Лимб

Яркий, безжалостный свет лампы в потолке машины скорой резал глаза даже сквозь прикрытые веки. Потом — маска на лице, холодная, противно пахнущая резиной. Шипение кислорода. Его рука сжимала мою. Потом его пальцы разжались. Кто-то мягко, но настойчиво отстранил его руку. «Мистер Депп, ей нужно поставить капельницу, отпустите руку, пожалуйста». Дальше — в памяти лишь обрывки реальности. Безличные голоса над головой: — «Давление 85 на 50.» — «Катетер установлен. Подаём физраствор.» — «ЭКГ готово? Признаки обширной ишемии…» «Ишемия», «гипоксия» и прочие сложные и страшные слова плавали в воздухе, не оставаясь в сознании. Гул аппаратов, скрип колёс каталки по полу. Всё приглушённое, будто я ушла под воду. Ощущения… Холод. Холодное покрытие носилок под спиной, едва прикрытое простынью. Ледяное прикосновение спирта на внутренней стороне локтя перед уколом. Острая, яркая боль от иглы. Мне казалось, я чувствую, как эта жидкость растекается по руке, добирается до сердца и пытается залатать дыру. Потом — давление. Манжета то сжимала, то отпускала руку. Датчик пульса на пальце неприятно сдавливал ноготь. Потом — ничего. Пустота и чувство полета. Будто меня отцепили от всех этих болей, страхов и обязательств. Опасная, обманчивая лёгкость. Мысли как сменяющиеся кадры в кино. Мама. Я не звонила маме. Она будет переживать за меня… Мои девочки… Они же наверное написали тысячу сообщений в чате, но я не могу им ответить… Монолог. «…я всегда зависела от доброты незнакомцев». Какая ирония: вокруг были одни незнакомцы в белых халатах. Джонни. Его глаза. Я всё испортила. Опять. Темнота стала беспросветной, плотной, и тёплой, как одеяло. Я больше не боролась с ней.