Часть 14. Начало новой эпохи

      Понимая, чем грозит подобный кульбит судьбы, Чиё ещё раз посмотрела на обезображенное тело Второго Казекаге, и, про себя тихо чертыхнувшись, приняла новое важное для жизни Сасори решение.       — Эй, Госпожа Чиё? — раздалось несколько криков все-таки рискнувших выползти из своих убежищ старейшин. — Что с нашим господином?       Резко отняв свои руки от мёртвого тела, Чиё встала и, повернувшись к ждущим новостей уважаемым представителям шиноби Суны, четко и нимало не смущаясь, произнесла такие слова.       — К моему великому прискорбию, Господин Второй перед смертью сошел с ума из-за тяжелой болезни. Он не контролировал ни одно из своих действий, что выражалось в том, что он сразу же пожелал убить из мести своего племянника, который на момент смерти Первого был еще ребенком, а также в гневе поднял руку на свою старшую племянницу, многие годы верой и правдой служившую Сунакагуре.       Убедившись, что её внимательно слушают, Чиё продолжила свою речь.       — Этот человек, — она указала на Хаганэ, с любопытством осматривающегося вокруг, — действительно является сыном Первого. У него такая же родинка на запястье. Некогда я присматривала за детьми второй жены Ретто-самы, поэтому могу быть уверена в родстве этого шиноби с Первым Казекаге, если наличие кеккей генкая правящей семьи вам ни о чём не говорит!       Такой тишины Суна, наверное, не знала долгие годы. Старейшины и уважаемые джоунины замерли, не в силах вымолвить ни слова. Чиё в этот момент набрала в лёгкие побольше воздуха и уже приготовилась публично обвинить Хаганэ в убийстве беспомощного и ничего уже не понимавшего старика Второго, как вдруг её опередили.       — Поэтому будет справедливым назначить Третьим Казекаге этого молодого человека, коли уж ты, дорогая сестра, подтверждаешь, что он и есть законный наследник!       Чиё обернулась и посмотрела на Эбизо с такой злостью, что тот едва ли не съежился от подобного взгляда.       Надо же! Младший брат задумал что-то решать самостоятельно! Тоже мне, поборник справедливости!       Но на неё смотрела вся Суна, и поэтому Чиё осталось лишь согласно кивнуть головой и мысленно пообещать себе жестоко наказать Эбизо за самодеятельность. Люди Суны же сначала поодиночке, а потом и целыми группами выкрикивать присягу верности новому Казекаге.       Тем временем забытый всеми Сасори подошел к этому странному человеку, звавшемуся Хаганэ, и стал с любопытством рассматривать его.       — А где хранится твой железный песок? А как ты им управляешь? Можно посмотреть на него еще раз? — Сасори вновь превратился в наивного любопытного ребенка.       — О, малыш! — Хаганэ и не думал прогонять его. Он опустился на корточки и посмотрел в грустные глаза Сасори. — А где твои родители?       — Они погибли, — с грустью в голосе прошептал Сасори.       — Печально. Мои тоже.       — Ты ведь сын Первого Казекаге?       — Ага! А ты…       — Я? Наверное, его правнук.       — Оу, значит ты можешь называть меня дядей Хаганэ, — Хаганэ улыбнулся этому бедному ребенку и вдруг обнял его. — Тебе, наверное, одиноко без родителей. Но не беда. Теперь у тебя есть я. Как и у каждого жителя Суны. Потому что я пришел сюда, чтобы построить новый мир, где дети не будут грустить по своим родителям! Потому что…       — Что? — удивленно посмотрел на него Сасори.       — Потому что я собираюсь возвысить Суну над всеми остальными Великими деревнями, — четко сказал ему, погладив по огненным вихрам, Хаганэ, — И ты, мой дорогой племянник, мне в этом поможешь!

***

      Что же было дальше?       Ожидаемо, Хаганэ Стального Песка стал Третьим Казекаге. Он сдержал свое слово и всецело опекал и поддерживал меня до времени моего совершеннолетия, когда мне и было присвоено звание джоунина. Третий не стал забирать меня из дома бабули Чиё — я сам успешно ушел оттуда незадолго до присвоения мне звания чуунина.       Судьба же детей, которые росли со мной, сложилась по-разному.       Яшамару и Каруре Белого Ветра повезло больше всех. Отметив силу Футона Каруры и талант к вызову и управлению самыми сложными ветрами Яшамару Третий Казекаге какое-то время лично обучал их. Возможно, он предполагал, что, когда Карура достигнет совершеннолетия, он женится на ней, и поэтому воспитывал её «под себя».       Семья Расы была признана косвенным образом повинной в смерти Второго Казекаге и отправлена в вечную ссылку в Сердце Пустыни. На них была возложена миссия по поиску новых способов пробуждения и развития чакры пустынных шиноби. Шинга, по слухам, бежал в столицу Страны Ветра и стал личным охранником покоев Даймё. Больше о нем я ничего и никогда не слышал, хотя и Хаганэ-сама много раз просил меня отыскать его.       Тяжелее всех пришлось Баки и Пакуре.       Отца Баки оговорили, а потом и убили на миссии. Как, впрочем, и мать. После их смерти все небольшое имущество семьи было распродано, а деньги пошли в уплату долга одному из уважаемых людей, но их оказалось недостаточно. Так Баки стал долговым рабом Сунакагуре, и, скорее всего, умер бы от тяжелых работ, если бы Третий-сама не выкупил мальчика. Так древнейшая в Суне главная семья утратила свое влияние и навсегда растворилась в истории.       Пакура пожелала стать сильнейшей куноичи, и поэтому записалась в один из разведывательных отрядов, патрулирующих побережье залива Акулы. Ее техника иссушающего жара была очень эффективна против техник пиратов из Кири, завязанных на Суитоне. Главой отряда и учителем Пакуры стала Юки — женщина опытная и владеющая кеккей генкаем Абсолютной Защиты Покрова Ткани.       Бабуля Чиё и дед Эбизо продолжали задрачиваться на благо Сунакагуре, ну а мы с Комуши занялись каждый своим. Я стал разрабатывать новые марионетки, а Комуши «потихоньку делал политическую карьеру», решив, однако, начать с должности связного в отряде.       Ну а время перекатывалось по песчинке в огромные, переносимые ветром с места на место пустынные барханы, расчищая дорогу одним, а других обращая в прах и пепел…