[ Глава 32 ]

Громкий ​крик ​о ​помощи ​в ​такой ​социальной ​ситуации ​считается ​неприемлемым ​поведением. ​Это ​подразумевает ​неспособность ​контролировать ​ситуацию, ​сигнализируя ​о ​некомпетентности. ​Когда ​молодой ​человек ​перед ​ней ​медленно ​приближался, ​Фалия ​почувствовала, ​как ​кровь ​прилила ​к ​её ​ушам. ​Неужели ​сегодня ​ей ​придется ​понести ​урон? ​ ​"Кхм." ​ ​Как ​только ​молодой ​человек ​облизал ​губы ​и ​начал ​приближаться, ​легкий ​кашель ​прервал ​его ​действия. ​Фалия ​с ​облегчением ​выдохнула. ​ ​"Леди ​Фалия, ​наше ​время ​встречи ​сегодня ​почти ​подошло ​к ​концу," ​раздался ​голос ​Аши, ​служанки ​Фалии. ​ ​Молодой ​человек ​замер, ​его ​сердце ​наполнилось ​негодованием, ​но ​он ​не ​посмел ​сделать ​следующий ​шаг. ​Устроить ​сцену ​могло ​принести ​неприятности ​его ​дому, ​если ​только ​другая ​сторона ​не ​будет ​готова ​подчиниться. ​ ​"Красота ​— ​это ​не ​грех. ​Я ​извиняюсь ​за ​свою ​грубость. ​Мне ​искренне ​жаль. ​Прошу ​прощения, ​леди ​Фалия." ​ ​Фалия ​успокоилась ​и ​мягко ​ответила: ​"Вы ​слишком ​любезны. ​В ​некотором ​смысле ​это ​также ​моя ​честь." ​ ​Она ​тяжело ​дышала, ​когда ​молодой ​человек ​покинул ​её ​каюту. ​Эти ​"профессиональные ​куртизанки" ​были ​обычными ​девушками. ​Они ​могли ​выделяться ​внешностью ​и ​манерой ​поведения, ​но ​у ​них ​не ​было ​средств ​для ​самозащиты. ​ ​Вошла ​Аша, ​её ​темные ​миндалевидные ​глаза ​полны ​беспокойства. ​"Леди ​Фалия, ​вы ​в ​порядке?" ​ ​"Да, ​я ​в ​порядке." ​ ​Аша, ​с ​её ​дотракийской ​кровью, ​миндалевидными ​глазами ​и ​длинными ​косами, ​выглядела ​более ​дикой, ​чем ​обычные ​девушки ​Браавоса. ​Её ​фигура ​была ​более ​выразительной, ​и ​если ​бы ​произошло ​что-то ​серьезное, ​ей ​пришлось ​бы ​встать ​на ​защиту ​своей ​госпожи. ​Например, ​если ​бы ​молодой ​дворянин ​не ​отступил, ​Аше, ​возможно, ​пришлось ​бы ​предложить ​себя, ​чтобы ​успокоить ​его. ​К ​счастью, ​они ​остались ​невредимы. ​ ​Когда ​госпожа ​и ​служанка ​успокоились, ​Аша ​осторожно ​сказала: ​"Леди, ​Морел ​хотел ​бы ​представить ​вас ​кому-то. ​Его ​зовут ​Визерис ​Таргариен." ​ ​Несмотря ​на ​неприятный ​инцидент, ​дела ​должны ​были ​продолжаться. ​"Визерис?" ​Фалия ​не ​могла ​сразу ​вспомнить, ​кем ​был ​Визерис. ​ ​"Король-нищий." ​ ​Как ​личная ​служанка ​Фалии, ​Аша ​немного ​знала ​о ​важных ​людях ​в ​Браавосе ​и ​даже ​в ​Вольных ​Городах. ​Даже ​она ​знала ​о ​ком-то ​вроде ​изначального ​Визериса. ​ ​"Что ​он ​хочет ​от ​меня?" ​ ​После ​напоминания ​служанки ​Фалия ​вспомнила, ​кто ​такой ​Король-нищий. ​Но ​она ​не ​могла ​понять, ​почему ​Визерис ​ищет ​её. ​У ​неё ​не ​было ​армии, ​и ​хотя ​у ​неё ​было ​несколько ​мечников, ​они ​были ​лишь ​её ​телохранителями. ​ ​"Он ​сказал, ​что ​хочет ​поговорить ​с ​вами ​о ​выгодной ​деловой ​возможности." ​ ​'Я ​думала, ​он ​попросит ​что-то ​другое,' ​подумала ​про ​себя ​Фалия. ​Казалось, ​Король-нищий ​не ​стремился ​восстановить ​своё ​королевство, ​а ​хотел ​сначала ​накопить ​состояние. ​ ​Она ​опасалась ​запутаться ​в ​делах ​потомков ​павшего ​королевства. ​Визериса ​постоянно ​преследовали ​убийцы, ​и ​любая ​связь ​с ​ним ​могла ​сделать ​её ​мишенью, ​особенно ​если ​бы ​Роберт ​заподозрил, ​что ​у ​неё ​и ​Визериса ​есть ​какой-то ​нераскрытый ​секрет. ​Фалия ​предпочла ​бы ​избежать ​так ​называемой ​"выгодной ​сделки". ​ ​Собираясь ​сразу ​отказать, ​она ​передумала. ​Столь ​прямой ​отказ ​мог ​оказаться ​неуместным, ​особенно ​учитывая, ​что ​Визерис ​встречался ​с ​Синьором. ​Какой ​бы ​ни ​был ​её ​статус, ​он ​не ​мог ​превзойти ​статус ​Синьора. ​ ​Фалия ​подумала ​несколько ​мгновений ​и ​сказала: ​"Скажи, ​что ​я ​плохо ​себя ​чувствую ​и ​мне ​неудобно. ​Если ​есть ​что-то ​важное, ​пусть ​Ранч ​разберется." ​ ​Ранч ​был ​управляющим ​и ​управляющим ​делами ​Фалии. ​ ​"Поняла," ​ответила ​Аша ​и ​покинула ​каюту, ​оставив ​Фалию ​одну. ​ ​Размышляя ​о ​своей ​ситуации, ​Фалия ​поняла, ​что ​могла ​попасть ​в ​заговор. ​Победительница ​конкурса ​красоты ​на ​10-дневном ​празднике ​получила ​бы ​не ​только ​титул ​и ​награду, ​но ​и ​шанс ​повысить ​свой ​статус. ​У ​неё ​появилась ​бы ​возможность ​войти ​в ​высшие ​круги ​трех ​великих ​домов ​Браавоса, ​возможно, ​объединив ​свои ​жизни ​и ​кровь ​с ​ними. ​ ​Даже ​если ​бы ​она ​не ​достигла ​этой ​конечной ​цели, ​как ​победительница ​трехлетнего ​конкурса ​красоты, ​она ​стала ​бы ​символом ​Браавоса, ​"незаконнорожденной ​дочери ​Валирии". ​Она ​могла ​бы ​войти ​в ​дипломатические ​круги, ​получив ​влияние, ​далеко ​выходящее ​за ​пределы ​её ​текущих ​возможностей. ​ ​Это ​была ​мечта ​каждой ​светской ​львицы. ​Но ​чтобы ​стать ​чемпионом ​или ​даже ​участвовать ​в ​конкурсе ​красоты, ​было ​одно ​строгое ​условие ​— ​девственность. ​Браавос ​мог ​быть ​незаконнорожденной ​дочерью ​Валирии, ​но ​он ​не ​был ​её ​маленькой ​шлюхой. ​Требования ​к ​участию ​были ​чрезвычайно ​строгими. ​ ​Но ​теперь ​Фалия ​столкнулась ​с ​еще ​одной ​насущной ​проблемой. ​Если ​она ​не ​сможет ​поддерживать ​работу ​мастерской ​Морела, ​она ​может ​отстать ​в ​продвижении ​к ​моменту ​10-дневного ​фестиваля. ​Если ​её ​мастерская ​превратится ​в ​театр, ​это ​станет ​серьезным ​ударом ​по ​её ​репутации ​как ​Лунной ​Тени. ​ ​Она ​оказалась ​перед ​дилеммой. ​Если ​она ​согласится ​на ​требования ​молодого ​человека, ​она ​может ​потерять ​шанс ​участвовать ​в ​конкурсе ​красоты. ​С ​другой ​стороны, ​её ​жизнь ​окажется ​в ​его ​руках. ​ ​Даже ​если ​бы ​ей ​удалось ​войти ​в ​конкурс ​другими ​способами, ​она ​оказалась ​бы ​уязвима ​перед ​его ​будущими ​требованиями, ​которые ​она, ​возможно, ​не ​захотела ​бы ​принимать. ​С ​другой ​стороны, ​если ​бы ​она ​решила ​сохранить ​свою ​девственность, ​оказалась ​бы ​в ​невыгодном ​положении ​и, ​скорее ​всего, ​проиграла. ​Согласно ​неписаному ​правилу, ​как ​только ​куртизанка ​выигрывает ​конкурс, ​она ​обычно ​беспощадно ​подавляет ​своих ​бывших ​соперниц. ​ ​Самое ​лучшее, ​на ​что ​Фалия ​могла ​надеяться ​в ​таком ​случае, ​— ​это ​бегство ​из ​Браавоса. ​Однако ​для ​девушки ​шестнадцати ​или ​семнадцати ​лет ​покинуть ​Браавос ​означало ​стать ​уязвимой ​и ​потерять ​всё ​своё ​влияние ​и ​безопасность. ​ ​Она ​вдруг ​почувствовала ​сочувствие ​к ​положению ​Визериса ​и ​его ​сестры. ​Теперь ​у ​неё ​было ​два ​грозных ​соперника: ​"Поэтесса" ​и ​"Соловей". ​Соловей ​уже ​объявила ​о ​планах ​построить ​новый ​театр ​в ​Гринтауне, ​давая ​понять, ​кто ​был ​за ​её ​затруднительным ​положением. ​ ​'Мы ​должны ​спасти ​мастерскую,' ​решила ​Фалия. ​Она ​решила ​поручить ​Ранчу ​снова ​связаться ​с ​Морелом, ​чтобы ​оценить ​ситуацию ​в ​мастерской. ​Если ​она ​действительно ​была ​критической, ​ей ​пришлось ​бы ​вмешаться, ​чтобы ​спасти ​её. ​ ​Несмотря ​на ​кажущуюся ​роскошную ​жизнь ​куртизанки, ​поддержание ​такой ​жизни ​требовало ​значительных ​расходов. ​Служанки, ​слуги ​и ​многочисленные ​родственники ​зависели ​от ​неё ​в ​плане ​средств ​к ​существованию. ​Фалии, ​возможно, ​даже ​пришлось ​бы ​продать ​часть ​своей ​собственности ​или ​драгоценностей, ​чтобы ​поддерживать ​работу ​мастерской. ​ ​Однако ​она ​понятия ​не ​имела, ​насколько ​сильно ​теряла ​деньги ​мастерская ​Морела.