Не исчез

Доверие никогда не приходит целым. Оно приходит осколками — неровными, острыми, такими, что к ним страшно очень прикасаться. Потому что если взять неправильно, можно снова пораниться и вновь получить боль. Лололошка не думал об этом словами. Он просто понял — когда открыл глаза и не вздрогнул сразу. Просыпаться было очень странно. Не потому что не больно — боль никуда не делась. А потому что рядом кто-то был. Не близко. Не касаясь. Просто… присутствуя рядом с ним. Лололошка лежал неподвижно, прислушиваясь. Тело, по привычке, ждало. Новых криков. Резких движений. Приказов. Ничего не происходило. Он медленно вдохнул. И так же медленно выдохнул. Это его пугало. Он осторожно повернул головув сторону. Джон сидел у окна, он не спал. В руках — стакан с уже остывшим чёрным кофе. Взгляд — куда-то мимо стекла. Он выглядел уставшим, очень уставшим. Лололошка смотрел на него несколько секунд. И только потом понял, что делает. Он смотрит первым. Мысль ударила резко его — и тут же захотелось отвести взгляд, спрятаться, закрыться ото всех вновь, как он всегда делал. Но он… не делал этого. Сердце билось быстро, гулко, будто он совершал что-то запрещённое. Что-то опасное. Джон заметил движение краем глаза. Но он не обернулся сразу. Он дал ему время. А потом повернул голову — медленно, без резких жестов. Их взгляды встретились. Всего на мгновение. Лололошка тут же сжал пальцы под одеялом, готовясь к тому, что сейчас будет слишком много. Вопросов. Слов. Реакции. Но ничего не было. Джон просто посмотрел — и слегка кивнул. Не как взрослый. Не как тот, кто ждёт ответа. Просто — я вижу тебя. И он снова отвернулся к окну. Лололошка моргнул. Что-то внутри в него дрогнуло. Тихо и почти незаметно. Он не улыбнулся. Не расслабился полностью. Но напряжение… стало чуть слабее. Это был маленький осколок. Очень маленький. Прошло несколько минут, или больше. Время здесь вело себя очень странно. Джон тихо встал. Лололошка заметил это сразу — тело снова напряглось, дыхание стало поверхностным. Но Джон не пошёл к двери. Он подошёл к тумбочке, поставил на неё стакан воды и аккуратно отодвинул его ближе к кровати. Так, чтобы было удобно дотянуться. И отступил назад. — Если захочешь… — тихо сказал он и замолчал. Он не успел договорил. И не стал. Лололошка смотрел на стакан. На расстояние между собой и водой. Это было несложно и именно поэтому — страшно было. Он довольно долго не двигался. А потом… медленно вытянул свою руку. Пальцы чуть дрожали. Движение было неуверенным, словно он в любой момент мог передумать. Он не взял стакан. Просто аккуратно коснулся его. Холод стекла отозвался в коже — реальный, настоящий. Лололошка замер. Потом осторожно убрал руку обратно. Джон всё это время не смотрел. И именно поэтому это получилось. Осколок лёг рядом с другим. Не склеился но и перестал резать. Лололошка снова посмотрел в его сторону. — "…спасибо..." — выдохнул он тихо сказав благодарность. Слова вышли почти неслышно. Хрипло и тихо. Будто горло не привыкло к ним. Джон замер. Медленно повернулся. — "Пожалуйста." — ответил он так же тихо. Без улыбки. Без удивления. Без давления. И Лололошка вдруг понял: он не пожалел, что сказал это. Это было новым ощущением. Хрупким. Страшным. Но настоящим. Осколки ещё не стали целым. Но теперь они лежали рядом. И, возможно… когда-нибудь из них получится что-то большее. Чем незнакомые люди.