Часть 30

Глава 30. София выходит на нужном этаже и быстрым шагом движется в сторону кабинета мужа. Сегодня вся спесь сошла и можно попытаться спокойно всё обсудить и наконец-то нормально выслушать друг друга. Расставаться уже не хотелось, как и брать какие-то паузы. Сатинова стучит в дверь кабинета и ее тут же приглашают войти. Удивление на лицах у всех присутствующих. У Максима, который держит несколько разноцветных фломастеров в руках; у Анны, которая впервые сталкивается лицом к лицу с девушкой; у девочки, которая сидит на коленях Громова и отвлекается от раскраски. София даже не удивлена, она шокирована. Почему на коленях ее мужа сидит маленькая девочка лет восьми и почему эта девочка так похожа на него? Анна отмирает первой, берет ребенка за руку и отводит от мужчины, прощаясь как-то скомкано и старается быстрее выйти из помещения, чувствуя назревающий конфликт. — София, вы не подумайте ничего, это моя дочь, — Оправдывается Анна перед выходом и только усугубляет ситуацию. — Она просто очень любопытная, вот и пришлось ее немного отвлечь. Извините. Женщина уводит ребенка и оставляет супругов наедине. А Сатинова стоит, словно прибили к полу невиданной силой, даже шага сделать не выходит, только смотреть в одну точку, где только что стояла девочка с голубыми глазами. С чертовыми льдами, которые София так любит и уже ненавидит. А, да, волосы девочки насыщенно черные, мягкие и густые, Софа такие же волосы любит перебирать пальцами перед сном. — Спустимся в кафе? — Максим встает из-за стола и не успевает даже шага сделать, как на него смотрят злые карие глаза с каким-то новым оттенком. — Нет! — Софа отвечает резче, чем хотела, но зато может двинуться назад. — Я просто… Меня не будет в городе какое-то время, я… Я в ахуе, Макс. София начинает смеяться. Нет, не от обиды, а неизвестно от чего, просто вот захотелось рассмеяться и заплакать тоже. Истерика? Нет, не совсем. Унижение и шок. Пока она подбирала правильные слова для примирения Максим играл с ребёнком. Чужим? Своим? Как же девочка похожа на него. У нее буквально его глаза и волосы. Не просто так объявилась эта женщина. Не просто так стала приближенным сотрудником. Все не случайно. — София, давай спокойно всё обсудим, — Громов устало вздыхает и указывает рукой на диван. — Мы вчера и так наговорили друг другу гадостей. — Нет, хватит разговоров. — Сатинова снимает с безымянного пальца кольцо и взгляд Громова меняется на шокировано-напуганый. — Я улетаю на месяц, будет время всё переварить. Максим и слова вставить не успевает, как девушка выходит из кабинета. Кольцо она сняла, но не бросила ему, как он думал, а положила в карман куртки. Ушла с ним вместе. Сняла чисто показательно, чтоб мужчине сделать больнее и на этот чертов месяц голову забить мыслями об их отношениях. — Мне уже можно к дяде? — Позвал детский голос, дергая Софию за край куртки. — Что? — Сатинова опускается на корточки перед девочкой и еще раз удивляется ее красоте. — Да, конечно, можешь идти. — Спасибо. Мама сказала, что вы будете разговаривать, а я мешаю. — А где мама? Ты тут почему одна? — Мама работает, а меня дядя к себе забрал. Я уже скоро уеду, а мне не хочется. Дядя мне много-много раскрасок дал! У него еще кока-кола есть. — Да, дядя крутой. — А вы его подруга? — Кто тебе сказал, что я его подруга? — Мама сказала, что вы его подруга. Я тоже теперь его подруга, мы рисовали вместе. — Ух ты, мама сказала. — Ника, ты почему здесь? — Послышался строгий голос и в секунды появилась сама Анна. — Извините, она очень активная и всегда убегает, поэтому Максим предложил посидеть в его кабинете. — Ничего, подруга дяди уже уходит, — София поднимается на ноги и с раздражением смотрит на женщину перед собой. — А, это… Вы не подумайте, ей просто пришлось бы объяснять кто такая «жена», вот я и согласилась, что вы подруга. Понимаю, что это выглядит странно… — Она очень похожа на Максима. Удачи вам. — Что? Нет, София.! Сатинова слушать не стала. За последние пятнадцать минут слишком много извинений и «вы не так поняли». Достаточно. Сил нет. — Я бы с радостью отдала этот доклад Софии, но её мы увидим не скоро, поэтому его возьмет Тимур Гаязов. — Объявила преподаватель и выразительно посмотрела на парня. — Почему мы не скоро увидим Софию? — Алиса удивленно смотрит на женщину, которая выключает проектор и поворачивается к группе. — Вы же подруги, не в курсе? — Нет, расскажите. — София Сатинова взяла академический отпуск на два месяца по семейным обстоятельствам. Не вовремя, конечно, у нас такие темы и еще конкурс этот областной… Алиса дальше не слушает, оборачивается назад и смотрит на Тимура, который в секунду сменил несколько эмоций. Парень бегает глазами по аудитории и выглядит так, будто сорвется с места, только дайте разрешение. Виталина нагло достает мобильный и начинает писать в общую беседу, чтоб выяснить причины пропажи. София в это время заходит в дом отца, чтоб взять пару вещей и ноутбук. Александр в такое время на работе, поэтому девушка быстро поднимается на второй этаж и двигается в сторону своей комнаты, но замирает услышав голоса. Отец дома? С женщиной? Девушка поворачивается и идет уже в другое крыло. Неожиданно из спальни мужчины выходит… — Олеся? — Глаза Софии увеличиваются в несколько раз. — С-софа? — Девушка ступает назад и врезается спиной в грудь Александра. — Я всё объясню. — Пап, ты серьезно? — София, давай поговорим… — Нет! — Девушка выставляет ладонь вперед и усмехается. — Мой отец спит с моей подругой! Охренеть! Какой прекрасный день сегодня! — София, дай хоть слово вставить! — Громче говорит отец, но девушка только отворачивается и уходит по коридору. — Отец трахает мою подругу! У моего мужа есть ребенок! Как же прекрасно! София бросает в рюкзак только нижнее белье и косметичку, для остального нет времени. Уйти из родного дома хочется как можно быстрее, иначе она не выдержит и вывалит всё на отца. Алиса допрашивала Олесю, которая тоже сегодня отсутствовала, но это ничего не дало. Ковалева только пожимала плечами и растерянно смотрела на друзей. Киру беспокоить никто не стал, она в другой стране, у неё другой часовой пояс. Только Тимур всё равно заподозрил что-то неладное и всё-таки набрал Захарову, пока компания шумно обсуждала дальнейший поиск пропавшей подруги. — Ты миллионер или придурок? — Усмехнулась Кира на том конце провода. — Знаю, что это будет звучать странно, — Гаязов отошел еще дальше, чтоб его точно не услышали. — Но ты случайно не в курсе где Софа? — Я за тысячи километров от вас, как я могу знать где Софа? — Ты подозрительно спокойна, поэтому у меня все основания тебе не верить. — Гаязов, я только что закончила съемку и еду на вторую, а ты мне мозги выносишь своими подозрениями. Может Софа от вас заебалась и теперь прячется? — Ты же в феврале возвращаешься? — В конце, да. Хочешь выловить в аэропорту, где-то часов в шесть и отомстить за то, что я не знаю, где сейчас Софа? — Я в тебе не сомневался. Спасибо. В шесть, в аэропорту. Рейс Софии. Кира всегда помогала друзьям несмотря на то какой занозой была. Тимур в который раз убеждается в этом. Друзьям он говорит, что съездит по одному делу, а сам мчится в аэропорт. Благодарит людей, которые столько лет работали для того, чтоб у него сейчас в телефоне был интернет, который подсказал из какого именно аэропорта вылетает рейс до Токио. У Тимура есть в запасе два часа, ехать ему около сорока минут, так что есть время хоть немного побыть вдвоём и узнать причину таких перемен в Софии. «Алиса, спасибо за поддержку, но мне нужно немного выдохнуть. Прости, что вот так сбегаю, но я тебе всё расскажу как только вернусь. Меня не будет около месяца, так что не успеешь соскучиться. Люблю тебя и Сеню! П. С. Скажи всем остальным, что я жива и не надо паниковать. » Алиса прикусывает губу и вздыхает. Софа ведёт себя странно. Она не рассказала ничего, только оставила это странное сообщение. Почему только ей? У них есть отдельный чат, где только их четверка, есть общая беседа. Судя по виду друзей, сообщение никто больше не получил и это странно. Почему Софа не написала Олесе, зная ее мягкую натуру? Почему ничего не отправила Арсению или Рамилю? В конце концов, Тимур тоже не получил… Или получил? Может поэтому он так сорвался? — Сень, смотри. — Алиса показывает парню экран мобильного пока никто не видит. — Не кажется странным? — Почему только нам? — Так же тихо спрашивает парень и смотрит на остальных. — А Олеся? — Не знаю, но очень хочу узнать. Сделаем, как Софа попросила? — Эй, ребят! — Морозов привлекает внимание компании. — Софа написала мне, что она жива и здорова, но просит не трогать ее месяц. Видимо решила наконец-то свалить в отпуск, так что порадуемся и поедем по домам, завтра тяжёлый день. Гаязов в это время оглядывается по залу ожидания и ищет знакомую светлую макушку. Сидит одна, почти в самом конце, пьет какую-то гадость из автомата, а глазами не отрывается от табла. Парень смотрит на свои наручные часы, высчитывает, что у него остался час. Целый час наедине с Софией, если не прогонит раньше. — Прощаться ты разучилась. — Тимур присаживается рядом и усмехается на удивленный взгляд девушки. — А ты находить меня — нет. — Сатинова отдает парню стаканчик с кофе. — Ты любишь эту гадость. — Что будешь делать в Японии? — Отдыхать и не думать о том, что мне делать. Забуду о проблемах и просто порадуюсь тому, что мне всего двадцать, я свободная и красивая. — Ого, а в Москве экология не позволяет радоваться? — Не могу здесь выдохнуть. Ты, Макс, папа, Виталина, Анна эта со своей… Забей. Просто хочу посмотреть на другую страну. — Соф, можем мы хоть сейчас честно поговорить? У нас почти целый час до твоего рейса. — Давай поговорим, я уже устала. — Ты любишь Максима? Действительно, что еще может волновать Тимура в первую очередь. А что Софе ответить? Она любит Максима и это правда. Он прекрасный человек, близкий друг и лучший мужчина в доме. Не обижал её за всё их время, пока не всплыла эта Анна с дочкой. Да даже после их появления не обижал, только недоговаривал и скрывал, получается. — Люблю, Тим, — София не отводит взгляда от парня, показывает, что не лжет в своем ответе. — Кроме этой истории, за ним не было греха ни разу. — Раз любишь, то почему убегаешь и ничего не выяснила? — Я выяснила то, что мне нужно. — Знаешь, что мне Макс вчера сказал? — Тимур поворачивается на неудобном сидении и берет Софию за руку крепко сжимая. — «Когда она расскажет тебе правду — не захлебнись в отчаянии». Расскажи. Захлебнусь и хуй с ним, я так устал от этих гонок по вертикали. Софа смотрит на парня, чувствует, как больно где-то там внутри и понимает, что рассказать будет не очень то и легко. Несмотря на время, что уже прошло, обоим сейчас сложно слышать и говорить. — Макс появился до твоего призыва. — Девушка чувствует, как Тимур сжал ее руку и параллельно свою челюсть. — В тот день когда ты уехал на службу — мы познакомились лично. Я не знала, что тебя призовут, когда все началось. Можно сказать, что я тогда пришла попрощаться, всего на одну ночь, но… Ты показал повестку и мне стало так больно и страшно. Я хотел, чтоб у меня остался только ты в воспоминаниях на всю жизнь. Чтобы ты был первым во всем, а не какой-то мужик. Я тогда думала, что так мне будет легче, но как я рыдала после… В ту ночь я попросила тебя никому не верить, даже себе, если я буду говорить какую-то чушь. — Как же это стремно всё сейчас звучит, — Тимур проводит ладонью по лицу, словно стирает эмоции, а затем смотрит на пустой взгляд Софы в никуда. — Если бы я не поверил тогда, то что бы изменилось? Я бы выглядел еще хуже, чем есть. — Все должно было произойти не так. Ты не должен был так узнать. Я сама… Сама хотела тебе объяснить всё и я знаю, что ты бы понял, хоть и злился бы. — Это звучит как прикол. Ты ушла к другому, Софа, это нельзя никак понять. — Мой отец болел, очень серьезно. Я узнала об этом случайно, он не хотел говорить, но потом ему стало стыдно и он признался. Мой единственный родной человек хотел уйти так же тихо, как мама. Сейчас ему уже намного лучше, мы узнали вовремя и он получил должное лечение. — Я не знал, прости. Рад, что всё позади и с отцом всё будет в порядке. — Да, да… Спасибо. Я узнала об этом за пару дней до повестки. Тогда же появился некий Громов с предложением. Его сыну нужна жена, моему отцу деньги на лечение. Папа отказал им, послал в грубой форме, но я сама выхватила телефон и позвонила с согласием. Я проводила тебя в военком и поехала в кафе, там была наша первая встреча с Максимом. Он сразу обозначил наши отношения и расположил меня к себе. Мы договорились сыграть перед всеми парочку, а по сути жить разными жизнями. Он даже разрешил рассказать правду о нас тебе. И главное, что Максим пообещал, что не прикоснется ко мне и никому не позволит. Тимур не хочет ничего больше слышать, но слушает дальше. Макс был прав, он захлебнется. То, что он говорил и делал по возвращении домой, было отвратительно, а зная правду, стало еще хуже. — Он увидел меня после того, как ты узнал о нас. — Сатинова усмехается и кладет руку на сжатый кулак Гаязова. — Тогда мы договорились, что я расскажу тебе всю правду прямо сейчас. Мы поехали в твою часть, но нам только на выход указали. Тебя срочно перевели в другой конец страны. Потом твоя свадьба, твое поведение относительно меня. Я понимала тебя, правда, ты ведь не знал ничего и всё выглядело действительно ужасно. Прости, что я сразу не рассказала. Сеня тогда сказал, что я дура, потому что могла попросить помощи у вас всех, а не бросаться в фиктивный брак. Максим очень хороший человек, он всегда поддерживал меня и помогал мне. — Да, я видел. — Хрипло отвечает Тимур и опускает голову ниже. — Настолько хорошо играли в пару, что я даже ни на секунду не усомнился. Какой же я долбаеб, как мог поверить… — У тебя не было выбора, тебя заставили поверить. Я не знаю где твои родители взяли те фото и видео, но мы с Максимом тогда виделись второй раз. Романтические отношения у нас начались только в апреле того года. — Через два месяца после моей свадьбы? Пиздец. Я… Прости за все те слова… Я не понимал тогда, почему ты так поступила со мной, а как только увидела, так будто и не бросала вовсе. Это было странно для меня. Я злился и ненавидел всех вокруг. — Это моя вина. Прости, что тебе пришлось справляться с последствиями. Я хотела рассказать тебе, просила о встрече, но ты… — Я назвал тебя шлюхой и задел твою маму. Прости меня, Солнце, я конченый урод. Сатинова прикусывает язык, чтоб сместить центр боли и не разрыдаться от родного и уже забытого «Солнце». Они столько всего потеряли из-за недосказанности и характеров, которые друг перед другом показывать вовсе было не нужно. — Не улетай, — Тимур берет руку девушки в свою и заглядывает в глаза своими покрасневшими. — Я виноват, много сделал и наговорил, но я хочу исправить всё. Спасибо, что наконец смогла рассказать мне. Давай вместе разберемся с тем, что натворили. Останься здесь. «Со мной» — недосказанно. — Тим, я всё еще замужем и… — Ты любишь его, да, я помню. Но… Я был твоим первым другом, первым парнем, первыми чувствами. Плевать, что первым мужем не стал, но первым настоящим быть обещаю. — Тимур, ты пере… — Нет. Я добьюсь тебя заново, как только ты разведешься. Объявили твою посадку, напиши мне, как приземлишься в Токио. Пока! И просто уходит. Уходит и заставляет Софию подавить в себе теплое и тревожное чувство. Всё-таки улететь отсюда на месяц было идеальным решением. Вторым лучшим решением было выключить телефон и бросить на дно рюкзака.