Эпизод 16. Почти свои

Сцена 1 Прощаясь с учениками на ночь возле их жилища, Эйваз вдруг ухмыляется и пробегает взглядом по группе, будто за пару мгновений пересчитывает парней. Петер В чём дело? Эйваз Будто вы ничего не слышите. Все начинают напряжённо прислушиваться и пожимают плечами, не улавливая ничего странного. Дерек Где-то в лесу кричит птица: «У-а! У-аа!» Боб Да ну вас! Отсюда лес услышать невозможно! Роберт Эйваз, хочешь сказать, что Оттон и Герт остались в лесу ловить птиц? Джанни Нет, Робби, кормить! Эйваз Совершенно верно, они кормят своих птиц. Сын конунга многозначительно смотрит на Ульриха. Тот фыркает и стремительно входит в помещение, думая, что ему намекнули на покинутость. Сцена 2 Сквозь сон Ульрих слышит шипение слева — со стороны лежанки Герта, затем тихий голос Оттона. Оттон Терпи! Сам напросился… Открыв глаза, он видит факел над лежанкой Герта, и принца рядом с ним. Ульрих встаёт и с ужасом замечает исполосованную спину заложника, которую Оттон поливает неким лекарством. Перемахнув через лежанку спящего Роберта, Элирой подлетает к принцу и рукой прижимает его за шею к стене. Ульрих (злобно шипит) Ты что себе позволяешь? Высочеством здесь себя возомнил? (Оттон пытается ослабить хватку) Я не знал, как ты обращался с Робертом во дворце, но сейчас никого тебе мучить не позволю! Оттон и Герт (вместе, негромко) Ульрих, тише!.. Я… он сам попросил. Ульрих (отпускает Оттона) Как — сам? И ты согласился? Оттон Не могу же я отказать другу… Ульрих Зачем, Герт? Тебе же было больно! Герт (усмехается) Да уж, Оттон меня не жалел! Но, пойми, если бы меня били в зале на пиру, я бы всеми силами старался не проронить ни звука. А сейчас с каждым вскриком из меня выплёскивался тот гнёт, который навалился со дня прибытия сюда. Теперь мне намного легче — завтра я буду летать! Ульрих смотрит с недоумением на обоих и пожимает плечами. Ульрих Смотрите мне! Не будешь летать — обоих поколочу! Герт улыбается как никогда радостно, Оттон подмигивает ему. Сцена 3 На следующее утро во время пробежки Герт преодолевает дистанцию с большим отрывом от группы и стремительно взбирается на дерево, чтобы поджидать на ветке остальных. С ветки соседнего дерева раздаётся смех Эйваза. Эйваз Наконец-то я узнаю коренного рошландца! А то начал опасаться, что Свенд подсунул нам какого-то чужестранного заморыша. Герт Да, первый сын ярла ничем не хуже четвёртого сына конунга. Эйваз (шутливо) Тебе повезло, что ты раб, об которого негоже руки марать. Иначе в поединке я бы показал, кто чего стоит. Герт Пусть ты назвал меня рабом, пусть бы это повторил конунг, Центральный Совет, все рошские люди — плевать! Я себя рабом уже не чувствую — знал бы ты, какое это счастье! Он покачивается, повисая на одной из веток выше той, на которой стоял. Эйваз ухмыляется. Эйваз Хотел бы напомнить про ответственность заложника, но понимаю, что от Оттона ты никуда не убежишь. А вместе вам бежать пока некуда. Герт снова смеётся и спрыгивает на землю навстречу финиширующим. Вместе с Оттоном они заключают Ульриха в объятия и наперебой делятся успехом. Оттон Ну вот видишь! Герт Я же говорил! Оттон Уля, ты на нас не сердишься? Ульрих (закатывает глаза) Ой-ой, не сержусь на идиотов! Оливер (подходит к ним с гордым видом) Зато я финишировал первым. Среди свободных людей. Герт Но ты не первый, кто обозвал меня сегодня рабом. Кто ещё? Становитесь в очередь! Ульрих Олли, финишировал первым ты, но приз в виде этих двух балбесов достался мне! Он показывает язык Оливеру, все трое смеются. За ними наблюдает печальный Роберт, Мартин хлопает его по плечу. Мартин Ты всерьёз надеялся на дружбу Ульриха? Даже Оливеру она не светит, тем более рядом с ними! Матео Неужели не понял, что он выбрал тебя однокашником из жалости? Я думал, ты умнее! Роберт Но я же тоже стал лучше… Генрих Да, и намного в своей физической подготовке. Но мы все становимся лучше, в том числе Ульрих. Не скажу, кто из вас растёт быстрее, но растёте вы на разных полях. Роберт Кто же на одном со мной поле? Генрих (пожимает плечами) Думаю, найдёшь, если присмотришься. Сцена 4 Печальный взгляд Роберта затуманивается идущим снегом. Снегопад проходит, покрывая всё вокруг белизной. За горизонтом на белом небе встаёт солнце, так что белизна освещается голубым и розовым. Сквозь марево прорезаются золотистые лучи солнца. Оттон и Ульрих встречают рассвет на широком поле неподалёку от жилищ доренских дружинников. Оттон В Дорене самые красивые осенние закаты, а в Рошланде — осенние рассветы! Чем не доказательство сходства наших стран? Ульрих усмехается, позади на достаточном расстоянии слышен голос Герта. Герт Ещё пять шагов вперёд! Хорошо! Теперь повернитесь — диво летит! Он запускает птицу, голова, тело и крылья которой искусно вырезаны из дерева и раскрашены белым, синим и золотым. Птица парит на уровне человеческого роста, подрагивая в воздухе, потом начинает опускаться, плавно попадая в руки Оттона. Принц и Ульрих с восхищением смотрят на тонкую работу, когда к ним подбегает Герт. Оттон Неужели сам сделал? Герт Конечно! Для меня не составляло труда вырезать игрушки для братьев и сестёр. Но тебе, Оттон, я решил сделать нечто особенное. Ты окрылил меня своим взглядом ещё там, на пиру примирения. Сначала я торопился, желая оставить тебе память о себе. Но когда узнал, что времени у меня достаточно, сделал эту птицу ещё краше. Ульрих Где краски стащил? Герт Добыл через ключницу. Она обрадовалась моей затее отблагодарить Оттона. Принц гладит птицу и рассматривает под разными углами, любуясь переливами ярких красок. Ульрих Отти, теперь повесишь игрушку над кроваткой? Давно у тебя их не было! Оттон Уля, ты опять? У птицы ведь два крыла… Принц разгоняется и, размахнувшись, запускает деревянную птицу на дерево. Та парит некоторое время, затем застревает высоко среди веток. Оттон обнимает за плечи обоих и смотрит вверх. Оттон Как птица обрела своё место, так и мы обрели друг друга. Ульрих До конца дней своих. Герт Всегда. Прикрыв глаза, принц голосом исполняет плавную и торжественную мелодию, которая будто бы является продолжением рассветных лучей. Ульрих Откуда?.. Герт (прикрывает ему рот рукой) Тшш… Он умеет слышать голос этой природы — то дар Северных Богов! Оттон продолжает петь. Солнце восходит полностью, заставляя всех троих зажмуриться от первых слепящих лучей. Сцена 5 В снежное и бесснежное время доренские дружинники продолжают совершенствовать навыки верховой езды и стрельбы во время охоты и поездок по окрестным лесам и полям, а также повышать свою ловкость и выносливость во время тренировочных состязаний на суше и на воде. К концу второго года ученики Эйваза осваивают забег на льду. Тем временем возле одного из зданий для доренцев появляется новая пристройка, ведь конунг Хедел решил увеличить набор из-за резко возросшего количества желающих попасть к нему. В один из снежных дней незадолго до наступления лета большинство учеников Эйваза собрались в своём жилище, чтобы подготовиться к пиру в честь новобранцев и выпускников. Йенс за столом на тонком деревянном листе рисует углём Роберта, который сидит напротив, Мартин примеряет новые наручи, Герт с гримасой отвращения коротко стрижёт волосы, чтобы были открыты уши, Оттон сидит рядом с ним. Герт Я урод, да? Ульрих Есть и похуже! Они оборачиваются и видят Ульриха, который вернулся из бани с одним отрезом ткани на бёдрах. Герт ухмыляется и продолжает стричься. Оттон Ульрих, будешь вредничать — перестану отвечать за тебя на письма. Ульрих Ты второй год этим грозишься, но, видно, тебе самому нравится переписываться с моим отцом. Оливер, Боб и Петер вернулись из бани вместе с Ульрихом, поэтому тоже одеты в одни полотенца. Оливер подходит к Йенсу и заглядывает в лист. Оливер Ого, кто тут самый красивый? Неужели Робби? Йенс Он самый спокойный — рисовать удобнее. Вдруг в помещение врываются Кирк, Грег, Освальд и Джойр. Джойр Ученики Фьёлнира уже все с наколками! Грег Выпуск готов — но и новобранцы прибыли! Аж тридцать шесть. Освальд Все на пристани только и говорят о новом выпуске — как ловко расправились с пиратами! Кажется, из Рахлендского царства… Джойр У пиратов обычно нет принадлежности. Кирк А ещё говорят о новом наборе! Грег Фьёлнир приказал всех зарубить. Роберт Кого зарубить? Джойр Пиратов, естественно! У него самого трое ранены — не тяжело — но никто не погиб. Марк Рыжий От Фьёлнира, я слышал, девять ушли. Эйваз говорил, что третий его братец странный. Вилли Не всем везёт с наставником, как нам. Джойр Я знаю, что у Эйваза слух отменный, но с пристани он тебя явно не услышит. Вилли Да иди ты в баню! Я говорю лишь от себя, но честно. Петер Кстати, вы действительно идите в баню, а то пир уже скоро начнётся. Пока Ульрих надевает массивную серебряную цепочку с кулоном в виде медвежьей головы с глазами-сапфирами, Оттон устраивается на лежанке и вздыхает. Оттон Не хочу я на этот пир! Новеньких так много собралось, чтобы на меня, принца, поглазеть. Герт А меня-то как туда не тянет! Свенд явится, будет меня глазами выискивать… Оттон Неужели и он там будет? Герт Конечно! Конунг приглашает всех своих ярлов. Оттон Давай попросимся дрова рубить! Герт кивает, Ульрих резко оборачивается к ним. Ульрих Отставить! Ты, высочество, забыл, что тебе рано или поздно придётся быть в центре внимания? А ты, Герт, как можешь допустить, чтобы присутствие какого-то ярла портило тебе заслуженное веселье? И не тебе, Оттон, от него следует прятаться — скорее, наоборот! Так что быстро принарядились и попробуйте мне только загрустить! Оттон (подхватывается с лежанки) Как скажете, господин Элирой! Ульрих Что, правда похож? Оттон Будто я снова во дворце очутился. Ульрих вздыхает, смотрит на свой кулон с медведем и ухмыляется, почувствовав укол ностальгии. Сцена 6 В главном зале терема конунга идёт пир в честь новых выпускников и очередных новобранцев. За вытянутым центральным столом помимо Хедела и Асвейг ещё пять конунгов, в том числе Фолки и Олаф, двое из них с жёнами, а также третий сын Хедела Фьёлнир и ярл Магни — наставник новоприбывших доренцев. За столом по правую руку от центрального, как и ранее, шесть сыновей конунга, в том числе Эйваз, ярлы с земли Хедела и других земель, по левую руку — все доренские дружинники, а также некоторые из старшей дружины. В центре между столами пляшут скоморохи, танцевальным ручейком движутся девушки, между которыми лавируют слуги, подающие на все три стола блюда и напитки. По периметру зала играют музыканты. В целом, пир в честь новобранцев ещё пышнее и веселее, чем два года назад. Ученики Эйваза сидят за столом друг напротив друга, с одной стороны от них, ближе к центру — выпускники и новобранцы, с другой стороны — следующие перед ними ученики ярла Брандара. Конунг Фолки первым замечает темнокожего парня среди новеньких. Фолки Опять эфосниец с доренцами прибыл? Хедел Тот, кто был с предыдущими, вырос в доренской купеческой семье. (Кивает на Джойра) Этого я пока не знаю. Магни Поверьте, на отборочном состязании их было гораздо больше. Только они уступали доренцам в ловкости. Олаф Дорен — это такая акула, которая пожирает все окрестные государства. Мальтория, Туризос, Фьерри, данник Корс и бывший данник Икурон тому пример! Как только Эфосния держится? Грунд И впрямь, такой маленький кусок земли прямо под боком у Дорена! Хедел Маленький кусок земли, но большой кубок воды. Жемчужное море контролируется ещё четырьмя государствами, помимо Эфоснии. Если их устраивают нынешние отношения, они не допустят туда Дорен, чтобы налаживать новые. Асвейг К тому же у эфоснийского короля есть несметные богатства, сосредоточенные в одном кольце. С помощью них он сможет купить любое войско на защиту. Грунд Асвейг, негоже нам верить всяким сказкам о кольцах богатства. Эльза — жена конунга Фолки и сестра Хедела — с недовольным видом поправляет жемчужное ожерелье. Эльза Почему же? Если мой отец лично общался с морской царевной, которая подарила ему это ожерелье, то и рассказ о кольце богатства может оказаться правдой. Пока за центральным столом идёт обсуждение богатств Эфоснии, к принцу Оттону, который сидит между Гертом и Ульрихом со стороны прохода, подходит один из новобранцев и учтиво кланяется. Тот с удивлением смотрит на подошедшего. Валдис Ваше Высочество, я герцог Валдис Терринсер. К сожалению, не прямой потомок королевского советника Эдварда, но также из его рода. Оттон Для тебя, скорее, к счастью, что не потомок. Чего надо? Валдис Я желаю выразить вам своё почтение, Ваше Высочество! Оттон Что ж, желай! По столу разносится смешок от этих слов, Герт тоже смеётся. Валдис слегка краснеет, будто уязвлён. Оттон Валдис, учти, что я здесь не доренское Высочество — просто Оттон, который бывает невыносимым даже для своих приятелей. Ульрих А для друзей — тем более! Оттон Вот-вот, а потому другие ко мне не лезут. И вам, новичкам, я тоже не советую. Желаете смотреть на короля и членов его семьи — добро пожаловать назад в Дорен. Тебе, надеюсь, родственник обеспечит место при дворе. Юный герцог кивает и отходит к своим смеющимся товарищам. Марк Амврийский, который сидит напротив Герта и слышит разговор принца, приветственно машет Валдису. В это время ярл Клемент первым замечает Герта и толкает Харта, указывая ему вправо на другой стол. Они сидят почти напротив друг друга, только Герт немного правее. Клемент Смотри, наш мальчик! Харт (уже захмелевший) Где? Да это ж доренец! Клемент Это Герт! С ним рядом принц Дорена. В это время Герт поворачивается в профиль, так что отрезанная мочка уха становится заметна — Харт тоже узнаёт его. Харт Свееенд! Смотри, твой сын! Клемент толкает его, чтобы тот не так громко кричал. Однако ярл Свенд, сидящий за столом со стороны стены, ещё раньше заметил Герта, поэтому сейчас лишь бросает ненавидящий взгляд в его сторону и продолжает есть большой кусок дичи. Харт Такой благоразумный мальчик! Как устроился! Харт осекается на полуслове, поймав на себе тяжёлый взгляд Свенда. Герт в это время смеётся, заметив, что Оттон собирает на большое блюдо нетронутые куски от разных кушаний. Боб (слева от Герта) Оттон, ты с Роберта пример взял? Принц ничего не отвечает, жестом подзывает к себе Мильта, который также обслуживает гостей, и вручает ему блюдо. Оттон Это вам! Если мало, скажи — ещё наберу. Мильт Отти, ты… ты чудесный! Майя часто спрашивает о тебе у служанок, которые подают вам еду. И мама тебя не забывает. Пока Оттон беседует со слугой, юный герцог Терринсер рассматривает сыновей конунга за столом справа, устроившись между герцогом Амврийским и Генрихом. Валдис (указывает на Вендела) Это же зять короля Эйнара? Он здесь вроде наследного принца? Генрих По-рошски он считается обретённым сыном короля, ибо принцесса Александра не просто жена, а первая жена! Марк Амврийский Вендел отвечает за подати с земель, чаще всего общается с ярлами, то есть знатными подданными конунга. Но, скорее всего, наследовать будет Агни, под началом которого находится Велеград и меньшие городки. Генрих Мог, конечно, и наш Эйваз, однако он пока не женат, и детей у него нет. А чтобы стать конунгом, необходимо иметь сына. Марк Амврийский Только ты не смей ничего у Фьёлнира выспрашивать — мы за два года постепенно что-то узнали, а за подобные прямые вопросы рискуешь шрамы получить вместо ответов. Валдис Я понял… Интересно, принц Оттон сразу был диковатый или здесь таким стал? Генрих Говорят, здесь он стал нааамного спокойнее. Вдруг Вендел, который сидит со стороны прохода за столом справа, ближе всего к центральному, оборачивается к столу с доренцами. Марк и Генрих утыкаются в тарелки, опасаясь, что могли быть услышанными, но он смотрит в сторону принца. Вендел (громко, перекрикивая музыку) Эй, раб-заложник! Герт вздрагивает, будто от удара. Оттон (шёпотом) Не иди. Тот отрицательно мотает головой и, перекинув ноги через лавку, направляется к Венделу, чей оклик привлёк внимание даже конунгов с центрального стола. Герт держит спину прямо, голова также поднята, хотя взгляд учтиво направлен в пол. Подойдя к сыну конунга, он слегка кланяется. Герт Слушаю, господин. Вендел Подай мне кубок медовухи! Герт неспешно подходит к столу с напитками, наливает медовуху в лучший серебряный кубок, покрытый золотом и украшенный опалами трёх цветов, и ставит на поднос. К Венделу возвращается так же неспешно, понимая, что сейчас за ним следят внимательнее, чем ранее за скоморохами, и с поклоном подаёт кубок. Сын конунга встаёт, поднимает руку, приказав музыкантам замолчать, и поворачивается в сторону ярла Свенда. Вендел Хочу выпить с тобой, Свенд, за дружественное нам королевство Дорен, за его славного короля Эйнара и наследного принца Оттона! Вендел делает глоток медовухи и возвращает кубок на поднос. Герт, держась по-прежнему прямо, подходит к отцу и подаёт напиток, поклонившись чуть ниже, чем сыну конунга. Свенд встаёт, берёт кубок и, не удосужив сына взглядом, медленно осушает его, глядя прямо на Оттона. Тот, обернувшись, отвечает не менее злобным взглядом, так что Клементу, Харту и всем, кто поблизости, становится некомфортно от перекрёстной ненависти. Затем ярл, снова не глядя на сына, возвращает кубок на поднос. Оттон (громко) Раб-заложник, налей и мне медовухи! Герт Как прикажете, хозяин! Снова наполнив кубок, он подходит к Оттону немного быстрее и кланяется намного ниже. Принц встаёт и высоко поднимает кубок, оглядывая зал. Оттон В ответ я пью за процветание Рошланда, за здравие его достопочтенных конунгов, славных ярлов и храбрых воинов, которые принесут нашим землям новые победы! Произнося те слова, он поочерёдно кивает в стороны трёх столов, затем полностью осушает кубок и возвращает на поднос Герту. В этот момент за всеми тремя столами слышны звуки чокающихся кубков и стаканов. Оттон видит, что конунги Хедел и Олаф, а также Эйваз и Вендел обращают кубки в его сторону и улыбаются. За столом справа кто-то первым подаёт голос. Ярл Слава Оттону Доренскому! Гости со всех столов Слава Оттону Доренскому! Слава будущему королю! За новые победы Рошланда и Дорена! Слава! В общем гуле никто, кроме Эйваза, не слышит, как ярл Свенд в гневе втыкает нож в стол с такой силой, что он уходит в дерево по рукоять.