Контроль

Ты выглядишь пугающе болезненно, когда то это было действительно мило и может даже забавно, ты так сильно стеснялся себя. Сейчас это вызывает беспокойство , знаешь, как врач я этого не одобряю. Проблемы с сердцем, отдышка, твои суставы — боже, как я им сочувствую! Твои органы предназначены для средних размеров. с большой натяжкой для легкой полноты Но ты давно не такой, ты задыхаешься едва пройдясь. Прогулка в десять минут это не нагрузка для здорового человека, это обыденность для кого угодно. Старики, дети — любой человек способен пройтись несколько минут. Но не ты. Тебе тяжело и я вынуждена идти в твоем медленном темпе, ты весь вспотел и красный, словно тебя варили в кипятке пару часов кряду. Ты едва можешь дышать, каждый шаг заставляет тебя кряхтеть и молиться. Каждая складка твоего мягкого тела движется асинхронно, это явно не добавляет скорости, да? Ты смотришь на меня своими печальными глазами, умоляя об отдыхе. Я молча закуриваю. Прохожие оглядываются на нас, мы выглядим наверняка нелепо, такой огромный в ширину, но не высоту, ты и я. Я помню как мы встретились на моем операционном столе, кажется ты был вдвое меньше себя сейчас. Кажется мы знали обо всем с самого начала, я знала к чему это приведет, но ты был невозможным когда смотрел на меня умоляюще и просил покормить тебя, а затем погладить. Мое сердце наверняка пропустило удар когда ты стонал и хныкал от того, как тебя распирало от всего съеденного. Я не была против, почему бы и нет, ничего же не случится если ты станешь чуть больше, верно? Но стоит признать, я потеряла контроль. Надо было остановиться, видя как ты меняешь размер. Надо было остановить тебя при заказе пятой порции в ресторане, когда ткань твоей рубашки едва могла сдержать твою плоть. Надо было, но мне нравилось. И нравится. Я каждый раз умираю, когда ты пыхтя и краснея молишь меня о помощи. Но ты ведь помнишь какая я садистка? Не ври, что тебе не нравится. Ты кайфуешь от меня так же как от наркоман от иглы И вот твоя пытка на сегодня близка к концу, всего лишь жалкие пару метров и мы окажемся в твоей любимой кондитерской, я пообещала тебе скупить весь ассортимент если ты пройдёшь все это расстояние. И я действительно удивлена, у входа мы все-таки останавливаемся у лавочки, чтобы ты смог отдохнуть. Я вижу как тебе тяжело и даже сочувствую тебе, но ты тоже виноват, нельзя быть настолько ленивым. Ты же знаешь, что любому человеку необходимы мышцы? Даже самым большим людям они необходимы для передвижения, ты клялся мне, что будешь заниматься. Я волнуюсь о твоем здоровье, нет, дело не в весе и его последствиях. Пока ты сохраняешь подвижность — я спокойна. Но ты обманывал меня, поэтому наказан. Сколько времени ты уже не питался «нормально»? В твоем понимании «нормально», это около пяти тысяч калорий ежедневно. Никаких овощей или витаминов. Ты убиваешь себя, знаешь? Как врач — я в ужасе. Как твой партнер — я восхищаюсь. И вот, спустя пару десятков минут, ты раскачиваешься чтобы встать. Я, кажется, слышу скрип несчастной лавочки под тобой. Ее явно не готовили, к тому что на нее усядется такая туша. Еще пара минут чтобы привыкнуть к новому положению и мы заходим в кондитерскую. И я понимаю к чему была вся эта усердность. Выходя из нее я не могу отойти от шока и количества пакетов в своих руках, два торта, несколько пироженных, булочек и прочего ада для любого организма. Ты смотришь на меня и выглядишь счастливым, коротко целуешь меня и хочешь спросить про машину- я слишком хорошо тебя знаю, поэтому отрицательно качаю головой. И нет более прекрасного зрелища, чем разочарование на твоем милом, пухлом лице. Мне кажется еще немного и ты расплачешься как мальчишка. Но ты смотришь на пакеты в моих руках и я знаю- ты хочешь. Но получишь все это если проделаешь такой же путь обратно. Ты молчишь — знаешь, что мне ничего не стоит выкинуть это в мусорку. Обиженно пыхтишь и мы начинаем путь домой. Обратная дорога дается труднее, мы пару раз делаем остановки, я не изверг. Прогулка туда-обратно, занимает у любого человека около тридцати минут. У нас же заняло весь час. Едва входная дверь закрывается, ты закрываешься в ванной. Тише, я знаю это тяжело. Но я даю тебе время успокоиться, ставлю все в холодильник, готовлю стол и жду. Я беспокоюсь, милый, что случилось? Вскрываю дверь, это стало привычным, после того как ты застрял в ванной. Ты явно обеспокоенно рассматриваешь себя, что солнышко, понял почему я предупреждала тебя о важности сохранения активности даже при таком питании? Кажется, ты плачешь. Ну-ну, ничего, я рядом. Глажу тебя по голове, пока ты устроился на моих коленях. И мы снова за столом, я завязываю твои пухлые руки сзади и ты ерзаешь. Ноги тоже стянуты. В твоих глазах столько радости и удовольствия- я не могу устоять и целую тебя, параллельно гладя твой живот и на последок шлепаю его. Ты стонешь мне в рот в предвкушении. Перемену в настроении чувствуешь сразу же и улыбаешься заговорчески, от недавних слез нет и следа. Не утруждаю себя нарезкой торта, — беру руками. Ты следишь за каждым моим действием, я знаю ты очень хочешь. С каждым куском этой холестериновой бомбы ты становишься счастливее, я стараюсь быть аккуратной — не люблю грязь, наверное это проф деформация. Но ты словно нарочно утыкаешься в торт лицом, позволяешь кускам еды упасть на твой мягкий живот и смотришь одновременно невинно и похабно. Сжимаю нижнюю складочку и ты стонешь. Спустя время понимаю, ты достаточно полон. Торт не маленький, а сливки, которыми ты его запивал так же заняли определенное место в твоем желудке. Дышишь тяжело, но все равно просишь продолжать. И я продолжаю, всё еще поглаживая твой живот даю тебе новые и новые пироженные. Когда ты замедляешься я вынуждена проталкивать их в тебя, и ты сопротивляешься. Я знаю, что все это часть нашей игры, я знаю когда ты будешь действительно полон. В крайнем случае я смогу реанимировать тебя, не волнуйся милый, ты сделал правильный выбор когда женился на мне. Интересно, как быстро порвется твоя одежда с прошлого года? Где именно будет разорван шов в той одежде, которую мы купили меньше трех месяцев назад? При том, что мы брали с запасом на целый размер, ты же знаешь, что это вредит тебе? Не могу поверить, что ты действительно съел все это. Ты хнычешь и стонешь едва моя прохладная ладонь снова оказывается на твоем животе. Я купила тебя тебя нечто особенное, знаешь? Твои глаза закатываются и я думаю остановиться, в конце концов я не дотащу тебя до кровати в случае пищевой комы. Поэтому тормошу тебя легкими шлепками по щекам и достаточно ощутимо сжимаю твой пупок, ты приходишь в себя моментально - воешь от смеси боли и наслаждения. Думаю нам стоит переместиться на кровать, если ты действительно хочешь получить свой подарок. Тебе требуется несколько минут чтобы подняться, придерживая свой, особенно чувствительный живот, ты, еле передвигая ногами, ковыляешь в спальню. Я же достаю из самого дальнего угла холодильника твое любимое лакомство. Но ты не получишь его просто так, ты знаешь это и поэтому развалившись на кровати, обнимая беспокойный живот ты ждешь меня. И вздрагиваешь едва повернувшись. Я знаю, ты любишь это. Поэтому слегка двигаю рукой из стороны в сторону, наблюдая как жадно ты следишь за моими движениями. Снова целую тебя и сжав твой левый бок слегка трясу его. И ты снова стонешь, неприлично отрыгивая. Краснеешь и улыбаешься лукаво. — Я думаю, тебе надо постараться для этого. — смотришь непонимающе жалостливо- Дотянись и получишь. Сначала обиженно пыхтишь, отнекиваясь и ноя о своем нежном животе, но я знаю тебя слишком хорошо, ты врешь . Поэтому сажусь на твои расплывшиеся бедра и все еще держа руку в отдалении от тебя прохожусь языком по низу твоего живота. Ты смущенно прячешь лицо и я продолжаю спускаться, пока не нахожу твой член. Облизываю его едва касаясь, но тебя все равно пробивает судорогой. После еды всегда ярче, да? Продолжаю нехритрые движения языком, одновременно не забывая про твой распухший живот. Ты извиваешься, стонешь и просишь. Я чувствую, что скоро ты кончишь и отстраняюсь под самый приятный звук разочарования. Твоя любимая вкусняшка все еще в моих руках и ты стараешься подняться снова и снова. Я знаю, что ты не сможешь. Ты заменил все мышцы жиром. Встать не перекатываясь и не раскачиваясь — огромная проблема. Спустя еще пару попыток понимаю, что ты скоро снова расплачешься. У тебя получалось только оторвать голову и даже та упираясь во второй подбородок не поднялась. Правда так тяжело? Успокаиваю тебя и подношу руку чуть ближе, ты можешь дотянуться с такого расстояния. Просто надо приложить усилия. Ты снова пытаешься и полный желудок сводит судорогой от которой ты зажмуриваешься и сжимая простыни молишь меня просто дать тебе. Ты повторяешь это словно мантру, раз за разом. Ну как я могу отказать такому тебе? Снова целую и не дожидаясь толкаю тебе в рот твое любимое лакомство. Закрываешь глаза в наслаждении, а я трясу твой живот. Икаешь зажористо и ерзаешь, в одновременной попытке найти стимуляцию и уменьшить боль в раздутом желудке. Я дрочу тебе не нежно, жестко, до искр перед глазами. Ты метаешься по кровати и кричишь кончая. Еще какое то время бормочешь мое имя и замолкаешь, иногда вздрагивая от собственной отрыжки. Вытираю тебя и посидев еще какое то время рядом — ухожу. Ты такой большой и мягкий, милый, интересно, сколько еще ты будешь меня обманывать, через сколько килограмм мне придется купить кресло для передвижения вне дома? Как скоро твои сосуды будут полностью покрыты холестиреновыми бляшками? Как скоро последует твое наказание за наше увлечение? Я не могу и не стану тебя останавливать, ты способен сам принимать решения за свою жизнь, да милый? Я не знаю сколько времени прошло и сколько ты проспал, Но вот ты зовешь меня и просишь помочь тебе встать чтобы дойти до кухни. Кажется ты не можешь даже перевернуться. Твой живот все еще раздут и практически полон, зачем тебе еда? Ах да, забыла, мы потеряли контроль