Часть 2

Как только я переступила порог, меня хлестнул колючий морозный воздух. Метель разыгралась не на шутку: небо затянуло свинцовыми тучами, и с каждым часом буря обещала становиться только сильнее. Стараясь не запачкать подол праздничного платья, я быстрым шагом дошла до рынка. ​Площадь была пуста. Почти все прилавки стояли заколоченными, и лишь один одинокий фонарь раскачивался на ветру у лавки мадам Леизы. Она торговала редкими травами и кореньями. Мадам Леиза была такой же, как моя мать. Ведьмой. Новый король ненавидел магию. Ослеплённый жаждой абсолютной власти, он объявил всё, что сильнее его воли, порождением зла и начал охоту на ведьм. По всему королевству Сансет вспыхнули костры, унося жизни многих невинных девушек. Нам приходилось таиться. Моя мама, ведьма-целительница, помогала людям даром, но всегда твердила, что её знания — лишь результат изучения книг по фармацевтике. ​Мадам Леиза же была ведьмой стихий. Говорили, она могла призвать яростное пламя, повелевать капризным ветром или заставить саму землю содрогаться. Что же касается моего дара... он всё ещё спал. Ведьмы нашего рода обретают силу лишь в день своего восемнадцатилетия. ​Погружённая в эти мысли, я не заметила, как оказалась у самой лавки. — Ну здравствуй, милочка! С днём твоего рождения! — громко и радушно воскликнула женщина, но тут же понизила голос до доверительного шепота: — И пусть звёзды станут свидетелями твоего пробуждения. ​— Тише, мадам, не произносите этого вслух! — испуганно пискнула я, оглядываясь на пустые ряды. — Нас могут услышать, и тогда нам обеим гореть на костре. ​— Глупая девочка, — усмехнулась она, и в её глазах на миг блеснул оранжевый огонек. — Огонь — это моя стихия, я его не боюсь. ​Стихийным ведьмам действительно было легче избежать казни: пламя слушалось их, не причиняя вреда. ​— Мне нужна мята, мадам Леиза. У вас осталось хоть немного? — У меня есть всё, что тебе нужно, и даже подарок для тебя, — она лукаво подмигнула и скрылась в глубине лавки. Спустя пару минут она вернулась с мешочком трав и изящным кулоном. ​— Держи. Мята сегодня за мой счёт. А это... — она протянула мне кулон с мутным, словно припорошенным снегом, камнем, — непростой артефакт. Этот камень рождён лунным светом. В момент, когда истина будет скрыта от тебя туманом лжи, он поможет отыскать правду. Но помни: у него всего три заряда. Не трать их попусту. ​Я заворожённо смотрела на подарок, а затем, не выдержав, перемахнула через прилавок и крепко обняла мадам. — Спасибо! Спасибо вам огромное! — Иди уже, милочка , — добродушно проворчала она. — И матери привет передавай. ​Я поспешила домой. Обернувшись у края площади, я увидела лишь серую пелену — прилавок мадам Леизы словно растворился в метели. Когда я вошла в дом, меня встретила пугающая, неестественная тишина. ​— Мама? Чаки? — мой голос дрогнул. — Где вы? ​В ответ — ни звука. Сердце сжалось от дурного предчувствия. Неужели стража? Неужели нас нашли? — МАМА! ЧАКИ! Прошу, мне страшно! — закричала я уже во весь голос. ​В ту же секунду из моей спальни послышались тяжёлые шаги. Дверь распахнулась, и вышла мама. В руках она бережно несла торт, украшенный яркими ягодами, а следом, виляя хвостом, выбежал довольный Чаки. ​— С днём рождения, моя звёздочка! — сияя, сказала она. — Неужели ты думала, что я забуду про такой важный день? ​— Мама... — я всхлипнула от облегчения, чувствуя, как слёзы катятся по щекам. — Я думала, ты правда забыла. Мне было так горько... ​— Глупенькая, это был самый счастливый день в моей жизни и в жизни твоего отца. В ту ночь родилась наша самая яркая звезда. Он бы так гордился тобой, увидев, какой красавицей и умницей ты стала, — мама смахнула одинокую слезу, а Чаки преданно уткнулся ей в бок, словно разделяя эту печаль. — А теперь, милая, загадай желание и задуй свечу. Как только огонь погаснет, твой дар начнёт проявляться. Прими свою силу, Веспер. ​Я закрыла глаза. «Я хочу, чтобы мы всегда были счастливы. Чтобы этот дом оставался нашей крепостью», — подумала я и со всей силой дунула на пламя. ​Свеча погасла. В комнате на мгновение стало темно, и я почувствовала странное покалывание в кончиках пальцев. Но не успела я осознать это новое чувство, как тишину дома разорвал резкий, властный стук в дверь. Кто же это мог быть ?