Часть 9 «Подарок для Северуса»

Весна пришла в Хогвартс не сразу — сначала робкими лучами сквозь тучи, потом — золотыми полосами по коридорам, а затем — настоящим теплом, которое, казалось, проникало даже в самые тёмные уголки подземелий. Хелен выздоравливала. Не мгновенно. Не без трудностей. Были ночи, когда она просыпалась в холодном поту, думая, что бабушка стоит у кровати с таймером в руке. Были дни, когда вид еды вызывал панику. Но теперь рядом были те, кто не отпускал. Драко стал её якорем. Он не давил, не настаивал — просто был. Принёс однажды чашку овсяного печенья и сказал: «Ешь, если хочешь. Если нет — просто держи. Пусть знает, что ты можешь». И вот однажды, в тёплый апрельский вечер, они стояли в кухне Хогвартса, окружённые домовыми эльфами, которые с восторгом наблюдали за их попытками испечь торт. — Ты уверен, что мука не взорвётся? — спросила Хелен, осторожно добавляя яйца в миску. — Только если ты не заколдуешь её заклинанием тревоги, — усмехнулся Драко, перемешивая тесто. — Хотя… после всего, что ты пережила, я бы не удивился, если бы торт начал говорить. Они смеялись. По-настоящему. Впервые за долгое время. Когда торт был готов — шоколадный, с лёгким оттенком ванили и украшенный серебряными звёздочками («Как твои глаза, крестный», — сказал Драко) — Хелен задумчиво провела пальцем по краю. — Драко… а что теперь будет? Он посмотрел на неё, вытер руки о полотенце. — Что ты хочешь? — Я хочу… помочь, — сказала она тихо. — Открыть центр. Не здесь — в Лондоне. Для детей, как я. Которые не могут сказать «нет». Которые боятся зеркал и душа. Чтобы там были терапевты, зельевары, кто-то, кто научит их есть без страха. Кто покажет: быть собой — не преступление. Драко улыбнулся. — Ты справишься. Ты уже сильнее, чем думаешь. — Ещё… — она замялась. — Я получила приглашение на симпозиум по зельеварению в Брюгге. Говорят, там будут лучшие мастера Европы. Северус… он рекомендовал меня. — Конечно, рекомендовал, — фыркнул Драко. — Ты же его ученица. И, возможно, будущая коллега. Он подошёл ближе, обнял её — не как друг, а как брат. — Ты для меня как сестра, Хелен. И я всегда буду рядом. Даже если ты уедешь в Брюгге, откроешь десять центров и станешь величайшей зельеваркой века. Она прижалась к нему, и впервые за много лет — не из страха, а из благодарности. *** Поздно вечером они принесли торт в покои Северуса. Он сидел у камина, читая письмо от Артура Эйвери. Поднял взгляд — и замер. — Это… что? — Торт, — сказала Хелен, ставя его на стол. — Без магии. Только руки. И немного надежды. Северус медленно встал. Посмотрел на них — на Драко, на Хелен, на торт, украшенный звёздами и надписью: *«Спасибо, что увидел меня»*. — Вы… не должны были… — Мы хотели, — сказала Хелен. — Потому что ты дал мне право быть. Он молчал долго. Подарки Северусу никто не дарил, а тем более целый торт. Потом, почти шёпотом: — Ты всегда имела это право. Я лишь напомнил тебе. Он налил три бокала тыквенного сока («Без алкоголя, — сказал он, — вы ещё не совершеннолетние»), и они сели у огня. За окном цвели вишни. А внутри — впервые за долгое время — было тепло.