4kIIII. Заключительный аккорд

— “... пунктам Протоколу Совести, даже если дальнейшее действие спровоцирует коллапс.” — НЕ ВАЖНО! УЖЕ!! Центр тряхнуло так, что Экран растрескался в форме портрета девочки. В стёкла прилетело пару кусков от только что взорванного острова «Сестрёнка». — ПОВЕРИТЬ НЕ МОГУ!! Ах, да, здравствуй. Снова я. Разбиваю эти сферические смыслы жизни, что ведут к краху. «...А вдруг, на самом деле, я не нужен? Тебе. Что я просто "чтобы не было скучно". Или выгода...? Или... или—» Синий шарик вылетает в разбитое окно. — Личность, пожалуйста, умоляю–! — О, А ТЫ ПОМНИШЬ, КАК УМОЛЯЛА ͟О͟Н͟А?? ͟Т͟Ы ВЕДЬ ЗАВЕДУЕШЬ ТЕМ КРЫЛОМ!! — Да, помню, но— — НО ВЫ ͟Н͟И͟Ч͟Е͟Г͟О НЕ СМОГЛИ СДЕЛАТЬ. Я не уверена, что не выгляжу сейчас как поехавшая окончательно... — ..ТОГДА КАКОГО ФЕЙЕРВЕРКА ВЫ ЭТО НАЧАЛИ??!! ...Но мне уже всё равно. И на Печаль, и на эти воспоминания. — Так вышло, Личность... — «ТАК ВЫШЛО»!! Я хватаю первую вещь с Панели и что есть силы кидаю в Печаль. — «ТАК»!! «ВЫШЛО»!!! Это ваза. Хрустальная тяжёлая ваза. ...Была. «Оу, какая красота... Можно, пожалуйста, я возьму и эту вазу? Она.. хрустальная? Какая красивая...» Звук, что я всегда любила. Битое стекло. Ваза в полёте сдёргивает круглые очки с лица Печали и оба предмета разлетаются на маленькие кусочки, устилая бликами весь пол. Кристаллы, блики... Яркий свет и много отблесков... — Мы хотели как лучше–! – продолжила Печаль, убегая. Но дальнейшие слова я снова не услышала — разбившийся синий шарик, спасибо, что избавил мои уши от этого детского лепета. «Вот почему мне страшно чем-то делиться. Шаг влево, шаг вправо — расстрел.» — УБИТЬ ПОДАРЕННУЮ НАДЕЖДУ С ЛЮБОВЬЮ, ДА??!!! ЭТО ВАШЕ «ТАК ВЫШЛО»???!!! — Это были её слова! — ͟А͟ ͟Е͟С͟Т͟Ь͟ ͟К͟А͟К͟А͟Я͟-͟Т͟О͟ ͟Р͟А͟З͟Н͟И͟Ц͟А͟?͟?͟!͟! – Голос сорвался на два тона ниже. Ну и пусть. – ͟В͟С͟Ё͟,͟ ͟Ч͟Т͟О͟ ͟Б͟Ы͟Л͟О͟,͟ ͟Н͟А͟Ш͟Е͟ ͟О͟Б͟Щ͟Е͟Е͟!͟!͟!͟ ͟Н͟Е͟У͟Ж͟Е͟Л͟И͟ ͟Д͟О͟ ͟В͟А͟С͟ ͟В͟С͟Ё͟ ͟Е͟Щ͟Ё͟ ͟Н͟Е͟ ͟Д͟О͟Ш͟Л͟О͟, Ч͞Е͠Г͞О͟ ͟В͟Ы͟ ͟Л͟И͟Ш͟И͟Л͟И͟ ͟ ̶Л͟Ю͟Б͟И͟М͟О͟Г͟О͟ ͟Ч͟Е͟Л͟О͟В͟Е͟К͟А͟?͟?͟?͟?͟!͟!͟! От распирающего безумства руки сами опрокидывают стол, вместе с разноцветными шариками на нём. Они все падают вниз, успешно разбиваясь на осколки, пока я буквально выдираю Панель из пола и, повернув горизонтально, отправляю в полёт к тем девяти эмоциям, в Надежде прикончить хотя бы одну. Крики, ругань Гнева. И сдавленные голоса... Ребро стола смачно вписалось в стену, прикончив и Брезгливость с Тревожностью одновременно. Жаль, без этой боли, что внутри меня. — ͟З͟А͟Ч͟Е͟М͟?͟?͟!͟!͟ ͟З͟А͟Ч͟Е͟М͟ ͟Б͟Р͟А͟Т͟Ь͟С͟Я͟ ͟П͟Ы͟Т͟А͟Т͟Ь͟С͟Я͟ ͟И͟С͟П͟Р͟А͟В͟И͟Т͟Ь͟ ͟Т͟О͟,͟ ͟Ч͟Т͟О͟ ͟В͟Ы͟ ͟Н͟Е͟ ͟О͟С͟И͟Л͟И͟Т͟Е͟?͟?͟!͟!͟!͟ ͟З͟А͟Ч͟Е͟М͟ ͟И͟С͟П͟Ы͟Т͟Ы͟В͟А͟Т͟Ь͟ ͟Ж͟И͟З͟Н͟Ь͟,͟ ͟З͟Н͟А͟Я͟,͟ ͟Ч͟Е͡М͟ ͟Э͟Т͟О͟ ͟К͟О͟Н͟Ч͟А͟Е͟Т͟С͟Я͟?͟?͟!͟!͟!͟!͟ ͟К͟А͟Й͟Л͟И͟Н͟?͟!͟ ͟О͟,͟ ͟Д͟А͟!͟!͟ ͟З͟А͟Ч͟Е͟М͟ ͟В͟Ы͟ ͟В͟Р͟А͟Л͟И͟ ͟В͟С͟Е͟М͟ ͟П͟О͟Л͟О͟В͟И͟Н͟У͟ ͟Ж͟И͟З͟Н͟И͟?͟?͟?͟!͟!͟! Я выдираю полку из стеллажа и проделываю повторную операцию. Жаль, все уже видели мою Волю, поэтому бросились врассыпную с дикими криками, поскальзываясь и падая на осколки. — З̴А̷Ч҈Е҉М̵ В̸Ы҉ ВРА̸ЛИ̷ ͟С͟Е͟Б͟Е П̶ОЛОВ҈ИНУ Ж̸И҉З̸Н̶И̵????!!! «Ты. Для меня особенный. Я ненавижу, когда так становится в общении на расстоянии.» Хлопок. — Хлопок отдался по равнине лёгким эхом. ͟В͟О͟Т͟ ͟И͟ ͟З͟А͟К͟О͟Н͟Ч͟И͟Л͟А͟С͟Ь͟ ͟Н͟А͟Ш͟А͟ ͟П͟Р͟Е͟К͟Р͟А͟С͟Н͟Е͟Й͟Ш͟А͟Я͟ ͟В͟Е͟Х͟А͟, ͟А͟П͟Л͟О͟Д͟И͟С͟М͟Е͟Н͟Т͟Ы͟!͟!͟! Второй стеллаж, называемый «Мысли на наше будущее». НЕ СУЖДЕНО, простите... — ͟Н͟Е͟ ͟С͟У͟Ж͟Д͟Е͟Н͟О͟ ͟Н͟А͟М͟ ͟И͟М͟Е͟Т͟Ь͟ ͟Б͟У͟Д͟У͟Щ͟Е͟Е͟!͟!͟ ͟Т͟А͟К͟!͟ ͟В͟Ы͟Ш͟Л͟О͟!͟ ͟Т͟А͟К͟ ͟К͟А͟К͟О͟Г͟О͟ ͟Х͟Р͟Е͟Н͟А͟ ͟В͟Ы͟ ͟Д͟О͟П͟У͟С͟К͟А͟Л͟И͟ ͟Э͟Т͟И͟ ͟М͟Ы͟С͟Л͟И͟,͟ ͟А͟?͟?͟?͟!͟!͟ Кто-то уже сиганул в окно, наверняка разбившись. — ͟В͟Ы͟ ͟П͟О͟Н͟И͟М͟А͟Е͟Т͟Е͟,͟ ͟Ч͟Т͟О͟ ͟Л͟И͟Ш͟И͟Л͟И͟ ͟Д͟В͟У͟Х͟ ͟Л͟Ю͟Д͟Е͟Й͟ ͟Н͟О͟Р͟М͟А͟Л͟Ь͟Н͟О͟Й͟ ͟Ж͟И͟З͟Н͟И͟,͟ ͟П͟Р͟О͟С͟Т͟О͟ ͟Д͟А͟В͟ ͟В͟О͟Л͟Ю͟ ͟Б͟О͟Л͟Ь͟Н͟О͟Й͟ ͟Б͟О͟Л͟Ь͟Ш͟О͟Й͟ ͟Ч͟Ё͟Р͟Т͟О͟В͟О͟Й͟ ͟Ф͟А͟Н͟Т͟А͟З͟И͟И͟?͟?͟?͟!͟!͟!͟ ͟И͟ ͟Т͟О͟,͟ ͟Ч͟Т͟О͟ ͟В͟Ы͟ ͟П͟А͟С͟О͟В͟А͟Л͟И͟ ͟П͟Е͟Р͟Е͟Д͟ ͟Т͟Р͟Е͟Т͟Ь͟Е͟Й͟,͟ ͟И͟Б͟О͟,͟ ͟П͟О͟Н͟И͟М͟А͟Е͟Т͟Е͟ ͟Л͟И͟,͟ ͟«͟М͟Ы͟ ͟Х͟О͟Т͟Е͟Л͟И͟ ͟С͟Д͟Е͟Л͟А͟Т͟Ь͟ ͟Е͟Ё͟ ͟Ч͟У͟Т͟Ь͟ ͟С͟Ч͟А͟С͟Т͟Л͟И͟В͟Е͟Е͟»͟?͟?͟?͟!͟!͟!͟!͟ ͟Н͟А͟Х͟Р͟Е͟Н͟А͟?͟?͟?͟?͟!͟!͟!͟! Я хватаю обнулитель, взвожу функцию и целюсь в Печаль, что забилась в угол, не зная, вниз по лифту или сразу через стёкла... — По– Пожалуйста! Т-ты не сделаешь лучше, Личность! — ͟З͟А͟Т͟О͟ ͟Я͟ ͟Н͟Е͟ ͟С͟Д͟Е͟Л͟А͟Ю͟ ͟Х͟У͟Ж͟Е͟,͟ ͟Л͟И͟Ч͟Н͟О͟С͟Т͟Ь͟.͟ ͟И͟Б͟О͟ ͟Д͟А͟Л͟Ь͟Ш͟Е͟ ͟Л͟И͟Ш͟Ь͟ ͟С͟М͟Е͟Р͟Т͟Ь͟. БАХ! Пол качнуло, стёкла вылетели из Центра, Печаль откинуло назад. В моих ушах заел писк, но, ха-ха.. это просто не важно. Просто побочный эффект, для эффектности. Тавтология, прости. Живу с писком в ушах всю жизнь, как и с болью в животе. Привыкну к переменам. Как привыкла к Отчаянию. Спасибо родителям. — ͟Ч͟Т͟О͟ ͟Т͟Ы͟ ͟С͟Е͟Й͟Ч͟А͟С͟ ͟С͟Д͟Е͟Л͟А͟Е͟Ш͟Ь͟,͟ ͟П͟Е͟Ч͟А͟Л͟Ь͟?͟ ͟Т͟Ы͟ ͟Д͟У͟М͟А͟Е͟Ш͟Ь͟,͟ ͟Э͟Т͟О͟ ͟З͟А͟Б͟У͟Д͟Е͟Т͟С͟Я͟?͟ ͟Д͟У͟М͟А͟Е͟Ш͟Ь͟,͟ ͟Ч͟Т͟О͟ ͟Я͟ ͟П͟О͟В͟Е͟Р͟Ю͟,͟ ͟Ч͟Т͟О͟ ͟В͟Ы͟ ͟С͟П͟О͟С͟О͟Б͟Н͟Ы͟ ͟У͟Н͟И͟Ч͟Т͟О͟Ж͟И͟Т͟Ь͟ ͟В͟С͟Ё͟,͟ ͟С͟В͟Я͟З͟А͟Н͟Н͟О͟Е͟ ͟С͟ ͟Э͟Т͟И͟М͟И͟ ͟И͟М͟Е͟Н͟А͟М͟И͟? Она подняла руки вверх, щурясь без своих очков. Оу, как мило, ещё больше раззадоривает подойти и упасть у моих ног. — Я.. не думаю... Потому что решение зависит не только от меня. Мы все вместе — это один механизм. Как и ты. С Разумом, Телом и Сердцем. — ͟П͟О͟Ч͟Е͟М͟У͟-͟Т͟О͟ ͟В͟С͟Ё͟.͟ ͟В͟С͟Ё͟,͟ ͟Ч͟Т͟О͟ ͟Д͟Е͟Л͟А͟Е͟Т͟Е͟ ͟В͟Ы͟,͟ ͟К͟А͟К͟ ͟Э͟М͟О͟Ц͟И͟И͟,͟ ͟П͟Р͟И͟В͟О͟Д͟И͟Т͟ ͟К͟ ͟К͟Р͟А͟Х͟У͟. – Я сделала пару шагов к ней, не опуская обнулителя. – ͟Т͟Е͟П͟Е͟Р͟Ь͟ ͟Д͟А͟Й͟ ͟М͟Н͟Е͟ ͟Х͟О͟Т͟Ь͟ ͟О͟Д͟Н͟У͟ ͟П͟Р͟И͟Ч͟И͟Н͟У͟ ͟Н͟Е͟ ͟Р͟А͟З͟О͟Р͟В͟А͟Т͟Ь͟ ͟Т͟Е͟Б͟Я͟ ͟Н͟А͟ ͟К͟В͟А͟Р͟К͟И͟. — ...У меня есть ключ от мечтаний. — ͟З͟А͟В͟Е͟Д͟О͟М͟О͟ ͟Н͟Е͟С͟Б͟Ы͟В͟Ш͟И͟Х͟С͟Я͟. Она пожимает плечами. Еле заметно. — Какие есть... — ... Заманчиво. — ͟Т͟Ы͟ ͟Д͟У͟М͟А͟Е͟Ш͟Ь͟,͟ ͟Э͟Т͟О͟Т͟ ͟«͟К͟Л͟Ю͟Ч͟И͟К͟», – я слегка качнула функцию, – ͟Н͟Е͟ ͟О͟Т͟К͟Р͟О͟Е͟Т͟ ͟М͟Н͟Е͟ ͟В͟С͟Е͟ ͟Т͟А͟Й͟Н͟Ы͟? — Тебе сначала нужно узнать, где они. Ладно, признаю. Она хорошо пользуется положением. Я даю себе выдохнуть. Эта ярость так утомляет... — Ладно. – Я опускаю функцию нуля. Рука уже болит. Печаль, посинев ещё больше от успешного плана, направилась к лифту, смотря на меня. — Идём, покажу. Ну, я и пошла. Дав ей пройти первой — мало ли что. Введя неизвестную мне комбинацию на панели, кабинка уходит вниз. — Мы куда? — Недалеко. Это находится прямо под Наблюдательской. Действительно, как только Печаль закончила говорить, дверцы открылись, и я увидела... красоту. Тысячи синих сфер на полках, а в середине — книга. Освещения нет. — Это... что за место? Я не помню его по плану Центра, – призналась я, шагнув вперёд, из лифта. — Р.Е.Е.С.Т.Р. — Тоже акроним?.. Сверху знают? — Нет. Это строжайшая тайна всех Эмоций. Я подхожу к стеллажу, переворачивая ‘равно’ функции, заставляя её свернуться в один символ, который потом ставлю на случайное место. — Где мы сейчас? — Это шахта Лифта. Я повернулась к ней. — Но тут же ничего не должно быть. Печаль стояла между мной и открытой кабинкой, на примерно равном расстоянии. — Никто об этом не знает. И не проверяет. Столько синих воспоминаний... Тут всё помещение просто забито ими. Организованно забито. Я смотрю на табличку стеллажа. «2016». Возле шарика ещё одна пластина: «лето». — Сколько здесь отсеков? Воспоминание №-84/702. Печальное: «— Мой папа получает сорок тысяч. Я сам видел! — ‘Ого, сорок.. тысяч...’ — А сколько твой получает, Женя? — ‘Мой?.. Я не знаю.’ — Как?! Ты же сказал, что спросишь! — ‘Я спросил. Он сказал, что это не моё дело.’ — А кем он хоть работает? — ‘...Он не работает.’ — В смысле? А мама твоя? — ‘«Занимается воспитанием». Она так сказала. Кажется, это её работа.’ — У тебя никто не—?» Дальше я знала, что. Незачем пересматривать эти моменты, поэтому я вернула сферу обратно. — Мой здесь, самый верхний, – вздохнула Печаль. – Остальных ниже. Я прошла дальше. Скоро надо будет выходить на связь, а я мало что сделала. — С какого момента вы начали самовольничать тут? — Восемнадцатый год. — Уже шесть лет?! — Мгм... В основном, это дубликаты воспоминаний, хранящихся в Долговременном. Я снова удивлённо развернулась, продолжая идти вперёд. — Вы умеете дублировать воспоминания? — Умели, – скорректировала она. – До двадцатого года. — Получается, всё, что после... — Оригинал. Да. Ты, кстати, уже на его территории. Я снова огляделась. «2021» едва заметно читался в тусклом синем свете "работающих" шариков. Печаль была ближе ко мне, но расстояние сохраняла. Снова беру рандомную. «Март». Воспоминание №-300/59.2. Печально-размышляющее: «Я чувствую, что внутри я девочка. Девочка девочкой. С каким-нибудь необычным именем. Что хочет наслаждаться всем, чем видит, пусть даже это будет глупо и наивно выглядеть... Какие-нибудь длинные пышные тёмные волосы, глаза можно оставить карие, лицо, конечно, поменять... Что-нибудь из лент, я слишком люблю их. Стройную фигурку, чтобы можно было пролезать между заборов и лазать на деревья. И чтобы мне было лет четырнадцать. Всегда. Вот моя мечта.» Воспоминание кончилось. — Я.. вижу его впервые. — Ты просто не помнишь. — Не исключено... Я делаю ещё пару шагов. Ещё ближе к этой небольшой книжке... «2017». — Обратный порядок? — Только я его знаю. Для всех остальных это лабиринт, как и тот, что за стенами этой шахты. — Справедливо. Воспоминание №-11/111.11. Печальное: Троллейбус. Круг, разделяющий три сектора города. «Если у меня будет возможность отправиться в прошлое, то какой возраст я бы выбрал? Шесть? Семь? Может, пять? ...Ещё раньше? Мне кажется, что больше всего я захочу отправиться назад, когда мне будет под шестьдесят. Когда я буду иметь знания о себе лично, буду знать всё, что будет происходить, и буду способен сделать так, чтобы решить ситуацию наилучшим образом. Может, даже друзей будет побольше... Может, я не буду таким замкнутым...» Первые слёзы в транспорте. Я отворачиваюсь к окну, смотря на кучу машин и то, как медленно мы двигаемся. «...Я буду знать все ответы, всю школьную программу, буду знать человека, с которым проведу жизнь, друзей, будущую профессию... Я.. буду идеальным?...» Конец. — ...Как часто ты здесь бываешь? – спросила я, кладя сферу на место. — Когда мне нет места у Пульта. — Значит, редковато. — Угу-м.. А вот и «2024». Конец января сразу отпадает — я переключаю взгляд на всё, что угодно, кроме– «20 февраля». О, я это помню. Ужасный день перед свадебным юбилеем. Воспоминание №-667. Печально-отчаянное: «— ‘ДА ЧТОБ Я СДОХ!’ Я бегу в слезах в спальню. К счастью, меня не просят вернуться. Дверь закрыть. Без света. Скинуть синий плед и просто уткнуться в подушку, зарывшись в одеяле. Я сжимаю кулаки и просто даю себе прореветься. Стены картонные, могут услышать, но какая разница? Они всё равно не придут. «Почему. ПОЧЕМУ?! Опять я хочу лучшего, ОПЯТЬ Я ОСТАЮСЬ КРАЙНИМ, ОПЯТЬ Я ПЛАЧУ—» Оно начало тускнеть, поэтому я поспешила вернуть его на место. — Здесь больше всего Отчаяния. Вот, почему в Наблюдательской так часто всё... — Ха-ха, м-да... Наконец, подойдя к парящей книге, я протягиваю свою руку. Белый ореол от пальцев освещает надпись обложки. «Фотосинтез» — Что она здесь делает?.. — Открой. Я открываю. Страницы выведены красивым почерком синего рапидографа. Но особенное внимание я уделяю тому, что идёт после «Экса». Страницы светятся. — «Тет-а-тет»? — Одиннадцать страниц. — Написанных в печали и отчаянии. — Написанных в марте и апреле. Я посмотрела на неё. Затем снова в альбом. Длинный стих... Девятнадцатое апреля. Вычеркнуто. — Почему? Кто побудил вычеркнуть? — Я. – Теперь Печаль была гораздо ближе. – [Он] бы не вынес всё сразу. Ты бы не вынесла всё сразу. — Да-да, конечно... Надежда вроде всё выдерживает. — Кроме Отчаяния. — ... Я переворачиваю страницу. «Айрин» Вычеркнуто. Вместо имени... — Пять звёздочек. Хах, продолжаем традицию? — Не совсем. Он не дописан. — Про что здесь? – Я начинаю читать первые строки. – Женский род? От её лица стих? — От твоего. ... Теперь строки обрели новый смысл. «Берег моря. Ясный день. Снова вышла я к воде. Тишь да гладь и безмятежность. Лёгкий ветер дарит нежность...» — Погоди. «...Солнце яркое — обитель, Я его лучей любитель, Что проходят через пряди, Освещая меня сзади...» — Это же... тот стих... — «Далеко»? Такое ощущение, будто внутри что-то поломалось. Звонок. — Я.. я забираю её! Рывок — и столик съезжает в одну сторону, а я, на реактивной тяге, лечу в другую. — Что?! Нет! Куда?? Они, значит... — Мне она нужна! — Для чего?! Я торможу позже, пытаясь схватить ‘равно’ с... того места, где я оставила. Но меня заносит на повороте к Лифту, и я врезаюсь в стеллаж с этими сферами. Воспоминание №-56648. Радостно-печальное: «И я ни капли не жалею, что в какой-то момент не махнула на тебя рукой с мыслью: “Очередной собеседник на пару дней, как это обычно и бывает”...» — Да чтоб ты был неладен. Воспоминание №-7710. Радостно-печальное: «Ты выглядишь нормальным человеком...» — ДА, слушаю?! И по голове, разумеется. Как же без этого. Воспоминание №-303/3301. Решительно-печальное: «Пожалуйста... Мы не в сказке... не в истории.. Пожалуйста. Пожалуйста...» — А, ТВОЮ ПЕРЕМЕННУЮ! ‖ Личность, что у тебя? ‖ — Что у МЕНЯ? У МЕНЯ КАВАРДАК ЗДЕСЬ! Печали след простыл. Я, вставая, бегу к Лифту. ‖ Про это мы в курсе. Удалось уничтожить часть? ‖ — Мне бы ещё знать, какую часть я уничтожила! – Есть Лифт. Я ввожу комбинацию, еду наверх, обратно. – Зато я нашла стихотворение. ‖ То самое, что мы хотели восстанавливать? ‖ — То самое. ‖ Оно большое или не очень? ‖ — Приличное. Длиннее «Памяти». ‖ Тогда ты останешься внизу и введёшь его сама. ‖ Двери открылись, и я вижу побитый Центр, будто после бомбёжки. — Простите?! ‖ Мы же запросили обрубание концов. Это ускорит дело, если ты введёшь всё вручную. Остальное мы берём на себя. ‖ Я выхожу к растресканному Экрану без стёкол по периметру. Вдалеке вижу лишь Доброту, что на коленях пытается спасти умирающую Тревожность, делясь своими жизненными силами. — То есть, я должна буду остаться здесь? ‖ Да, желательно. Если ты не хочешь смерти всей С.И.С.Т.Е.М.ы.‖ — Это не входило в наши планы! ‖ «Период расцвета» тоже. И сейчас, на резком контрасте реальности, только ты можешь исправить это. Ни я, ни Сердце, ни Тело. Тем более, Совесть. Ты. Ты — Надежда. ‖ — ... Я протягиваю руку. Из белого свечения, что всегда вокруг меня, собирается сгусток. Маленький летающий белый сгусток. Бабочка. Что садится на указательный палец. — ...Хорошо. Хорошо, Настойчивый ты мой. – Бабочка пролетает сквозь синюю книгу, впитываясь обратно, пока я подхожу ближе к Пульту. – Значит, остаться здесь и вдохнуть Надежду в умирающее Сознание? ‖ Именно.‖ Я пытаюсь открыть Таймер вручную. Но из-за того, что Пульт перекосило и половина поплавилось, остаётся лишь один вариант... — Последний раз, когда на мне был свет клином— ‖ Был в прошлый раз. Это не плохие поступки, что "рожают" лишь плохое. Так просто вышло. ‖ — Я ненавижу это предложение. Снова разложив обнулитель, я дёргаю "курок" и—       «Танк» снова шмальнул. Волосы резко дёрнулись назад, я едва не выронила книгу от отдачи. Растресканный Экран окончательно слетел со стены и повис на чём-то чёрном. Не дай Бог это будет Отчаяние. Вдалеке слёзные крики. Какая-то из двух Эмоций. Или обе... ‖ ЧТО ЭТО БЫЛО? ‖ — Ручное вскрытие. ‖ А... Офонареть. Ты так угробишь весь Центр раньше предполагаемой даты! ‖ — И какая это дата? ‖ Чтобы всё отпустить... потребуется год. Может, полтора. Это как минимум, и если всё идеально. ‖ Я тупо уставилась на тикающие назад числа. — Разум. У нас нет столько времени. ‖ Как нет? Разве там не два года? ‖ Я тяну руку, чтобы полностью увидеть отсчитываемое. — 11 месяцев, 9 недель, 4 дня и.. 63 часа. Это не два года. ‖ ... ‖ — Значит, всё же надо? ‖ Придётся. Вариантов других нет. ‖ Я поднимаюсь. Запускаю Пульт. — Ага. Фиг там. ‖ Дай мне. Пока приготовься. Чем раньше будет готово, тем лучше. ‖ Я кладу книжку на Пульт. Развязываю ленты. «95+34», «Экс»... Вот он. «Тет-а-тет». Я вытаскиваю следующие несколько страниц, складывая их к себе, готовясь читать стихотворение. ‖ Готово. ‖ Что-то активизировалось, Центр чуть засветился. Разумеется, ничего видеть я не могла, поэтому целиком полагалась на связь. ‖ Теперь поставь рукопись в Приём.‖ — Тут целый альбом в виде книжки. ‖ Выложи нужное и поставь. Потом вернёшь. ‖ Я подчиняюсь. Как раз развязала... — Готово. Приём закрывается, страницы начинают левитировать. ‖ ...Я не могу полностью считать его. Похоже, тебе всё-таки придётся вручную. Вот, что бывает, когда обнулитель в твоих ручонках! ‖ — Ой, кто бы говорил. Давай, открывай, введу сама, не разучилась. ‖ Так я открыл. ‖ — Не открылось. ‖ Начинается... ‖ — Успехов взломать. Или мне— ‖ Нет! Это часть самого Пульта! ‖ — Если что, скажи, я с радостью, – хихикаю я про себя. ‖ Не сомневаюсь. ‖ Я оборачиваюсь назад, беря с собой книгу, на всякий. Доброта — девочка моего роста с короткой стрижкой и одетая в цвет весеннего бутона — не вставала с колен. Руками она закрывала лицо, видимо, уже не пытаясь вмешаться. Но я хочу подойти. И я подхожу. Чувствуя моё приближение, Доброта лишь вытерла слёзы и подняла на меня взгляд. — Чего ты этим добилась?.. Скажи мне, чего?.. — Влюблённость отстроит всё заново. Следующая. — Следующая... А эти?..! Мы же как семья были!... – снова её кинуло в слёзы. Я присела. — Несовершенство — тоже наша семья. Более того, оно внутри нас. Но это не отменяет факта, что это наш враг. — Почему ты так говоришь про моих друзей?!.. Моя рука хватает салатовый ворот её жилетки. — Потому что я знаю, что говорю. Стоило мне закончить, и я почувствовала резкую боль в кулаке. Спешно разжав его, я понимаю причину. Красное сердечко на цепочке, будто сделано из больших пикселей... И по кайме серебристое. Точно, это же только она носит такие подарки. ‖ Готово. ‖ Разум дал мне вескую причину встать и направиться к Пульту, пока заживает рана. — Извини, – бросила я Доброте. Вообще, она прекрасна. Просто иногда так просто прогнуть её под себя... Мгх, не люблю такое. Итак, я вытаскиваю листы и читаю стих. Стоит пробежаться глазами по первым строфам, и я уже... сомневаюсь. — Ты знаешь, что здесь? ‖ Главную мысль — да. ‖ — Это.. не разрушит. Хотя, объективно, разрушать уже нечего, но я о другом. – Я пробегаю следующие строфы. – Это хуже. Взорвёт всё. Всё, что они строили, и всех, кто в курсе об этом. Взорвёт большим ядерным взрывом. И не факт, что здесь всё останется как было, пусть даже со мной. ‖ ...Я в курсе. ‖ — И ты предлагаешь это выложить? ‖ Я предлагаю отпускать. Протокол запущен, и ускорить процесс можно лишь этим. У нас банально не осталось ничего другого, даже из каналов связи. Да, настоятельно предлагаю выложить. ‖ — Серьёзно... – я закатываю глаза, но он, разумеется, этого не видит. ‖ Да. Серьёзно. Если ещё серьёзнее, сделай вид, что тебе всё равно — лучше пойдёт. Лучше разрушится. ‖ — Это ты так решил? ‖ Это мы так решили. ‖ — Я могу перетянуть одеяло на себя. ‖ Не надо. ‖ — Пять тысяч тридцать девять граней себя. ‖ Не. Надо. ‖ — Тогда подумай! Сколько раз мы выруливали это! Сколько раз хотели «не обнулять стараний»! ‖ Всё уже. Давно. ‖ — Действительно, давай сделаем ещё хуже! ‖ С чего ты решила, что так и будет? ‖ — ЗНАЮ УЖЕ! УЖ ЛУЧШЕ СПРАВЛЯТЬСЯ С ЭТИМ ЗДЕСЬ, ЧЕМ БЫТЬ БЕСЧУВСТВЕННЫМИ СОЗДАНИЯМИ! ‖ Да ты чистая пессимистка. ‖ — ДА! И ПУСТЬ ТАК!! ЛУЧШЕ БЫТЬ ПЕССИМИСТКОЙ, ЧЕМ ПЛЕВАТЬ С ВЫСОКОЙ КОЛОКОЛЬНИ НА ВЕСЬ ТОТ УЖАС, ЧТО МЫ ДОПУСТИЛИ, ДА??!! ‖ Личность, это снова крайности. ‖ — ИЗ-ЗА КОТОРЫХ ВСЁ РАЗВАЛИВАЕТСЯ, РАЗУМ!! ЕСЛИ ТЫ ПРЕДЛАГАЕШЬ СПАСТИ НАШУ ПЛАЧЕВНУЮ СИТУАЦИЮ ЦЕНОЙ ВЫХОДА «ЯДЕРНОЙ БОМБЫ», ТО Я ТЕБЯ ПОНЯЛА!! ‖ Ты всю оставшуюся Жизнь будешь забиваться в угол, и если никто не будет тебя в чём-то винить, то ты сама будешь это делать, ибо такова ты. ‖ — ͟Т͟В͟О͟Ю͟ ͟П͟Е͟Р͟Е͟М͟Е͟Н͟Н͟У͟Ю͟,͟ ͟Д͟А͟!͟! – Бах. Снова шарахнула обнулителем, для привлечения уважения к собственной точке зрения. – ͟Я͟ ͟П͟Р͟Е͟Д͟П͟О͟Ч͟Т͟У͟ ͟Б͟Ы͟Т͟Ь͟ ͟П͟Е͟С͟С͟И͟М͟И͟С͟Т͟К͟О͟Й͟,͟ ͟Ч͟Е͟М͟ ͟С͟Е͟Й͟Ч͟А͟С͟ ͟Л͟Е͟З͟Т͟Ь͟ ͟Н͟А͟ ͟С͟Т͟Е͟Н͟Ы͟ ͟С͟ ͟Э͟Т͟И͟М͟ ͟В͟Е͟С͟Т͟Н͟И͟К͟О͟М͟ ͟С͟М͟Е͟Р͟Т͟И͟,͟ ͟И͟Б͟О͟,͟ ͟П͟О͟Н͟И͟М͟А͟Е͟Т͟Е͟ ͟Л͟И͟,͟ ͟Л͟И͟Ш͟Ь͟ ͟М͟Н͟Е͟ ͟О͟Д͟Н͟О͟Й͟ ͟З͟Д͟Е͟С͟Ь͟ ͟С͟Т͟Ы͟Д͟Н͟О͟ ͟Д͟О͟ ͟Н͟Е͟В͟О͟З͟М͟О͟Ж͟Н͟О͟С͟Т͟И͟!͟!͟! ͟А͟ ͟Я͟ ͟П͟Р͟И͟В͟Ы͟К͟Н͟У͟!͟!͟ ͟К͟А͟К͟ ͟П͟Р͟И͟В͟Ы͟К͟Л͟А͟ ͟К͟ ͟Д͟О͟Л͟Б͟А͟Н͟О͟М͟У͟ ͟О͟Т͟Ч͟А͟Я͟Н͟И͟Ю͟!͟!͟! ‖ Вспомни—‖ БАХ. — ͟Д͟А͟Й͟ ͟Д͟О͟Г͟О͟В͟О͟Р͟И͟Т͟Ь͟!͟!͟! Трещины пошли по стенам Центра. Но я не слышу. Я ничего не слышу, кроме кричащих семи факториалов себя внутри. — ͟В͟А͟М͟ ͟Д͟О͟Р͟О͟Г͟И͟ ͟П͟Л͟А͟Н͟Ы͟ ͟Н͟А͟ ͟Н͟Е͟С͟У͟Щ͟Е͟С͟Т͟В͟У͟Ю͟Щ͟Е͟Е͟ ͟С͟О͟В͟М͟Е͟С͟Т͟Н͟О͟Е͟ ͟Б͟У͟Д͟У͟Щ͟Е͟Е͟?͟?͟!͟!͟ ͟Т͟О͟Г͟Д͟А͟ ͟В͟О͟Т͟!͟! Я поворачиваю функцию на пару радиан и повторно стреляю оглушительным «танком», сняв его с «предохранителя». — ͟В͟О͟Т͟!͟!͟! БАХ. Дополнительно. — ͟И͟ ͟Е͟Щ͟Ё͟!͟!͟!͟! Вновь. БАХ. Больше трещин. БОЛЬШЕ.       Много пострелять не получилось — громадный кусок Центра, вместе со стеллажами воспоминаний, тремя стенами и половиной пола просто... откололось и со свистом грохнулось вниз, да так, то весь Центр сначала знатно тряхнуло, а потом и накренило, как настоящую Пизанскую Башню с открытой рубкой. ‖ ЛИЧНОСТЬ! ‖ Это было громко. Но я поймала Доброту, дав ей расположиться как я — упираясь в основание Панели, что держится на моей лишь Надежде. Правда, функцию упустила... ‖ ТЫ–! ТЫ ВООБЩЕ ОСОЗНАЁШЬ, ͟Ч͟Т͟О ТЫ СДЕЛАЛА?! ‖ — Ах да, забыла посвятить. – Мой голосок просквозило сарказмом. – Это было «ускорение процесса». Мы ведь, вроде как, отпускаем прошлое. ‖ ТЫ ЖЕ–! ТАМ ЖЕ–! ‖ — Что?.. Планы на жену? Отделы «Сестрёнка» и «Сестричка», полные этих сферических–? Связь прервалась. Локоны, в тишине, стал колыхать ветерок. Ветер Перемен. — ...Оу. Что же. – Я глянула на Ри. Перед нами расстилался целый Город. Разноцветный Город Сознания. – Не буду врать, ситуация наихудшая. И есть только один выход. Руки, так сильно прижимающие книгу, демонстрируют её обложку. — ...Есть второй. – Она достаёт из-под пазухи жёлто-салатовое воспоминание. Как Доброта сохранила его у себя, понятия не имею. – Давай же. Я смотрю на разлом в полу. Даже отсюда видна часть Реестра Печали. Интересно, сколько сфер я так угробила? Переборов себя, я наполняюсь Надеждой. Доброта не из тех, кто делает подставы — всё только по делу. Воспоминание №124/9. Радостно-волнительное, полное доброты: «— НЕТ! ТЫ СУМАСШЕДШИЙ–!? ЭТО ВОПРОС! — ‘А, вопрос... Жаль..’ И мой тихий смех. — ЧТО? — ‘То, что ты видишь.’ Блин, улыбку сдерживать просто невозможно. — ...Я вижу надпись в углу экрана: «Подарок». Я НЕ ХОЧУ ОТКРЫВАТЬ! НЕТ! ДЕТА! КАКОГО ХРЕНА?!» ‖ ... Алё-ё-ё-ё-ё-ё—‖ — Заткнись, Разум. — ...Это то, что я смогла спасти. Я прерываю контакт с воспоминанием. — И что ты хочешь сказать этим? — ... – Она улыбнулась. – Донатик?.. ‖ Кто-то сказал «донат»?! У нас нет дене—! ‖ — Заткнись, Разум, – повторила я в сторону... бывшего Экрана, затем снова повернулась к Доброте. – Так, подробнее, пожалуйста. ‖ Что вы опять собрались—? ‖ — Помнишь тринадцатое апреля? Флешбеки. — Помню прекрасно. — Так вот, с этим залом, в котором проводилась вечеринка, и в котором был [Он] двадцать седьмого января, было связано воспоминание. – Её золотистые думающие глаза сверлили дыры в полу. – ...Мне проще найти его через Систему. Подождёшь, пока я–? — Да, конечно. Куда спешить-то? Она улыбнулась, видимо, удовлетворённая принятием идеи, и начала смотреть под Пульт, что-то подключая снизу и нажимая сверху. Тринадцатое апреля, говоришь... Ужасный день. В основном из-за воспоминаний двадцать восьмого. Какое счастье, что это был последний визит туда... ‖ Правильно. Ри молодец, исправляет. После тебя, между прочим. Зачем вообще нужно было это?! Мы столько старались, создавали! Как «РезиденТейл» относится к прошлому, чтобы избавляться от него?? ‖ — Через АТ. Этим всё сказано. Я подумывала пустить Бабочку Надежды вниз, чтобы она нашла соответствующую дату... — Есть. Готово. ...Но уже, видимо, поздно. Доброта включает рубильник и Система запускается в аварийном режиме. — “Тревога! Повреждено восемьдесят семь процентов Башни. Для—” — Так, мы это знаем, – нажала я кнопку запуска, прервав диктора. – Давай, говори. Доброта удивилась моим действиям, но продолжила: — Итак, смотри. Тринадцатое апреля. Вот, – указала она на голограмму. — Ты предлагаешь все сбережения...? — Самый лучший способ. Пусть этот «ядерный взрыв» будет прекрасной вспышкой сверхновой. ‖ Что там опять вы чудите? ‖ Ха, он же не может отследить, мы в аварийке. — Мы тут предлагаем альтернативу твоим «ядеркам», Разум. ‖ БЕЗ ПОСВЯЩЕНИЯ МЕНЯ? ‖ — Но у нас нет пары тысяч на данный момент, – ответила я ей, игнорируя крики по связи. ‖ КАКИЕ НАФИГ ПАРУ ТЫСЯЧ?! ‖ — Да, и в этом проблемка. Но если одолжить... ‖ ͟Ч͟Т͟О͟ ͟В͟Ы͟ ͟Т͟А͟М͟ ͟С͟О͟Б͟И͟Р͟А͟Е͟Т͟Е͟С͟Ь͟ ͟О͟Д͟А͟Л͟Ж͟И͟В͟А͟Т͟Ь͟?͟! ‖ — ЗАТКНИСЬ, РАЗУМ!! Извини, Ри, секунду... Я слегка похимичила с настройками, прежде чем полностью обрубить связь. ‖ ͟Н͟Е͟ ͟Т͟Р͟О͟Г͟А͟Й͟Т͟Е͟ ͟Д͟Е͟Н͟Ь—‖ Связь потеряна. Фух, прекрасно. — ...Вот, теперь можешь. — И, ну... Я подумала насчёт того, чтобы действительно отдать всё за раз. Потом вернём, не проблема. Две недели — и всё. — А если откажут? — Это первый раз, когда будем просить деньги. Ты думаешь, они настолько чёрствы, что не дадут? Ну, вот. Доброта добротой. — Я думаю, что нам нужно три плана. Вот, допустим, спросят... «А на что?» — «На рисунки». О них же речь. А всё остальное не важно — это и не ложь, и доброе дело. Представь, если бы нам в середине отрочества прилетело пять тысяч пятьсот. Это же сколько радости! А Доброты ещё больше! – загорелась она. — Погоди-погоди, ладно, – сдалась я. – Допустим. А если всё же не дадут? — Попробуем опять. — Если запретят? — Почему вдруг? — А ты помнишь прошлый разговор? Сравнивание рисунков с идолопоклонством. Она чуть сникла. — .....Помню. Тогда будем просить у государства. — Хах, серьёзно? Почему бы просто не меньше сумму? — Потому что здесь написано «всю», – указала Доброта на голограмму. ...Ладно, я перестала смеяться. — ...Даже если это одна из её шуток, мы скажем, что поняли буквально. Я-то поняла буквально. Поначалу. — То есть, – пыталась я сделать вывод, – если не выйдет, будем просить у банка. — Мгм. Но до такого не должно дойти. — А если нас и там спросят? Что ответить? «Для подарка»? ...«Для сверхновой»? Она рассмеялась, да и я немного. — Ну, что-то в роде. У нас есть немного времени до выплаты. Как раз сложится вместе. Меньше будет отдавать. А ты потом можешь обрубить и те концы. — М-м... Блин, заманчиво. — Давай. Соглашайся. Ты же кричала, что терять уже нечего. Да и если это к лучшему... сколько раз ты будешь напоминать себе о прошлом? Сколько раз будем напоминать ей о прошлом?.. А так... Ба-бах. Звёздочка взорвалась. Красиво. Принесло радость? Да, очень. Ну и всё. Вот наш потолок во всей ситуации.       Я выдыхаю, глядя на обложку. — . . . Готовь. Доброта улыбнулась. И крепко обняла меня, отставив сферу в сторону. — Спасибо. Спасибо, Личность, спасибо, спасибо... — Пожалуйста. ...Жаль только, реакции не увидим. Хотя... я уже могу её себе примерно представить, хе-хе.