продолжал хвалить ее я, только бы она забыла про эпизод с сердцем. — Ты чувствуешь чужую боль, не все так могут. И я тебе очень благодарен. Любую твою просьбу исполню. Я у тебя в долгу.       — Да, я по дружбе помогла, — немного покраснела она. — Мне было в радость, хоть и такого в моей практике еще не было.       — Выпьем за спасение Тимофея? — поднял свою рюмку Аркадий. — Не смотрите, что самогон. Он хорошего качества, его тут один старичок делает, я вот непьющий, даже соблазнился.       Мы поддержали его идею.       — За воскрешение меня! — сказал я, поднимая рюмку.       — За Тимофея! — сказала девушка.       — Чтобы не помирал больше! — выдал свой тост Аркадий.       Мы чокнулись и выпили. Алкоголь растекся по языку. Вроде и ничего такой самогон, но кайфа я не испытал. Скорее повторил за товарищами.       Потом мы принялись за еду. Ира все же мне положила чуть больше того, чем я просил. Есть после всего произошедшего было непривычно немного, но радостно. Вкус пищи я чувствовал, но аппетита все же не было. Я пожевал несколько ломтиков картофеля, проглотил, затем съел кусок колбасы. Снова поблагодарил товарищей за спасение и поднялся, налил себе воды из графина. Выпил. Что-то со мной было не так. Но что именно, я понять не мог.       — Вкусно пожарила, — Аркадий снова похвалил Иру. — Люблю картошку. Это моя, с огорода.       — Хороший сорт, — заметила девушка.       Я снова вернулся за стол, не выдавая своего волнения.       — Мне сегодня на работу, — ответил Аркадий. — Я устал, как собака, но решил не брать отгул. Задержусь на пару часов и приеду к двенадцати дня. Могу вас до города подкинуть.       — Да, это было бы замечательно, — ответила девушка. — А то я уже думала вызвать такси.       — Аркаша, лучше бы тебе отгул взять и выспаться, как следует, — предложил я.       — Боюсь, не усну. Буду думы думать, ну их… Я для душевного равновесия что-то делать должен. На работе обстановка другая, это меня отвлечет. Хотя… как я теперь смогу спокойно на молчаливые трупы смотреть, — рассмеялся он, но не особо весело.       — Слушай, извини еще раз, если я тебя шокировал этим, — начал я. — Трупы без ритуала не оживут. Так что не переживай. Все у тебя на работе будет по-прежнему.       — Но сама возможность… — вздохнул он.       — Мы с тобой еще поговорим об этом. Всегда можешь ко мне обратиться, — сказал я.       — И ко мне, — ответила девушка Аркадию. — Я пусть и не по черной магии, но многое знаю.       — Благодарю за поддержку, — кивнул друг. — Чай будете?       Он явно решил сменить тему.       — Да, — сказал Ира. — Я как раз чайник вскипятила.       Мне тоже пришлось согласиться.       Аркадий достал чашки и налил нам заварки из заварочного чайничка, залил кипятком, достал пачку печенья и положил на стол.       — Угощайтесь.       Я пригубил только чая.       Ира решила поведать другу про целебные травы, которые растит дома в горшках на кухне. Аркадий с заинтересованностью слушал. Я же вставлял свои реплики чисто для поддержания беседы. Товарищ рассказал про то, что сажает на огороде. Я про себя усмехнулся, что оказывается, у них снова нашлись общие темы.       Закончив завтрак, мы встали из-за стола. Аркадий отправился собираться на работу. Я же подошел к Ирине:       — У тебя мой смартфон?       — Ой, да, сейчас верну.       Мы прошли в комнату, она достала его из сумки и протянула мне. Я принял и убрал в карман джинсов. А потом она тихо произнесла:       — Тима, если с тобой будет происходить что-то странное, сразу звони мне. Я не хочу, чтобы ты натворил бед.       — Хорошо, — кивнул я.       — Ладно, а пока я помою посуду, — сообщила Ира и ушла на кухню.       Я же не знал, чем заняться. Просто подошел к окну и выглянул на улицу. Обычный двор частного дома поздней осенью. Заросшие жухлой травой грядки, увядшая клумба в старом колесе, две яблони у самого забора, которые уже сбросили листву.       Может не стоит себя накручивать и все хорошо? Мне в это очень хотелось верить.       Вскоре Аркадий вернулся и объявил о том, что можем ехать, поблагодарил девушку за вымытую посуду. Мы оделись и вышли из домика. На часах было одиннадцать дня. Товарищ запер дверь, затем мы прошли к машине и сели. Аркадий завел мотор и тронул автомобиль по дороге. Мы проехали мимо проснувшегося поселка. Где-то лаяла собака, скрипели калитки, что-то бренчало, по шоссе шумно проехал трейлер, раздавались чьи-то голоса. Живой мир, эта сторона. Я предпочел ни о чем не думать.       Затем водитель вывернул на шоссе и автомобиль понесся в сторону города. Какое-то время мы ехали молча, а потом беседа родилась сама собой, когда мимо нас проехал автобус с яркой рекламой детского магазина, где красовались персонажи мультфильмов. Ира пошутила на эту тему и мы принялись обсуждать те мультфильмы, что смотрели в детстве. Оказалось, что у нас много общего. В глубине души я понимал, что вся это кажущаяся беззаботность не более чем желание отвлечься от того, что мы пережили. Но в любом случае, это было нам надо.       — Я вас на той остановке высажу, хорошо? — спросил Аркадий. — Доедите на общественном транспорте?       — Да, — ответила девушка. — Тима, у тебя есть деньги на проезд?       — Нет, — честно ответил я.       — Возьми, — протянула мне бумажку в сто рублей Ира.       Я принял.       — Спасибо, — поблагодарил я. — И тебе, Аркадий.       — Да, ладно, рад был помочь, — сказал он, останавливая машину у обочины по правилам не доезжая до остановки, чтобы не мешать подъезжающим автобусам. — Счастливо!       — Пока, — ответил я, тепло пожав ему руку. — Хочешь, увидимся на выходных? Приезжай ко мне. Сходим куда-нибудь.       — Посмотрим, думаю, можно, — улыбнулся приятель.       — До свидания, — произнесла Ира и вышла из машины. Я тоже последовал ее примеру и мягко прикрыл дверцу.       Мы проводили отъезжающую «девятку» взглядом и пошли на остановку.