Часть 10

      Ей хотелось биться головой об стенку от досады. Она слишком расслабилась и позволила себе лишнее. Так много рассказала о себе. Да, и этот парень… Зачем ему знать о прошлом своей рабыни? Зачем вообще с ней общаться и узнавать о ней? Пусть бы и дальше просто трахал её и рисовал. Возможно, это просто праздное любопытство или Ксавье просто одиноко. Он может просто любитель поговорить. Дальше Торп рисовал её и время от времени рассказывал о себе. Его мать умерла, когда он был ещё маленький, отец в последнее время отдалился, единственный с кем можно нормально поговорить — это Аякс, друг детства и наставник. Правда, наставник часто пропадает в путешествиях, а Аякс, в последнее время какой-то хмурый и отдалился. О своей предыдущей любовнице и конфликте со старшим Торпом, художник не упоминал. И сама девушка не поднимала эту тему. Ей наплевать с кем там раньше спал ее любовник.       И вообще пусть спит с кем угодно. После того как она спасет брата, они больше не увидятся. У неё будут другие любовники, а у него другие рабыни. Он заведет семью и продолжит дело своего отца. Она будет помогать брату возродить род Аддамс из тени. Вот и всё. Конечно, неплохо, что этот художник стал её первым мужчиной. После грубых мужланов Гейтсов, он был верхом деликатности и мастерства. У неё пальцы на ногах загибались от воспоминаний о его ласках. Пока у них есть время девушка воспользуется им по-полной. Лежать неподвижно немного утомительно и скучно, зато она могла видеть как Ксавье сосредоточенно рисует. Он очень увлеченно это делал, почти забывая обо всем на свете. Через некоторое время парень прекратил болтать полностью погрузившись в работу.       Девушка даже позавидовала ему. После плена она не могла думать ни о чем кроме того, как освободить их с братом. Её рукописи, скорее всего, сгорели, а ей было не до размышлений над сюжетом. Тем более, что весь её труд пошел псу под хвост. Аддамс позавидовала ему. Торп, несмотря на недовольство отца может и дальше продолжать заниматься любимым делом, даже выставлять работы под своим именем. Деньги и статус, а также член между ног позволяют делать то, что пожелаешь. Она и раньше об этом догадывалась, однако сейчас это стало очевидно. Именно поэтому ей и нужен Пагсли, чтобы возродить род Аддамс. Никто всерьез не будет воспринимать женщину даже если она гений. Ей придется исполнять роль серого кардинала при брате. Дядя Фестер вряд ли согласится возглавить род, да и с его возрастом не стоит начинать. Не известно сможет ли он женится и дать потомство, которое продолжит их род. Поэтому надежда только на этого мягкотелого увальня. Но один он точно не справиться.       Рисунок получился отличный, на сколько она в этом разбирается. Во всяком случае, он прекрасно передал все линии ее тела и лица. Возможно, не полностью достоверно, даже немного пугающе и мрачно, хоть и весьма сексуально. Прямо во вкусе Аддамс. Ей понравилось. Художник пообещал нарисовать её ещё не один раз. Интересно, он так делает со всеми своими любовницами? Может, у него целая галерея подобных портретов? Пусть любуется, когда она оставит его, это будет напоминанием об их приятном досуге. Попросить, чтобы Торп тоже ей нарисовал свою обнаженную натуру и подарил ей? Наверное, лучше позже, иначе он может заподозрит неладное. А пока она решила заняться более приятными делами…       Он охотно ответил на её поцелуй, а его шаловливые ручки сразу же захватили в плен обнаженное тело брюнетки. Пальцы властно сжали попку, а вторая рука перебирала мягкие пряди. Она не подозревала настолько прекрасно выглядит с распущенными волосами. Уэнсдей сняла с него рубашку и бельё. Он худой, похож на скелет, но мышцы у него крепкие. Юноша явно не брезгует физическими упражнениями. Тело в мелких шрамах, на торсе есть след от ножевого ранения. Да, парень совсем не так просто, как кажется. Ещё интереснее… Он такой горячий и страстный… И обращается с ней все менее осторожно. Пока Торп ещё нежен с девушкой и демонстрирует свою власть, однако, понемногу она собирается взять инициативу в свои руки. Ей нужен опыт, а также досконально разобраться во всех тонкостях отношений между мужчиной и женщиной.       На ум пришло то, что некоторые приемы пыток можно применять и в постели. Это интересно и заслуживает изучения. Не с Торпом, так с другим. Возможно, когда-нибудь Аддамс заведет себе раба для этих целей… И даже не одного… С ними можно будет не сдерживаться, а когда они умрут, сломаются или перестанут её интересовать, то заменить другими. Жаль, нельзя украсть этого забавного художника, посадить на цепь и делать с ним все, что подскажет её богатая фантазия. Слишком он заметная фигура… Она бы даже вела себя с ним осторожнее. Ему точно не доставались самые худшие пытки и он имел бы некоторую свободу… Как заманчиво… Она даже подумала после освобождения время от времени тайно посещать его, занимаясь сексом. У них могли бы быть свободные отношения… Заманчиво, но скорее всего он откажется. Мужчины слишком эгоистичны, чтобы предотвратить женщине свободу. А тем более своей бывшей рабыни.       Вот так несколько дней они провели время вместе предаваясь любовным утехам. Ксавье старался не слишком сильно её спрашивать, да и сам был не до конца откровенен, как поняла Уэнсдей. Большую часть времени они занимались сексом, а также он рисовал её. Однако, все хорошее имеет свойство оканчиваться. Уэнсдей смотрела, как Ксавье одевается и понимала, что блаженное забытьё закончилось. Давление реальности вновь началось ощущаться. Она вновь становилась все той же хладнокровной Аддамс, которая обязана спасти своего брата. Часть своей работы она осуществила, стала любовницей Торп, понравилась ему. Осталось связаться с дядей, найти этот чертов документ и освободить Пагсли. Как это сделать в новых обстоятельствах она размышляла во время позирования и когда её любовник засыпал. Пока план был лишь в общих чертах.       Искать документ необходимо в любом случае. Как им распорядиться брюнетка решит позже. Молодой хозяин ей ещё не доверяет, хотя, можно будет напроситься в его кабинет и там заняться с ним сексом. И не единожды. Потом намекнуть, что неплохо было бы для эксперимента осквернить кабинет его отца… А ещё выпытать у него, что он знает о семействе Гейтс. Она пожалела о своих необдуманных словах и эмоциях, когда отказалась говорить о своей семье. Необходимо придумать какую-то слезливую историю о бедной сиротке, которую продали в рабство ненавистные родственники. Может обвинить в этом Гейтсов? А что идея неплохая, только сделать это мягко и ненавязчиво, чтобы горячий юноша сразу же не побежал им мстить… Нет, необходимо действовать хитрее. Жаль, что она бывает слишком прямолинейной. Это нужно исправить как можно скорее.       Девушка оделась в платье, которое принесла ей Белла, следом за своим хозяином и отправилась в свою комнату. В ближайшее время он будет занят, к тому же удовлетворил свое желание. Далеко от поместье ей отходит нельзя, к тому же, пока, она должна будет ходить в сопровождении служанки. Значит ей на данный момент не доверяют. Логично, учитывая то, что Уэнсдей теперь личная рабыня для удовольствий хозяйского сына. Хотя, вообще могли не разрешать выходить со своей комнаты.       Нужно будет воспользоваться этим, чтобы на законных основаниях провести разведку, заодно и осторожно расспросить Беллу, может можно будет выудить из нее что-то ценное? То, что поможет ей в поисках и дальнейшем побеге. А ещё расположить к себе. Только придется действовать осторожно, чтобы не попасться, как в прошлый раз. Она запрятала подальше воспоминания о Луизе… Нельзя расклеиваться, её цель важнее… Но когда черноволосая вошла в свою комнату, то все ее мысли улетучились. На ее постели с видом собственницы разложилась та самая чернокожая девушка, которая увидела шпионку в коридоре. Аддамс сохраняла каменное лицо, хотя ей хотелось изуродовать физиономию этой выскочки. Девушка подозревала, кто это может быть и уже презирала. — Все таки он переспал с тобой, бледная поганка. — фыркнула чернокожая. — Не думала, что у Ксавье настолько испортился вкус, что он будет бросаться на первую попавшуюся девчонку. Наверное, мне на зло. Бедный Ксавье. — Я так понимаю, ты та самая его бывшая любовница, Бьянка, которая ушла от него к старшему Торпу. Желаешь удержаться на двух стулья, поэтому и пришла сюда сцеживать яд? Можешь не переживать, я со своими обязанностями справилась, Ксавье доволен. Теперь тебе будет легче обслуживать лишь одного вместо двух. Хотя, я слышала, Ксавье бросил тебя. — ответила ей Уэнсдей. — Для тебя он, мистер Ксавье или мистер Торп, а также хозяин, тупая белая овца. — прошипела Бьянка. — И это я бросила его. Винсент надёжный мужчина и тоже очень страстный. С Ксавье пока непонятно. Он молод и скоро жениться, а вот Винсент больше не собирается связать себя узами брака. — Да, над тобой не будет хозяйки. Единственная проблема ты можешь надоесть новому любовнику. — Ошибаешься. Я не такое бревно в постели, как ты. Уверена, все эти дни вы только спали. — Ключевое слово несколько дней. Если бы я оказалась таким бревном, как ты говоришь, то почему мы так долго застряли в его спальне? Он бы меня и дня не выдержал, сразу выгнал. Поэтому можешь не лелеять глупые иллюзии, место, которое ты освободила уже занято и я сделаю все, чтобы Ксавье и не вспоминал о тебе. Хотя, он и так не вспоминал о тебе. — Заткнись, бледная моль! Иначе!.. — Иначе что? Будешь цепляться мне в волосы и визжать? — Отравлю твою жизнь, заставлю Ксавье выгнать тебя работать в поле или продать какому-нибудь извращенцу. — Ну… Ну… Беги… Выметайся отсюда, пока я не выбросила тебя. — Это тебя отсюда выбросят. Думаешь твою наглость будут терпеть? — Ну, тебя же терпели.       Глаза у Бьянки гневно сверкали, однако она больше ничего не сказала, а поднялась и демонстративно вышла. Честно говоря, Аддамс думала, что девушка на самом деле могла вцепиться ей волосы. Но, почему-то, этого не сделала. Наверное, чтобы не портить чужую собственность, ведь за это можно ответить. Уэнсдей не рядовая рабыня, она дорого стоит, тем более, что младший Торп держит на бывшую любовницу обиду, а старший отсутствует и не ясно сколько продлиться его благосклонность. Но интриговать и пытаться выжить соперницу она будет. Понятно почему рабыня сменила покровителя.       Действительно молодой и неженатый Ксавье завидный жених, многие семьи пожелают выдать своих дочерей за него замуж. И вряд ли молодая жена будет терпеть загулы мужа, а любовницу в доме и подавно. Винсент больше жениться не собирается, если за столько лет даже и не подумал. Его фаворитка будет главной женщиной в доме, особенно если сын с молодой женой обустроят свое гнездо отдельно. К тому же он привлекательный и ещё не старый мужчина. Да, Бьянкой двигал расчет и все это понимали. Художник был обижен, скорее всего этот марафон в пику бывшей. Хотя, кажется, он действительно остался доволен. В любом случае, нужно быть осторожной, эта девица попытается взять реванш и отомстить сопернице. Кажется, ей действительно нравится Ксавье и она была бы не прочь делить ложе с обеими. Вот только, как минимум, юноша этого не желает. — Сволочь… Сама же чуть не голой бегала к мистеру Винсенту, расставляя ноги. — с ненавистью посмотрела ей в след служанка. — Мистер Ксавье так страдал из-за неё, даже поссорился с отцом… А как только мистер Торп за порог, она сразу же полезла в постель к молодому хозяину… Вам нужно быть осторожнее, Бьянка очень опасная. — Подозреваю, что, как минимум, эта стерва сможет попортить мне нервы. Если она фаворитка главного хозяина, то имеет определенную власть. — Это точно. Мистер Винсент потакает некоторым её капризам, хоть и не всем. Но рабами он не сильно интересуется. Вам нужно держаться за мистера Ксавье, только он сможет вас защитить, Уэнсдей. — Белла, вряд ли, Ксавье будет разбираться в мелких ссорах двух рабынь. Меня не напугать одной ревнивой дурой. — в глазах у Беллы промелькнуло уважение. — Надеюсь, вы сумеете прищемить этой выскочке её эго… Кстати, а это правда, что молодой хозяин такой умелый? Вы несколько дней почти не выходили из его комнаты. — хитро улыбнулась служанка. — А из неё доносились такие стоны… — Я надеюсь, вы там не всем особняком подслушивали? — спокойно уточнила Аддамс, представив себе эту картину. — Конечно, нет. Я, Мэри и ещё… — смутилась служанка. — А подсматривали? — Н… Нет… — Дилетанты… Но, мне действительно понравилось. Не зря Бьянка так бесится, ей младший Торп нужен не только для власти. — Уэнсдей позволила себе микроскопическую самодовольную улыбку. — Как я вам завидую… — вздохнула Белла. — Вы так желанны… Уверена, скоро хозяин будет носить вас на руках. — Или быстро насытиться… — пробормотала брюнетка прекрасно понимая свое положение. — Что?.. — Нет, ничего.       Её, как будто бы, окатили холодной водой и девушка очнулась от угара страсти. Она раньше не успела сбежать и сейчас обязана найти выход, чтобы освободить своего брата. Беззаботная пора закончилась, Аддамс удалось попасть в постель к Торпу, пусть и младшему, правда, надолго ли? Вроде, он и доволен, даже был несколько откровенен, хоть и не до конца, однако ни в чем нельзя быть уверенной. Ксавье купил её и взял в любовницы, в основном, в пику отцу и Бьянке. Он хотел отомстить им и у него получилось, как минимум, с его бывшей. Хотя, это не большое достижение, так как Бьянка не желает его отпускать и ревнует к каждому столбу. После отмщения и пресытившись ею, когда новизна пройдет она из фаворитки может превратиться в обычную рабыню. За это время ей нужно что-то сделать для освобождения Пагсли.       Ей придется искать этот клятый документ желает девушка этого или нет. Как минимум чтобы отвлечь внимание шпионов Гейтсов. В том, что у них есть здесь свои люди она не сомневалась. Интересно, почему они не сумели раньше украсть документ? Чем больше она над этим думала, тем больше понимала, что ее обманули. Даже если Аддамс и украдёт долговую расписку, старший Торп все равно о ней знает. И первые на кого упадёт подозрение будут именно Гейтсы. Винсент так просто не оставит подобную наглость. Он уничтожит врагов и им будет ещё хуже, чем если бы они не отдали долг. Безденежье можно простить и пожалеть, обман — никогда. Значит цель пребывания здесь Уэнсдей другая.       Но зачем ее посылать сюда? Чтобы уничтожить или подставить? Это можно сделать проще не раскрывая себя. Ведь если кто-то из Торпов узнает, что им продали девушку благородного воспитания, которую добыли нечестным способом… Ее продали по поддельным документам, где она указана как рабыня с рождения и фамилия Аддамс там, конечно, отсутствует. Близко с Ксавье и Винсентом она не знакома, если они и видели ее, то не вспомнят, таких девиц в обществе полно. Неужели это все нужно, чтобы подставить Торпов? Однако, подобный незначительный эпизод не испортит их репутации. Нет, точно не из-за этого. Или же она лишь ширма для чего-то большего? Неужели аппетиты этих паразитов настолько возросли, что они замахнулись на подобный уровень? Не самоубийцы же Гейтсы, должны понимать разницу.       Пока вся информация не складывалась в цельную картинку. Конечно, ей не рассказали всей правды. Но вначале черноволосой казалось, что хоть крупица в словах Лорел была правдой. Сейчас же она в этом сомневалась. А была ли вообще расписка? И нужно ли ее искать? Девушка запуталась и не знала, как ей дальше поступить. Проклятье, если бы у неё было больше времени на побег… А ведь ей это почти удалось. Если бы не бдительность Лорел… Да, Аддамс была слишком самоуверенной. Однако, даже если здесь есть шпионы, они не могут уследить за каждый её шагом. В этом преимущество темноволосой. Именно поэтому она и терпела болтовню служанки, хотя раньше почти с ними не общалась, спрятала свою ауру и стала казаться немного смирнее, чем обычно. Уэнсдей все ещё планировала отправить сообщение дяде, чтобы получить его поддержку. Наверняка он уже знает о том, что с ними произошло и ищет их.       Несмотря на колебания, Аддамс все же начала поиски. Она осторожно расспрашивала Беллу, ходила по дому, рассматривая его. Комната Винсента, как и его кабинет находился в другом крыле дома, как и новая спальня Бьянки. Попасть туда не привлекая внимания будет сложно. Можно попытаться пробраться в постель к старшему Торпу, как это сделала его текущая любовница, но Уэнсдей казалось это отвратительно. Нет не хуже, чем обслуживать убийц своей семьи, однако если без этого можно обойтись, то лучше сначала попытаться другим способом осуществить задуманное. Бьянка смотрела на нее зверем, особенно когда Ксавье посадил девушку за хозяйский стол, немного удивляясь хорошим манерам девушки. Хотя, девушка не раз их удивляла. Она уверенно и остроумно отвечала на все выпады Бьянки. Художник с удовольствием смотрел на их перепалки, его восхищение и страсть к новой рабыни понемногу росла, а прежняя злилась и все больше ненавидела её.       Замкнутость Аддамс и ее нежелание рассказывать о себе можно объяснить, как смущение и страх, ведь она попала к новым хозяевам и неизвестно, как все будет дальше. Многое в ней было загадкой для её нового хозяина. Он если и подозревал подвох, то все равно вел себя спокойно. Даже слишком. Или художник слишком наивен или… По ночам он прижимал ее к себе, особенно когда девушка просыпалась с криками. И осторожно пытался разузнать причину, правда не слишком настаивал. Он не обращал внимание на шипение Бьянки, ее враньё и даже предотвратил попытку навредить его новой любовнице. Уэнсдей несколько раз находила у себя острые предметы, ей в еду и средства за уходом подсыпали всякую гадость. На Уэнсдей отрава не подействовала, у нее был иммунитет к большинству ядов, максимум ее немного тошнило, а на коже было небольшое раздражение. Кровь от пореза ее не испугала, девушка любила смотреть на кровь, даже собственную. А вот парень разозлился, увидев раны на белоснежной коже любовницы. Служанку, которая поддалась на уговоры и провокации, наказали, дали плетей и выгнали в поле работать.       Каждый раз она избегала опасность и продолжала действовать дальше. Их с юношей жаркие ночи сменялись днями где понемногу девушка пыталась прокрадываться в кабинет к старшему Торпу. По прямому пути она не могла туда попасть, в этом периметре неусыпно бдила Бьянка, ей только в радость изгнать соперницу щедро облив ту грязью. Да, она ее собственными руками готова задушить. Аддамс долго рассматривала дом и примерялась, пока не нашла одну из гостевых спален от которой было удобно через окно перелезать в нужную ей комнату. Это тоже было непросто, высоты она не боялась, но ее могли заметить, хотя окна и выходили в сторону леса, где был прекрасный вид.       Приходилось пробраться туда в сумерках, даже несколько раз симулировать болезнь и отказать художнику в близости, чтобы туда попасть. Это было сложно, девушка подсела на секс, как на наркотик. Да, и сам юноша все больше смотрел на неё с подозрениями, однако он тоже не всегда мог уделять время своей наложнице. И у неё прошли критические дни, к счастью. Они, конечно же предохранялись, девушка пила специальные зелья и считала дни, чтобы не забеременеть. Ребенок для неё будет только обузой, впрочем, она никогда не хотела иметь детей. Почти каждую ночь они проводили вместе, исследуя тела друг друга и свои возможности. Как же ей хотелось начать экспериментировать, показать себя настоящую. Нежность немного надоела хоть ей и было хорошо с ним. Вспоминая своих родителей, которые вели бурную и экстремальную сексуальную жизнь, ей тоже хотелось подобного. Сдерживать себя стало трудно, но не хотелось пугать юношу.       Девушка просматривала различные бумаги, надеясь найти нужные ей. Хорошо, что отец обучал их вести дела, хотя, в основном, конечно же, своего драгоценного наследника. Но все важные бумаги были не здесь. Как бы она не искала, ничего нужного ей не нашла, даже отдаленно похожего. Зато увидела, что Винсент вел дела с ее дядей и отцом. Некоторые документы были подписаны ими. А также письма, от Фестера. Она начала читать письмо, как тут услышала шорох за спиной. Девушка еле успела спрятаться под стол, как дверь открылась и в кабинет вошёл один из управляющих семьи Торп, высокий с кудрявыми каштановыми волосами. Её сердце ушло у пятки, девушка не думала, что кто-нибудь решит зайти сюда. Служанки убирались здесь в определенное время, да и уже было поздно. Что он здесь делает?