Эпизод 1. Птичка Тари

      И откуда только эта невзрачная пигалица свалилась на его голову?       Каждый раз, сталкиваясь с ней в бесчисленных коридорах компании, куда Воропаев наведывался исключительно для того, чтобы удостовериться в неминуемо приближающемся крахе Жданова-младшего, он понимал, что рано или поздно это странное создание добъет его окончательно…       Сколько раз она сбивала его с ног? С виду такая маленькая и хрупкая, а по факту, после каждого столкновения с ней, Александр ощущал себя так, будто встретился, как минимум, с пушечным ядром, немыслимым образом раз за разом возникающем на его пути буквально ниоткуда.       Но сегодня провидение сжалилось над ним. Воропаев спокойно миновал, рьяно охраняемый Потапкиным, вход в святая святых модного дома «Зималетто» и поднялся на административный этаж, на котором его также встретила привычная обстановка со своей непрекращающейся суетой.       Получив дежурное официальное приветствие от Тропинкиной, которая не приминула блеснуть перед ним своими до неприличия выдающимися способностями (и куда только Жданов смотрит!), Александр также спокойно продолжил путь в сторону кабинета президента компании.       В приемной, как того и следовало ожидать, никого не было. И зачем только Жданов принял на работу эту чёртову Клочкову, которая, кроме как жаловаться на фатальное отсутствие в своей никчёмной жизни денег, ни на что не способна. Хитрая хищная стерва. Странно, почему до сих пор Пушкарёва не появилась на горизонте, готовясь нанести свой очередной, тактически выверенный, удар? Может этот недопрезидент уволок ее на очередную деловую встречу? Самому ведь не судьба провести результативные переговоры, для этого у него есть она — маленькая, храбрая птичка Тари, готовая в любую минуту, во всех смыслах, бесстрашно броситься в бой. И почему в голову пришло именно это сравнение Пушкаревой с мелким пернатым из давно забытого мультфильма времен почившего в недалеком прошлом великого государства?       Иногда Воропаеву становилось безумно жаль ее, просиживающую дни и ночи в пыльном полумраке любезно предоставленного президентом кабинета, являющегося ничем иным, как встроенным шкафом для хранения архивных документов компании. Во всяком случае, именно по прямому назначению это место использовал Жданов-старший во времена своего президентства. А что заставило нынешнего недотепу президента, севшего в кресло руководителя компании только благодаря поддержке младшей сестры Александра, Киры, свято верившей в свое скорое замужество, запереть свою драгоценную помощницу в этот чулан, остается загадкой. Может потому, что несмотря на наличие недюжинного ума и деловой хватки, встречающейся в кругах офисных работников 1 раз на миллион, она являлась чем-то неформатным в гламурном мире моды, куда она попала каким-то непостижимым образом?       Он откровенно завидовал Жданову. И почему именно этот выскочка вытянул счастливый билет в лице Пушкаревой?       Не получив ответа на деликатный стук в дверь, Воропаев осторожно вошел в кабинет, на полу которого в странной позе узрел ту, которая постоянно покушалась на его жизнь, стоило ему только появиться в стенах компании. По всей видимости она плакала и, судя по красным, опухшим глазам, достаточно долго.       Стоп! Пушкарева плакала? Быть того не может! Он никогда бы не подумал, что этот гений экономики, способный просчитывать несколько шагов наперед и выстраивать идеальные финансовые схемы, которые Жданов-младший без труда скармливал членам совета директоров, может в принципе плакать. Наверное, не стоит пока лезть ей в душу, тем более, судя по всему, она пребывает в состоянии дичайшего ступора, раз даже не заметила его прихода, продолжая лежать на полу президентского кабинета уставившись в одну точку. Нужно что-то делать, пока не объявился Жданов и не застал свою драгоценную помощницу в таком плачевном виде.       В следующие несколько секунд Александр принимает несвойственное для себя решение увезти Пушкарёву подальше отсюда. Неважно куда. Просто вытащить ее из этого состояния прострации независимо от того, что ее туда загнало. Он помогает принять ей вертикальное положение и, пощелкав пальцами перед мертвенно бледным лицом девушки, окончательно понимает, что дело серьезное.       Захватив вещи Кати, Воропаев буквально тащит ее в сторону лифтов, благо в холле ни души, а главные разносчики сенсаций совершают очередной набег на небезызвестное кафе с тривиальным названием «Ромашка». Спустившись на парковку, он усаживает Пушкарёву на переднее сидение своего Ауди, заботливо пристегивая ремнем безопасности и с тревогой смотрит в бесцветные глаза девушки, в которых не читается ни одной эмоции. Да что с ней, черт возьми, такое?       Ладно, он подумает об этом позже, а пока нужно как можно скорее покинуть это место, порог которого несколько месяцев назад, явно по ошибке, переступил самый удивительный человек в его жизни — Екатерина Валерьевна Пушкарева.       Воропаев никогда не мог подумать, что его заинтересует эта неприметная девица, так неожиданно появившаяся в компании сначала в качестве простого сектретаря, деля одну ставку на двоих с Клочковой, а потом и в качестве личного помощника президента. Хотя, как раз неприметной ее назвать было нельзя. Она выбивалась из общей массы офисного планктона нестандартным стилем одежды, напоминающем блошиные рынки 90-х, и, что более важно, наличием незаурядного ума. И она, единственная из женской половины коллектива, выказывала в отношении Александра равнодушие, порой до такой степени показное, что хотелось ее придушить на месте. Но чаще он ее по-человечески жалел, понимая, что Жданов взвалил на ее хрупкие плечи всю компанию…       — Куда мы едем, Александр Юрьевич? — едва слышный голос его вынужденной пассажирки достаточно резко выдернул Воропаева из размышлений, за которыми он не заметил, как Пушкарева пришла в себя.       — А куда бы Вам хотелось? — ему реально было все равно какую точку на карте назовет девушка, Бирюлево или Амстердам. Он готов отвезти ее хоть к черту на рога, лишь бы она снова стала такой, какой он увидел ее впервые — храброй птичкой Тари, готовой любой ценой отстаивать свою точку зрения.       — Я не знаю… Сейчас хочется совершить что-то такое, чего бы я не сделала в обычный день, — задумчиво произнесла Катя. — А у Вас нет такого желания?       Смотрит выжидающе. Что она хочет от него услышать? Наверное, он многое хотел бы совершить сейчас. От идиотски невинного до критически непотребного. Но, не давая времени на глобальные раздумья само собой почему-то вырывается:       — Катерина, надеюсь Вы умеете кататься на коньках?