Часть 2

Так вот, дела у Мин Фаня шли плохо Он крепче вцепился в ткани своих одежд, чувствуя напряжение, но пока скрывая своё присутствие. К сожалению, ему попались самые неудобные команды. Нет, в целом с самими адептами всё было хорошо. Проблема была только в двух из них. Хан Ифань, выбранный лидером команды "Феникс" и Ло Бинхэ, тоже главный в своей собственной команде стояли друг напротив друга. Воздух чуть ли не искрился от напряжения, даже Мин Фаню стало слегка плохо только от одного взгляда на них. Вот уж в чей конфликт он и сам не хотел вмешиваться. — Предлагаю вам просто отдать нам проводник и отступить, — Хан Ифань слегка оскалился, говоря грубым тоном. Это был единственный ученик на Цинцзин, который игнорировал всеобщую вежливость и говорил прямо. Нин Инъинь вместе с ещё одним мальчиком за его спиной молчали. Кажется, в Нин Инъинь в этот момент боролись желание победить и показать учителю, на что она способна, и необходимость защитить А-Ло от нападок. Мин Фань слегка улыбнулся. Нин Инъинь была как всегда добра и шагнула чуть вперёд, слегка потянув Хан Ифаня за широкий рукав и громко сказав. — Хан-шисюн, не надо быть таким грубым с А-Ло. Он этого не заслужил, — строго и даже немного упрямо сказала теперь девушка, хотя голос неполностью потерял свою капризность. Ей сейчас было 17 лет. Несмотря на все её хорошие качества, к сожалению, Нин Инъинь пока так и не научилась читать атмосферу. Взгляд Мин Фаня блуждал по поляне, цепляясь взглядом за редкие, но довольно крупные камни. Мин Фань скрывал свою Ци и скрывался как раз за одним из больших валунов. Больших деревьев или кустов, к его несчастью, рядом не было. Вокруг них, на восточной части Пика, везде росли длинные и тонкие, но твёрдые бамбуки. Ло Бинхэ, в отличие от своего соперника, умело притворялся невинной овечкой, как считал сам Мин Фань. Он ответил спокойным, смиренным голосом, но смысл слов был далёк от покорности. — Даже если мы отдадим вам проводник, я сомневаюсь, что вы сможете потом так легко уйти с талисманом, — Ло Бинхэ приятно улыбался, но глаза его сверкали чем-то непонятным. Иной раз Мин Фань чувствовал мурашки, пробегающие по телу когда он смотрел на Ло Бинхэ. Как главному ученику, Мин Фаню было положено отдельное жилище на достаточно близком расстоянии от бамбукового домика их учителя. Но Мин Фаню часто приходится посещать общежития учеников по делам или просто ради общения, и он мог видеть, как себя ведёт Ло Бинхэ. До сих пор, даже спустя несколько лет мало кто на самом деле принял Ло Бинхэ на Пике Цинцзин. Мин Фань был готов признать, что чувствовал жгучую зависть по отношению к Ло Бинхэ и практически все парни были того же мнения. Только девочки души не чаяли в его симпатичном личике и приятных манерах. "Ло Бинхэ в общежитие живётся не слишком хорошо, но по крайней мере лучше, чем в сарае." — Решил Мин Фань, предпочитая отложить в голове эту на данный момент бесполезную тему. Хан Ифань закипел от злости. Нин Инъинь, которая ему нравилась, в который раз защищала это ничтожество, что заслужило внимание учителя просто так? Он аж покраснел и слегка надулся от ярости, выхватывая ученический меч. Все старшие ученики получили свои собственные мечи, но чтобы не ранить друг друга в случае чего, им запретили брать такое опасное оружие, как духовное. Мин Фань напрягся, но пока оставался стоять на месте. Он должен был вмешаться, только если была какая-то опасность для жизни. Нин Инъинь воскликнула что-то возмущённо, пытаясь остановить Хан Ифаня, но не успела: тот уже бросился с мечом наперевес на только это и ждущего Ло Бинхэ: ему было гораздо проще сразу избавиться от команды соперника и быстро доставить талисман с их монстра. Раздался неприятный звук скрежета металла: ученические мечи не обладали душой и ци, но это не значит, что они не были способны резать плоть и не подходили для серьёзных драк. "Даже палочной для еды можно убить." — как однажды заметил их учитель. Второй член команды Феникса хотел было выйти, чтобы помочь и тоже вступить в битву. Но Нин Инъинь в этот раз смогла остановить его, вцепившись в плечо мёртвой хваткой, и кивая в сторону команды Тигра, которые стояли на месте смирно и выглядели незаинтересованными в том, чтобы помогать Ло Бинхэ. Девушка там просто, раскрыв рот, восторженно наблюдала за движениями Бинхэ, краснея. Парень же хмуро уставился на своего сражающегося сокомандника, но не возражал, хотя внимательно вглядывался в битву. Видимо, Ло Бинхэ за короткое время не слишком близкого, но общения, смог его впечатлить. Незачем было вмешиваться в это сражение. Видимо, обе команды решили, что всё закончится одним раундом. Мин Фань вздохнул с облегчением. Оставалось только, чтобы эти двое не убили друг друга, и он сможет с чистой совестью считать, что хорошо справился со своими обязанностями Главного Ученика. Пролилась первая кровь. Меч Ло Бинхэ прорезал воздух в, казалось бы, опасной близости от щеки Хан Ифаня, а в следующее мгновение капли теплой, но темной красный жидкости медленно начали стекать по его щеке. Очевидно, что намерения нанести смертельный удар это движение не несло, но Хан Ифан сначала посерел, стирая тёмные пятна своим рукавом, а потом нахмурился, разочарованный в себе, не не смеющий признавать, что переоценил свои силы, и с боевым кличем ещё раз бросился на Ло Бинхэ, терпеливо его ожидавшего. Хан Ифан пытался юлить, стараясь подобраться то с одного угла, то с другого. По его внешнему виду это было не слишком заметно, но главным оружием его была скорость. Хан Ифан добавлял Ци в каждый удар и повсюду были голубоватые всполохи вокруг них, он уже тяжело дышал, а Ло Бинхэ даже не вспотел. Несмотря на то, что Ло Бинхэ нанёс только один точный удар противнику, жалким он не выглядел, скорее наоборот: тем, кто полностью контролировал ситуацию. Мин Фаню стало немного не по себе. Буквально в прошлом месяце Ло Бинхэ не мог показать подобный результат, его скорость развития была поразительной. Мин Фань бы сказал, что чудовищной. В конце концов, когда Ло Бинхэ, видимо, надоело унижать своего противника, он парировал его последний удар и одним движением закончил бой, касаясь одной из акупунктурных точек на его шее и вкладывая немного своей Ци, вырубил его. Спасибо Ло Бинхэ, он придержал падающее тело своего шисюна, прежде чем уложить его на землю. От этого Мин Фань почему-то почувствовал себя ещё хуже и страннее. Хорошо это или плохо, но это был факт: у учеников Цинцзин были часто сложные отношения друг с другом, которые не мог исправить Мастер Сюя, каким бы ласковым и понимающим он не был. Застарелые травмы заживают хуже всего. Мин Фань выдохнул. Он не был уверен, за кого он болел в этой битве, будучи трудным ребёнком, Хан Ифан тоже не был любим Мин Фанем. Зато Нин Инъинь не сомневалась: она радостно побежала к Ло Бинхэ, уже смирившись с тем, что им придётся отдать мешочек с ценной пыльцой для демонического зверя. Но поздравление Нин Инъинь с маленькой победой было недолгим, она быстро протянула ему нужную вещицу, проголосив поздравления звонким голосом, и обратила внимание на Хан Ифана, нуждавшегося сейчас в заботе. Нин Инъинь, подозвав своего разочарованного в исходе битвы сокомандника, оттащила поверженного старшего ученика подальше к валуну. Мин Фань прятался по другую сторону поляну у совсем иного валуна. Надо было сменить своё местоположение. Теперь, когда появился Хан Ифан, нуждающийся в защите. Главный ученик обогнул поляну по краю, пользуясь тем, что бамбуковый лес было мало кому интересен на данный момент. Он внимательно следил за тем, как адепты избавляются от барьера. Вообще, было несколько способов преодолеть препятствие, как это. 1) Сокрушить грубой силой, доступной немногим. 2) Держать при себе индивидуальную печать с большим запасом Ци, подходящую именно для этого типа барьера. 3) Иметь при себе что-то, что обладает ядовитой тёмной энергией и, преодолев сопротивление светлой Ци, просто поглотить барьер. Последний вариант был похож на третий. С помощью проводника Ци нужно было просто перелить энергию из одного места в окружающую среду как раз с помощью проводника, заставив барьер потерять питание и рухнуть. Это был довольно дорогой и трудозатратный метод, зато хорошо работал. Этим и собиралась заняться команда Тигра. Расположившись по разные стороны барьера, уже готовые распылять газ особых цветов. Именно это отдала ему Нин Инъинь от своей команды. Большая рептилия из семейства едких змееголовых, плачущая жемчужная ящерица, была неприятным противником. Вытянутое громадное тело, длинный хвост и наверняка неприятные наощупь крупные зубы, смазанные ядом, с которыми не хотелось бы взаимодействовать. Но с пыльцой Тысячелистного Звёздного Цветка всё становилось в разы проще. Этот цветок, вопреки всему, цвёл исключительно в зимнее время и большие ящеры, не имеющие достойных рецепторов для улавливания колеблющейся температуры, ориентировались именно на запах этих цветков, практически мгновенно проваливаясь в глубокий сон. Девушка из команды Тигра спокойно начала собирать Ци из барьера в проводник, а потом выпускала это в окружающую среду. Юноша держал мешок с пыльцой, дожидаясь, пока спадёт барьер и он сможет обезвредить демонического зверя. Ло Бинхэ навострил меч на случай нападения. Они были готовы. Ящерица тоже. Она имела повадки кота и с яростью взмахивала своим чешуйчатым хвостом. Барьер пал и в ту же секунду громкие рёвы, которые до этого издавал демонический зверь стали слышны практически всему пику. Ящерица бросилась прямо на девушку, которая снимала барьер, заприметив в ней слабое звено. Ящерица клацнула своими острыми зубами в одном цуне от девушки. Ло Бинхэ перехватил её поперёк талии и не слишком деликатно, но быстро отбросил её в безопасное место. Это и правда было опасно. Мин Фань даже сам не понял, что задержал дыхание в критический момент. — Быстрее. Ло Бинхэ прикрикнул на своего сокомандника, возившегося с мешочком. На самом деле, было довольно трудно подгадать, куда и когда распылять пыльцу. Надо было учитывать скорость и направление ветра, предположить, что сделает Ящерица своим следующим движением. Но едва ли сложности юноши кого-то интересовали в данный момент, поэтому он, прикрыв глаза, надеясь в некотором случае на удачу, помолился Небожителям. Розовый плотный газ вместе с пыльцой вышел и помчался аккуратно в сторону морды ящерицы. Адепты расслабились, повезло. Даже команда Феникса уже волновалась за соперников, готовая вмешаться. Нин Инъинь рвалась в бой, но пока сдерживала себя. Несколько секунд стояло затишье, принесшее всем облегчение. Мин Фань не смог сдержать улыбки. Он подумал, что идеи учителя всегда гениальны, но некоторые он предпочёл бы никогда не проверять. Внезапно что-то изменилось, словно громкий сдвиг в настройках этого мира. Какой-то щелчок и атмосфера изменилась до неузнаваемости. Никто из юношей и девушек не поняли, что случилось. Казалось, это изменение затронуло только их. Они неуверенно кидали взгляды друг на друга. Мин Фань вышел из своего укрытия. Больше медлить было нельзя. Что-то пошло не так. Любой достойный заклинатель должен был доверять своей интуиции, часто только она и природная осторожность могут спасти от опасности. Розовый дым постепенно уходил, развеянный лёгким ветерком, который только и ходил на Цинцзин. Но ящерица не уснула, не застыла в расслабленной позе. Там, на своём прежнем месте, пригнувшись к земле, в напряжённой позе застыл монстр. Но что-то в нём неуловимо изменилось. Возможно, чешуя стала топорщиться, или зубы заострились? Было ясно одно, происходило что-то, что не должно было. Мин Фань сглотнул, его сердце забилось у него где-то в горле. Он покрепче обхватил свой меч, убедившись, что Нин Инъинь с её сокомандником, просматривающие за Хан Ифаном, останутся позади него. Ящерица не спешила действовать, неожиданно умным и осмысленным взглядом обводя поляну и заклинателей взглядом, которые пока не торопились нападать. Не такие сильные ученики Цинцзин, как на Пике Байчжань не могли себе этого позволить. Нин Инъинь вместе с другим адептом обхватили Хан Ифаня за талию, медленно отступая под защитой Мин Фаня. Ящерица обратила свой взор на уходящую добычу и слегка оскалилась, рыча. Девушка, которая раньше снимала барьер и была в относительной безопасности после спасения Ло Бинхэ, с решительным видом вложила в руки один из данных всем адептам талисманов, который зажёгся и с громким хлопком устремился в небо, повисая изображением в воздухе. Учитель должен прийти и спасти их. Эта мысль набатом билась у них в головах. Детям показалось, будто ящерица по-умному сузила глазки, высунув длинный чёрный, истекающий слюной язык. Видимо, кислота. Трава под прозрачной склизкой жидкостью сразу пожухла и свернулась. Ящерица сорвалась с места.