Глава 1, в которой меня-таки ссылают в лагерь, а я в первый же день теряю уважение к вожатой и позорюсь в автобусе

— Дорогие дети! — чересчур оптимистично орет тетка-вожатая в галстуке на весь автобус. — Я рада приветствовать вас на пути в лагерь «Юго-западный ветер»!.. Да, я еду в лагерь. В Мичиган. Я собой горжусь — я не разговариваю с родителями уже несколько дней. С самого приезда в аэропорт, во время вылета в США, когда меня провожали на автобус — ни словечком не обмолвилась! Я считаю, это достижение — тем более, что ни один из них так и не понял, что на меня нашло. В автобусе я специально села на задние сиденья; все обычно стремятся сесть поближе к выходу, к вожатым. Так что, ничто и никто мне не мешает писать свой дневник. Кроме той вожатой. Вкратце из того, что я поняла из ее речей: ее зовут мисс Клеменc, она рада тому, что мы выбрали именно этот лагерь (ага, кто бы сомневался), что всего шесть отрядов, а этот автобус — второго отряда. Что лагерь расположен на знаменитом озере Мичиган (неожиданно, да?), и что нас ждут ежедневные мероприятия. А вот ЭТО мне вообще не нравится! Почему нельзя просто выгрузить нас в этот их «Ветер» и предоставить самим себе? Разве лагеря не должны учить самостоятельности? Я надеялась, что кошмар закончится, Клеменс заткнется, и я наконец смогу спокойно уставиться в окно, но не тут-то было — эта оптимистичная Сатана начала по очереди вызывать человека, чтобы он рассказал о себе. Я в очередной раз порадовалась, что сижу в самом конце — может, до меня очередь и не дойдет. Пока остальные делились, что их зовут так-то так-то и их хобби это то-то (хотя лично я просто уверена, что их хобби — это выносить мозги бедным испанцам), я увлеченно пыталась вспомнить все английские слова, которые знала. Одними «Хелоу», «Гудбай» и «Фак ю» тут явно не отделаешься. Итак… «Май нейм из Кармен Рамирес, ай лайк…» Допустим, Дровинг. И пофиг, что я рисую на уровне соседкиных кактусов, надо ж как-то выкручиваться!.. *** Блин, блин! Как же я круто лоханулась! Короче: до меня дошла очередь, я спокойно оттараторила вышеуказанное предложение. Но этой заразе в галстучке приспичило задать мне еще вопросов, а я не то, что не знала, как ответить — я их даже перевести не смогла! Единственное, что я запомнила из этой словесной лавины: «Вич стайл ду ю южели дроу?». Какое «Южели»? Какое «Вич»? У нас учителей английского по полгода не бывает, вы о чем?! Ну, что бы вы ответили на вопрос, перевод которого не знаете? Чисто теоретически, если вы, конечно, не супер-мега-полиглот. Я вот ответила «Йес». Прокатило? Нифига. После недолгой паузы весь автобус начал задыхаться со смеху, потому что десятилетняя малявка с другого континента — о, ужас! — не знает в совершенстве их язык. Причем и эта старая коза Клеменс тоже еле сдерживалась, чтобы не заржать на весь штат. Если до этого у меня еще оставалась к ней хоть толика уважения, то в ту секунду вожатая окончательно пала в моих глазах. О, автобус останавливается. Значит, мы на месте. Глухой лес, озера нифига не видно, зато отлично видно деревянные развалюшки, в которых, скорее всего, мы и будем жить. Лично меня эта перспектива совсем не радует — мало ли, кто там может обитать помимо нескольких дурных детишек! Ладно, в любом случае, писать покамест перестаю. Мне еще заселяться, смывать свой позор в автобусе, искать у кого-нибудь англо-испанский словарик… В общем, дел — невпроворот. И написать дальше получится только вечером. Или вообще, ночью с фонариком под одеялом, тьфу-тьфу! Так что, скоро выйду на связь… … Если переживу первые несколько часов…