2. Канун чего-то большего. Первая ставка.

Время летит непозволительно быстро, особенно, когда хочется его замедлить. Не успел учебный год начаться, как уже прошла половина. На улице снег и ветер. Отопление еле как спасает, так что даже дома находиться нужно в тёплых пижамах. И вот, я в своей плюшевой пижаме с принтом зайчика ищу заброшенные в самый дальний ящик коньки. Мы с ребятами договорились пойти на каток. Я не уверен, что до сих пор умею кататься, но когда-то в 4 года я был профи. Со знакомства Йеджи с ребятами (точнее, с их нормального знакомства, ведь как одноклассники они знали друг друга и раньше), прошло 2 месяца. Все достаточно быстро её полюбили, и я их прекрасно понимаю. За это время она стала частью нашей небольшой компании. Неотъемлемой её частью. Сегодня сошлись все звёзды, каждый оказался свободен от дел, и идея пойти на каток стала как никогда актуальной. Как там говорится? Рак на горе раньше свистнет, чем два холерика найдут общий язык. Не знаю, кто так говорит, но звучит очень правдоподобно.       — В смысле, блять, ты не помнишь?! — я натурально орал в трубку.       — Да не было такого! — Хёнджин по ту сторону переодевался, отвечая мне на таких же повышенных тонах. Он позвонил мне, чтобы было не так скучно собираться. И в правду, теперь намного веселее!       — Блять, ты меня на первое сентября нахуй слал и говорил, что не хочешь ещё год сидеть со мной за одной партой! — наконец то я нашёл свои коньки в захолустьях шкафа, — а я, между прочим, ради этого классухе шоколадку купил!       — Я не помню такого! Я не слал тебя нахуй, блять. А вот сейчас очень хочется!       — Хочется ему! Пидорас, — не выдерживал я.       — Это я пидорас?! Роли не путай там, — произнёс с доёбом он. И вот сейчас реально выбесил.       — Иди нахуй, а.       — Прости, но это в твоей компетенции, — остроумность его юмора добивала окончательно. Я сбросил трубку. Весёлая будет прогулка. Такие «ссоры» у нас не часто. Но как говорится, редко, да блять, метко. Когда все приготовления были завершены, мы с ребятами всё же встретились. Хоть изначально я и посмотрел на Хёнджина убийственным взглядом, всё равно мы обнялись. Как я могу на него злиться? Могу конечно, но не дольше часа. Разве, увидев эти щенячье глазки, можно злиться? День обещал быть весёлым, все были в хорошем настроении, погода была на удивление хорошей для зимы. Что-то щемящее в груди уже не так щемило, а порывы неуместной ревности стали отступать. Это нормально? Надеюсь.       — Мы на маршрутке? — спросила Рюджин.       — Думаю да, — ответил Минхо.       — Чур я с Рю — сказал я, не успев даже подумать.       — Я с Йеджи, — вступил в эту игру Минхо.       — Идите в жопу все, — надулся Хёнджин.       — В большой семье клювом не щёлкают, — иронично звучало от Рюджин, которая одна из нас всех является единственным ребёнком в семье.       — Особенно в твоей, — всё же посмеялся ранее обиженный Хван. У него две младшие сестры кстати. В итоге все наши планы обломались. Свободных мест в маршрутке практически не было, из-за чего каждый сел отдельно. Добравшись наконец до катка, переобувшись и переместившись на лёд, выяснилось, что Хёнджин ещё и фигурист с рождения, мать вашу. И, видимо, единственный из нас свободно может кататься на коньках. Вот мы все паровозиком взялись за руки, пока он нас тащил. Возможно, несмотря на все проблемы и мысли, в этот миг я был по-настоящему счастлив. Пока мы все смеялись, держались за руки, падали в снег и на лёд и играли в догонялки на коньках, я правда был далёк от всех проблем. Со временем все начали делиться на группки. Пока Минхо лежал на снегу рядом с бортиком, Рюджин, стоя рядом, редактировала отснятые для инстаграма видео. Мы с Хёнджином всё также катались за руку. Я уже пристрастился ко льду! А Йеджи одиноко и медленно наматывала круги.       — Цепляй её тоже, не тупи, — сказал я, заметив особенно задумчивый взгляд Хвана.       — Думаешь? — спросил он с лёгкой неуверенностью, не сводя с девушки глаз. Из-за этого мы практически въехали в бортик! Слава богу моей реакции и сообразительности, а то и вовсе бы улетели!       — Уверен. Аккуратно подъехав к ней, он нежно взял её руку, неловко улыбаясь. Йеджи не была против, крепче сжав его ладонь, поехала в нашей незамысловатой цепочке. Быть зрителем всегда было моей привычкой. Я испытываю некий трепет наблюдая за такими мелочами. Взгляды, движения, неловкие прикосновения. Всё имеет смысл если внимательно присмотреться. Моя фанатичная любовь шипперить и сводить когда-нибудь точно меня доведёт. И даже понимая, что Хёнджин мне нравится, я всё равно хочу свести его с Йеджи. Всё равно, шансов у меня ноль без хвостика. Так почему бы не дать шанс им? И ничего страшного, что сами они не в курсе о том, что на них строят планы. Им и не обязательно быть в курсе. Ставка. Моя ставка — зима. Они понравятся друг другу до конца зимы. За этим потоком мыслей я и не заметил, как оторвался от них. Неужели, он отпустил мою руку?… Бред. Наверное, я сам. Ко мне подъехала Рю, подхватывая меня под локоть.       — Чего так смотришь, ревнуешь? — обеспокоена спросила она, проследив за моим взглядом, который сверлил Хванов насквозь. Рюджин – это единственный человек, от которого у меня нет ни единого секрета. Она ближе семьи, ей можно доверить всё. И про симпатию к Хёнджину она слышала не раз.       — Знаешь… удивительно, но нет. Не совсем, — задумался я, — когда он водился со всякими шлюхами, ревновал безбожно, ну ты помнишь. Но с Йеджи… Ей не жалко его отдать, — сделал я вывод даже для себя, — таким, как он, нужны такие, как она.       — Ты может и прав. Но, всё равно, ты слишком много думаешь о других. Может лучше думать о себе? — она мило улыбнулась, поймав мой взгляд, — и обратить внимание на тех, — она повернула мою голову за подбородок в сторону лежащего Минхо, — кому на тебя не всё равно? — он всё это время смотрел на меня. А у меня мурашки пошли от этого взгляда.       — Ты же понимаешь, что я не смогу себя заставить, — я грустно выдохнул.       — Иногда, стоит попробовать переключиться, — она поправила воображаемые очки, осознав, насколько нравоучительно звучала это фраза. Мы сорвались на смех.       — Тогда, может, ты за пять лет посмотришь на кого-нибудь кроме Криса? — я поиграл бровями. Бан Кристофер Чан – бывший парень Рюджин. Редкостный гандон. Но он так часто возвращался в её жизнь, что это стало локальным мемом. Одно его имя звучит смешно.       — Ой, да иди ты. Я тут надрываюсь – ему помогаю, а он! Неблагодарный, — всё же посмеявшись от сюра ситуации, она поехала обратно к Минхо. Точно ли я не ревную? Сложно ответить на этот вопрос. Но я точно знаю, что не хочу ревновать. Не в этот раз, не с этой парой. Они достойны того, с чем я собираюсь им помочь…       — Хёнджин, куда летишь?! — прикрикнула Йеджи, когда парень начал сильно разгоняться, затягивая её с собой.       — Куда глаза глядят, — парировал он, улыбаясь настолько нежно и смущённо, что моего удивления было не скрыть. Такой живой. В один момент конёк Йеджи зацепился за примерзший кусочек льда, а испуганный вопль раздался в воздухе. Она бы точно разбила свой красивый ровный нос и разукрасила лицо в красный, если бы не реакция Хёнджина. Спортсмен, как никак. Быстро, ловко и с лёгкостью он поймал стройное тело девушки, поставив её на ноги ровно.       — Жива? — обеспокоено спросил он, оглядывая её, проверяя наличие ушибов.       — Всё хорошо, — выдохнула облегчённо, — спасибо вам большое, Хван Хёнджин! — искренне проговорила она. Хоть и очевидно, если бы не парень, она бы и не упала. У Йеджи есть привычка, которая поначалу кажется странной, – обращаться на «вы» в рандомный момент жизни. И единственный из нашей компании, кто подыгрывает этому — Хёнджин. Их общение сильно крутится вокруг этого. Они не договариваясь записали друг друга в телефоне как «Хван Йеджи» и «Хван Хёнджин». Слишком официально, но их устраивает. Да, и кто я такой, чтобы судить их взаимоотношения? День чересчур быстро приходит к концу. Обидно. В такие моменты жизни – когда ты счастлив просто потому что, хочется, чтобы время остановилось. Хочется остаться где-то в коллективных обнимашках на катке или где-то в куче лежащих друг на друге друзей. Хочется на перегонки кататься или кидаться снежками. Много чего хочется. Мало что возможно. За последние 4 года меня так часто предавали те, кого я считал друзьями. Казалось, я разучился доверять и любить людей. Но эти ребята каждый день заново доказывают, что я нужен. Я важен. Меня страшно потерять. И я безумно им благодарен!       — И всё же иди нахуй, — посмеялся на обратной дороге Хёнджин.       — И тебе того же, — я пнул его в бок, из-за чего он немного дрифтанул вправо.       — Задолбали, — отозвался самый покалеченный Минхо. Он единственный не умеет кататься на коньках, и попа его повидала много за день. По дороге домой уже было темно. Зима. Темно было, ещё на катке. Закупив чипсы и какую-то газировку, мы воровали друг у друга снеки. Конечно же, уронили пол пачки чипсов на снег, разлили колу со спрайтом на чью-то куртку(мою) и поскользнулись паровозиком на льду, отбив друг другу ноги, руки и головы. День определённо удался. Не знаю, сколько раз эта мысль ещё меня посетит, но со счёта я уже сбился. Единственное, что вызывает некий сумбур в голове – моё отношение к Хёнджину и Йеджи. Между ними ничего нет, и это видно. Хёнджин катался за ручку со всеми, так как один хорошо умел это делать. А неловкие ситуации – не повод делать ложные выводы. Йеджи крайне не влюбчива, и, насколько я помню, её идеал парня безумно далёк от Хёнджина. Тот же Хёнджин, не сказать, что бабник, но флиртует с каждой второй, но, несмотря на это, за всю жизнь у него была только одна девушка, и не было даже первого поцелуя! Так что, всеми любимый Хван Хёнджин – тот ещё девственник! Возвращаясь к моим чувствам, меня смутило отсутствие до этого давящей ревности. Что-то в этой паре заставляло ощущать себя вдохновлённо, нежели задушено. Странно. Но, кто-кто, а я живу моментом (как минимум, пытаюсь). И если сейчас, они – моё вдохновение, то я сделаю всё, чтобы сблизить их и не утонуть самому. Так что, ‘операция Х’ объявляется начатой.