Часть 1. Глава 1 - Между прошлым и будущим.

«Возможно, это смерть.» «Я умерла? Такая она? Загробная жизнь?» «Она будет мучить меня — снова и снова. Разбивая прошлое и будущее на острые осколки, поднося их к самому лицу, заставляя смотреть. Заставляя помнить. Показывая всех них — и только боль, только страдания. Почему именно страдания? Почему она не показывает мне хорошее? Где это хорошее?» Лили Поттер лежала на чёрном холодном полу. Вокруг была кромешная темнота, и лишь один расплывчатый разрез света — будто прорезь в ткани мира — левитировал над ней, без опоры, без объяснений. Свет падал на её бледное, усталое лицо. Она смотрела в него молча — уже без надежды, с какой-то глухой безысходностью. На ней было потрёпанное платье в цветочек. Сверху — чужой плащ: тёмно‑коричневый, изношенный, мягкий от дождей и времени. Он не был её. И всё же — был до боли знаком. Запах бил точно и беспощадно: лес, мокрые ветви… и шоколад. Лили притянула плащ ближе, закуталась сильнее и закрыла глаза. Из разлома доносились голоса. И мелодия — не песня, а тихое напевание без слов. Она странно успокаивала, будто на миг возвращала туда, где не нужно держаться из последних сил. — Хотя бы это начало… — прошептала Лили в темноту. — Этот вечер… я бы хотела, чтобы он никогда не заканчивался… почему всё так? Почему?.. Слова дрогнули, и слёзы пришли следом. Она сжалась в плаще сильнее, уткнулась лбом в колени — и заплакала, почти беззвучно. Потом дыхание выровнялось и она уснула. Спустя еще какое-то время мелодия оборвалась и сменилась оживлёнными голосами — слишком близкими, слишком настоящими. — …знаешь, а в этой вазе что-то есть, я вот взглянула на неё и… отнеси письмо… Лили… ЛИЛИ, БЕГИ!.. ЛИ— Громкий хлопок ударил по ушам так, что мир на секунду ослеп и оглох. Лили дёрнулась, отпрянула, зажала уши ладонями — будто могла этим остановить звук. Остановить память. — Нет. Нет, нет, нет… ХВАТИТ! — рявкнула она, сорвавшись на крик. Она вскочила и пошла прочь от разлома — в чёрное ничто, еле перебирая ногами. Ее тело еле двигалось, изможденное усталостью и обезвоживанием. Сколько она здесь пробыла? Дни? Недели? Месяцы? Она шла в темноту, пытаясь спрятаться, раствориться, исчезнуть хоть на минуту. Но что-то не давало. Она всё ещё была. Она жила. Только где?

***

Лили Поттер сидела на диване у камина и покачивала маленького Гарри на руках. Она напевала мелодию себе под нос — тихо, почти беззвучно, — и всё было так… спокойно. «Хотя бы в этот момент не думай ни о чём. Всё будет хорошо. Мы его защитим», — повторяла она про себя, как заклинание. Гарри спал у неё на руках и, кажется, не замечал тревог внешнего мира. Его сон был ровным и доверчивым. На секунду Лили тоже поверила, что всё и правда хорошо. Джеймс подошёл сзади так тихо, что она почувствовала его только по теплу, когда он наклонился и легко поцеловал её в макушку. — Всё хорошо? — спросил он шёпотом. — Да. Он плохо спит в последние дни… наверное, из-за переездов. — Лили осторожно поправила одеяльце на плече Гарри. — Надеюсь, когда-нибудь мы будем спать спокойно. — Конечно, будем. У нас всё будет хорошо. В его голосе прозвучала тонкая нотка неуверенности, но Лили сделала вид, что не услышала. «У нас всё будет хорошо», — эхом повторилось у неё в голове, будто мысль сама пыталась стать правдой. Джеймс присел на край дивана рядом. Лили смотрела на лицо сына и вдруг поняла, как мало осталось важного в мире — только бы защитить его. Одного. — Может, выбросим её? — прервал тишину Джеймс и кивнул в сторону камина. Между свечами на полке стояла вычурная ваза — настолько чужая здесь, что казалось, она ошиблась домом. Холодного синего оттенка, с огромными белыми лепными цветами; раскрашенная слишком аккуратно, до пугающего совершенно. Подарок Петуньи. Лили не могла просто выкинуть её — хотя бы потому, что как бы ни складывалось, Петунья всё ещё оставалась её сестрой. — Нет, знаешь… а в этой вазе даже что-то есть, — протянула Лили, склонив голову и прищурив один глаз, будто действительно пыталась найти убедительный аргумент. — Вот смотрю на неё… и, может, она странная и совсем не должна быть здесь — но всё равно родная сердцу. Пусть стоит. Она посмотрела на Джеймса. Он кивнул, улыбнулся и даже тихо хмыкнул. — Ладно, — сказал он. Его взгляд скользнул к столику рядом с диваном: перо, чернила, конверт и письмо. — Кому пишешь? — Сириусу, — ответила Лили. — Хотела узнать, как он. И написать, что Гарри так нравится его подарок, что теперь всё свободное время мы проводим с ним. — Она чуть улыбнулась. — Можешь отнести письмо в спальню? Я уже дописала. — Да, конечно. Джеймс поднялся, обошёл диван, взял конверт и письмо, и вышел из гостиной в прихожую — к лестнице на второй этаж. Поднявшись наверх, Джеймс свернул в их с Лили спальню и, подойдя к столику у окна, аккуратно положил письмо. Окна, как всегда, были плотно зашторены. Хоть дом и укрывал Фиделиус, вечером Лили становилось не по себе от открытых занавесок — словно даже случайный луч с улицы мог принести что-то чужое. Фиделиус был сильным заклятием: он прятал дом от любых взглядов и поисков. Войти сюда мог только тот, кого впустит Хранитель Тайны, — или тот, кому Хранитель назовёт точный адрес и посвятит в секрет. И всё же именно в этот момент Джеймсу захотелось посмотреть наружу. С самого утра его не отпускало гнетущее чувство — будто что-то копилось в воздухе, всё плотнее, всё ближе. Тихая тревога, у которой не было причины… и оттого она казалась ещё опаснее. Он отдёрнул штору. И мир остановился. Холодный ужас прошил его до костей так, что на мгновение Джеймс даже не смог вдохнуть. У калитки стояла фигура в чёрном плаще. Лица не было видно — только тьма под капюшоном. Но Джеймс не сомневался ни секунды, кто это. Фигура подняла волшебную палочку, направила её на калитку — и та открылась сама собой. Без скрипа. Без сопротивления. Словно дом уже не имел права защищаться. Громкий крик расколол сердце Лили через мгновение: — ЛИЛИ, БЕГИ! ОН ЗДЕСЬ! ОН НАШЁЛ НАС! ХВАТАЙ ГАРРИ И БЕГИ! Голос Джеймса летел сверху вниз вместе с его шагами — он почти падал по лестнице, срываясь, не думая о шуме, о себе, ни о чём, кроме одного. В следующее мгновение он уже стоял у входной двери крепко сжимая палочку, просто между ними и тем, что шло в дом. Лили прижала Гарри крепче и рванула наверх. Она успела преодолеть первый пролёт лестницы, когда дом содрогнулся от оглушительного хлопка. Внизу вспыхнул зелёный свет — на секунду он заполнил гостиную, будто разлился по стенам ядовитой водой. В ушах зазвенело так, что мир стал ватным. Лили обернулась — и застыла. Джеймс лежал на полу неподвижно. Слишком неподвижно. В дверном проёме стоял человек в чёрном с палочкой наготове. Лили дёрнулась, как от удара, и зелёный луч прошёл рядом, обжигая воздух. Она не помнила, как добежала до второго этажа. Только стук шагов, собственное дыхание и отчаянный плач Гарри. Она влетела в детскую, захлопнула дверь, выхватила палочку дрожащими пальцами и наложила заклятие на замок — как будто несколько слов могли удержать конец света. Гарри кричал у неё на руках. — Тише… тише, малыш… всё будет хорошо, — прошептала Лили, и сама не поверила собственному голосу. Она быстро уложила его в кроватку, потом опустилась на колени, чтобы их лица оказались на одном уровне. Слёзы мешали видеть, но она всё равно смотрела — будто хотела запомнить каждую черту, каждую ресницу. — Мой милый мальчик… Знай: я тебя люблю. И папа тебя любит. Мы всегда будем любить тебя. За дверью раздался удар. Глухой, тяжелый. Дверь выдержала — пока. Гарри разрыдался ещё сильнее. Лили просунула руку сквозь прутья и погладила его по щеке — так бережно и так нежно. — Будь сильным, солнышко. У тебя всё получится. Я… я это знаю. Второй удар был сильнее. Дом вибрировал, как живой. Лили резко обернулась на дверь — и на секунду ей показалось, что заклятие трещит не в дереве, а у неё внутри. Она снова посмотрела на Гарри и заставила себя улыбнуться — криво, сквозь слёзы. — Ты вылитый отец… Только не будь букой, хорошо? Хоть чем-то будь в маму ладно? Она тихо хмыкнула и улыбнулась так искренне — что Гарри, услышав знакомую интонацию, на мгновение всхлипнул тише. Третий удар и дверь разлетелась в щепки. Лили вскочила и закрыла собой кроватку. Человек в чёрном вошёл, не спеша, будто давно знал, чем всё закончится. Палочка была направлена прямо на неё. — Нет, прошу… — голос сорвался, превратившись в крик. — Возьми меня вместо него! Возьми мен… Не успела она договорить, как зелёный свет залил комнату. Лили почувствовала, как всё становится холодным, лёгким… и невозможным. Она упала. Ещё одна вспышка — уже где-то далеко, как сквозь толщу воды. И затем всё стихло. Осталась только темнота. Всепоглощающая, чёрная, тьма. «Это смерть?» «Я умерла?»