Глава 22.

      Я не уверена, что хочу смотреть Драко в глаза, боюсь там найти тот же страх, что живёт во мне. Прямо сейчас во мне слишком много мрачных мыслей. Они постоянно кружат у меня в голове, и мне слишком сложно их контролировать. Я пытаюсь дышать глубоко и ровно, но это очень трудно. Сохранить разум очищенным кажется нереальным. Но Малфой, похоже, и сам очень сильно взволнован, я вижу по нему - как он боится смотреть на меня. Серые глаза смотрят в пустоту, кажется, он совсем забыл о том, что я всё еще тут. Для него я не нахожусь рядом, потому что он сам где-то очень далеко отсюда. И я чувствую себя жалкой, пытаясь поймать крупицу его тепла и внимания.       Глубокая ванная наполнена водой с какими-то настойками. Пахнет приятно и успокаивающе. Его рука, как по приказу, отданому со стороны, ложится мне на живот, туда, где… Впрочем, думать об этом не хотелось, как и не хотелось думать о том, что мы сидим в тёплой ванне вдвоём, когда я могу в любой момент запачкать эту чистую прозрачную воду. Искоса поглядываю на него и, кажется, это его совсем не волнует. Тяжело вздохнув, я задумалась, что девушки и правда странные существа. Переживают там, где мужчины равнодушны.       Драко выныривает из своего оцепенения и смотрит на меня. От его взгляда горит всё моё тело, и тут же чувствую, как он нежно проводит рукой по моим волосам, успокаивает. Подавшись назад, я прикасаюсь голой спиной к его груди. Это то, что мне сейчас нужно - уверенность, что он рядом, что он со мной. Чувствую ритмичные удары его сердца. Оно стучит неистово от того, что мы оба испытали. Полотенце с заткнутым узлом на его бёдрах слегка давит мне на поясницу, и я протягиваю руку, чтобы развязать его. Видимо, Малфой не совсем верно расценил мой жест. Я наблюдаю, как его глаза округлились в панике и он мягко, но требовательно одёргивает мою руку.       Его лицо оказывается между моей шеей и ключицей. Он ласково целует меня, произнося моё имя. Никто не может произнести его так, как это делает он. Звук его голоса гипнотизирует, и я сосредотачиваюсь на этом.       Гермиона.       Оно звучит с придыханием. В ту же секунду, как последний слог вылетает из его губ, я понимаю, что пока он произносит его с такой любовью - я могу быть счастлива. Если однажды это закончится… Возможно, я правда расхочу наслаждаться жизнью… Я хочу произнести его имя в ответ, но не могу выдавить из себя ни звука. Внутри пустота, и мой голос будто украли. Как в той детской сказке про русалочку, которую мама читала мне на ночь...       Драко. Драко. Драко.       Хочется кричать, но я не произношу ни звука - не справилась. В очередной раз я оказалась слишком слаба, отстраняюсь и смотрю на него. Чувствую, как на глаза снова наворачиваются слёзы. То, как он утешал меня, каким испуганным выглядел, но как отчаянно держался ради меня. Это я осознаю только сейчас. Я пыталась не подавать виду, но моя душа так сильно болела в этот миг… Тоска нахлынула вновь, и стало очень сложно сдерживать слёзы. Я ведь знала, что так будет. Знала, что однажды обязательно утяну его в свою темноту. И сегодня я потащила его за собой в очередной раз. Но правда в том, что он нужен мне. Так сильно нужен. Я не смогла бы с этим справиться без него. Если бы это случилось, когда я была бы одна - я уверенна, что точно тронулась бы умом.       Драко, заметив моё напряжение, ласково проводит рукой по моей пояснице и тёплая вода чуть выплёскивается через край. Но его, казалось, это совершенно не волнует. Каждое его движение было продумано и отдавало увереностью. Он не обращает внимание на то, что мы заливаем пол водой. Взмах палочкой и всё будет как прежде. Вот бы и со мной так случилось - с особой печалью думаю я, не надеясь на чудо. Он нежно разворачивает моё лицо к себе и, видя очередные капли в уголках глаз, мрачнеет.       - Пожалуйста, не плачь, - его голос звучит умоляюще.       Слышал ли кто-нибудь эти ноты мольбы от него, кроме меня? Я не уверенна, что такое вообще возможно. Что я сама не придумала это. Однако я не сомневаюсь, что в эту секунду он готов пожертвовать всем ради того, чтобы проклятые слёзы не коснулись моей кожи. Но он не в состоянии это изменить. Я так хочу, чтобы всё это уже закончилось. Так хочу… *** Часом ранее.       Засыпать с ним рядом было для Гермионы самым любимым. Но она всё ещё сомневалась, что она любит больше: засыпать или просыпаться рядом. Размышления об этом так сильно её озадачили, что она просто решила: оказываться в кровати с Драко Малфоем - было её самым любимым. Годрик, разве есть разница, когда именно это будет - утром, днём или ночью? Его присуствие, его спальня, его дом подарили ей то, чего она так давно хотела.       Сейчас девушка мирно спала на его кровати, до неприличия огромной. В её комнате на Гриммо она бы точно заняла больше половины комнаты. Но комната Драко была тоже огромной. Кажется, Малфои действительно любили всё самое лучшее и желательно в большом объёме. За окнами была глубокая ночь, а в камине, тихо поскрипывая, догорали последние тлеющие угли яблоневых поленьев, наполняя комнату сладковатым ароматом. Было тепло и уютно. Из-за тонкой полоски между тяжёлых штор прокрадывался тоненький лунный луч света.       Гермиона лежала на животе, плотно прижавшись к Драко. Её волосы были раскинуты по подушке и лицу. Несколько прядей попало даже на его лицо. Обычно Малфой не выносил таких раздражающих мелочей - перекрученных футболок, плотных пижамных штанов или чужих рук и локтей, которые занимали слишком много места. Но сейчас, тонкая рука Гермионы покоилась на его торсе, и он крепко накрыл её своей рукой, боясь выпустить. Даже во сне он хотел чувствовать, что она рядом, что она настоящая и она с ним.       Девушка проснулась не сразу. Сперва лёгкая морщинка пролегла меж её бровей и напряглось лицо. Она подтянула колени, пытаясь найти более удобную позу. Что-то мешало её сну, беспокоило сознание. Она медленно выныривала из сна, но всё ещё находилась где-то между. Ноющая тянущая боль впивалась в низ живота и поясницу, спускалась ниже и ниже. Вытесняла сон, пока девушка отчаянно боролась с чувством дискомфорта. Тихо застонав, Гермиона приоткрыла глаза.       Несколько секунд зрение привыкало к темноте. Сознание раскрывалось медленно, туманный сон не хотел отступать. Первое, что она увидела были очертания его лица. Красивый, - подумала Гермиона. Даже в темноте она разглядывала его. Черты лица сейчас казались ей мягче. Драко выглядел непривычно спокойным. Совсем мальчишкой, без напряжения холодных глаз, что всегда сканировали пространство, ища подвох даже там, где он совершенно не ожидался. Ей хотелось улыбнуться и коснуться рукой его чуть приоткрытых губ. Поцеловать и обнять крепче, снова погрузиться в сон. Но ноющая боль усиливалась, и она постаралась медленно и аккуратно высвободить свою руку. Поморщившись и глубоко вздохнув, Гермиона легонько освободила ладонь и замерла. Драко зашевелился и, недовольно вздохнув, сжал пальцы в пустоту, но не проснулся. Чуть развернувшись, она просунула руку под тёплое одеяло и приложила ладонь к животу. От тепла ладони стало чуточку легче, и девушка снова закрыла глаза.       Облегчение пришло совсем ненадолго. Потянув колено выше, Гермиона попробовала найти удобную позу, но внезапно почувствовала непривычное ощущение между бёдер. Медленно отстраняясь от Драко, боясь потревожить его сон, она чуть развернулась и плавно села на кровати. Девушка решила, что дойдёт до ванной и, возможно, примет душ, до которого они так и не дошли перед сном, после оглушительных оргазмов, лениво наслаждаясь друг другом и погружаясь в сладостную негу. Близость между ними еще не успела остыть в её теле. Но как только она села объём влаги увеличился, и она почувствовала как сердце забилось сильнее.       Протянув руку в сторону, она дрожащими пальцами нащупала палочку на прикроватной тумбочке. Палочка выскользнула из слабых пальцев и отскочила, разнося звук удара о стекло стакана с водой. Гермиона обернулась, проверяя, не проснулся ли Драко. Убедившись, что он всё так же находится в плену Морфея, она снова потянулась за палочкой. На этот раз попытка обернулась удачей.       Её разум отключился, так и не придумав достойного оправдания происходящему. Однако тело уже работало отдельно от него. Руки сразу же похолодели и задрожали, в ушах гудел гул и её заколотил озноб. На короткий миг ей перехотелось зажигать свет, снова прильнуть к нему, свернуться калачиком и продолжить спать. Но боль нарастала, не давая забыть о себе. Подвигав ногами и чуть сбив одеяло вниз, она прошептала, не узнавая свой голос:       - Люмос.       Синеватый огонёк осветил комнату тусклым светом. А её рука, живя своей жизнью, уже ныряла под одеяло, не слушая хозяйку, и пролезала под резинку шёлковых нежно-розовых пижамных шорт. Пальцы коснулись влаги и она резко одёрнула их. Палочка в руке задрожала и свет непослушно заиграл на стенах. Вытащив ладонь, она так и не рискнула посмотреть на неё, схватила ею край одеяла. Снова бросила взгляд на Драко, который спал повернув голову к ней. Стараясь успокоиться и всё ещё не глядя вниз, она стянула с себя ткань и осветила голубые простыни.       Гермиона как в бреду опустила взгляд на свои ноги и постель. Взгляд застыл и она молча смотрела, не моргая и не дыша. Боль тут же исчезла, испарилась, словно её никогда и не было. Исчез и Драко, мирно лежащий рядом и блуждающий где-то в лабиринтах своего подсознания. Остались только она, розовая ткань, пропитанная чем-то тёмным, между её ног и тёмное пятно на блестящем шёлке голубых простыней.       Кровь в этом свете совсем черная. - подумала Гермиона.       Её память, не спрашивая разрешения, зашвырнула её далеко назад. Она дрожала от страха, боли и холода, и её руки были в крови. Она чувствовала, как металлический вкус железа наполнил её гортань, а ноздри вдыхали запах ржавчины. Казалось, даже волосы пропитались алыми каплями и теперь липли к лицу и спине. Замотав головой, пытаясь сбросить с себя это наваждение, она выронила палочку и та с глухим стуком упала на пол.       - Нет… - вырвался из её горла хрип.       Она забила ногами, пытаясь выбраться из-под одеяла. Но оно запуталось у неё в ногах, и она с ещё большим остервенением пыталась его скинуть.       - Нет. Нет. Нет. - из груди вырывались лишь хрипы, смешанные с отчаянным стоном мольбы.       Беззвучные слёзы сменились рыданиями, и девушка, продолжая брыкаться, теперь отчаянно пыталась натянуть на себя мягкую ткань одеяла. Драко в этот же миг проснулся с ощущением, будто его вырвали из сна насильственно. Он не сразу понял, что именно его разбудило: крики или удары. Просто был ошарашен и не сразу нашёл её взглядом. Резко обернувшись, он увидел её. Он уже собирался успокоится, предположив, что это был очередной дурной сон, но тут же обнаружил в каком состояние она находится. Его шок мгновенно сменился паникой. Прижимая руку ко рту, она рыдала, и он мог разобрать только обрывки её бессвязной речи. Её голос захлёбывался в рыданиях.       - Нет… Только… Пожалуйста… Нет…       Совершенно ничего не понимая, он потянулся к ней:       - Гермиона?       Её плечи дрожали, лицо было покрыто каплями, которые могли посоревноваться с лондонским ливнем. Она прижимала ладонь к животу и не могла сделать и вдоха от охватившей её истерики.       - Не-е-ет! - рвалось из её груди. Гермиона задыхалась, всхлипывала, пыталась отшвырнуть одеяло, а затем сразу же его натягивала на себя и отползала к краю кровати.       - Гермиона, что случилось?! - Драко снова подался к ней, протягивая руки, чтобы обнять, но получил совершенно неожиданную реакцию.       - Не трогай! - закричала она. Девушка едва не накинулась на него с кулаками, отбрасывая его руки с безумным страхом в глазах. Запутавшись в простыне у ног, она споткнулась, но ей всё же удалось вскочить и отступить от кровати. - Не трогай меня! Пожалуйста… Нет!       Он тут же скинул с себя остатки мягкой ткани и подался вперёд, пытаясь встать. Подняв руки открытыми ладонями к ней, он медленно сделал шаг вперёд. Его пугало её состояние. Он боялся, что ей снился один из тех кошмаров, что преследовали его самого. Очевидно, он оказался с той силой, которая смогла подмять её под себя.       - Посмотри на меня! - он попытался перехватить её за плечи. Наблюдал, как губы задрожали сильнее, и она сгибается пополам, обхватывая себя за талию. - Гермиона, прошу тебя, скажи, что происходит.       Но девушка лишь сильнее заплакала. Потянув её вверх, Драко заглянул в её глаза. Они казались стеклянными, пустыми. Она смотрела прямо на него, но, казалось, совсем не узнавала. Драко даже не мог представить, о чём она думает в этот момент.       - Мне больно, - шёпотом сказала она и заплакала ещё сильнее.       Никогда ещё Драко не испытывал такого удивления и страха одновременно. Взгляд пробежал по её лицу и спустился ниже, чтобы понять что и где у неё болит. Остановился на руках, скрещённых на животе. В тусклом свете палочки, что валялась на полу, он ничего не понимал. Одно невербальное и комната осветилась мягким тёплым светом. Гермиона в страхе оглянулась вокруг.       - Нет… - снова зашептала она, отступая на шаг. - Прошу…       Взгляд скользнул ниже останавливаясь на ткани её шорт, пропитанных тёмной влагой. Следом зацепился за тонкие струйки на внутренней части её голых ног. Вспышка дикого страха охватила всё его тело. Он едва не рухнул перед ней, и всё, что его удержало - это боль и страх в её глазах. Кошмар. Его будто окатило холодной водой из зимнего океана. Там, где тают глыбы льда. Страх не наступал на него постепенно, как это бывало обычно. Он врезался резко, неожиданно, выбивая почву из-под ног и перехватывая его за горло. Лизал его тело от затылка до пят. Он вцепился в её сложенные руки и невнятно что-то пробормотал. Потом резко обернулся на кровать, в шаг оказался рядом, одёргивая одеяло с её стороны. Ужас. Ему пришлось ухватиться за изголовье, чтобы устоять на ногах. Он резко обернулся к ней и теперь тот же страх отображался в его глазах. Губы бессвязно что-то шептали. Мысли были в хаотичном клубке.       - Гермиона… - его голос сорвался, и он в миг стоял уже рядом с ней, вжимая в свои объятия.       Могла ли она…?! Блядство. Он не позволил своей мысли набрать оборота. Не позволил забрать себя туда, откуда он точно не выкарабкается. Это было похоже на безумно глубокую яму с голодными львами, и ему нужно было подняться наверх, чтобы не быть пойманным. То, что он не выберется, он был уверен. Стать причиной еще одной трагедии для них, было выше его здравомыслия. Гермиона схватилась за край штанов и пыталась стащить их вниз, он тут же прижал её запястья своими.       - Не надо.       Драко смотрел, как она пыталась высвободить свои руки, и пытался быстро обдумать дальнейшие действия. Что с ней произошло? Чем ей помочь? Как? Её старания усилились и жалобные стоны рвали его измотанную душу. Он чуть ослабил хватку и она тут же накрыла лицо освободившимися руками, плача. Малфой снова сжал её в своих крепких руках, и она, уткнувшись в его грудь, зарыдала с новой силой.       - Я не могу, не могу.       Отчаяние в её голосе, вся та боль, что пробивалась в её словах - разбили его. Он не мог поверить, что такое возможно. Рваная дрожь её тела отдавалась в нём. Руки на ней дрожали мелкой позорной дрожью, которую он не смог проконтролировать. От этого неведения, от её состояния, от своей беспомощности - ему самому хотелось разбиться. Но видя её - не ту сильную волшебницу, которую он знал, не ту сильную девушку, которая могла справиться со всем. Он понимал, что если сейчас позволит своему страху взять верх, она просто утонет. Гермиона задыхалась в его руках и позволяла панике брать над ней верх.       - Дыши вместе со мной, любовь моя, - мягко произнёс он, стараясь контролировать свой голос. Не выдать страха и дрожи. Обнимая сильнее. - Посмотри на меня и дыши, хорошо?       Она вздрогнула. Но судя по реакции - слушала, и он продолжил говорить:       - Ты со мной. Мы в Мэноре и всё хорошо. Всё закончилось и я буду рядом. Я не отпущу тебя, не оставлю. Ты не будешь одна, Гермиона. Я обещаю тебе. Я буду рядом. Что бы ни случилось...       Она сделала глубокий дрожащий вдох и выдох. Драко почувствовал, как с этим к нему возвращаются силы. Она что-то сказала, но он слышал лишь писк и неразборчивые фразы, поэтому не нашёл ничего лучше, чем просто продолжить:       - Я здесь! - Драко медленно сделал шаг к креслу у камина и она повторила за ним. Как мотылёк тянется к свету, так она тянулась к нему. - Ты со мной. Слышишь? Оставайся со мной. Пожалуйста, Гермиона… останься здесь. Я так нуждаюсь в тебе. Дыши. Дыши со мной.       Он уткнулся носом в её раскиданные волосы, слегка спутавшиеся от сна и истерики. Зажмурился до вспышек в глазах и пытался дышать вместе с ней, хотя его дыхание не сильно отличалось от её. Гадство. Блядское гадство. Её тело всё ещё билось в его руках, но всхлипы почти прекратились. Он молился всем известным богам, чтобы этот грёбаный ад прекратился. Чтобы эта ночь не забирала её. Чтобы она нашла свой рассвет в той темноте где была.       - Я вызову целителя, - садясь и усаживая её к себе на колени, хрипло выдохнул он, не разжимая объятий.       Гермиона не поднимала головы от его груди. Боялась смотреть ему в глаза. Боялась увидеть себя его глазами. Боялась увидеть его таким, каким она его сделала. Возможно ли такое? Смогла бы она снова принять это? Камин закипел и через минуту сонный голос отозвался. Драко медленно и спокойно что-то говорил мужчине, но она не слушала. Закрыла глаза и растворилась в себе. Обида на себя не давала ей расслабить тело, между ног всё ещё было влажно и ей было до безумия стыдно сидеть у него на руках. Но сил вставать и отпираться совершенно не было. Она услышала хлопок и снова его тихий голос. Кажется он просил чай с травами у эльфа. За спиной зашуршала ткань и был слышен семенящий топот маленьких ножек по ковру. Через несколько минут в дверь постучали. Тихий стук её напугал и она задрожала, только сейчас осознавая, что они не одни в поместье. Его грудь поднялась и с тяжёлым вдохом опустилась. Перехватив её за талию и под ноги, он встал, держа её на руках. Подошёл к кровати и опустил на чистые тёмные простыни. Гермиона свернулась комочком, и он накрыл её чистым одеялом, которое пахло свежестью. Наклонившись к ней, Драко осторожно поцеловал её в макушку и направился к двери.       Драко открыл дверь и нисколько не был удивлён, когда обнаружил там стоящую Нарциссу. Мать пришла в его крыло в тонком халате и с распущенными из причёски волосами.       - Дорогой, всё нормально? - тихий тревожный шёпот и быстрый оценивающий взгляд.       - Мама, - устало выдохнул он, выходя в коридор и оставляя дверь чуть приоткрытой.       Ему прямо сейчас хотелось почувствовать тепло материнских рук. Ощутить по полной её слепую веру в него, когда он сам в себя не верил. Хотелось на мгновение позволить себе быть слабым и почувствовать страх. Открыть свои настоящие чувства, но он не позволил себе этой роскоши. Вместо этого он отпустил щиты и немым взглядом дал понять матери, что позволяет ей.       Мягкое проникновение в сознание оказалось облегчением, он наконец смог отдать часть тревоги кому-то другому. Нарцисса покинула его голову так же мягко как и вошла. Она приложила руку к губам и попыталась заглянуть в комнату. Драко удручённо покачал головой.       - Я могу войти? - тихо спросила она, оглядываясь назад. Пересекая коридор быстрым шагом, к ним уже подходил Люциус. Драко взглянул на отца и коротко кивнул.       - Нет, мама, - твёрдо ответил он.       - Возможно, ей нужна женщина, Драко, - снова встревоженно зашептала Нарцисса. Ни сын ни мать не обратили внимания на то, как в изумлении поднялись брови у Люциуса.       - Я сказал, что справлюсь сам, - уклончиво, но уже с лёгким раздражением ответил Драко, желая поскорее вернуться к Гермионе. Ему казалось, прошла вечность с той минуты как он оставил её. Он боялся того, что она может надумать себе.       - Что случилось, сын? - подал голос Люциус. - Почему вызвал целителя?       - Я не знаю. Возвращайтесь к себе.       Завтра ему будет стыдно за то, как нетерпеливо он общался с ними. Они всего лишь хотели помочь. Не стали бы тревожить его, если бы не их переживание. Но сейчас было не до этого.       - Позволь матери войти, - снова начал напирать Люциус, размышляя о том, что было бы крайне неудобно, если бы Гермионе Грейнджер стало плохо у них дома.       - Сейчас ей нужен я, - отрезал Драко. Он видел, что Нарцисса не обиделась, она согласно кивнула и взяла отца за руку. Её внимательный взгляд видел, насколько сын сейчас был близок к срыву, насколько он по-настоящему волнуется.       - Хорошо, тогда мы подождём здесь, - подал голос Люциус, но был снова остановлен.       - Нет, ты вернёшься к себе, отец.       Брови мужчины взметнулись вверх. Нарцисса снова сжала руку мужа и чуть потянула на себя. Между двумя мужчинами Малфой периодически возникали стычки, это было нормально. Она понимала, что Люциус не знал полной картины случившегося, зная, он не стал бы так напирать. Но и сыну нужно было быть сдержаннее. Не сейчас, потом, когда он осознает.       - Что, выгонишь меня из моего же коридора?       Глаза Драко потемнели, он сделал шаг вперёд.       - Если потребуется.       Только увидев праведный гнев на лице Драко, Люциус начал понимать насколько серьёзна ситуация, раз сын так отчаянно бился за приватность. Что-то пошло не по плану и не казалось, что мисс Грейнджер просто было плохо или лихорадило. Люциус стал выискивать причину, но ничего не приходило на ум.       - Насколько всё серьёзно?       - Я же сказал, что не знаю! - тихий рёв его голоса отозвался от стен.       Люциус покачал головой, а Драко прикрыл глаза, понимая, что переходит любую дозволенную черту. Малфой-старший напрягся, но решил отступить. Нарцисса коснулась предплечья сына и скользнула к кисти руки. Крепко сжав, понимающе качнула головой и мягко добавила:       - Мы будем в моём салоне, Драко.       Драко кивнул и взялся за ручку двери, чтобы войти в комнату. Но был остановлен рукой отца. Крепкая мужская рука сжала его локоть.       - Драко, - твёрдый уверенный голос отца мог бы его снова разозлить, если бы не родовая магия, которая текла по венам и была их общей. Он чувствовал всё, что тот не произнёс вслух.       - Хорошо, - ещё один последний кивок родителям и он снова скрылся в комнате.       Войдя, он снова подошёл к кровати и Гермиона подняла на него глаза. Ей не нужно было ничего говорить, выражение её лица все передавало без слов.       - Даже не думай об этом, - сразу отрезал он любые её мысли и аккуратно сел рядом с ней.       Он не знал, что ещё сказать. Хотелось убедить её, что всё будет хорошо, но он давил в себе слова утешения. Она никогда не любила их, презирала если кто-то бросался ими на ветер. И он не решился. Приложив руку к её лбу, он нежно провёл по нему костяшками пальцев. Ему было горько от того, что с ней творило их прошлое. Было горько наблюдать, как она так быстро сдалась страху. Она никогда не была такой. Никогда он не видел в её глазах обречённости. Даже в тот миг, когда она лежала на полу под прицелом палочки Беллы. Он хотел, чтобы она снова была собой, но он не мог это изменить так быстро. Боль до сих пор шла за ними по пятам. Драко винил себя за это. Винил, что позволил этому так долго владеть ими. Если бы тогда, после того как война закончилась, они бы начали сначала… Скорее всего они бы уже справились. Но Гермиона так долго носила это в себе в одиночестве, что он боялся, что она свыклась с этим чувством. Шипение камина привлекло его внимание и он встал, ища глазами хоть что-то, что можно накинуть на себя. Под рукой ничего не оказалось и ему пришлось снова отойти от неё, обогнуть кровать и схватить с пола свои брюки, которые он бросил тут перед сном. Целитель появился именно в тот момент, когда он стоял одной ногой в штанине. Быстро справившись с брюками он подошёл к мужчине в возрасте и протянул руку.       - Мистер Элмерз, спасибо, что пришли. Извините за поздний вызов.       В ответ целитель лишь пожал руку и радушно улыбнулся. Он огляделся и заметил напуганную девушку на кровати. И хотя на его лице не дрогнул ни один мускул, Драко видел, как в его глазах искрило удивление от узнавания - кто перед ним.       - И так, мистер Малфой, расскажите, что случилось? - спокойным голосом спросил мужчина. Ему было не привыкать посещать самые закрытые дома среди ночи.       Драко сперва растерянно посмотрел на целителя, потом на Гермиону. И как только он взглянул на неё, сразу же переменился. Выпрямился и собрался.       - Мисс Грейнджер проснулась от боли, - начал он совершенно не зная, что случилось, но точно зная, что она не в состоянии говорить сама. И он позволил ей эту слабость. - Эм… и ещё она была в крови.       - В крови? - переспросил Элмерз, уже подходя к кровати и разглядывая девушку. Он вытащил палочку из своей небольшой сумки. И Драко пришлось подтвердить свои слова. - Здравствуйте, мисс Грейнджер.       Гермиона слабо кивнула ему, не поднимая взгляда. Он узнал её, это она поняла сразу и пыталась определиться со своими чувствами. Гермиона Грейнджер, в постели наследника Малфоев, когда он стоит полуголый посреди ночи. Мысль колола её играми шипов, но сил на неё не было и она так же быстро погасла. Выпутываться из этого придётся потом. Драко подошёл к ней и сел на край кровати, беря её за руку. Пальцы сжали её холодную ладонь. Он видел, как её глаза снова становятся влажными. Видел, насколько сильно она борется с тем, что с ней происходит, как неловко и стыдно ей было. Новый всхлип. Потом ещё один.       - Ну-ну, мисс, - мягко сказал целитель, вставая рядом с ней. - Вы позволите мне вас осмотреть? Могу задать вам пару вопросов?       Он одарил её тёплой улыбкой, совершенно не выражая никаких чувств, кроме профессиональных. Гермиона кивнула, всё ещё не поднимая на него глаз. Драко гладил её ладонь, отдавая всю свою поддержку.       - Гермиона, - мягко и настойчиво позвал он её. - Всё хорошо.       Она посмотрела на него своими медовыми глазами, которые были полны слёз от колоссально сильных чувств. Он видел хаос и мог разобрать его по полочкам. Лишь покачал головой и подняв её руку прижался губами. Мистер Элмерз принимал всё как должное. И этот жест Драко, который показывал ей, что он уверен в том, что делает и готов на любое мнение со стороны, расслаблял её.       - Мистер Малфой, не могли бы вы нас оставить? - обернулся к нему целитель, берясь за край одеяла Гермионы. - Вы позволите?       Драко отрицательно качает головой, наравне с тем как укутанная по горло Гермиона кивает и позволяет ему чуть откинуть одеяло. Малфоя накрывало водами этих глазах, переполненных виной и сожалением. Хочется встряхнуть её хорошенечко. Но он понимал, эта придурь из неё не скоро выветрится. Наоборот, как только она успокоится - это окончательно затопит её до основания. Из-под толщи ненужных сожалений и неоправданных страхов он слышал голоса - мужской и тихий едва слышимый девичий. Родной, тот что привлекал внимание:       - Где болит?       Вероятно, она отвечала на вопрос и тем самым вытащила Драко из себя. Он снова смотрел на неё с теплотой, а она так и не подняла глаза на целителя. Как будто избегать его было выходом. Тот задумчиво кивнул и снова обернулся к Драко, выжидающе ожидая, когда он покинет помещение.       - Я не уйду, - ответил Малфой, даже не шелохнувшись. Рука Гермионы всё ещё в его, и он чувствовал как тепло медленно возвращается к ней. - Я… Приступайте.       - Хорошо, поступим так, - говорит мужчина, понимающе кивая, и начинает задавать общие вопросы.       Драко выхватывает несколько фраз. Они обсуждают насколько резкая боль, есть ли головокружение, тошнит ли её и когда она проснулась. Гермиона отвечала односложно, тихо, но судя по румянцу на щеках - ей правда становилось лучше. Спросив разрешения, мистер Элмерз взмахом палочки вывел над ней графики и пульсации. Хмурясь, изучал что-то и водил палочкой. Тонкие нити переплетались и двигались. Драко внимательно следил за лицом целителя. Изучал его движения. Гермиона смотрела на него, чувствуя неловкость. Он чувствовал, как её мёд тянул к себе, но игнорировал эти позывы. Ему казалось, что сдавливали грудь, и он, поменяв позу незаметно, пытался вдохнуть больше кислорода. Это оказалось чертовски бесполезным занятием и он быстро сдался.       Снова сосредоточился на мужчине, что стоял задумчиво рядом. Разгадать, что у него в голове, казалось той же задачей со звёздочкой, что, блять, достались чемпионам Кубка огня на четвёртом курсе. Он едва не хмыкнул, но подавил в себе этот гадкий звук. Мелькает мысль, что неплохо было бы проникнуть в его голову, но целитель вдруг снова поднял руку. Наконец, сворачивая искрящую сетку над её телом, он повернулся к Драко.       - Никакой трагедии нет, девушка здорова.       Произнесённые слова принесли вздох облегчения. Он понятия не имел как правильно на это реагировать, но самым правильным показалось счастливо растянуть губы в улыбке, только этого не выходило. Слишком сильно было то липкое ощущение, что он испытал. И теперь сказанные слова вызывали недоверие.       - Теперь вы можете оставить нас, мистер Малфой? Мне нужно обсудить с мисс некоторые вопросы. Возможно, вы её будете смущать.       - Но… - начинает Драко и не знает как оформить вопрос. - Если всё хорошо, почему…       Вопрос застревает в горле и он умоляет глазами понять его без слов. Рука тянется к одеялу. Короткое, едва слышное "Можно?" и Драко получает разрешение Гермионы. Её пижама всё ещё в крови. «А куда ей деться, придурок?» - ловит сам себя на глупости Малфой. Целитель изучает Гермиону внимательным взглядом и понимающе кивает.       - Обычные женские дни…       - Оо, - выдыхает Малфой, и в этот раз он сам испытывает неловкость. За свою глупость, за страх, за то, что позволил себе поверить в нечто ужасное. Он наклоняется к Гермионе, не обращая внимания, что они не одни, и прижимается к её дрожащим губам. Она испытывает те же чувства. - Я отойду, хорошо? Но ты можешь позвать меня в любой момент, обещаешь?       Она всхлипывает и говорит короткое жалобное «Да». Он резко поднимается и не глядя пересекает комнату в направлении ванной. Блять, он просто конченный кретин! Открыв дверь, он влетает в ванную и, подойдя к раковине, упирается руками в мраморную поверхность. Чёрт. Чёрт. Чёрт. Ему хотелось исчезнуть. Открыв кран, Драко подставляет руки под холодную воду и брызгает себе на лицо. Повсюду разлетаются искры брызг. Он снова отходит он раковины, запуская руку в волосы, крепко сжимая, и откидывает челку назад. Мерит помещение шагами и дойдя в очередной раз до стены, набрасывается на неё, колотя ногой, будто избитая им стена принесет хоть что-то кроме боли в ступне. Страх сменяется на гнев. Ощущение собственной ничтожности, которая лепит свою паутину прямо на нём. Блять. Блять. Блять. Слова слетают с губ, оседая вокруг него прахом. Развернувшись, в яростном порыве врезается в мрамор, сжимая столешницу руками. И согнувшись, упирается лбом в холод камня. Его плечи мелко дрожат, а сам он на грани расклеиться и броситься в слезы прямо сейчас. Рука тянется к крану и снова холод воды обрушивается на лицо. Он должен придти в себя, должен быть тем кто ей нужен. А не блядским куском дерьма, которого хочется пожалеть и спасти. Выпрямившись, он смотри на себя в зеркало. Найдя в нем безумца с раскрасневшими глазами и растрепанной шевелюрой. На секунду он подумывает запустить себе в лицо чары гламура, но быстро отметает эту мысль, боясь, что Грейнджер догадается, и он тем самым сделает только хуже.       Вернувшись в комнату, он цепляет лишь конец их разговора - обрывки фраз и перечисления. Ничего в этом не смысля, он просто стоит рядом, убрав руки в карманы, и ждёт. Врач протягивает несколько флакончиков с зельями, но он перехватывает их и разглядывает. Сжимая челюсть, вертит в руках.       - Мисс нужен покой и сон, мистер Малфой. Первое - это обезболивающее, можно выпить половину сейчас. Второе - если крови станет больше.       Драко кивает, и целитель, снова обращаясь к Гермионе, просит её не волноваться. Откупорив крышечку Малфой протягивает ей зелье и помогает присесть на кровати, подкладывая под ее спину подушки. Смотрит, как она медленно подносит зелье к губам, выпивает и морщится. Его лоб соприкасается с её, и он слышит такой же вздох облегчения, что и у него. Не отрываясь, он тихо зовёт Тинки. Потом снова целует её, задерживая губы на её коже до неприличия долго. И тихо говорит:       - Попроси у Тинки всё, что тебе нужно, я сейчас вернусь.       Первая его цель: маленький выдвижной ящик в комоде. Гермиона наблюдает, как он вытаскивает оттуда пухлый мешочек. Она готова поклясться, что он до краёв заполнен галеонами, а не сиклями и кнатами. Ей снова становится неловко. Драко сжимает его в кулаке, и протянув обе руки к ладони врача - пожимает её передавая золото. Всё выглядит так, будто они просто соединились в уважительном приветствии. Потом подходит к двери и протягивает руку, пропуская мужчину вперёд. По коридору они идут молча. Камин из спальни наследника не открыт для дома мистера Элмерза и он ведёт его в главный холл, туда, откуда тот всегда заходил в этот дом. У самого камина они останавливаются и смотрят друг на друга. Мужчина кладёт руку на его плечо и говорит, скидывая с себя всякие формальности:       - Драко, мне нужно будет, чтобы ты привёл её ко мне на осмотр.       В серых глазах застывает вопрос и опасение. Он же сказал, что все хорошо...       - Что-то не так? Что это было? - устало слышит он себя со стороны.       - Судя по всему, это была не нормальная реакция на обычное женское. И то, что девушка рассказала мне… Ты должен посодействовать, чтобы она лучше смотрела за собой.       Он снова испытывает ёбанное чувство вины.       - Что вы имеете в виду? - осторожно спрашивает он.       - Она не помнит точные даты и её состояние нерегулярное, - мужчина испытывает дискомфорт и говорит завуалированно, но этого достаточно, чтобы понять о чём он.       - Насколько нерегулярно? И насколько это серьёзно?       - Девушка пережила много стресса, - замявшись он добавляет: - И разные ситуации… в этом случае это нормально. Промежутки разные - он пожимает плечами, как бы показывая, что сам не уверен в той информации, которой обладает, - два месяца, три, четыре, как говорила она, и это длится давно, судя по ее словам. Оттого я бы и хотел понаблюдать за ней. Она не посчитала нужным обратиться к целителям…       Он разочарованно вздохнул. Он давно перестал пытаться это понять. Перестал искать логику в её поступках. На выдохе выдавил:       - Гермиона склонна к пренебрежению, когда дело касается её…       Мужчина, который лечил его маленьким и знал его всю жизнь, тепло посмотрел на него и понимающе сжал плечо.       - Её реакция хоть и объяснима, но весьма неоднозначна.       Они обменялись понимающим взглядом и после крепких рукопожатий и убедительного обещания Драко, что он настоит на повторном посещении целителя, распрощались.       Дорога обратно занимает непростительно много времени. Вернувшись в комнату, он находит её в постели. Всё такую же сжатую в комок.       - Ты злишься.       Это не было вопросом и ответа не требовалось. Он злился. Признание этого далось легко, не было ни намека на отрицание. Конечно, мать твою, он злился. Запустив руки в волосы, он снова оказывается около неё. Она смотрит на него потухшим взглядом и Драко отчаянно желает никогда не видеть у неё таких тусклых глаз.       - Я не злюсь на тебя. Я злюсь на то, в каком дерьме мы находимся. Злюсь на себя. На то, что не понимал, что с тобой происходит. Не понимал, ранена ты или… - он чувствует вселенскую усталость, но не готов вот так просто сдаваться. - На всех вокруг и на то, что с тобой случилось, Гермиона. Не на тебя.       Она не двигаясь смотрела на него, глядела в душу, которую раздирали её страхи. Его голос стал тише.       - Злюсь, что ты не могла дышать, а всё, что я мог - это просто говорить с тобой. Знал, куда ты ушла, но не мог пойти следом. Не знал, когда ты вернёшься. Злюсь на свой дикий страх, на то как сильно… Мерлин, - он прикрывает глаза рукой и сводит пальцы на переносице.       - Этого хватило, Драко, - тихо говорит она и тянет его за руку. Малфой ложится рядом, на самом краю, на бок, лицом к ней. - Ты был рядом.       - Великое достижение, хотя бы раз я оказался там где должен быть, - с болью ворчит он и, не услышав её смеха, понимает, что шутка совершенно не удалась.       Гермиона прижимается к его груди, доверительно утыкается и вдыхает его запах, как голодная львица и Драко медленно гладит её по волосам, голове и плечам.       - Я наберу тебе тёплую ванну. Тебе нужно расслабиться и поспать.       Она жалобно заскулила, не желая расставаться с ощущением дома. Ведь именно им он был для неё. Просьба вылетает из неё раньше, чем она успевает удержать её внутри себя:       - Не уходи, прошу.       Ванная была за стеной. Их разделили бы пара десятков шагов, но он понимал, что дело не в расстоянии. Привстав на локте, он внимательно смотрит на её лицо и что-то решает для самого себя.       - Позволишь? - оказываясь на ногах, он откидывает одеяло, стараясь не смотреть на её пижамные шорты. Она медленно кивает, и Драко поднимает её на руки.       Он заходит с ней в ванную и идёт к окну, напротив которого расположилась огромная чаша. Ставит её на ноги и открывает кран. Притягивает с помощью акцио несколько внушительных баночек. Выливая поочерёдно их в ванную, они смешиваются с водой, создавая запах каких-то трав. Гермиона отчётливо улавливает лаванду и что-то напоминающее успокаивающее зелье. Вдыхая, она и правда испытывает покой.       Пока вода льётся и наполняет ванну, он молча спрашивает разрешение, тянет края её шёлкового топа вверх. Сняв его и помогая расправить её длинные локоны, нежно обхватывает лицо руками и касается её лба тёплым поцелуем. Ей кажется, что она слышит тихое «Прости меня», но Драко уже плавно опустился перед ней на колени, обнимая её за талию и прижимая к себе. Пытаясь удержаться на ногах, она кладёт руки на его голову и перебирает пальцами платину его волос. Его лицо у её живота и она чувствует как его тёплые губы скользят по коже.       Это больно. И приятно.       Его пальцы касаются резинки шорт и её снова выводит из транса. Она испуганно смотрит вниз и видит как ткань скользит по её ногам под натиском его рук. Шорты лежат бесформенной кучей у её ног, но он не смотрит на них. Так же как и она уводит от них взгляд. Стоя перед ней на коленях, он смотрит прямо на её лицо, ища там ответы на вопросы, что кружат у него в голове. Медленно поднимается на ноги и помогает перешагнуть за край ванны. Придерживает, будто она из хрусталя, такого тонкого, что сломается в миг от одного его резкого движения и помогает сесть. Вода тёплая. Он, ещё раз проверив её кончиками пальцев, накладывает чары стазиса.       Гермиона всегда любила чувствовать его магию. Он так спокойно владеет беспалочковой магией, что ей ничего не остаётся как молча наблюдать за тем, как это красиво и правильно сделано. Она так не умеет.       Мокрые пряди волос прилипают к спине, а она, молча поджав колени к груди, сидит, глядя в стену. Гермионе хотелось пережить сегодняшнюю ночь, а не сгореть со стыда. Но едкий огонь опаляющими шарами раскатывается по её телу. Она чувствует кожей, как Драко борется с желанием утешить её, но молча садится на край чаши и, зачерпывая ладонью воду, льёт её по плечам. Он продолжает молчать, даже тогда, когда девушка перехватывает его руку и целует тонкие длинные пальцы.       - Спасибо, - её глаза наполнены благодарностью и она не хочет скрывать, как ей важно его присутствие.       Даже сейчас, когда она чувствует, что во всём происходящем виновата только она. Почему-то ей важно сказать об этом, но Гермиона боится, что эти слова принесут ему очередную порцию разочарования в себе. А он и так полон им. Это проявляется во всём. В его резких движениях, глазах, за которыми он так тщательно скрывает всю катастрофу внутри себя, за его молчанием. Смогут ли они пережить этот момент? Готовы ли их чувства и они сами к такому? Как много ей нужно времени, чтобы поверить, что всё действительно закончилось? Несмотря на то, что только рядом с ним она перестаёт чувствовать себя сломанной, несмотря на всю ту безграничную заботу с его стороны. Сегодняшняя ночь показала ей, что она так и не отпустила прошлое.       В ванной было тепло, но она нутром чувствовала холод. Драко внимательно наблюдал за ней, слушая размеренное дыхание, заглядывал в глаза. Будто ожидал, что паника вернётся в любой момент. Он выглядел чертовски усталым.       - Иди ко мне, - подняв на него глаза, едва не взмолилась она, не желая больше быть одинокой. Видя его колебания, она подвинулась чуть вперёд, освобождая для него место позади себя, и ещё тише добавила: - Пожалуйста.       Драко нахмурился, но кивнул. Взгляд прошёлся по глади воды, а потом задержался на её лице - определяя, насколько уверена она сама в своих желаниях. Выпрямившись, он встал и начал раздеваться. Протянув руку, схватил полотенце и обмотал вокруг бёдер. Этот жест, полный заботы, затопил её сердце. Перевернул и выкрутил многое из того, что она о нём знала. Перекинув ногу через край, он оказался в ванне и, медленно держась за бортики обеими руками, на которых напряглись мышцы и проявилась сеточка вен, - сел. Вода поднялась почти до краёв и стало сразу же теплее. Она тут же положила голову на его плечо, чуть поворачиваясь в сторону.       Драко методично проводил пальцами по её волосам, разбирая запутанные пряди и распуская сваленные в клубок локоны. Заканчивая с одной прядью, он переходил к другой. Его лёгкие касания приводили Гермиону в восторг. Это было настолько сильно, что она снова заплакала. Но в этот раз он позволил ей выплакаться, ничего не сказал, дал вволю для её чувств. Только обнял сильнее и гладил по голове, раскачивая в руках, как мать утешает расстроенное дитя. Спустя какое-то время, она, всё же всхлипнув особо шумно, не сдержалась:       - Прости меня.       - Нет, - он отрицательно мотнул головой и поцеловал её. - Тебе не за что извиняться.       - Я напугала тебя, - маленькая ладонь легла на его лицо, он правда сдерживал себя. - Мне не нравится быть такой...       На неё хотелось наорать, не от злости, от любви к ней. Почему она даже сейчас думает о ком-то другом. О его страхе, когда сама была напугана до дрожи и невозможности дышать. Конечно он не сделает этого, но от этого было не лучше.       - Да, напугала. Тебе было страшно и мне тоже. Довольна? Не мне тебя учить, что чувства - это нормально, - уголки его губ подрагивали. - У меня проблема с этим.       И он подмигнул ей. Чёртов Малфой подмигивал ей, пока она переживала душевные бури. И это было лучшим, что он сделал за этот вечер. Она издала странный звук, что-то между всхлипом и смешком. Он повернул её к себе и взял лицо двумя руками, неотрывно глядя в глаза.       - Что бы ни случилось, я продолжу тебя любить. Препятствия, с которыми мы сталкиваемся, не заставят меня отступить. Ведь я никогда не любил тебя в идеальный момент.       Уже лёжа в постели спиной к нему, Гермиона крепко прижимается к его телу, переодетая в его футболку и спортивные штаны, которые он уменьшил под неё. Её рука крепко сжимает его руку на своём животе.       - Ты же подождёшь пока я проснусь? Не уйдёшь раньше?       - Эммм, вообще-то я жду момента, когда ты уснёшь, чтобы сбежать во Францию. Планирую обзавестись собакой и жениться на какой-нибудь блондинке.       Она не видит его лица, но знает, что прямо сейчас он улыбается как обычно: натянув левый уголок губы кверху и закатывая глаза.       - Может не стоит всё так усложнять и просто жениться на Астории?       Ей хочется пошутить в ответ, но сильные руки резко переворачивают её на спину. От неожиданности, она вскрикивает и жмурит глаза. Драко нависает над ней и на его лице нет ничего похожего на веселье.       - Никогда так не шути, Грейнджер, - хрипло выговаривает он чуть ли не по слогам.       Если бы она не знала его так хорошо, она бы испугалась этого момента. Он выглядит суровым, чертовски сексуально суровым. Её тело продолжает оставаться расслабленным и она приподнимает голову от подушки, касаясь носом его. Пожимает плечами и как ни в чём не бывало отвечает:       - Ну почему же, по мне идеальный расклад. Мы бы могли продолжать видеться.       Что-то тёмное загорается в его глазах, и он резко впивается в её губы. Жадно. Дико. Кусает, целует, цепляет зубами её губу и больно тянет. Потом снова целует, не позволяя сделать ни вдоха, не позволяя стонам вырваться наружу. Крепкие руки сжимают её тело и в этой боли она находит своё счастье, своё спасение.       - Ты такая дура, Салазар, - он прерывает поцелуй и теперь просто скользит губами по её лицу, оставляя мелкую цепочку коротких поцелуев. - Как же меня угораздило.       Гермиона смеётся и этот звук разносится по комнате, стирая всё то, что произошло ночью. За окном светло, а они только улеглись в постель.       - У тебя не было шансов, Малфой. Просто подумай, если бы не ты, возможно, я бы жила где-то в Европе.       Раздраконить его проще простого и прямо сейчас она наслаждается этим моментом.       - Грейнджер, блять, - взревел он, прикусывая кожу между шеей и грудью. - Тебя нельзя оттрахать, но я всё ещё могу тебя отшлёпать.       Они снова укладываются и выравнивают дыхание. Нужно немного поспать. Закрывая глаза, Гермиона хвалит себя за то, что этот кошмар заканчивается именно так. Не на слезливой ноте.