Глава 3: «Ползать»

***

«Хочу не летать, а ползать» Почти всю ночь я не спала. Ворочалась в раздумьях, слова матери плотно засели в голове. «Либо учёба, либо работа». В школу я точно не вернусь. Было бы странно возвращаться к людям, которые тебя ненавидят, хотя я и делаю это почти каждый день. Родители тоже не питают ко мне тёплых чувств. Лоб, к слову, сильно болел, наверное, там будет шишка, которую как-то надо прикрыть, при выходе на улицу. Поспав всего три часа, я всё же поднялась с кровати по будильнику. Школьную форму я отбросила в самый дальний угол шкафа и принялась искать что-то подходящее под образ человека, который собирается искать работу. Ничего лучше, чем чёрные джинсы с протёртыми коленями и такого же цвета футболка, мне в руки не попало. Тёмные, пушистые волосы я просто завязала в хвост, а лицо оставить без макияжа я не могла. Синяк на лбу сильно выделялся. Я была похожа на единорога с фиолетовым рогом. Выглядело ужасно, даже после того, как я наклеила на него пластырь. Мама сильно приложилась. Криво улыбнувшись себе в отражение, я тихо вышла из дома. Отец никогда не замечает моего ухода, поэтому я перестала прощаться. Он думает, что меня не существует, так что не буду рушить его легенды. Утро наградило меня солнцем и приятным ветерком. Было славно идти по улицам, всё также как и вчера наблюдать за офисными работниками, которые спешили по своим делам, за стоящими в пробках машинами. Сквозь ряды, шумя двигателями проносились байки, водителями которых являлись молодые люди. Интересно, а сколько уже случилось из-за них аварий. Мою голову снова посетили не очень жизнерадостные мысли. Я бродила во центральным улицам города, всматриваясь в объявления «требуются работники». Везде требовался опыт работы или меня с призрением спрашивали про возраст. В одном заведении, где я пыталась устроиться официанткой, меня окинули недоброжелательными взглядами сразу два человека. Женщина прищурила глаза и фыркнула: «От вас малолеток только проблемы». Бесит этот средний возраст, вечно недовольные. Озлобленные на весь мир люди. Чтоб вам всем пусто было. К обеду я уже вовсе потеряла надежду. Куда бы я не приходила, везде получала отказ. Что же я такая непутёвая. Стали закрадываться мысли о том, что может и правда вернуться в школу. Потерплю годик и тогда смогу поступить в колледж, а потом и на работу устроиться. Сама не поняла как, но с центральных, оживлённых улиц, я свернула в тихий, безлюдный переулок. Вокруг ни души, только слышно, как ветер гоняет листья и отдалённые крики. Здесь я ни разу не была. Подступал страх, хотя я даже не понимала, чего бояться, того, что на меня кто-то вылетит из-за угла или того, что я заблудилась. Завернув, за очередной угол, я поняла, чего же всё-таки стоит бояться. Снова этот светловолосый парень, но теперь в другом образе. Я видела его два раза только в спокойном, сдержанном состоянии, а сейчас он яростно избивает какого-то человека, матерясь себя под нос. От страха у меня спёрло дыхание, но я продолжала стоять и смотреть, как загипнотизированная. Человек лежал на земле и молил о пощаде, как в последний раз. Мои ноги будто сами начали идти назад, как назло, запинаясь о собственные шнурки я падаю на задницу, вскрикивая. Это привлекло внимание, и возможно даже спасло человека от смерти. Светловолосый резко обернулся и мои глаза встретились с этими неестественно фиолетовыми радужками. Я поняла, что нужно прямо сейчас бежать и не огладываться. Я моментально вскочила на ноги и понеслась прочь. — Стой! — кричали мне вслед. Ноги несли меня ещё быстрее, но моя неуклюжесть снова дала о себе знать и заворачивая за угол, зацепилась плечом и упала. Когда-нибудь я вся переломаюсь. — Господи, — он догнал и остановился напротив. — Не бей! — закричала я, прикрывая ладонями лицо, — я ничего не видела! Никому не скажу! В ответ послышался смех, хотя легче от этого не стало, я всё же открыла глаза и взглянула на обладателя. — Оу… — протянул он, видимо замечая синяк на лбу, — да тебя и без меня уже разукрасили, — усмехнулся парень. Я пощупала пальцами лоб и поняла, что пластырь слетел и я возможно несколько часов бродила, показывая свой рог. — Это мама, — стыдливо опуская глаза, проговорила я. — Вставай, — приказал светловолосый, но руки не подал. Я шмыгнула носом и кряхтя, поднялась на ноги. Отряхнувшись, я всё-таки повторила: — Ничего я не видела и никому не скажу. Парень снова засмеялся, а мне почему-то так обидно стало, будто это снова мои одноклассники. — Да, — протянул он, — тебе бы к врачу сходить, с такими-то ногами. Два раза упасть, это что-то. — Я просто испугалась, — снова пристыдил, — не каждый день видишь, как кого-то бьют, — продолжила я, а парень вопросительно поднял брови, намекая на мой синяк, — со стороны, — решила добавить я. Светловолосый снова засмеялся, убирая руки в карманы. Выглядел он сегодня как обычно, чёрные широкие штаны, такого же цвета майка, а сверху рубашка. Только вот уши сегодня украшали серьги, красивые, большие. — Чего это ты сегодня тут шляешься, а не на мосту? — спросил парень, подходя ближе, а по инерции попятилась назад, — ещё и не в форме в будний день? — Работу я ищу, — огрызнулась я, — что не видно? Он смерил меня глазами и отрицательно покачал головой. — Ладно, — кивнула я, поджав губы, — можно я пойду? — я было развернулась и хотела уйти, но парень меня остановил. — Могу помочь, — неожиданно выдал он, кладя руку мне на плечо, — считать умеешь? Вспомнив про высшие баллы по математике, я быстро закивала. — И бегаешь быстро, — приметил он, — только над препятствиями потренироваться надо, — снова засмеялся, но теперь уже тише. Обрабатывая в голове, я начала догадываться, что работа может быть не совсем законной. Если нужно быстро бегать — то сто процентов это связано с убеганием от полиции или ещё кого-то, а считать — наверное награбленные деньги. — А работа сильно сложная? — я обернулась, — и почему ты резко это мне предложил? Паренёк толкает меня вперёд и тут же обгоняет, показывая, что мне нужно идти за ним. Шли мы молча. Я уже устала гонять в голове всякие разные мысли, от того чему ме предстоит заниматься, до того, как же его всё-таки зовут. Последнее было куда проще. — Прости, — тихо сказала я, равняясь с парнем шагами, — вот, я дура, хоть убей, не помню, как тебя зовут. — Убить? — удивлённо переспросил светловолосый, а как только увидел в моих глазах испуг, что его ошарашило ещё сильнее, добавил, — и ты хотела спрыгнуть с моста… — Уже не хочу, — обиженно буркнула я, складывая руки в замок на груди. — Изана. Вот оно, странное имя. В голове как в первый раз отразилась вся красота этого звучания. Повезло ему, конечно, ему не приходилось выслушивать издевательства насчёт имени. — А… — хотела было сказать я, но меня перебили. — Я помню. Я заткнулась ещё на некоторое время. Мы свернули в ещё один переулок и остановились около обшарпанной двери, которая, судя по всему, вела в подвал. Изана толкнул дверь ногой, и она со скрипом поддалась. В нос ударил запах сырости и чего-то химического. Я поморщилась и шагнула внутрь. — А ты точно меня на работу ведёшь, а не расчленить и убить? — ляпнула я, прежде чем успела прикусить язык. Изана резко остановился и медленно повернул на меня голову, смотря в одну точку вкрадчиво проговорил: — Если бы я собирался тебя расчленять, то ты бы уже давно лежала рядом с тем придурком в подворотне, в рваных джинсах и синяком на весь лоб. Я стыдливо опустила глаза на свои штаны. Не очень-то они и рваные, а шишка вообще-то болит, дурак! Это всё я конечно же не сказала, а всего лишь подумала. Внизу оказалось просторное помещение с небольшим столиком, к которому был придвинут маленький диван с кучей пятен от чего-то жирного, по стенам растягивались полки с какими-то коробками. Парень подошёл к одной из них и вытащил оттуда серый блокнот и ручку. — Чего стоишь? — махнул он на меня головой, — сядь. Я скривилась, но всё же послушалась и аккуратно приземлилась на мягкую поверхность. — Смотри, — Изана сел рядом, кладя передо мной блокнот, — тут записаны все операции с нашим товаром, — начал рассказывать он, — продажа, покупка, общая стоимость и выручка. Понятно? Я многозначительно кивнула, хоть мне и понятно ничего не было. — Ничего сложного, — выдохнула я, прикусывая губы, — а что за товар? Этот вопрос Изана по всей видимости ждал, но говорить мне не спешил, думал, что я догадаюсь сама или не собирался мне говорить вовсе. Я итак в его глаза выглядела очень глупо. — Мука блинная, епта! — быстро выкинул парень, бросая ручку на стол, — не тупи! Осознание пришло сразу же. Я ошарашенно выпучила глаза и подняла брови. Заметив мою реакцию Изана криво усмехнулся. — Значит, я всё правильно поняла. — Думал, тебя уже не удивит этот факт, — чуть спокойнее ответил парень, — ты же дочь самой популярной шалавы в Йокогаме, — бросил он и встал с дивана. Я удивилась ещё сильнее, хотя тут даже можно сказать разозлилась. — Ты знаешь мою маму?! — громко выпалила я. Светловолосый закрыл глаза и покачал головой, опираясь рукой на одну из полок. — Ладно, — согласилась я, — конечно, кто же её не знает! — взмахнула руками и ударила по диванному покрытию, сразу вляпываясь в крошки. Иметь известную маму хотел бы каждый, но когда узнаётся чем она занимается, становится тошно. Меня на протяжении года травили за то, что именно эта женщина родила меня. Как будто я в этом виновата. Бред какой-то! — Почему ты решил мне доверить эту работу? — я решила перевести тему разговора, — ты ведь не знаешь меня, а это большая ответственность. Изана вернулся на место рядом со мной. Теперь он сидел чуть ближе, от этого становилось неловко, но двигаться в сторону было бы ещё более заметно и стыдно. — Уверен, что ты не будешь болтать, — быстро проговорил парень, — ну и тебе нужна работа, а мне нужен человек, который умеет считать. Ты подходишь вполне, если ты, конечно, не обманула, — он перекинул руку через мои плечи и приобнял. Я оказалась слишком близко к нему. Я могла почувствовать его аромат, тепло тела и ровное дыхание. Внутри взбушевалось волнение, что мне хотелось вскочить и куда-то убежать. — Ты же меня совсем не знаешь, — я попыталась отодвинуться, но Изана крепко держал. — Слишком много вопросов, — тихо произнёс парень, приблизившись к моему уху, — не находишь? — я безвыходно закивала, — если меня что-то будет не устраивать, я могу тебя вышвырнуть, — говорил он тихо, вкрадчиво, можно даже сказать опасно, — в прямом смысле. Я испуганно сглотнула. Сердце колотилось как бешенное. Мне становилось всё больше и больше не по себе, но я держалась. Работа нужна, а этот человек её предложил. Уходить теперь без вариантов. — Я поняла, когда выходить? Изана наконец меня отпустил и встал с дивана, я сделала тоже самое. — Дай мне свой номер, я тебе буду звонить, если нужна будет твоя помощь. Я вытащила из кармана старенький мобильный и протянула его парню. Пусть сам запишет как ему нужно. — Эх… — вздохнул Изана, — такой себе аппарат. — Какой уж есть, — фыркнула я, обиженно отворачиваясь. — Можешь идти, — он вручил устройство мне обратно, — трубки чтоб всегда брала, а то, — пригрозил мне кулаком. — Вышвырнешь, — ответила за него я. — Молодец. Я вышла обратно на улицу. В голове всё ещё было много мыслей. А что, если нас поймают? Или я сделаю что-то не так. Я ведь совсем не знаю, что Изана за человек, но судя по тому, что он делал с бедолагой в переулке, наверное, какой-то бандит. Таких нынче в Токио развелось много. Я продолжила блуждать по улицам. Солнце ярко светило, ослепляя. Вдалеке были слышны звуки, проезжающие машин. Людей на улицах практически не было. Я шла в полном одиночестве и мне было хорошо. Мне было так приятно, что никто не достаёт, не задирает, только синяк на лбу говорил об обратном. Совершенно незаметно я оказалась около своей школы. Сразу же услышала смех, крики и шаги. Уроки закончились. Я резко развернулась и пошла в абсолютно другую сторону. Мне не нужно, чтобы кто-то из моих одноклассников меня видел, а то мне несдобровать. Внезапно, я почувствовала чьё-то присутствие. Меня кто-то преследовал. Я ускорилась, даже побежала, но меня быстро догнали. Видимо я сегодня уже набегалась. — Ой, а кто это у нас тут? — сказал знакомый женский голос, — неужто это Хуйкари, решила посетить школу. Меня толкнули в спину, заставляя упасть на колени. Я сразу почувствовала жжение и боль. Их было четверо. Йосико и трое парней. Только не это. Я попыталась встать, но меня схватили за плечи и сильнее прижали к асфальту. — Думала, что если ты не будешь ходить в школу, то мы тебя не найдём? — злобно прошипела одноклассница, наклоняясь ближе к моему лицу. Я учащённо дышала, пытаясь вырваться, но парни были сильнее. Они больно давили на плечи. — Чего молчишь? — вякнул кто-то из одноклассников, — с тобой вообще-то разговариваем! — Пусти, — жалобно выдавила я. — всё ещё пытаясь вырваться, — чего вам снова надо?! Тут же последовал удар по лицу. Йосико отвесила мне смачную пощёчину. Я заскулила от боли. — Мне скучно без тебя, Сакурада, — театрально пропела девушка, — теперь мне приходится просто сидеть на уроках, — она изобразила обиду и надула губы. Парни в своё время мерзко засмеялись. — То тебе не нравится, что я прихожу, то нравится, — чуть осмелела я, — ты уж определись, — это было зря, я снова получила по лицу, но уже носком туфли. Из носа хлынула кровь. Мне было ужасно больно, но я не подавала вида. — Тебе никто не разрешал разговаривать, — шикнула одноклассница, — смотрю тебя знатно так приложили, — намекая на мой лоб выдала Йосико, — пожму руку этому человеку. Они все дружно захохотали. Мне хотелось скорее убежать, но мне не давали. Мне вечно придётся ползать, если я буду такой слабой, но и сильнее мне стать не получается. Это какой-то замкнутый круг. — Тебе и остаётся только ползать. Понимаешь, не летать как мы, а ползать как жалкий червяк, — девушка ткнула пальцем мне в лоб. «Не летать, а ползать». Слова врезались в разум. Я смотрела на их, перекошенные от смеха лица, на пальцы, сжимающие мои плечи, на красиво накрашенные глаза Йосико. Они такие мерзкие. Что-то во мне оборвалось. Я с новой сильной начала брыкаться и на этот раз мне удалось вырваться. Я сразу же подскочила на ноги и побежала. Быстро, не оглядываясь, как будто от этого зависит моя жизнь. Наконец я юркнула в свой дом, плотно захлопывая дверь. Нервы сдали, силы на исходе. Я устало облокотилась спиной на дверь и сползла вниз. Слёзы сами собой потекли из глаз. Я обычно не плакала, но сейчас почему-то захотелось. Посидев так минут пять, я всё же поднялась на ноги и направилась к себе в квартиру. Воняет куревом, мусором и гарью. Я дома. Орёт телевизор, отец на диване — всё как обычно. Я быстро сняла обувь и убежала в ванную. Нужно скорее умыться, ведь выгляжу я не очень. Кровавые подтёки под носом, синяк на лбу теперь переливался всеми цветами радуги, красные опухшие глаза. И это я — дочь самой красивой проститутки Йокогамы. — Сука! — выкрикнула я, еле удерживаясь от того, чтобы разбить зеркало. Я слабачка. Холодная вода сделала немного лучше. На джинсах появилась новая дыра. Ладно. В голове зашумело. Это либо злость, либо усталость. Я легла на кровать, уставилась в потолок и пообещала себе: я больше никогда не позволю им видеть мои слёзы. Никогда. Пусть говорят что хотят, пусть смеются. А мне — не летать, так хоть ползти. Но вперёд.