Глава 15.

Они оказались на темной улице района Мейфэйр. Тут было тихо и роскошно. Витрины дорогих магазинов сияли украшениями и гирляндами. Повсюду сверкали фонарики и висели рождественские композиции. У отелей и бутиков стояли нарядные ели, воздух пах хвоей. Людей было мало. Драко не отпускал её руку. Его ладонь была горячей, несмотря на холод. Пальцы оставались переплетены с её так крепко, словно он всё еще боялся, что она передумает. Гермиона тоже не спешила высвобождаться. Несмотря на всю неуместность этого жеста, ей очень сильно, до боли в груди, хотелось продлить это мгновение. Они выглядели как влюбленная пара, у которой всё впереди. Как бы страшно ей не было признаваться в этом самой себе, она наслаждалась этим. Хотя, возможно, это и окажется мимолётным обманом. Кажется, Драко чувствовал то же самое. Он не ослаблял хватку и неспешно вёл её по тротуару. Гермионе казалось, что она попала в фильм, который снимали именно про них. Он гладил её ладонь большим пальцем и это успокаивало. Они прошли минут пятнадцать молча, не прерывая эту умиротворённую тишину и момент спокойствия. Драко свернул в узкий, тёмный переулок. Они остановились перед совершенно неприметной дверью в кирпичной стене. Тут не было вывески, только маленькая латунная ручка и замочная скважина. Он постучал по двери и послышался щелчок замка. Драко толкнул дверь, и Гермиону сразу окутал аромат сандала. Когда они вошли в тёмное пространство, вокруг начали медленно зажигаться лампы. Их встретила хостес. Девушка на вид была чуть старше Гермионы. Красивая блондинка в черном коротком платье, которое облегало её фигуру. Стоило ей увидеть Малфоя, как её лицо озарилось кокетливой улыбкой. - Мистер Малфой, - промурлыкала она, подходя к ним, слишком откровенно виляя бедрами. Гермиону едва не передернуло. Девушка определённо была с ним знакома. Она чуть подалась вперед, демонстрируя глубокое декольте. - Мы не ждали вас сегодня, но для вас всегда... Она заметила, что он не один и скользнула оценивающим взглядом по Гермионе. На её лице не отобразилась вежливость, скорее пренебрежение. Драко же оставался холодным, игнорируя её флирт. Его недосягаемость и, хорошо знакомое Гермионе, высокомерие, сейчас подействовало успокаивающе. - Забери у леди верхнюю одежду, - холодно перебил он хостес, даже не взглянув на неё. - И проводи нас к моему столу. В дальнем зале. Девушка заметно расстроилась и, натянуто улыбнувшись, кивнула, принимая пальто Гермионы. Малфой ухмыльнулся, заметив, как Грейнджер отреагировала на этот вульгарный флирт и напряглась. Ему льстила её ревность, которую она не скрыла. Увидев его усмешку, Гермиона закатила глаза, едва ли не фыркнув. Он подставил ей локоть и она, недолго думая, вложила свою руку в изгиб его руки. Они вошли в узкий коридор и, пройдя вдоль, оказались в очень красивом пространстве. Здесь так же царил полумрак, освещаемый лишь янтарным сиянием массивной барной стойки из темного мрамора. По углам стояли античные статуи. В глубине, на небольшой сцене, музыканты наигрывали джаз. Гермиона оглядывалась на ряды бутылок и низкие кресла. - Он привел меня в бар? Неужели он думает, что я собираюсь вести с ним серьезный разговор, при этом напиваясь? - пронеслось у неё в голове. - Нет, мы будем ужинать, - не оборачиваясь, отозвался Драко. Гермиона резко остановилась, хмурясь и раздражаясь. Она попыталась возвести ментальные щиты. - Что? Ты... ты залез мне в голову? Драко повернулся к ней. В полумраке коридора его серые глаза казались почти черными. Он внимательно посмотрел на неё и, видя её попытки, сказал: - Не закрывайся, Грейнджер. Я не применял легилименцию. Нужно быть либо слепым, либо полным глупцом, чтобы не понять твои мысли и эмоции. Они написаны у тебя на лице крупным шрифтом. Твои глаза всегда выдают тебя раньше, чем ты успеваешь подумать. Он протянул руку к ней и Гермиона затаила дыхание, наблюдая за этим движением. Его длинные пальцы коснулись её кожи, а потом ухватились за выбившийся локон. Он пропустил его сквозь пальцы, укладывая ей на плечо, словно о чём-то задумался. Это прикосновение было невесомым, но Гермиона ощущала его всем своим естеством. В голове вспыхнуло воспоминание из далекого прошлого, как они лежали и он играл с её волосами, накручивая их на пальцы. Мир вокруг погружался во мрак, а его пальцы и губы были единственной реальностью. Она почувствовала, как щеки, и не только, обдает жаром. - Идем, - вырывая её из грёз, мягко сказал он, увлекая за собой дальше. Когда они вошли в следующий зал, Гермиона невольно ахнула. Он выглядел камерным, а интерьер был роскошен. Зал создавал атмосферу интимности, в глубоких фиолетовых и серых тонах. Обивка на сидениях была бархатной. С потолка спускались тонкие светящиеся нити, словно застывший золотой дождь. Каждый столик словно находился в отдельной нише, из-за высоких спинок, и давал почувствовать изоляцию. Черный мрамор пола отражал мягкий свет маленьких ламп на столах. Это место располагало к раскрытию тайных мыслей и признаниям. Драко, будучи истинным джентльменом, придержал её за руку, помогая пройти к круглому дивану. Его ладонь придерживала Гермиону легко, почти неощутимо. Но само его присутствие и энергетика - были очень весомы и ощущались кожей. Он подождал пока она сядет, и только после этого обогнул стол и сел сам. Не напротив, а рядом. Сокращая дистанцию до минимума и полностью поглощая её в своё пространство. Гермиона неловко огляделась. Посетителей было немного, но все женщины были в вечерних платьях, явно предназначенных для выхода в свет и в баснословно дорогих украшениях. Она выглядела в своём костюме явно как простолюдинка, случайно забредшая сюда. Как мотылек, прилетевший на свет. - Хм... Я совершенно неподходяще одета, - пробормотала она, чувствуя себя ужасно неловко. - Это совсем не так, - отрезал Драко, беря в руки меню в кожаном переплёте. - Ты издеваешься? - она сердито взглянула на него и обвела зал взглядом. Ему определённо стоило самому оглянуться, чтобы это понять, но он упрямо смотрел в меню. - Это не имеет значения, - он наконец-то поднял на неё взгляд. - Ты выглядишь замечательно. Намного лучше, чем все эти разнаряженные выскочки, которые пытаются компенсировать отсутствие мозгов количеством надетых бриллиантов. - О, ну конечно, - Гермиона обиженно смотрела исподлобья, чувствуя себя одновременно смешной и по-детски уязвимой. - Меня бы вообще сюда не пустили, не будь я с самим Мистером Малфоем. - она передразнила хостес, делая щенячий взгляд. А потом, отвернувшись, уставилась куда-то в сторону, неосознанно дуя губы. Драко невольно рассмеялся. Это прозвучало тихо и непривычно искренне. Его смех растопил что-то в груди, но она упорно наблюдала как пианист скользит по клавишам, словно его пальцы даже не касаются их. - Посмотри на меня, Грейнджер. Она недовольно повернулась к нему, делая вид, что ей совершенно не интересно, что он скажет. В глубине души ей безумно льстили его слова, даже если она подозревала в них искусную малфоевскую ложь. Она знала, что он мастер окклюменции, и пыталась разглядеть не издевается ли он над ней? Но его взгляд был серьезным. В порыве нервного раздражения, она схватила салфетку со стола, сжала её в кулаке и тут же бросила обратно. Её почему-то всё это бесило. Всё выглядело так, словно они были на свидании. У них вообще никогда его не было. Ни одного, только тайные встречи и полное переживание, страх быть застуканными. Это не было свиданием, увы, но ей отчаянно хотелось, чтобы это было правдой. Чтобы они не сидели тут, ожидая друг от друга непонятно чего. Вечная борьба. Она постоянно находилась в ней. С миром, со злом, да даже с собой и с друг - другом. В глазах защипало, а горло пересохло. Драко же был спокоен, чем злил её еще сильней. - Поверь, - его голос стал низким. - Это я пришел сюда с Гермионой Грейнджер. С Героиней войны и самой храброй девушкой из всех, кого я знаю. Твое имя и ты сама значишь в этом мире куда больше, чем мой титул и сам я. И если здесь есть люди, которые этого не понимают, то что ж, - он развел руки в сторону, - они просто глупцы. Тебе не должно быть до них дела. Просто поверь мне - уважение к тебе куда более искреннее, чем ко мне. Гермиона неуверенно кивнула, чувствуя, как раздражение медленно отступает. Она и правда слишком часто стала думать о других людях. Она вспомнила слова Андромеды, и стало чуть спокойнее. - Ты позволишь мне выбрать за тебя? - спросил Драко, возвращаясь к меню. - Или у тебя есть особые пожелания? - Нет... ты можешь. - буркнула она в ответ. Гермиона чувствовала себя странно и продолжала нервничать. Пальцы теребили край салфетки, которую она уже уложила на колени, а плечи были напряжены. Драко тоже нервничал, но его привычное состояние, отточенное годами и обществом, в котором он рос, позволяло ему скрывать любые тени страха. Когда её дрожь стала очевидной, он накрыл её ладонь своей. Его рука была уверенной. Он начал медленно поглаживать внутреннюю часть её запястья, это ощущалось гипнотически. Там, где под тонкой кожей пульсировала вена. - На самом деле, я тоже очень нервничаю, Гермиона, - тихо произнес он, и его голос сейчас звучал непривычно мягко и нежно. Сердце каждый раз пропускало удар, когда он разговаривал с ней так. - Ты не одна в этом. Просто позволь нам провести этот ужин обычно. Если не как бывшие, которых слишком многое связывает, то хотя бы как хорошие приятели. Ты ведь можешь сделать это? От его прикосновений по её телу рассыпались искры. Они впивались в неё, вызывая совсем не те реакции, которые были уместны для тяжелого разговора. Гермиона поняла, что так ей действительно будет проще. - Хм... Драко... да. Возможно, - прошептала она, завороженная его голосом, пока наблюдала за его рукой на запястье. Не хотелось, чтобы он останавливался. Она подняла на него глаза, стараясь казаться смелее. - Расскажешь... как прошло твое лето? Драко, который в это время делал заказ подошедшему официанту, запнулся и перевел на неё полный удивления взгляд. Он явно не ожидал, что она спросит об этом вот так. Прямо и просто. Словно она просто пытается перескочить через огненную пропасть, не боясь в неё свалиться. А вот он наоборот - боялся. Лето, как и начало осени, впрочем, было для него адом, несмотря на всё то, что его окружало и людей, что пытались его скрасить. - Мое лето? - он криво усмехнулся, отпуская официанта. - Что ж, Грейнджер... если ты готова слушать о том, как в своей заботе Блейз и Тео пытались меня задушить, то у нас впереди длинный вечер. И он начал рассказывать. Гермиона слушала, ловя каждое его слово. Драко признался, что поначалу вообще не хотел уезжать из Англии. Он не хотел оставлять Нарциссу, которая была разбита после войны, но держалась, ведь она была истинной Леди. И отца, Люциус был унижен, лишен самого важного для него - влияния. Конечно он всеми силами старался сохранить остатки фамильной гордости, делая безразличный вид к тому, что происходило. - Можно сказать, что меня почти что заставили, Тео и Блейз были весьма убедительны, - продолжал он, глядя на пламя свечи. Гермиона смотрела на него и пыталась понять, насколько он сейчас настоящий и не прячется ли снова за своими стенами. Различить не удавалось. - Так я оказался на Сицилии. Я часами сидел на веранде и смотрел на Этну, видел извержение вулкана и... находил в нём себя. Такая же разрушительная мощь, которая копится внутри и выжигает всё живое вокруг, - его голос стал глубже, когда он заговорил о Таормине. Конечно же, он опустил некоторые детали его прогулок и нисколько не казался себе хитрецом, они и правда были ему не интересны. - Гуляя по её узким улочкам, я постоянно думал о тебе, Гермиона. Думал, ты бы оценила невероятную смесь истории и древней магии, что вплетена в каждый камень самой природой. Мы плавали вдоль Амальфитанского побережья. Блейз закатывал сумасшедшие вечеринки, но... Я совершенно не чувствовал вкуса к жизни. Всё казалось пресным, без красок и потеряло свою яркость, - он задумчиво вертел в руках нож, - Мне правда приходилось изображать заинтересованность, потому что они очень переживали. Я не хотел огорчать друзей, которые поддерживали меня и окунулись вместе со мной… Ради меня, на самое дно лавы. Думаю, они заслужили провести то время, не заботясь о том, что я нахожусь на грани. - он улыбнулся, но улыбка не коснулась его глаз. Пока Гермиона слушала, её воображение рисовало яркие картины услышанного. Залитые солнцем скалы, лазурное море, ветер, играющий в платиновых волосах… На секунду ей показалось, что она чувствует этот соленый морской воздух, стоит рядом с ним где-то на склоне и смотрит на море… И он…Одинокий и несчастный среди этой красоты. Так же как и она. Ей было интересно наблюдать за тем, как быстро сменялись его эмоции в процессе рассказа. Он выглядел живым, совершенно редкое явление для него. От мимолетного восторга при описании того, что его интересовало, до беспросветной грусти, когда он говорил о своем внутреннем одиночестве. Она не могла не подметить одну деталь. Он ни разу не упомянул ни об одной девушке. Только Пэнси и Дафна всплывали в его рассказах. Наверное, они, судя по всему, присоединились к ним позже. Любопытство съедало её изнутри. Ей было бы очень обидно услышать о том, что он кем-то увлёкся или был влюблен. Однако, она нуждалась в этой болезненной правде. Ей хотелось знать, насколько были честны его слова, брошенные в тот холодный день в Хогсмиде? Но задать вопрос напрямую она не решалась. В конечном итоге, она не имела никакого права на ревность. - Ты сказал, что Пэнси была там... - наконец решилась она. - Как она отреагировала, когда ты... Ты рассказал ей правду? - Лучше, чем ты думаешь, Грейнджер, - Драко слегка расслабился. - Что бы между нами ни происходило в прошлом, Пэнси всегда будет моей подругой. Она семья, Гермиона, и у нас семья поддерживает друг друга в любом случае. - Это так странно... - задумчиво проговорила она, - Разве можно сохранить дружбу, если были такие... чувства? - Я причинил ей боль, я знаю. Но наши отношения изначально строились на общих тайнах и преданности. Думаю, сейчас её чувства трансформировались во что-то иное. Она всегда знала, что я никогда не любил её так, как она хотела. Тебе не стоит забивать этим голову, - отрезал он, и в его тоне промелькнула привычная властность. Гермиона смутилась этой перемене и опустила взгляд в тарелку, размышляя о том, что это ей так знакомо. Вчера Чарли сказал ей почти то же самое. Возможно, это действительно работало для сильных людей? Она вдруг вспомнила о Роне. - Рон... он не смог просто отпустить. Всё стало слишком сложно. Драко скривился, и Гермиона ощутила исходящую от него волну неприязни. Сам Драко в этот момент вспомнил тот поцелуй в разгар битвы, который он видел своими глазами и который до сих пор разъедал его память. Он прикрыл глаза, желая стереть это воспоминание, стереть её губы на чужих губах. Его дыхание стало тяжелым, и он внезапно разозлился. - Я не тот, с кем стоит обсуждать Уизли, Грейнджер. Я не знаю, как устроена ваша дружба, но у нас лояльность - это основа. Мы принимаем друг друга любыми. Всегда. Это никогда не обсуждается. - это звучало грубо, но он ничего не мог сделать. - Я просто не хочу, чтобы Гарри страдал или был обманут... - тихо добавила она. - Поверь, Поттер точно не страдает, - Драко усмехнулся, возвращая себе самообладание. - Говоришь так, будто знаешь его слишком хорошо! - он был слишком самоуверен и дразнил её этим. - Ну... как минимум, я уже успел увидеть его полуголым, это считается? - Малфой победно вскинул бровь. Гермиона выпучила на него глаза, чуть не выронив салфетку. - Что-о-о?! Когда? При каких обстоятельствах?! - О, Грейнджер, я и не знал, что ты склонна к сплетням, - он рассмеялся, видя её потрясение. Ему нравилось наблюдать это восторженное удивление на её лице, возможно стоило выложить еще пару козырей ради этого. - Раньше ты казалась мне более... академичной. Она густо покраснела, пробормотав “Интриган”, и в этот момент официант принес их заказ. Перед ними поставили тарелки, источающие ароматы, от которых у неё чуть ли не потекли слюнки. Драко заказал для неё нежное филе-миньон под густым трюфельным соусом с карамелизированной морковью и спаржей. Для себя что-то похожее, но более пряное. Гермиона откусила первый кусочек, и вкус был настолько насыщенным и идеальным, что она невольно прикрыла глаза от удовольствия. Драко заказал себе огневиски, а она попросила воду с лимоном. Когда он предложил выбрать для неё вино, Гермиона отказалась, сославшись на то, что не планировала сегодня пить. Она видела, как он понимающе кивнул и тяжело вздохнул. Ей было страшно потерять самообладание рядом с ним. Даже сейчас, будучи трезвой, она едва держалась. - Как отреагировали твои родители на то, что ты ушел сегодня вечером? - спросила она, чтобы сменить тему. - Наверняка тебя ждал праздничный ужин из десяти блюд. Драко рассмеялся. Она почти угадала с количеством. - Мама, узнав, что я иду к тебе, отпустила меня почти сразу. Правда перед этим прочитала мне кучу наставлений о том, как я должен себя вести. - И как же? - Ну, пока у меня явно получается, раз ты всё еще тут, - он подмигнул ей. - Так ты расскажешь, как так вышло, что ты организовала тайный книжный клуб с моей матерью? Гермиона снова смутилась. Она заметила, что он не спрашивал её в ответ, как она провела лето. Почему он не спросил? Хотел оттянуть момент? Или просто боялся услышать про Чарли? Она уныло подумала, что ей и рассказать то нечего. Её лето и правда было скучным и полным слез. - Твоя мама... она была очень добра. Написала мне спустя неделю после суда... Поблагодарила. - она мягко улыбнулась, говоря о Нарциссе, - И мы, знаешь, как-то само собой начали общаться. Она потрясающая женщина. Общение с ней затягивает, словно попадаешь в какую-то... липкую, но очень интересную паутину. Драко рассмеялся, он хорошо знал свою мать. Нарцисса явно применяла свои хитрости на этой доверчивой девушке. Он не сомневался, что мать ничего ему не говорила, зная, что он будет против. Не было гарантии, что она не пыталась на неё влиять. - О, моя мама умеет быть убедительной. - Ты правда не знал? - казалось, она была удивлена этому. - О том, что ты обсуждаешь магловскую классику с леди Малфой? - он покачал головой, и они оба тихо засмеялись. - Нет. Нарцисса слишком тонко хитрит. Она знает, какую информацию выдавать, а о какой умалчивать. Кстати, я прочел те книги, что ты ей советовала. Все три. Гермиона мгновенно оживилась. Её глаза загорелись знакомым огнем страсти к знаниям, и Драко на мгновение замер, любуясь ею. Она была прекрасна в этом невинном возбуждении, и ему хотелось сгореть в этом пламени её живых глаз. Он был рад, что смог хоть немного её отвлечь. Казалось, за этим разговором она забыла, какой тяжелой должна была быть эта встреча. Она внимательно слушала, улыбалась... и сводила его с ума. Ему хотелось выкрасть её у этого мира. Спрятать ото всех и наслаждаться ею одной. Он был готов продать душу дьяволу, кинуть к её ногам всё состояние Малфоев, все свои титулы и права, лишь бы она позволила ему оставаться в поле её орбиты. Одной лишь её улыбки было достаточно, чтобы он пошел на любую сделку с собственной совестью. - Знаешь, - тихо произнес он, - ты обязательно узнаешь мои выводы о Ремарке. Но не торопись. Она задумчиво кивнула, продолжая есть и погрузившись в свои мысли. Драко невыносимо хотелось применить легилименцию, прочесть о чём она так сосредоточенно думает, но он не смел нарушать это хрупкое доверие. - Хорошо, Грейнджер, - его голос внезапно стал серьезным, - А теперь расскажи мне... как прошло твое лето? Гермиона застыла и медленно подняла на него взгляд. Драко увидел, как её медовые глаза расширились от дикого, почти животного испуга. Её зрачки бегали, сама она побледнела и, казалось, была готова расплакаться. В её взгляде стоял ужас, словно перед ней оказалось самое страшное чудовище на свете. Драко невольно отодвинулся, наблюдая за её реакцией, вжимаясь в спинку дивана. Её страх был почти физическим, и чувствовался даже сквозь это расстояние между ними. Он совершенно не понимал, что именно вызвало у неё такую реакцию. Это был обычный вопрос. Неужели она так боялась его осуждения за отношения с Уизли? Ему было плевать на это, он давал ей понять это. Он сам просил её строить свою жизнь и быть счастливой? - Гермиона... - он осторожно придвинулся обратно и положил руку ей на щеку, осторожно оглаживая кожу костяшками пальцев. - Всё хорошо, тебе не зачем так переживать. Я сам виноват во всём, что между нами произошло, ладно? - его голос был полон нежности и подавленной боли. - Ты имеешь полное право жить так, как пожелаешь. Для меня ты не станешь кем-то другим, даже если... - он запнулся, сглотнув тяжелый ком и не в силах произнести, то о чём думал. - Ты имеешь право быть с кем-то, кто тебе дорог. Жить полноценными отношениями. Я не в праве судить тебя за то, что ты пыталась спастись от одиночества. Клянусь, я принял это. Я понимаю, что тебе нужна близость, поддержка, чьи-то руки и... - он пробормотал что-то невнятное и она не смогла различить слов. О чём он чёрт возьми говорит. - … рядом. Ты ничего мне не обещала и ничего не должна. Она смотрела на него широко раскрытыми глазами, дыхание её стало рваным, а напряжение в теле достигло предела. Она была напряжена сильнее, чем в момент их встречи. Как и в какой момент это произошло, Драко и сам не понял. Он просто почувствовал, как в его ладонь, всё еще покоившуюся на её щеке, внезапно вонзается что-то острое. Он просто почувствовал резкую, давящую вспышку боли. Его глаза расширились. Он непонимающе моргал, не в силах сразу осознать реальность. Что? Что произошло? Гермиона сидела перед ним, её глаза горели, но теперь в них была злоба. Драко замотал головой и оглянулся вокруг, словно проверяя, происходит ли это наяву. Она вцепилась в его руку на своем лице и больно сжимала её. Её ногти впились в его ладонь, словно она пыталась продырявить её насквозь. - Ты совсем идиот, Малфой? - злобно зашипела она, и в её голосе зазвучали нотки, которых он никогда раньше не слышал. - Что ты вообще несешь? Драко попытался потянуть руку назад, но она не позволила. Она держала его в тисках своей маленькой, но удивительно сильной ладони, продолжая сдавливать. Малфой совершенно не понимал, что он сказал не так. Да, возможно, он слегка перегнул с обсуждением личных границ, но откуда ему было знать, почему она так внезапно сошла с ума и смотрит на него как на маньяка, пришедшего по её душу? - Гермиона? - он осторожно потянулся к ней второй рукой, пытаясь высвободить свою ладонь. - Отпусти меня, хорошо? Я... я был не прав. Прости. Она глубоко вздохнула, её плечи дрогнули. Она медленно ослабила захват, позволяя его руке соскользнуть по её коже. При этом она как-то странно, словно желая уловить последний момент прикосновения, склонила голову к его уходящим пальцам. Драко окончательно отстранился и молча глядел на неё. Гермиона прикрыла глаза и тяжело дышала. Он, наверное, действительно сошел с ума, если думал, что она так скоро собиралась прыгнуть в чью-то постель. И до этого ли вообще ей было всё это проклятое лето? Она проплакала его целиком. Воспоминания о войне не отпускали её ни на минуту, впиваясь в разум клыками и раздирая его. Ей постоянно снились кошмары. Всё, о чем она тогда мечтала долгими и холодными ночами - это о руках этого идиота. Чтобы он просто был рядом и не дал ей провалиться в бездну ужаса. Они оба молчали. Она злилась на его, а он был совершенно растерян. Драко не знал, что сказать. Он никогда не видел её такой яростной и одновременно такой... обнаженной. Должен ли он что-то спросить? Утешить? Или его попытки утешения и были именно тем, что её так бесит? Он несколько раз открывал рот, собираясь что-то произнести, и тут же захлопывал его. Гермиона смотрела на него так, словно была готова проклясть непростительным прямо тут. В голове она разбирала свой страх, как библиотекарь, раскладывающий книги по секциям. Да, она испугалась, но совсем не того, о чем он подумал. Она боялась оказаться слабой в его глазах. Боялась, что он увидит её полностью разбитой и невыносимо жалкой. Гермиона, которую он знал… та Грейнджер, что всегда давала отпор судьбе, не могла быть жалкой. Она выдержала потери, пытки, дуэли, вечный бег. И что теперь? Он увидит в ней всего лишь изломанную, никому не нужную и до боли одинокую девчонку? Она знала, что это глупо, но ничего не могла с собой поделать. Драко наблюдал за ней. Она посматривала на него сквозь приспущенные веки и видела, как он борется с желанием заговорить. Наконец, она кивнула, едва заметно, давая понять, что все нормально и она пришла в себя. Она обратила внимание, что он даже не взглянул на свою руку, которую она так сильно сдавила ногтями. Хотя она до сих пор чувствовала, как у неё ноют пальцы и зудит под ногтями... - И что это было? - тихо спросил он . Она громко выдохнула, словно он был тупым мальчишкой, ляпнувшим глупость. Таким он себя и ощущал. Драко невыносимо захотелось выйти покурить. Напряжение давило на него, плечи были напряженны и спина выпрямлена так, что заныла. Она молчала, глядя куда-то в сторону, а затем решительно повернулась и посмотрела ему прямо в глаза. - Драко, - её голос стал серьезным и сухим. - Ты правда думаешь, что я собиралась заплакать сейчас из-за Чарли? Он смотрел на неё и не находил слов. Откуда ему было знать, из-за чего именно она собиралась рыдать? У них было слишком много причин для слез. Будто они не прошли через ад, достойный целого океана выплаканных глаз. Видеть её такой было больно, сердце Малфоя сдавливало тисками, и он понимал, что ужин окончательно испорчен. Испортил ли его он или он изначально был обречен на провал - Драко не знал. Но эта смена её настроения подействовала на него как детонатор. - Знаешь что? - он резко бросил салфетку на стол. - Думаю, с нас достаточно. Пойдем. Он жестом подозвал официанта, быстро расплатился и встал, подавая ей руку. Гермиона вложила свою ладонь в его, но ощущение сейчас сильно отличалось от того, что было в начале. Он был предельно собран, его движения стали резкими и жесткими. Драко казалось, что если он прямо сейчас не возьмет себя в руки, если не заставит себя стать железным, то они оба просто развалятся от невыносимой боли прямо здесь, на глазах у всех. Ничего не сможет удержать их от этого. Рухнут в лужу крови. Они захлебнутся в ней, она поглотит их и накроет собой. В конце концов, он был мужчиной и должен был нести ответственность за то, что происходит. А остальное... Не важно. Он сгорит как-нибудь потом. В одиночестве, упиваясь болью и выпивая литрами, чтобы провалиться в забвение. Они прошли по коридору и снова оказались в полумраке бара. Драко резко развернулся на каблуках и Гермиона, не ожидая такой перемены движений, почти влетела в него. Он придержал её за талию и жар его тела сквозь тонкий свитер мгновенно опалил её. Голова закружилась. Она уткнулась носом ему куда-то в изгиб шеи и глубоко вдохнула, наполняя легкие его запахом. Мысли в голове сразу отключились, оставив место только наслаждению. - Гермиона, - он слегка одернул её за плечи, вырывая из этого ощущения безопасности. - Ты хотела поговорить. Ты... ты можешь пойти со мной в Мэнор? Гермиону снова сковал ужас и она вздрогнула, подняв на него глаза. - Я не уверен, что тебе захочется продолжить разговор у Поттера, - Драко выразительно приподнял бровь. - Он сейчас явно не один. И я не думаю, что говорить на улице будет хорошей идеей. Там адский холод. Я не хочу снимать отель и я чертовски, Гермиона, чертовски устал. Она увидела, как его плечи поникли. В этот миг ей показалось, что он даже стал чуть ниже ростом, словно прожитый день измотал его полностью и теперь он был подавлен. - Драко... - она всхлипнула. - Я не уверена, что смогу вернуться туда. - Я уже говорил, что мама полностью отремонтировала дом, - он устало потер переносицу. - Тебе нечего бояться. Я проведу нас прямо в библиотеку, через камин. Хорошо? Просто доверься мне. Я не желаю тебе зла. Если станет невыносимо, то мы сразу уйдем. Обещаю тебе. - Я не знаю... - она начала дрожать, и эта дрожь передалась ему. Драко уже не обращал на это внимания. Он понял, будет только хуже, намного хуже чем сейчас. Легко сегодня не будет - это точно. Ей не станет легче и он не в силах с этим помочь. Всё, что он мог - просто быть рядом, пока она проходит через это. - Я помогу тебе, - он заглянул ей в глаза, и Гермиона почувствовала, как её сопротивление тает. Она словно растворялась в его сером, измученном взгляде. - Это всего лишь мой дом. Я приглашаю тебя. Ты позволишь? Они вышли в холл. Драко даже не взглянул на блондинку, когда та подала ему их вещи. Всё его внимание, все его чувства были сосредоточены только на девушке рядом. Гермиона чувствовала это давление. Он помог ей надеть пальто, его руки на секунду задержались на её плечах, помогая ей поправить волосы. - Хор... хорошо, - пролепетала она, кутаясь в воротник. - Давай попробуем. Драко протянул ей руку. На этот раз он не стал переплетать пальцы. Ей показалось, что он слегка отстранился. Он повел её к камину. Взяв горсть летучего пороха, он прошептал адрес, и в камине взметнулось изумрудное пламя. Они вместе шагнули в этот зеленый огонь. Выйдя из камина, вероятно, в его доме, она даже не успела оглядеться по сторонам как её сразу же накрыло. Голова закружилась, к горлу подступала тошнота, а ноги стали ватными. Возможно, ей вообще не стоило есть. Драко не выпустил её руку сразу. Он стоял рядом, чувствуя её дрожь, и терпеливо ждал, пока она восстановит равновесие. Гермиона судорожно глотала воздух, пытаясь унять бешеный стук сердца. Паника разливалась по телу, кончики пальцев начали неметь. Её беспокоило все сразу. Как она могла быть такой дурой, чтобы согласиться на эту авантюру. Притащиться сюда глубоким вечером, сколько сейчас вообще времени? - Дыши, Грейнджер, - его голос раздался где-то совсем рядом. Она пошатнулась, и если бы не рука Драко, всё еще крепко сжимающая её ладонь, она бы точно осела на пол. Чёрт, Мерлин, что мы вообще творим? Она задрожала, возможно, это был долбанный девиз всех их отношений. Даже имея всего лишь обломки их прошлого, они всё равно продолжали делать все по накатанной. Каждое их решение сквозило беспечностью и безумием. И они оба, как сумасшедшие, бросались в него. - Святой Годрик, когда же ты пошлешь мне уже мозгов, - она уставилась прямо в область его груди. - Драко... - почти пискнула она, зажмурившись. Ей пришлось запрокинуть голову, чтобы заглянуть ему в глаза. В тусклом освещении серые глаза искрились, отражая его внутренний огонь. Он нагнулся к её лицу так близко, что она почувствовала жар, который пронёсся по всему её телу. Мир закончился на этом маленьком пространстве между ними. Чувства сменялись в ней так быстро, что она за ними не поспевала. Вот она злилась на него, а еще секунду назад ей было страшно до тошноты, а прямо сейчас... Прямо сейчас она была на грани того, чтобы начать срывать с него одежду и умолять взять её прямо здесь и сейчас. Она поражённо выдохнула, осознав, что он... Кажется, он думает о том же. Божечки... Сознание пищало, но она не в силах была сопротивляться. Он правда собирается её поцеловать? Уголок его губ медленно пополз вверх, превращаясь в самую порочную и одновременно понимающую усмешку. - Сознание говорит “нет”, а глаза... твои умоляют совсем об ином, - прошептал он, склоняясь к её лицу. Драко наклонился еще ниже. Он действовал медленно, издевательски медленно - подумала Гермиона. Его дыхание, пахнущее огневиски и ментолом, обжигало её губы. Он не торопился. Сперва просто, едва ощутимо, коснулся её губ своими, нежно провел по её губам своими, словно проверяя, насколько она позволит ему? Желает ли она этого так же сильно, как он? Не встретив сопротивления, он основательно и уверенно накрыл её рот своим. Голова закружилась окончательно. Сердце выбивало такой ритм, что под грудью стало больно. Гермиона, сама того не осознавая, встала на носочки и полностью оперлась на него, вжимаясь в его тело и ища в нем опору. Это не был жесткий или властный поцелуй, к которым она привыкла. Драко целовал её медленно, смакуя каждое мгновение, словно это было последнее, что он сделает в жизни. Он осторожно коснулся её подбородка, оглаживая его большим пальцем, а затем провел подушечкой по уголку её губ. Гермиона вздрогнула от этой нежности, но не отстранилась, лишь приоткрыла рот, а он воспользовался этим, углубляя поцелуй. С каждым новым движением его губ, она раскрывалась всё больше, позволяя поцелую стать глубже, отчаяннее. Драко притянул её к себе за талию, чувствуя, как она дрожит под его руками. Было ли это от страха, от холода или от того пожара, что пожирал их обоих… Он не знал, но готов был сгореть в этом огне дотла. Он был слишком эгоистичен, чтобы прервать это. Он жадно впитывал её вкус, её стоны, её тепло. Гермиона обхватила его шею, её пальцы зарылись в волосы на его затылке. Она водила руками по его шее, плечам, по спине, хаотично, словно в лихорадке, желая коснуться каждой доступной части его тела. В какой-то момент она сама перехватила инициативу, углубляя поцелуй с такой дерзостью, что Драко на секунду опешил. Её жажда лишь подстегнула его. Они целовались неистово, словно пытались лишить друг друга кислорода, забыв обо всем на свете. Внезапно, расплавленный мозг Гермионы включился. Флёр безумия мгновенно спал, когда в голове вспыхнули лица тех, кто жил в этом доме. Малфой сразу почувствовал эту перемену. Её тело напряглось в его руках, а пальцы на его шее замерли. Он слегка отстранился, но оставался так близко, что их носы соприкасались. Гермиона издала тихий полустон, который быстро превратился в испуганный шепот: - Твои родители... Нарцисса... Лю... - она широко открыла глаза и буквально отпрянула от него. - Люциус. О Мерлин, что я делаю? Драко тяжело, по-мужски, вздохнул. Он сделал шаг ей навстречу, не давая стене отчуждения вырасти выше. - Грейнджер, - его голос был хриплым, он чертовски устал от этих качелей. Каково ей, блять, живётся с этим? - Родители сейчас у себя в крыле. Они точно не направятся сегодня в библиотеку и уж тем более не пойдут в моё крыло. - У тебя своё крыло в доме? - она удивленно вскинула брови. В её взгляде читалось недоверие, смешанное с шоком от размаха его жизни. - Ну, вообще-то да, - он растерянно моргнул. - Мэнор огромен… Ну знаешь… - он не знал что говорить, - У нас у всех наверное так, я не знаю. Мэнор больше чем поместье Забини или Ноттов. Но в целом у меня своё крыло, да. - Зачем тебе одному так много места? - скептически спросила она. Логика пыталась зацепиться хоть за что-то приземленное. - Это… нерационально. Драко замялся, отводя глаза в сторону. - Вполне объяснимо, Грейнджер. Это крыло... - он задумался, как много она не знала о его жизни? Неужели он так мало ей рассказывал? А когда им собственно было говорить об интерьере его дома? - Хм, ну это для того, чтобы... Ну я… жил там с женой... когда я... ну... мне надо будет жениться и наследник. - выдохнул он, отводя глаза. Гермиона молчала. Он ожидал, что она что-нибудь скажет, но она только смотрела прямо на него и молчала. Драко на секунду отвернулся, сделав невозмутимый вид, словно его что-то заинтересовало. Он не выдерживал этого невыносимого напряжения, а когда обернулся - она всё еще смотрела. И молчала. Это убивало его. Что творилось в её голове? Он не имел ни малейшего понятия, что с ней происходит, почему эти слова о будущем так её застопорили. - Понятно, - наконец просто сказала она. Он вскинул брови. «Понятно?» Это всё? Неужели её совсем не волновала эта тема? - подумал он. Вдруг Гермиона издала странный звук. Писк? Стон? Вскрик? Вой? Она определённо решила его сегодня довести. Что с ней? Она как безумная вертелась вокруг, оглядываясь по сторонам. Драко стал оглядываться тоже, лихорадочно ища, что именно привлекло её внимание и заставило испугаться или удивиться? Он не понимал выражения её лица совсем. - Малфой, ты серьезно? Мы всё это время стояли тут?! - выдохнула она, глядя на него с возмущением. - А? Что? - только сейчас до него начала доходить суть. Конечно, как он мог не понять. Он улыбнулся. Её реакция была потрясающей. Она снова была живой. И он почти забыл, что было минуту назад. Она действовала на него поразительно. Одурманивающе. - Добро пожаловать в библиотеку Малфоев, Грейнджер. Гермиона прошла вперед, дыша учащенно и разглядывая полки, на которых стояли аккуратными рядами книги. Драко мог поклясться, что сейчас она выглядела так же возбужденно, как перед сексом. Её глаза лихорадочно блестели, когда она разглядывала бесконечные ряды стеллажей. Ему стало невыносимо тесно в брюках от одного взгляда на неё такую - жадную до знаний, живую, настоящую. Определенно, рядом с ней ему стоило носить только халат и ничего больше. Её блестящие глаза, раскрасневшиеся щеки и то, как она облизывала губы, рассматривая названия редких фолиантов... это было для него самым сильным афродизиаком. Он действительно подумал, что в следующий раз, конечно если он будет, ему стоит просто привести её в комнату, полную книг. Это было бы куда эффективнее любых ужинов и ухаживаний. Библиотека, представшая перед её взором, была словно святым храмом. Она испытывала сейчас такой силы благоговение, что ей хотелось взмолиться любым Богам, только бы иметь возможность вернуться сюда еще раз. Иметь больше времени разглядеть и изучить. Огромные окна от пола до потолка пропускали холодный свет луны, который смешивался с теплым сиянием хрустальной люстры и камина. Темное дерево резных панелей отбрасывало золотой блеск. Винтовые лестницы уходили ввысь, к верхним ярусам, забитыми книгами до самого потолка. По периметру стелажей стояли передвижные лестницы, скорее ради интерьера, ведь они были волшебниками. Ей было сложно представить Люциуса, который карабкается по лестнице, в попытке найти нужную книгу. Гермиона шла вдоль полок, боясь дышать. Ей казалось, что именно так пахнет вечность - пергаментом, сургучом, старой кожей и магией, витавшей вокруг. - Здесь всё... - прошептала она, почти касаясь корешков, изящно проводя пальцами по воздуху. - Всё расставлено с такой точностью. - Система хранения довольно интересная, - Драко подошел ближе, его голос растворялся среди книжных полок, приобретая некое чарующе звучание. Сам же он в этот момент смотрел на неё и наслаждался её почти детской увлечённостью. Словно она была ребёнком, которому преподнесли желанный подарок на Рождество. - Книги распределены по разделам магии и хронологии. Левое крыло собрало в себе теоретическую магию и историю цивилизаций. Там есть издания Парацельса, которые он писал при жизни. Еще имеются оригиналы записей Мерлина... Отец гордится ими особо. Так же имеются древние свитки, считается, что они были выкрадены из Александрийской библиотеки. - Гермиона удивлённо ахнула и прикрыла рот ладошкой, не веря и во все глаза смотря. Это вызвало смешок у него. - Да-да, Малфои умеют получать лучшее. У нас всегда была слабость к, по-настоящему, редким сокровищам. - Он выгнул бровь, и ухмыльнулся, оценивающе смотря на неё. Гермиона, смутившись, пробормотала что-то себе под нос и пошла дальше. Потом остановилась перед секцией редких свитков, её пальцы дрожали. Она была полностью погружена в этот восторг, но глубоко внутри, в той части души, куда она не пускала даже себя, продолжала пульсировать ноющая боль. Её нанесли словно тупым топором, не разрубив и оставив её вот так, с зияющей раной медленно умирать. Его слова о жене и детях... Конечно, она всегда это знала. Лорду Малфою нужен наследник.Чистокровная леди, способная продолжить его великий род и такой важный род… Она скривилась от этой мысли, захотелось покинуть его дом и оставить его позади, далеко далеко от себя. Кем была она? После тех проклятий, после всего, что она пережила, она, возможно, никогда не сможет дать ему желаемого. Эта мысль обжигала сильнее адского пламени. Она никогда не станет той самой женой в его крыле. Она никогда не даст ему того, чего требует его статус. Она решила спрятать это. Просто не показывать. Она не позволит своей боли испортить этот момент, её давно ничего так не захватывало и она хотела сохранить это чувство. - Это потрясающе, Драко, - она обернулась к нему, сохраняя лицо спокойного восхищения. - Спасибо, что привел меня сюда. Она присела на край изумрудного и бархатного дивана у камина, чувствуя, как тепло мягко обволакивает её. Драко опустился в кресло напротив. В свете огня его лицо казалось идеальным. Он был таким холодным и, не смотря на это, бесконечно родным. - Хорошо, Гермиона. Ты хотела поговорить. Я слушаю. Он щелкнул пальцами, в воздухе появилась тяжелая бутылка из толстого хрусталя и один бокал. Гермиона вопросительно выгнула бровь, глядя на это проявление эгоизма. Драко пожал плечами и так же вопросительно вскинул бровь в ответ. Криво усмехнувшись, понимая, что она серьёзна в своих намерениях, призвал второй бокал. Он разлил янтарную жидкость, и по библиотеке поплыл терпкий аромат дорогого алкоголя. Он передал ей бокал и они замолчали. Гермиона смотрела на огонь, в котором весело трещали поленья, а Драко терпеливо ждал. Он чувствовал, что ей нужно время, чтобы собрать мысли. У него самого внутри всё завязывалось в тугой узел. Вопросов было немерено, и каждый из них мог стать смертельным для того хрупкого спокойствия, который они только что создали этим поцелуем. - Ммм... - отпила она скривившись, - Это слишком…, - начала она неуверенно, словно вовсе не про алкоголь говорила. Она не отрывала взгляда от пламени. - Вчера я сказала Чарли, что нам лучше быть друзьями. Внутри Драко произошел настоящий взрыв. Словно взорвалось много-много фейерверков. Цветных и огромных. Нельзя было описать дикий восторг, который затопил его сознание в ту же секунду, как она это произнесла. Ему показалось, что он, блять, чуть не описался от её слов. Облегчение обрушилось на него лавиной, смывая остатки ревности. Ему казалось, он сейчас просто подпрыгнет на этом кресле. Но он заставил себя остаться на месте. Мать сказала быть чутким. Не время вести себя как зверь, который почуял обездвиженного кролика. - Почему ты так решила? - Он медленно отпил из бокала, пытаясь унять дрожь в пальцах. - Хм, на самом деле, это идея была плохая изначально, - она уныло вздохнула, вертя бокал в руках. - Чарли... он правда хороший. Он замечательный. Драко выгнул бровь, что ж, это было довольно больно. Он то точно не считал себя ни хорошим, ни замечательным. И слышать похвалы в адрес другого из её уст было как ножом по мясу. - Нет, это правда, Драко. - заметив его реакцию, она подтвердила свои слова. Словно первого раза было недостаточно. Вероятно он заслужил это мучение. - Он хороший, но совершенно не то, что мне нужно. - И что же тебе нужно, Гермиона? - он протянул её имя так, словно пробовал его на вкус, медленно и глубоко. При это отпивая большой глоток и доливая себе в стакан новую порцию. Самое идеальное время напиться, только его ничего не брало. - Знаешь, он слишком... живой, - не ответила она на вопрос напрямую, - Да, он тоже был на войне, но она не коснулась его так, как нас, - она выразительно посмотрела на него, пытаясь передать ему смысл сказанного. В её взгляде Драко читал то, что она не желала произносить. В его голове звучал её крик… Он прикрыл глаза, стараясь заглушить его. - Я не могу быть с ним. Он заслуживает девушку, которая будет его любить так, как это положено... правильно. А я так не могу. - А ты не любишь его? - Драко держался из последних сил. Он буквально слышал, как внутри него протянута тоненькая нить, которая готова разорваться прямо сейчас. Он ждал этого ответа, боясь его больше… Он даже не мог сравнить это с чем-либо. Настолько важно это было для него. - Люблю. Кажется, его сердце сломалось. Нет, он совершенно точно услышал отчетливый хруст. Драко сжал бокал так сильно, что толстое стекло было на грани лопнуть в его руке. Он не успел поднять свои щиты, и вся его агония выплеснулась наружу. Бокал в руке дрожал, он не мог унять дрожь в руке. Хотелось схватить руку второй и удержать её от этой дрожи. Гермиона наблюдала за ним. Она смотрела ему прямо в глаза и видела всё, что он испытывает. И погружалась в эту темную бездну, испытывая при этом странное демоническое наслаждение. - Я люблю его как брата и друга, Драко. Не так, как он хотел бы. И не так, как ты спрашиваешь. Лавина сорвалась с горы и хлынула вниз. Драко издал тихий, почти жалобный стон. Он вырвался из самой глубины его души и пробился сквозь его сжатые лёгкие. В этот миг он был жалок, ничтожен в своей слабости, но ему было абсолютно плевать. Салазар, как же ему было хо-ро-шо. Это признание стало кислородом и он глотал его с открытым ртом, жадно и несдержанно. Он сидел перед ней, полностью открытый, и она видела его нужду в ней, его полную зависимость. Ей нравилось это, она наслаждалась моментом. И не нужно было лезть в её разум, чтобы узнать об этом. Она намеренно не скрывала и он смотрел на её триумф. Никогда раньше он не позволял себе быть таким никчемным, но сейчас он не хотел скрывать боль. Нарцисса была права. Он должен быть собой. Он молчал, не смея перебивать её, упиваясь ею и жадно ловя каждое слово. Гермиона скинула состояние торжества и снова грустно уставилась на огонь. Она отпила немного огневиски и поставила стакан на столик. Тяжело вздохнула, скрестив руки на груди, словно пытаясь отгородиться от той правды, что шла изнутри. - После того, как ты попросил меня отпустить тебя...кхм, после суда... - Драко скривился, и она заметила это, посмотрев на него из-под густых ресниц. - Я понимаю, почему ты это сделал. Я бы тоже так поступила. Если бы это не предложил ты, я бы сделала это сама... наверное, - и всё же она была неуверенна. И это было очень плохое осознание. Драко захотелось вскочить и пересесть к ней на диван, сжать её в своих руках так сильно, чтобы она перестала дрожать, но Гермиона едва заметно покачала головой. Он остался в кресле, лишь слегка придвинувшись и наклонившись вперед, сложив руки под подбородком в замок, впитывая каждое её движение. - Первый месяц в Норе был тяжелым. Все оплакивали потери. Мистер и Миссис Уизли потеряли Фреда. И я тоже… Гарри был в полнейшей депрессии. Мы потеряли друзей, близких... И я хотела быть сильной. Для них… и может для себя. Рон был сам не свой, - Драко скрипнул челюстью при упоминании еще одного рыжего ублюдка. Гермиона снова качнула головой, вынуждая его молчать. - Он много пил и буянил. Это было ужасно. Я помогала по дому. Молли всегда была со мной приветлива, принимала меня как семью... ну, почти. - она горько усмехнулась, словно вспомнив что-то нелепое. - Знаешь, она серьезно думала, что у меня был с Крамом роман, и я изменила и бросила Гарри из-за него. - Что за бред? - Драко вытаращил глаза, едва не выронив бокал. - Ты уже тогда была моя! - выпалив это, он внезапно смутился, понимая, что сказал это вслух. - Ну... я имею в виду... мы уже встречались? Общались? — неуверенно добавил он, словно спрашивая у неё подтверждения их общего прошлого. Гермиона кивнула, подтверждая, и тихо грустно рассмеялась. - Да, всё было так. Но откуда же ей было знать? Так вот, на Пасху она прислала мне крошечное, совсем маленькое шоколадное яичко, когда мальчикам огромные. Мне было так обидно, как можно было поверить в эти газетные бредни, - она покачала головой. - Ты не говорила мне этого. Почему? - в его голосе прозвучала искренняя боль за неё. Она так часто была не понята и не принята… - Я не знаю… - она дёргано повела плечом, - Не хотелось выглядеть жалкой. - Гермиона, - он подался вперед, и его голос задрожал от ярости на весь этот гребаный мир. - Если бы ты только сказала, я бы подарил тебе самое огромное яйцо, какое только существует в природе. Ты бы столько шоколада в жизни не съела. Я бы нашел для тебя лучшие яйца на свете... или отдал бы тебе свои. Ему было невыносимо обидно за то, что она всегда оставалась столь одинокой даже в окружении своих. - О, Малфой, - она неожиданно прыснула, и в её глазах промелькнул прежний озорной блеск. - Я не сомневаюсь, что ты бы с радостью подарил мне свои яйца. Драко растерянно захлопал глазами, не сразу понимая что её рассмешило, а когда до него дошло, он лишь криво ухмыльнулся. - Хм... Вообще-то, Гермиона, я имел в виду те, что присылали мне из дома. Мать всегда заказывала десятки дюжин. Но твой вариант мне тоже нравится... - он наклонился ближе и прошептал: - Порочная девочка. Гермиона густо покраснела и, смутившись, снова отвернулась к камину. Чуть погодя, она продолжила свой рассказ. - Так вот... Молли всё равно замечательная женщина. Она хорошо ко мне относится, и я хотела их поддержать. Они все уже знали нашу историю. Если не всю, то какую-то часть, точно. И Рон... он постоянно срывался. Малфой сжал кулаки. Он всегда мечтал втащить Уизли, но сейчас это стало жизненно необходимо. Этот ублюдок, пьяным, смел срываться на ней? На девушке, которая прошла через пытки и не раз спасала их зад? На той, чья душа была изрезана шрамами? И он называл себя другом? Считал, что любит её? - Он так и не смог принять наши отношения. Постоянно намекал, чтобы я была с ним. Это было... - она замолчала, подбирая слова и сжимаясь. - Весьма агрессивно. Драко рывком вскочил с кресла. Его глаза превратились в щели, полные убийственной решимости. Он, блять, убьет его прямо сейчас. Размажет это рыжее ничтожество по стенке. - Он трогал тебя, Гермиона?! Он что-то сделал с тобой?! - взревел он. Она испугалась этого порыва, вскрикнув и выставив руки вперед. - Нет, нет! Не так, как ты думаешь! Мерлин, он, может, и пытался меня поцеловать раз или два, но не так... Он не... он не пытался сделать что-то иное. Легче не стало ни на грамм. Драко стоял посреди библиотеки, тяжело и часто дыша. Блять, какой же он был кретин. Как он мог позволить себе думать, что она будет в безопасности с этими моральными уродами? Поттеру тоже нужно было втащить. Куда, сука, он смотрел?! Гермиона уже указывала ему на диван, и он почти без сил плюхнулся обратно. Грёбаный ад. Какой ужас. - Он просто говорил неприятные вещи. Не понимал, почему я не могу быть с ним. Он постоянно твердил о тебе, обвинял... и делал этим только хуже. - Где был Поттер? Куда смотрел этот святой урод? - прорычал Драко. - Драко, ты же понимаешь, что пережил Гарри? - тихо спросила она. - Он старался меня поддержать, но чувство вины убивало его так же сильно. Он винил себя за каждую смерть, за все, что случилось. В том числе и со мной. Он еле находил в себе силы просто смотреть на меня. И я должна была быть сильной ради него. Она смахнула прядь волос с лица, и Драко увидел, что её пальцы дрожат. Он знал этот жест, она из последних сил пыталась не разрыдаться. Возможно, он и сам бы сейчас заплакал, если бы умел. Но он не умел. Ему хотелось только одного. Обнять её так крепко, чтобы она наконец-то смогла отпустить этот груз. - Так появился Чарли, - продолжала она, её голос стал совсем тонким. — Он единственный, кто позволял мне быть собой. Принимал мои слезы. Я часто уходила из дома, у меня было одно место, где я сидела часами и просто плакала. Она встала с дивана и медленно прошла к стеллажам. Драко тоже поднялся, но не последовал за ней. Он остался стоять, наблюдая за каждым её движением, за каждой реакцией. Гермиона проводила пальцами по корешкам книг, словно ища успокоения. Заземляя себя и удерживая насильно в реальности. - Он видел мои слезы и не говорил, что всё будет хорошо. Не кормил меня ложью. Не осуждал и не стыдил за связь с тобой. Когда она обернулась, её глаза блестели от слез, которые она больше не могла сдерживать. Драко окончательно разбился. Он сделал шаг к ней, но Гермиона сама отступила дальше, идя вдоль стеллажей, словно убегая от него. Не желая принимать жалость, даже сейчас. Она дрожала так сильно, что это было видно даже в полумраке. Драко невыносимо захотелось курить. Это было единственное, что могло хоть как-то приглушить это пекло внутри. Он вытащил пачку из кармана и достал сигарету. Мать наверняка уже спала, и не влетит сюда с намерением отчитать его. К тому же, он был уверен, что она знала, что он вернулся не один. То, что домовики в течение всего этого времени не появились тут, подтверждало это. Скорее всего, они получили прямой указ не беспокоить их. Так что он вполне мог курить, подумал он, призывая пепельницу. - Ты не против? - спросил он хрипло. - А? - она обернулась, её взгляд был затуманен. Она медленно качнула головой. - Нет, совершенно. Мой отец тоже курил... иногда. Она вздохнула, и этот звук был полон такого надрыва, что физически ощущалось, как она собирает себя по кускам. Это было невыносимо. Он ощущал себя полнейшим ничтожеством. Беспомощность пугала его больше, чем любая битва. Он хотел быть для неё опорой, а чувствовал себя тем кто её уничтожает раз за разом. Гермиона молча шла вдоль полок, обхватив себя руками за плечи. Драко закурил, глубоко затягиваясь. Дым обжигал легкие, но контроля над ситуацией больше не было. Он не знал, за какую ниточку схватиться, чтобы спасти их от этого прошлого. - Чарли не знал всей истории, - её голос разносился под высокими сводами и возвращался прямо к нему, оседая пеплом на языке. - Но понимал, что произошло что-то страшное. Он не задавал лишних вопросов, просто был рядом. Я наконец-то могла плакать не только по ночам. Он обнимал меня и не давил. Не просил ничего взамен и не пользовался моей уязвимостью, - она задумчиво оглянулась, но смотрела сквозь него, - А Рон... Рон бесился еще хуже. Представляешь, кем я для него стала? Предательницей, которая спала с Пожирателем, а потом променяла его на собственного брата. Мерлин… - она закрыла лицо руками, и из её груди вырвался рваный вздох. - Дай мне минуту, ладно? Просто минуту. Драко молча прикурил вторую сигарету от первой. Он стоял неподвижно, глядя на её сгорбленные плечи. Её фигура была столь хрупка на фоне этих полок под потолок. Всё это выглядело просто отвратительно. Он ощущал себя последним куском дерьма из-за того, что бросил её в это жерло вулкана. Пока он жил свою охуенную жизнь, наслаждаясь роскошью вилл и яхт, получая удовольствие от красоты Италии, она здесь унижалась, пряталась и позволяла себя ломать. Блять, почему это долбанное дежавю преследовало их? Почему она в который раз страдала из-за его решений? Чем он заслужил право делать такой выбор за них обоих? Она скиталась по холодным углам чужого дома, пока он снова пил коллекционные вина. А он даже не знал... не разделил с ней ни грамма этой боли. Вел себя как ебанный эгоист и ублюдок. Драко всегда понимал, что он не заслуживал её. Но сейчас это осознание было чуточку сильнее. Не заслуживает. Ни на грамм. Ни один её волос. Но в этот раз... в этот раз он не позволит ей быть одной. Даже если она будет бить его, кричать, чтобы он ушел. Даже если будет проклинать - он не уйдет. - Гермиона... - он прошептал её имя так нежно, что сам испугался своего голоса. Он шагнул ближе, сокращая расстояние, пока между ними не осталось ничего, кроме запаха табака и её отчаяния. - Мне так жаль. Блять, Грейнджер, мне так невыносимо жаль. Он протянул руки и осторожно взял её лицо в свои ладони. Его большие пальцы легли на её щеки, стирая горячие слезы. Он заставил её поднять голову и посмотреть на него. - Позволь... - он умолял её, готов был упасть на колени, - Позволь мне взять часть твоей боли на себя. Позволь мне узнать всю твою историю до конца. Не прячь её больше. - Я не знаю... - её губы были синими и дрожали под его пальцами. В её глазах был такой дикий страх, что Драко почувствовал, как по его спине пробежал холодок. - Мне… - она вдруг начала мелко стучать зубами. - Мне холодно. Драко, мне так холодно. Он мгновенно обнял её. Крепко и отчаянно прижимая к себе, словно пытаясь передать ей жар своего тела. Он зарылся лицом в её волосы, чувствуя, как она содрогается в его руках. - Прошу, позволь мне согреть тебя, - он нежно провел ладонью по её волосам, успокаивая, как напуганного ребенка. - Ты вся дрожишь, Гермиона. Мы не можем оставаться здесь. Пройдем в мои покои, хорошо? Я разожгу камин... Там никто нас не услышит. Ты сможешь рассказать мне всё, что захочешь. Я клянусь, я услышу каждое сказанное тобой слово, - он целовал её в макушку, перенимая её дрожь. В его груди разрасталось отчаяние, граничащее с бессилием. Было горько. Невыносимо. Он сцепил зубы, давая им передышку. Он презирал себя и терялся в этом ощущении… - Просто доверься мне. Еще один раз. Если захочешь - это будет в последний раз… Драко больше не понимал кто из них теперь дрожит сильнее.