work, work, work [nsfw]

Конец учебного года постепенно подходит к концу, а вместе с этим и увеличивается объем бумажек, которые нужно проверить, подписать, потом снова проверить и подписать. У всех уже голова идет кругом от бесконечного цикла документов. У всех, кроме одного — Годжо Сатору, который каждый раз спихивает свою работу на тебя, ведь «его глаза слишком нежные для подобного». Уютно устроившись на диванчике в твоем кабинете, он не прекращая болтал о том, сколько новых магазинчиков открылось в центре Токио. — Я уже составил нам маршрут. Сначала мы пойдем во-о-о-т сюда. — вычерчивает пальцем в воздухе карту города. — А потом сю-ю-ю-да… — ты хватаешься за голову в попытках вникнуть в текст документа, но из-за голубоглазого приходится вновь и вновь его перечитывать. — Сатору, помолчи пожалуйста. — ты рыкнула на него, от чего тот удивленно приподнял брови. В два шага оказавшись рядом, он навис над тобой, с прищуром и легким «хм» смотря на разбросанные по всему столу бумажки. Ты глубоко вздохнула, пытаясь держать себя в руках и не дать ему в живот с локтя. Заметив твою реакцию, парень тут же поцеловал тебя в макушку, начав нежно массировать плечи. Ты поняла, что сопротивляться бесполезно, поэтому просто продолжила работу, млея от прикосновений к своим плечам. Заметив, что ты больше не намереваешься его убить, Сатору усмехнулся, проведя дорожку поцелуев от твоей макушки к шее, остановившись на изгибе. Ты предпочла игнорировать его действия, а парень принял это за своеобразное приглашение. Слегка прикусив кожу, он руками проскользнул под твой пиджак. Его ладони были холодными, отчего ты покрылась мурашками, но продолжила сидеть как ни в чем не бывало. Сатору хихикнул, очерчивая пальцами изгибы твоей талии — вместо холода теперь чувствовался пылающий жар, так и норовящий обжечь кожу. Ты лишь глубоко вздохнула, когда его губы начали обследовать твою шею, медленно спускаясь к ключицам — парень был настолько гибким, что в таком согнутом положении мог достать вплоть до пупка, поэтому сейчас он не испытывал никаких неудобств. И ты понимала, что заведомо проиграла в этой небольшой «игре», но все-таки попыталась сказать ему «не мешай, пожалуйста», отчего парень только больше завелся. В миг оказавшись под столом, он посмотрел на тебя с хитрым прищуром. — Разрешишь зализать свою вину? — ты посмотрела на него взглядом «делай, что хочешь», и Сатору довольно облизнулся. Одна из любимых частей твоего тела у голубоглазого — бедра. Он никогда не оставит их без должного внимания, поэтому сейчас на них уже красуются несколько укусов, которые завтра определенно превратятся в синяки. Пальцы Сатору беспорядочно гуляют в опасной близости к твоим трусикам, на которых уже давно виднеется мокрое пятно. Парень сразу обратил на это внимание, поэтому и не торопился перейти к делу — уж невероятно сильно он любил тебя дразнить. До дрожащих коленок, до раскрасневшихся от желания щек, до молящих стонов — боже, он готов смотреть на это вечно. Ты нетерпеливо запустила пальцы в белокурые волосы, несильно сжимая их и намекая, что пора бы уже начать — работа не ждет. Ты понимаешь, что делаешь только хуже, еще сильнее раззадоривая парня, но спокойно сидеть, пока этот дьяволенок так уютно устроился между твоих ног, невозможно. Тем временем Сатору уже нырнул под юбку и подобрался к ткани трусиков, медленно водя носом по шву и обжигая кожу своим дыханием. Хотелось хныкать и извиваться, лишь бы его язык наконец коснулся твоего набухшего клитора. У парня, на самом деле, довольно хорошая выдержка, но когда ты, недавно сердито сидевшая за документами, сейчас так нервно перебираешь его волосы, невозможно устоять. Поэтому голубоглазый, уже в нетерпении, отодвигает ткань трусиков и припадает губами к клитору, вызывая у тебя протяжный стон. Он закинул твои ноги себе на плечи, получив идеальный угол для того, чтобы доставить тебе максимальное удовольствие. Как в жизни, так и в сексе, Сатору любит громко есть, причмокивая и изредка говоря «какая вкуснятина» или издавать звуки блаженного мычания. Ты невероятно сильно смущалась каждый раз, но все, что остается сейчас — кусать свои пальцы в попытках сдержать собственные стоны. Всему техникуму не стоит знать, чем вы тут занимаетесь. За столько лет отношений парень успел изучить тебя вдоль и поперек, прекрасно зная все твои чувствительные места. Он почти невесомо кусает клитор, затем проводит языком по складочкам, возвращаясь обратно, и сдерживать стоны становится все труднее. Ты не заметила, когда подключились его пальцы, так прекрасно сочетающиеся с его языком. Следы твоего возбуждения уже стекали по подбородку парня, но он лишь снова радостно причмокивает, подводя пальцы к твоему входу. Такие длинные, аккуратные, почти аристократичные пальцы, способные одним касанием вознести тебя в рай. И сейчас они медленно входят в тебя, отчего ты дергаешься в попытках поймать воздух. А Сатору снова дразнится, войдя до конца и остановившись, исподлобья глядя на твою реакцию. Затуманенным взглядом смотришь на него, лишь сильнее сжимая волосы. Ухмыляется и начинает двигаться, продолжая вылизывать тебя и наслаждаться соками. Удивительно, что за такое долгое время вместе вы ничуть не «притерлись» друг к другу. И каждый раз как в первый — любое касание остается отпечатком на коже, а желание насладиться друг другом лишь растет. Поэтому сейчас, чувствуя, как его пальцы движутся в унисон с языком, ты стонешь его имя, а в глазах появляются искры наслаждения. Сатору добавляет третий палец, и ты чувствуешь, как подходишь к пику. — Ну же, дорогая, кончи для меня. Прямо сейчас, в этом кабинете. — бархатный голос парня оказывается конечной точкой, и ты, до боли прикусив ладонь, изливаешься на его губы. Сатору выпивает тебя до конца, радостно облизываясь и оставляя несколько финальных поцелуев на внутренней стороне твоего бедра. Через секунду снова оказывается у тебя за спиной, обнимая за плечи. — Ну к-а-а-к? Больше не злишься? — мурчит словно кот, блаженно уткнувшись тебе в макушку. — Не злюсь. — ты стараешься выровнять дыхание и унять дрожь в теле. — Я и не злилась, но было приятно. — ты подняла голову и чмокнула его в щеку, захихикав.