Что там за деревьями?

Сознание потихоньку начало прокрадываться в её голову, которая безудержно гудела, а в ушах звенел до чёртиков назойливый шум. Она медленно открыла глаза, фокусируя взгляд. В комнате было темно, лишь на столике возле диванчика, на котором она очнулась, стояла лампа небольшого размера, освещающая комнату тусклым желтым свечением, не мозоля глаза. Когда зрение восстановилось и глаза привыкли к темноте, она различила приглушённые голоса из дальнего угла комнаты. — Мама должна вот-вот прийти... — донеслось до неё. Голос принадлежал парню постарше, подумалось ей. Аккуратно приподнимаясь на локтях, она развернулась в сторону звука. За столом сидели двое и тихо переговаривались — почти шептались. Тот, что говорил, и правда был старше. Неаккуратная отросшая причёска, синяя потрёпанная джинсовка наброшена на плечи. Он держал в руках что-то вроде фотоаппарата, нервно покручивая его. Рядом сидел парнишка поменьше. Он сидел на стуле развернувшись полубоком — легкий поворот головы и он бы её заметил. Его волосы почти доставали до плеч, а причёска напоминала «горшок». Он сидел, обхватив руками спинку стула. Одна нога была прижата к себе, другая — мотылялась внизу. Она пошевелилась на кровати и случайно задела куртку, накинутую на спинку. Та издала предательский шорох, который в тишине прозвучал оглушительно громко. Первым среагировал младший и резко повернулся на звук. Старший тоже оторвал взгляд от своего фотоаппарата и поднял голову. — Очнулась! — тихо воскликнул парень в джинсовке, поднимаясь и выходя из-за стола. Младший, неуверенно кивнув, последовал за ним, спрыгивая со стула. Увидев его лицо, она, кажется, начала вспоминать, что произошло. Она неотрывно смотрела на младшего, который стоял от неё чуть поодаль, чем парень в желётке. Голова всё еще побаливала, но это не помешало ей вспомнить произошедшее. Она видела, что с ним всё в порядке и это её почему то очень радовало. Рядом с ней скрипнул диван. Она и не заметила, как старший брат аккуратно присел рядом. Непроизвольно дёрнувшись, она повернулась в его сторону. — Тихо, тихо, спокойно, — быстро отреагировал парень с растрёпанными волосами, вскинув руки в успокаивающем жесте. — Я не хотел тебя напугать. Девочка несколько секунд смотрела на него, изучая. Удостоверившись, что он не несёт опасности, она тихо выдохнула, но напряжение в плечах так и не отпустило. Парень помолчал ещё мгновение, нервно перебирая пальцы, а потом неуверенно произнёс: — Ты как? — осторожно спросил он. Рядом диван снова прогнулся. Напротив, сохраняя осторожную дистанцию, присел младший. Его взгляд был прикован к ней — словно перед ним было самое удивительное существо на свете. Но это был не тот взгляд, к которому она привыкла. Не взгляд надсмотрщиков из лаборатории, не холодный интерес учёного к эксперименту. В нём не было желания контролировать, причинять боль или «приручить». Это был просто интерес. Человеческий. Такой, который не сулил ничего плохого. — Я.. — начала она. Её голос был охрипшим, как после долгого сна. — Нормально.. думаю. Старший кивнул, хотя выглядел не слишком уверенным. — Я Джонатан, а это... — он кивнул в сторону младшего, — мой брат, Уилл. А тебя как зовут? Он говорил медленно и осторожно, будто боялся спугнуть дикое, испуганное животное. Она замялась, неуверенно повернув запястье ладонью вверх. Там, на бледной коже, были вытатуированы цифры «011». Джонатан переглянулся с Уиллом. Тот с ещё большим интересом смотрел на девочку, непонятно откуда взявшуюся в их доме. Старший, сделав паузу, неуверенно произнёс: — Одиннадцать? Девочка кивнула и отвела взгляд, разглядывая стену, на которой красовались различные снимки фотографий. Слышать это слово было очень некомфортно. Так её называли в этом ужасном месте, лаборатории, из которой ей чудом удалось сбежать. Просто номер. Просто эксперимент в руках учёного. — Одиннадцать, — её голос прозвучал обречённо, почти мученически. — Так меня называли. — Где называли? — послышался неуверенный голос Джонатана. — В очень плохом месте. Она сжалась в комок на диване, погружаясь в пучину воспоминаний. Видимо, её поза красноречиво говорила о её состоянии, потому что следующее, что она услышала, был голос Уилла: — Это круто — иметь такое необычное имя, — впервые с момента её пробуждения произнёс он. Джонатан перевёл на него взгляд, полный немого вопроса. — В смысле... это делает тебя уникальной. Не такой, как все. Разве это не здорово? — Уилл перевёл взгляд на брата. — Да, быть как все — отстой, никакой индивидуальности — подхватил Джонатан, стараясь звучать убедительно. — Главное — самому знать, кто ты. А на остальных наплевать. Слова братьев доносились до неё словно сквозь толщу воды. А внутри, в тишине собственного сознания, всплывало прошлое. Серое, однообразное, пронизанное болью и холодным светом ламп. Лаборатория. Номер. Одиночество. И вдруг — луч света. Одно-единственное тёплое воспоминание, затерявшееся в этой пустоте. Оно было таким коротким, что она считала его сном. Но оно было настоящим. И оно было её. Её губы сами сложились в долгожданное слово: — Джейн... — тихо произнесла она. Это имя было таким непривычным, но... родным. Оно пришло из самого первого, смутного воспоминания — тёплого голоса, который назвал её так в первые секунды жизни. Голоса матери, которую она никогда не знала. Имя было подарком, который та успела ей оставить. А потом была комната с радугой на стене и 008, которая, играя, повторяла: «Джейн, Джейн!». Они были единственными, кто называл её по имени, а не по номеру. — Джейн... — мягко произнёс Джонатан, и в его голосе впервые за вечер появилась лёгкая, обнадёживающая улыбка. — Добро пожаловать, Джейн. Джейн кивнула, не уверенная в том, что сможет внятно ответить. Перед глазами всё начало плыть, а по щекам скатываться обжигающие слёзы. Воспоминания о матери вызывали бурю эмоций. Много лет её убеждали, что она умерла во время родов, но что то внутри Джейн не собиралось в это верить — Папа не всегда говорит правду. Она не помнила где именно услышала эти слова, но именно они придавали ей надежду. В один из дней, после очередного погружения в воду и безуспешных поисков в пустоте — она так и не нашла то, что искал Папа, — Джейн лежала на кровати в своей маленькой комнате. Прижимая к груди игрушечную собачку, она закрыла глаза и начала представлять, как могла бы выглядеть её мама. Постепенно её накрывала волна воспоминаний, самое первое — её рождение. Именно тогда она и услышала имя «Джейн», которое дала ей мать. Цепляясь всеми силами за это расплывчатое воспоминание она увидела следующее: они вместе с Восьмой играли в комнате с радугой, и вдруг в помещение врывается женщина со светлыми волосами. Она произносит единственное слово «Джейн» и все затухает, превращаясь в пустоту. Джейн открыла глаза, но она была уже не в лабораторной камере. Её сознание парило в бесконечном тёмном пространстве — там, где Папа искал чужие секреты. И тут её осенило. Она может использовать свои способности сама. Для себя. Не тогда, когда это кому-то нужно. Это её разум. Её сила. А значит, она имеет право пользоваться ею так, как хочет. Не для того, чтобы выслеживать «опасных русских». Не для того, чтобы ловить шёпот из другого измерения. А для себя. Для того, чтобы найти маму. Джейн сделала несколько шагов вперёд. Ноги погружались в воду, но она не чувствовала ни холода, ни влаги. Всё пространство вокруг было непроглядно тёмным, и кроме хлюпания воды под ногами не было никаких звуков. Джейн уже готова была отчаяться, когда вдали прозвучал голос. Он снова и снова повторял какие-то невнятные слова. Она не понимала их смысла, но всё равно пошла на этот звук. И тогда она увидела её. Женщина сидела в кресле-качалке. Её глаза были пустыми, устремлёнными куда-то вдаль. Джейн подбежала и упала на колени перед ней, чтобы оказаться на одном уровне. Её рука сама потянулась к руке женщины, а губы прошептали: — Мама... И вдруг женщина замолчала и медленно повернула голову на звук. Её глаза остановились на лице Джейн, но в них по-прежнему не было жизни. Она неотрывно смотрела на девочку, и вдруг в её сознании что-то дрогнуло, а во взгляде промелькнула искра узнавания. Женщина открыла рот, и едва слышно, дрожащим голосом произнесла: — Джейн... И всё испарилось. Джейн открыла глаза. Она снова была в лаборатории. Она не сдержалась, и слёзы хлынули из её глаз. Прижав игрушку к сердцу, она смотрела в потолок, захлёбываясь беззвучными рыданиями. Из нахлынувших воспоминаний её вернуло легкое касание к плечу и тихий голос. — Джейн.. — произнёс Джонатан, аккуратно потряхивая её плечо. Джейн резко распахнула глаза, чуть дёрнувшись и вдыхая воздух. Она была не в лаборатории. Джейн подняла взгляд на обеспокоенное лицо Джонатана и слегка напуганное Уилла. — Ты в порядке? — Джонатан всё ещё не отпускал её плечо, словно боясь, что она снова ускользнёт в свои мысли. Джейн сделала глубокий вдох и кивнула. — Д-да... — её голос предательски дрогнул. — Всё хорошо. Джонатан встретился с ней взглядом — понимающим, но не давящим. Помолчав, он попробовал сменить тему. — Ладно... — проговорил он, отстукивая пальцем ритм по дивану. — Ты, вообще, голодная? При слове «еда» Джейн закивала так быстро, что это было похоже на рефлекс. В её глазах вспыхнула отчаянная, животная надежда. Она не ела уже... она и сама не помнила, как долго. В лаборатории кормили через раз, а пища была безвкусной, словно картон. — Окей, — Джонатан поднялся с дивана, отряхнув руки. — Я пойду что-нибудь соорудю на кухне, мы и сами ещё не ели. А вы с Уиллом идите, приведите себя в порядок. Он прошёл мимо брата, кивнув в сторону Джейн: — Уилл, одолжишь ей что-нибудь из твоей одежды? Уилл кивнул, и Джонатан, удовлетворённый, скрылся на кухне. Уилл следом поднялся с дивана и, дождавшись, пока Джейн последует за ним, направился к своей комнате. Они шли в тишине. Лишь когда нужная дверь оказалась перед ним, Уилл обернулся. — Знаешь, даже если твоё имя не Одиннадцать, ты всё равно удивительная, — сказал он и приоткрыл дверь. Джейн удивлённо посмотрела на него. — То, как ты испепелила того... Демогоргона, — поспешил объяснить Уилл, заходя в комнату, — было по-настоящему круто. Джейн медленно переступила порог. — Раньше я думал, что странное имя делает человека особенным. Но это не так. Особенная — это ты. Он порылся в шкафу, достал кофту с каким то принтом и спортивные штаны, после чего протянул их ей. Джейн приняла одежду, но её взгляд всё ещё выражал полное непонимание. — «Демо.. демогоргон»? — переспросила она, запнувшись, не понимая что это за слово. Уилл заморгал, слишком поздно сообразив, что она не знает игровых сравнений. — Ну, в смысле... — он снова полез в шкаф, на этот раз в поисках одежды для себя. Его поиски затянулись чуть дольше, потому что не мог найти что то подходящее в этом хламе. наконец Уилл выудил из шкафа яркую футболку с каким то рисунком. Джейн не могла понять, что это за красно-синий человек там изображен. — Демогоргон — это чудовище из нашей игры. — начал пояснять Уилл. — А то существо было... ну, очень на него похоже. Ты его «уделала», в хорошем смысле. — Он повернулся, держа вещи в руке. Джейн кивнула, не отрывая от него взгляда. Она хотела что-то сказать, но он её опередил. — Когда я ехал домой на велосипеде... я его встретил, — Уилл отвёл глаза, уставившись в стену. — Мы с друзьями перед этим играли, и в игре демогоргон меня настиг. Я никогда не думал... что это случится наяву. — Он говорил тихо, почти шёпотом, и в его голосе слышалась неподдельная дрожь. Уилл непроизвольно начал перебирать ткань одежды в руках. Джейн поджала губы, не решаясь, стоит ли ей говорить. В итоге она глубоко вздохнула и приняла решение. — Уилл... — тихо окликнула она. Джейн и сама непроизвольно начала мять воротник на кофте в её руках. Уилл молча повернулся к ней, ожидая продолжения. В его глазах промелькнуло удивление пополам с неверием. — Я... — Джейн запнулась, — я знаю. Я видела. Она смотрела ему прямо в глаза, в которых читалось удивление, смешанное со страхом. Уилл сначала стоял, вытаращившись на неё, потом наконец обрёл дар речи и выдавил из себя одно единственное слово: — Что?.. — едва выдохнул Уилл, не до конца понимая. Джейн собиралась подобрать нужные слова, что давалось ей с трудом, ведь оне никогда ранее не вела таких диалогов и понятия не имела, что стоит сказать. Ведь ранее, в лаборатории, Джейн привыкла не говорить лишних слов. Из раздумий её вывели быстрые шаги за дверью и едва слышимый стук. — Ребята? — донёсся обеспокоенный голос Джонатана. Взгляды обоих метнулись к двери. Джейн так и осталась стоять с открытым ртом. — Да-да, уже идём! — постарался ответить как можно спокойнее Уилл. Он перехватил уаолзающую одежду из рук и чуть замешкавшись подошёл к двери. Джейн обеспокоенно посмотрела на Уилла, а потом на дверь. Она должна была это сказать. Они должны были знать. — Ладно... — Уилл повернулся к Джейн. — Расскажешь за ужином, хорошо? Джейн прикусила губу, но кивнула. Уилл тоже кивнул в ответ и, оставив её одну переодеваться, направился в ванную — штаны после падения с велосипеда были в грязи. Спустя пару минут Джейн вышла из комнаты в новой одежде. Как ни странно она была ей почти по размеру, лишь штаны были чуть мешковаты. Следом из ванны вышел Уилл в новых вещах. Яркая футболка сразу бросилась в глаза. Красно-синий человек смотрел на неё из под маски. Уилл уловил это непонимание во взгляде, и опустил глаза на свою футболку. — А... — Застенчиво протянул Уилл. Его губы тронула легкая улыбка. — Это Человек-паук. Из комиксов. — Уилл поднял взгляд обратно на Джейн. — Он стреляется паутиной и спасает город от зла, примерно как ты пару часов назад спасла нас от демогоргона. — Что такое.. комиксы? — Растерянно вымолвила Джейн, разглядывая принт. Действительно, она только сейчас заметила белую паутину, которая исходила прямо из руки человека паука. — Ну.. — Уилл помолчал, подбирая более понятные выражения. — Это что то наподобие книги, но только с множеством рисунков. — Попытался объяснить он. — Если хочешь, я могу потом показать. У меня есть много комиксов и не только по Человеку-пауку. Их диалог прервал голос Джонатана с кухни: — Остынет же! — Донеслось до них. — Мне совесть не позволяет есть одному. Давайте, идите сюда. Уилл и Джейн переглянулись и направились в кухню, больше не томя ожиданием. Ужин прошёл в тишине, видимо все измотались этим днём. Братья то и дело косились на Джейн, проверяя всё ли в порядке. Та сначала с недоверием смотрела в тарелку и на содержимое, потому что в Лаборатории такого она никогда не видела. Но всё же, когда парни с аппетитом принялись на еду, Джейн последовала их примеру. Она сначала не понимала, как есть эти длинные полоски, но потом Джонатан ей показал, намотав спагетти на вилку. Загремела посуда: Джонатан собрал все грязные тарелки и понёс в мойку. Он сразу их помыл, чтобы не оставлять это дело на потом и не загрязнять раковину. Мама скоро придёт уставшая и он не хочет доставлять ей хлопот. Уилл заметил, как Джейн смотрит в пол и сжимает в руке подол кофты. — Эй… — тихо окликнул он, слегка коснувшись её плеча. — Ты же хотела что-то сказать? — Да-да.. — Джейн прикрыла глаза, собираясь с духом. Джонатан уже закончил возиться с посудой и вернулся к ребятам. Он безмолвно сел обратно за стол, всем видом показывая, что он слушает. — когда я сбежала из того плохого места... Дождь, слякоть, повсюду кромешная темнота. Она бежала от Лаборатории, как можно дальше, едва ли различая перед собой деревья. Ветки и камни впивались в босые ноги, но она не останавливалась, попросту не могла потерять такой шанс. Скоро люди Папы хватятся и устроят погоню, если её найдут – ей несдобровать. Она выбежала на дорогу. Повсюду не было ни единой души, лишь где-то далеко лаяли собаки. Она старалась не думать, что это за ней. От темноты глаза уже начинали побаливать. На улице не было ни одного фонаря, лишь свет луны над головой давал хоть какое-то свечение. Внезапно сзади послышался шум. Животный инстинкт сработал моментально — она резко развернулась. И увидела нечто. Это был не Папа с его людьми. Тварь только замахнулась на неё, как из темноты ударил яркий свет одинокого фонарика. Джейн шмыгнула в кусты, пока монстр отвлёкся на нового человека. Притаившись, она при свете фонаря сумела разглядеть незнакомца: куртка, велосипед, длинноватые волосы. Похоже, мальчик. Увидев существо на дороге, паренёк испуганно вильнул, потерял управление и свалился в кусты на противоположной стороне. Этого времени ей хватило, чтобы убежать достаточно далеко. Она бежала, не останавливаясь, пару раз споткнувшись и чуть не улетев в овраг, но она всё равно вставала и продолжала бежать. Выбежав из леса, она оказалась рядом с одиноким домом. Услышав рычание автомобиля и краем глаза уловив свет от фар, она как можно быстрее спряталась за деревьями. Подъехала машина, старенький фордик. Из неё вылез парень: волосы отросли и падали в глаза, помятая джинсовка. Он завозился с ключами и девочка подумала, что не зачем тут оставаться надолго, вдруг эта тварь или люди Папы уже где-то поблизости. Она старалась аккуратно ступать по земле, но из за темноты не заметила под ногами ветку. Та предательски треснула, издав довольно громкий звук в тишине. Она еле успела спрятаться обратно за дерево, пока незнакомец поворачивал голову. Сердце колотилось как бешеное. Она думала, что её заметили, что Папа с лёгкостью теперь её отыщет. Но парень лишь хлопнул дверью автомобиля и пошёл в сторону дома. Она выдохнула и прислонилась головой к стволу дерева. Ноги гудели, дыхание прерывистое от бега. Девочка ждала, когда парень зайдет в дом и она незаметно скроется. Послышался звук закрывающейся двери. Она осторожно выглянула из своего укрытия, оценивая обстановку. На улице никого, а значит можно быстро и незаметно уйти. Не успела она пройти и десяти шагов, как снова услышала звук — на этот раз рычание уже не автомобиля. Монстр её пока не замечал: она всё ещё была в лесу. Существо явно шло к дому. Девочка не задумываясь использовала свою силу, чтобы открыть дверь. Пока монстр будет занят другими – она сможет убежать. Послышался едва слышный скрип. Дверь медленно отворилась. Существо моментально среагировало и уже зашло внутрь. Было видно, как в доме заморгал свет. Из носа выступила кровь, но она лишь смахнула её рукой. Долго не задерживаясь, она рванула вперёд. Пробегая мимо окон, девочка заметила знакомый силуэт — того же парня, которого видела ранее на дороге. Всё та же причёска, но уже без куртки. Глаза мальчика были широко распахнуты от ужаса, а рот приоткрыт. Девочка остановилась. Что то внутри неё сжалось. Она привыкла делать всё, чтобы выжить, но этот мальчик спас тогда ей жизнь на дороге. Почему-то она не могла просто взять и уйти. Она развернулась и направилась к двери. — Ну а дальше вы уже знаете. — Закончила Джейн. Её плечи опустились, пальцы сцепились в замок. Она выглядела так, будто ждала удара. В комнате повисла мёртвая тишина. Братья медленно переваривали всё услышанное. — Получается, я спас тебя, сам того не подозревая? — Первым заговорил Уилл. — Просто потому что привлёк его внимание на себя, даже не заметив тебя. Джонатан сидел неподвижно, глядя в одну точку на столе. Джейн заметила его молчание и едва ли слышно произнесла: — Я поступила плохо? — Она не решалась поднять глаза. — Да, — наконец заговорил Джонатан. — Но тебя можно понять, ты была напугана и хотела выжить. Но это хорошо, что ты вернула Уиллу его помощь. Раздался стук в дверь. Уилл и Джейн одновременно повернулись на звук, испугавшись. — Спокойнее, ребят, — Джонатан поднялся из-за стола и подошёл к двери, — это мама с работы вернулась. Джонатан отворил дверь. В дом ворвался холодный воздух с улицы. На пороге действительно стояла женщина с уставшим лицом и сумкой через плечо. Она ступила в дом, и Джонатан закрыл за ней дверь. — Прости, милый, — женщина положила сумку на тумбу, — ключи опять дома забыла. Она прошла в комнату, и её взгляд остановился на Джейн. — О... у нас гости? — удивилась она. Джейн растерянно глядела то на парней, то на вошедшую женщину, не зная, что сказать. Она не была готова к появлению ещё одного человека. Джонатан и Уилл переглянулись. Решив что то в этом немом диалоге, старший произнёс: — Мам, лучше присядь. ***** Джойс сидела на диване, пялясь в одну точку и пытаясь собрать всё воедино. Она сбилась с толку ещё после слов о том, как дверь открылась сама по себе и на пороге появилось какое-то существо. А версия от лица Джейн — Джонатан уже поведал, как её зовут — и вовсе выбила её из колеи. — Получается... — обрела дар речи Джойс. — ...Джейн обладает телекинезом и сначала хотела убить вас, открыв дверь и впустив этого.. горгона в дом, но потом спасла? — Демогоргона, — поправил Уилл, — ну в принципе да, как то так. — Это... безумие. — Джойс покачала головой. — Хорошо, что с вами то всё в порядке. Джейн сидела, поджав ноги к груди. Она даже не пошевелилась за всё время, пока братья рассказывали эту историю. Джойс наконец то перестала смотреть в одну точку и перевела взгляд на девочку. — Хей, милая, — тихо произнесла женщина, — ты как? Позвонить твоим родителям? На улице уже поздно, они будут переживать. Джейн опустила глаза на свои колени и едва слышно произнесла: — Я не знаю, где моя мама. Я её видела только один раз в детстве. — Оу... — Джойс сочувственно положила руку ей на плечо. — Хочешь, оставайся сегодня у нас? Джейн медленно подняла взгляд. — А можно? — неуверенно произнесла она. — Конечно, — Джойс улыбнулась, — ты можешь занять комнату Уилла. Ты же не против, дорогой? — Она перевела взгляд на сына. — Конечно нет. — Заверил Уилл. — Я могу пока пожить у Джонатана. — Отлично. Тогда давайте, разбегайтесь по комнатам, время уже позднее и вам двоим завтра в школу. Дети послушно поднялись с дивана и разошлись по комнатам. Уилл задержался с Джейн, заверяя, что здесь её плохие люди не найдут. Оставил ночник включенным и вышел из комнаты, оставляя дверь приоткрытой. Уилл прошёл чуть дальше по коридору и зашёл в комнату к Джонатану, который уже приготовил для брата место.